Встречи в кинотеатре

Утро для Шерлока наступило неожиданно быстро. Ещё бы – лечь в полтретьего, мучиться час без сна, а затем забыться всего на четыре и подскочить, словно ужаленный, с первым сигналом будильника. А ведь впереди 14-часовая смена. Шерлок поморщился и, откинув одеяло, спустил ноги на пол. Так, о чём он размышлял аж до половины четвёртого ночи? В раздумьях потёр глаза. Спать хочется – хоть спички вставляй. Ах да-а... Шерлок резко выпрямился и распахнул глаза. Сон как рукой сняло. Джон. Сегодня он встретится с Джоном. Они в самом деле вчера обнимались посреди улицы, или это разыгралось его больное воображение?.. Хм. Пока неясно. Требуется уточнение. Прохладный душ вернул Шерлоку способность трезво мыслить и даже помог восстановить в памяти события прошедшего вечера. Воспоминания и ощущения обрушились на него мощной эмоциональной лавиной, отчего сердце вновь ускорило свой ход, а на губах заиграла восторженная улыбка, которую, впрочем, Шерлок поспешно стёр, прежде чем покинуть ванную комнату. После, он быстро оделся и спустился на кухню, где его уже ждал только что приготовленный завтрак: миссис Холмс, зная, что сыну рано вставать на работу, брала эту скромную обязанность на себя. – Дорогой, ты себя хорошо чувствуешь? – осторожно поинтересовалась она, накладывая ему в тарелку овсяную кашу. – Разумеется, почему я должен чувствовать себя плохо? – Шерлок нахмурился, ища в вопросе подвох, и потянулся за тостами и джемом. – Вчера ты... был несколько не в себе, когда вернулся, – немного приукрасила, и Шерлок, мысленно оглянувшись назад, вдруг вспомнил, что действительно ощутил чьё-то присутствие в гостиной, когда почти бездумно двигался к лестнице, но тогда это казалось мелочью, а вот сейчас... – Что-то случилось? – Нет, – да, но вам с отцом об этом пока знать рано, я сам ещё не до конца осознаю. – Вот как. Значит, показалось, – миссис Холмс пару секунд подозрительно смотрела на сына, ожидая, что тот передумает и всё же что-то расскажет, но вскоре поняла всю тщетность своего ожидания, неодобрительно поджала губы и занялась собственным завтраком. Через полчаса, выйдя из дома и широким шагом направляясь в сторону кинотеатра, Шерлок отправил смс брату: «Майкрофт, не сочти это за просьбу: мне нужно уйти из кинотеатра в шесть – делай что хочешь, но чтобы так оно и было. ШХ» ... и буквально через две минуты получил ответ: «Свидание? Что ж, похвально. Идея мамочки познакомить тебя с обществом в самом деле оказалась не бездарной. Джон Ватсон отлично тебя уравновесит. Ты будешь свободен в шесть, так и быть. МХ» Шерлок самодовольно усмехнулся и, спрятав телефон во внутренний карман пиджака, ускорил шаг.

***

В отличие от Шерлока, Джон спал прекрасно. Сегодня у него был выходной, как и у Гарри с Джесс, поэтому, едва открыв глаза и потянув носом, он тут же уловил приятный аромат чего-то съестного и, встав с постели, направился к его источнику. Девушки сидели за маленьким столиком у окна друг против друга и о чём-то тихонько переговаривались. Услышав звук шагов, они обернулись. – О, Джонни, доброе утро! – улыбнулась Гарри и встала, чтобы положить младшему брату горячих блинчиков. – Хорошо спалось? Как прошло свидание? Джесс попыталась утопить рвущийся наружу смех в кружке чая, которую она как раз поднесла к губам, но Джон, смотревший на неё в этот момент, успел заметить её улыбку. – Прости? – Свидание, Джон, – невозмутимо пояснила Гарри, стоя к нему спиной возле плиты и накладывая в тарелку блины. – Когда два человека, симпатизирующие друг другу, проводят время вместе. – Да, я в курсе, спасибо. Но... – Да брось, – девушка круто обернулась и опасно взмахнула в воздухе блюдом. – Ты написал, что вы с Шерлоком пойдёте в кино. И пришёл... – во сколько, кстати, ты пришел? Так вот, говорю тебе, это было свидание. Ну? С этими словами она приподняла тарелку с блинами так, словно это был приз Джону за честно данный ответ на её каверзный вопрос. – Я пришёл домой в два, – обречённо вздохнул Джон, понимая, что спорить с сестрой себе дороже. – И хорошо, да, это было свидание. Если это поможет мне сейчас не остаться голодным. Довольна? Гарри одарила его укоризненным взглядом, но тарелку с завтраком всё же отдала. Однако, едва сев за стол, Джон краем глаза уловил, как девушки заговорщически переглянулись. Джесс аккуратно поставила кружку на стол, сцепила пальцы под подбородком и, изо всех сил стараясь не рассмеяться, спросила: – Джон, а когда ты нас с ним познакомишь? Джон замедлил жевательные движения и закатил глаза, шумно выдохнув через нос, Гарри успокаивающе похлопала его по плечу. – Ну-ну, не переживай ты так. Просто... вряд ли ты будешь знакомить его с родителями в ближайшее время, – в её голосе отчётливо прозвучал намёк на неминуемые негативные последствия этого опрометчивого поступка. – Хм. Да, с родителями точно знакомить не буду, – согласился Джон, снова принимаясь за еду и стараясь смотреть на вопрос с более философской точки зрения, как будто он наблюдает всё это со стороны. – Тем более что мы сами ещё не во всём разобрались. А... слушайте, вы не будете против, если я у вас ещё какое-то время поживу? Девушки переглянулись и пожали плечами. – Да нет, живи сколько хочешь. Тем более что ты теперь один из нас. Прозвучало почти как похвала. Джон медленно повёл подбородком, как бы говоря: «Не понял сейчас». Гарри уверенно кивнула, зажмурившись на мгновение для пущей убедительности. В поиске поддержки Джон бросил взгляд на Джесс, но та, наматывая на палец светлый локон, только загадочно улыбалась. И в этот момент Джон понял, что должен как-то вслух обозначить свою позицию по данному поводу. – Я не... я не гей, ясно? – произнёс впервые в жизни и сразу почувствовал, что ему здесь не поверят. – Меня по-прежнему не интересуют парни. Кроме одного, да. Но это вовсе не означает, что я теперь из этих, ваших... – Наших? – Гарри в притворном удивлении распахнула глаза. – Джонни, милый, если ты будешь состоять в отношениях с Шерлоком, а я так понимаю, что к этому всё и идёт, то можешь не утруждать себя объяснениями каждому встречному, что ты не гей. Это будет выглядеть по меньшей мере странным. – И совсем не похожим на правду, – подтвердила Джесс. – «Я не гей, но познакомьтесь, это мой парень». Хм, кажется, тут что-то не так. Джон упрямо поджал губы и сосредоточился на блинах. Доводы девушек были неоспоримы, но он продолжал чувствовать себя совершенно обычным парнем, а вовсе не из этих. Час спустя, когда Джон честно пытался сконцентрироваться на сюжете приключенческого романа, что лежал у него на коленях, с кухни раздался сигнал его телефона, оповещавший о новом входящем сообщении, и следом раздался голос сестры. – Джо-он! Кажется, твоя любовь узнала твой номер! Джон мгновенно подскочил на ноги, чуть не позабыв о книге – да и не только о ней, и ровным шагом (не стоит выказывать излишний интерес, иначе подколов не избежать) направился в кухню. Бросил на Гарри уничтожающий взгляд – это тебе за «мою любовь», и получил в ответ насмешливый. Невозмутимо взял в руку телефон и взглянул на номер: действительно незнакомый. Пальцы начали мелко подрагивать, когда он нажал «Прочитать». Гарри, займи уже себя чем-нибудь, отойди, отвертись, исчезни. «Доброе утро, Джон. Я сегодня до шести. Спасибо Майкрофту. Встретимся? ШХ» Джон с силой закусил губу, стараясь не расплыться в глупой улыбке. Шерлок как-то узнал его номер. Чёрт, Джон, ты слишком долго пялишься в телефон и притом отчаянно краснеешь. Как теперь посмотреть в глаза Гарри, которая всё ещё наблюдает за тобой и непременно всё уже поняла. Невозмутимости хватит на десять секунд. Стоит попробовать. Джон выдохнул и решительно взглянул на сестру: – Да, ты права, это Шерлок. Не представляю, как он узнал мой номер. Пойду... мм, отвечу? И снова этот всезнающий смеющийся взгляд, говорящий: «Ну-ну, давай-давай». Джон неторопливо прошёл в свою спальню, прикрыл дверь и бросился на кровать, позволяя себе, наконец, дать волю чувствам. «Доброе, Шерлок. Разумеется, встретимся. Я приду к пяти. ДВ P.S.: передай мои благодарности брату:*»

***

В три часа дня Джон уже был на пути к кинотеатру. Дольше оставаться на одном месте он просто не мог. Стены квартиры давили психологически, заставляя Джона ощущать себя запертым в темнице узником (нет, нужно всё-таки меньше читать приключения), несмотря на то, что квартира была большой и светлой и выходила окнами на парк, а на уютном балконе с подвешанным к потолку гамаком так вообще можно было провести весь день напролёт. В любой другой день Джон бы так и поступил, но только не сегодня. Поэтому, хлопнув дверью ровно в три часа дня, он спустился на улицу и медленно побрёл куда глаза глядят, имея конечной целью кинотеатр. Маршрут же до этой цели (весьма запутанный – специально для Джона) лежал через несколько магазинов одежды и супермаркет с длинной очередью (Джон купил одну лишь плитку шоколада), а также дважды по одной и той же улице и трижды вокруг самого кинотеатра. Затем он снова поднялся на два квартала вверх по улице, посидел у фонтана, съел мороженое, зашёл в обувной присмотреть себе кроссовки на осень и медленно отправился в обратный путь. Оставшиеся до пяти часов сорок минут Джон провёл в парке на лавочке, размышляя. Мысли его касались одного из самых серьёзных вопросов в его потенциальных отношениях с Шерлоком: реакции его родителей и родителей Шерлока. Позицию своих он знал чётко: они будут в нем разочарованы, будут долго кричать и проклинать и его, и Шерлока, и Гарри с Джесс, пытаться переубедить и открыть ему глаза на несостоятельность и неправильность таких отношений, будут стыдиться этих самых отношений, когда кто-то из соседей задаст вопрос: «Ну что, Джон-то ещё не женился?», может, даже отрекутся на некоторое время. А потом, скорее всего, смирятся. Почти. На самом деле нет, но будут упорно делать вид, что их это больше не колышет. Жизнь Джона – это его личное дело: хочет потратить её на какого-то чудака нетрадиционной ориентации (несомненно, именно он и совратил их милого мальчика), пускай – но он об этом потом пожалеет. А они ведь говори-и-или... И нет, знакомиться с этим парнем они не намерены. Джон знал, что пропустит мимо ушей всё, кроме оскорблений в адрес Шерлока, но он твёрдо решил не вступать с родителями в открытый конфликт и, по возможности, молчать (ох, это самое сложное). Но пока что он не собирался рассказывать им о Шерлоке вообще. Должно пройти время, прежде чем хотя бы они вдвоём будут к этому готовы. Что же до родителей Шерлока – то здесь было всё очень туманно. Насколько понял Джон из рассказов друга, мистер и миссис Холмс никак не обозначали свою позицию относительно степени традиционности брака по той простой причине, что для этого банально не было повода: у старшего, Майкрофта, ни девушек, ни парней не замечалось (то есть если он и встречался с кем-то, то родители об этом не знали – Шерлок же сказал, что его брат встречался с представителями обоих полов и пока что не определился), а сам Шерлок вообще не проявлял ни к кому подобного рода интереса, поэтому в его отношении родители были спокойны (пока). Поэтому Джон в полной мере осознавал, что его отношения с Шерлоком будут очень и очень тяжёлыми. И не только из-за необходимости скрывать их от родителей и других знакомых (страшно подумать, как отреагируют его одногруппники на эту новость). А в первую очередь потому, что прежде Джон не имел опыта тесного общения с представителями своего пола и весьма смутно представлял, как всё должно происходить, а Шерлок вообще не имел никакого опыта, поэтому помощи от него ждать не приходилось. С другой стороны, Джону невероятно льстило, что у Шерлока он будет первым – во всех смыслах этого слова. Первым хорошим товарищем, способным терпеть его достаточно долгое время, чтобы узнать как следует. Первым лучшим другом, закрывающим глаза на все его недостатки и принимающим его таким, какой он есть. Первым любимым человеком, которому он откроет и подарит своё нежное, непривычное к подобным переживаниям, трепыхающееся, словно птица в клетке, сердце. И первым человеком, которому он доверит самое сокровенное, что у него есть: себя – своё тело, разум и душу. И Джон готов был принять эту ценность, готов не только разделить с ним постель, но и дом, жизнь и всё остальное. Он чувствовал, что с Шерлоком пойдёт хоть на край света, ради него совершит любой опрометчивый поступок, любую глупость, а возможно, даже преступление – если это спасёт Шерлоку жизнь, а в том, что её придётся спасать, он не сомневался. Единственное, чего никогда не будет у Джона, если он выберет Шерлока, так это детей. А детей бы Джон очень хотел – не сейчас, а потом, в будущем. Но если дети – это цена за такое неземное счастье, то что ж… так тому и быть. В конце концов, они ещё совсем молодые мальчишки – кто знает, что ждёт их впереди. Но одно Джон знал точно: отныне его собственная жизнь ему не принадлежала. Но Шерлоку об этом знать необязательно. Да и вряд ли он поверит в это, ведь их отношения ещё даже не начались. Не может же Джон Ватсон, в самом деле, быть настолько привязан к своевольному изгою общества… Без пяти минут пять Джон взглянул на часы и, поднявшись со скамейки, направился прямиком ко входу в кинотеатр.

***

Время близилось к пяти, и Шерлок, обслуживая посетителей, нет-нет да и посматривал в сторону входа. Джон придёт вовремя. Должен прийти. Шерлок всё ещё сомневался, не верил в то, что всё это правда. Что Джон – такой хороший и абсолютно нормальный Джон – так высоко его ценит и л... Нет. Просто испытывает какие-то глубокие к нему чувства. Почему из всех своих знакомых он выбрал именно Шерлока?.. Того, с кем не мог найти общий язык ни один его одногруппник или одноклассник? Что, если он передумает... Шерлок, перестань. У тебя паранойя. И паника. Успокойся. Шерлок в очередной раз бросил взгляд на вход – и все сомнения мгновенно рассеялись: Джон был там. Стоял чуть в отдалении, запустив пальцы в передние карманы джинсов, прислонившись спиной к колонне; носок левого ботинка упирался в пол с внешней стороны правого. И наблюдал за ним с лёгкой улыбкой. Шерлок не знал, куда спрятать глаза. Пристальное внимание Джона сбивало с мысли, мешало сосредоточиться на попкорне-посетителях-фанте-спрайте-коле, но вместе с тем было очень, очень приятно. Когда пространство перед барной стойкой опустело, Джон медленно подошёл и, сложив на ней руки, словно на парте, любовно оглядел Шерлока, отчего тот тут же зарделся. Слава Богу, Джон не вздумал его сейчас поцеловать – даже в щёчку, это было бы слишком. – Знаешь, Шерлок, я долго думал... – Джон сосредоточенно нахмурился, вглядываясь то в один глаз Шерлока, то в другой, хотя в действительности просто оттачивал своё актерское мастерство. – На самом деле думал с самого утра... И до сих пор так и не нашёл ответа на этот трудный вопрос... Глаза Шерлока наполнились тревогой, и Джону даже стало немного стыдно за эту сцену, но отступать было некуда, поэтому оставалось только закончить своё предложение. – ... откуда... – нет, Джон, не улыбайся, ещё слишком рано, – откуда, чёрт возьми, ты узнал мой номер? Джон рассмеялся, увидев, как быстро меняется выражение лица Шерлока: тревога, напряжённое внимание, пара секунд окаменения – осознание, доля разочарования и тень обиды, упрёк во взгляде, досада на себя, что так легко поддался на провокацию, но всё же облегчение, что ничего на самом деле не случилось. Шерлок демонстративно закатил глаза и пожал плечами: – Мой брат работает в Правительстве и имеет достаточно ресурсов, чтобы достать мне один-единственный номер. – Значит, он в курсе... – справедливо вывел Джон, тут же став серьёзным, – в курсе, что мы... ну... вроде как вместе?.. – Можно сказать и так, – Шерлок начал машинально протирать тряпкой и без того сияющую чистотой стойку, чтобы хоть на чём-то сконцентрировать взгляд, так чтобы не пришлось смотреть в глаза Джону. – Как я уже упомянул, у него свои источники информации, так что, будь уверен, твоя родословная уже проверена до седьмого колена, за тобой постоянно наблюдают, как, впрочем, и за мной. И, очевидно, твоя кандидатура моего братца полностью устроила, так как не далее как сегодня утром он мне выслал своё братское благословение в виде язвительного смс и, собственно, организовал мне такой вот полувыходной. Так что... вывод напрашивается сам собой. Джон вытянул губы трубочкой, осмысливая услышанную тираду, за время которой Шерлок взял дыхание всего три раза, а затем медленно кивнул: – Ясно. Значит, братское благословение у нас есть. Что насчёт родительского? – Родительского? – взгляд почти испуганный. – Джон... т-ты хочешь познакомиться с моими родителями? – Оу, нет, не совсем, – Джон немного смутился из-за неверной интерпретации своего вопроса и вознамерился внести ясность. – В смысле не сейчас. Чуть попозже. Я имел в виду: как твои родители относятся к... хм, таким отношениям? – Это важно? – Шерлок насторожился. Джон уклончиво кивнул. – Важно, если ты собираешься прислушиваться к их мнению. Шерлок снова раздражённо закатил глаза и с детским упрямством заявил: – Джон, я в состоянии сам принять решение. – Знаю. Но тем не менее, – чуть надавив, произнёс Джон и пояснил: – Не думаю, что моя сестра особенно несчастна без поддержки наших родителей, но с ней, с поддержкой, было бы намного проще. Так что... лично я знаю, что ждёт меня, когда мы... ну, в общем, тогда. – Джон, я уверен, что... разберусь с этим, – слова давались с трудом, но Шерлок чувствовал, что должен как-то убедить Джона в своей компетентности в этом вопросе. – И мои... в смысле т-то, что я... чувствую... к тебе... не зависит от их мнения. Совершенно. Джон, наблюдавший сейчас за нервными движениями Шерлока, за его мечущимся взглядом и учащённым дыханием, уже сто раз пожалел, что позволил себе усомниться в силе его чувств и готов был прервать его речь в любом, наиболее трудном моменте. Поэтому когда Шерлок замолчал, подавленно уставившись в столешницу, Джон просто накрыл его подрагивавшие от волнения пальцы, всё ещё сжимавшие мокрую тряпку, своей рукой и, вынудив его тем самым поднять взгляд, мягко произнёс: – Хорошо. Прости. Я тебе верю. И нежно улыбнулся. И вопрос о родителях закрылся до поры до времени. До конца смены Шерлока оставалось сорок пять минут.