Орден Феникса меняет историю

      — Я продолжу, — предложил старший из сыновей Уизли, протянув руку и перенимая книгу у Тонкс. Глава 2. Добби предупреждает об опасности Нарцисса и Драко обеспокоено переглянулись, но ничего не сказали. Золотое трио заметило это и Рон усмехнулся, а Гермиона одарила их неодобрительным взглядом. Правда, ни миссис Малфой ни её сын не поняли, почему она так на них посмотрела. Гарри чуть не ахнул от удивления, но удержался. На кровати сидел маленький человечек, ушами напоминавший летучую мышь, и таращил на него выпученные зелёные глаза величиной с теннисный мяч.       — Я тоже удивилась, когда первый раз увидела домашних эльфов, — с улыбкой вспомнила Лили.       — А как это было? — поинтересовался Гарри.       — Мы посетили кухню, — мечтательно вздохнул Сириус. Гермиона с явным неодобрением посмотрела на него, но Билл не дал ей ничего сказать. Гарри сразу его узнал — это он утром следил за ним из кустов живой изгороди.       — Точнее узнал его глаза, — поправил Гарри. — Именно эти глаза смотрели на меня из кустов незадолго до наказания. Лили печально посмотрела на своего сына, вспоминая как с ним обращалась её сестра.       — Молодцом, Поттер! — гаркнул Грюм криво улыбнувшись. — Не только подметил что-то подозрительное, но и запомнил и сразу сопоставил. Далеко пойдёшь. Человечек не сводил с него глаз, Гарри отвечал тем же. — Позвольте взять ваши пальто, мистер и миссис Мейсон? — донёсся снизу почтительный голос Дадли.       — О! Внизу уже началось представление, — рассмеялся Джеймс. — «Идеальная» семейка выходит на новый уровень абсурда. Его смех тут же подхватили Сириус и Римус. Остальные члены ордена лишь слегка улыбнулись. Даже у Снейпа на лице едва заметно мелькнуло что-то очень отдалённо похожее на усмешку.       — Разве бывает уровень выше идеальности? — скептически поднял бровь Сириус.       — Обижаешь, Сириус. Есть ещё божественный уровень! — словно пророк поднял указательный палец вверх Джеймс. Человечек соскользнул с кровати и низко поклонился, коснувшись ковра кончиком тонкого, длинного носа. Одет он был в старую наволочку с дырками для ручек и ножек. — П-привет, — поперхнулся Гарри. — Гарри Поттер! — пронзительным голосом воскликнул нежданный гость (дядя Вернон в гостиной наверняка услышал). — Добби так давно мечтал с вами познакомиться, сэр… Это такая честь… — Б-благодарю вас, — кивнул Гарри.       — Слишком вежливо для них, — вздохнув покачал головой Джеймс.       — От такого они могут и переизбыток чувств словить, — согласился с другом Сириус. Гермиона недовольно фыркнула, а Рон попытался ей усмирить, чтобы не началась новая лекция. Двигаясь вдоль стенки, он достиг письменного стола и опустился на стул рядом с просторной клеткой, где спала сейчас сова Букля. Гарри хотел было спросить незнакомца, кто он, но, подумав, что это неучтиво, спросил только его имя. — Добби, сэр, — ответил человечек. — Просто Добби. Добби-домовик, если угодно, домовой эльф. — В самом деле? — В другой раз это известие немало удивило бы Гарри, но сейчас было не до того. — Видите ли, сегодня… э-э… не лучший день для знакомства с домовиком. Только, пожалуйста, не обижайтесь. Снизу доносился фальшивый, на высоких нотах смех тётушки Петуньи.       — А по-настоящему она умеет смеяться? — презрительно поморщилась Андромеда.       — Вряд ли, — отозвался Гарри, — по крайней мере, я ни разу не видел.       — Я видела. В детстве, — Лили вздохнула и смахнула ладошкой напрашивающиеся слезы. Джеймс укоризненно посмотрел на миссис Тонкс и, обняв жену, что-то зашептал ей на ушко. Леди Поттер сразу повеселела, что привлекло к ним внимание всех присутствующих. — Не подумайте, что знакомство с вами мне неприятно, — поспешил Гарри утешить эльфа. — Но не могли бы вы… объяснить мне… э-э… цель вашего посещения. — Да, сэр. Конечно, сэр. Добби пришёл… это трудно выразить… Добби не знает, как начать… — Садитесь, пожалуйста. — Гарри указал на кровать.       — Сейчас у него будет истерика, — с видом знатока заключил Сириус.       — Почему в Хогвартсе не учат как правильно себя вести с разными волшебными расами? — спросил Гарри. — Избежали бы стольких проблем.       — Большинство это знает, мистер Поттер, — вздохнула Амелия и тут же сделала себе очередную пометку в блокнот.       — Только чистокровные и некоторые полукровки, — констатировал Поттер. — А что маглорождённые? Профессора переглянулись и Минерва, последовала примеру мадам Боунс и тоже сделал себе запись. И тут, к его ужасу, домовик разразился громкими рыданиями. — Садитесь! — голосил он. — Никогда… никогда еще…       — Что и следовало ожидать, — почти синхронно сказали Джеймс, Сириус, Августа, Невилл и Нарцисса с Андромедой. Разговор внизу явно застопорился.       — Как бы Дурсли не услышали, — передернулся Невилл.       — В тот раз пронесло, — отмахнулся Гарри. — Простите, пожалуйста, — прошептал Гарри, — я не хотел вас обидеть. — Какая обида! — задохнулся эльф. — Никогда еще ни один волшебник не разговаривал с Добби как с равным, не приглашал сесть…       — Волшебники когда-нибудь поплатятся за своё отношение к другим расам, — с едва сдерживаемым раздражением высказалась Гермиона, скрестив руки на груди. — Да тише вы, — взмолился Гарри и подтолкнул эльфа к кровати, стараясь сохранить самое доброе выражение лица.       — Это мне стоило больших трудов, — вспомнил Гарри. Эльф взобрался на кровать, сел поудобнее — он походил сейчас на большую растрепанную куклу — и начал нервно икать. Наконец он справился и со слезами, и с икотой и устремил на Гарри восхищенный взгляд огромных, блестевших, как изумруды, глаз.       — Ещё один твой фанат, — рассмеялись близнецы.       — Мерлин упаси от таких фанатов, — по телу Гарри пробежала мелкая дрожь, когда он вспомнил всех своих фанатов не людей. — Вам, должно быть, редко встречались хорошо воспитанные волшебники. — Гарри пытался утешить эльфа.       — Этим ты его точно не утешишь, — грустно вздохнула Лили. Ей было жаль, что из-за их с Джеймсом глупости, её сын жил вдали от его родного мира и практически ничего о нём не знал.       — Ну, тогда я этого не знал, — пожал плечами Гарри. Добби кивнул. И вдруг, прыгнув на подоконник, стал яростно биться головой об оконную раму. — Гадкий Добби! — кричал он при этом. — Мерзкий, гадкий Добби! — Пожалуйста, не надо, — полушепотом попросил Гарри. — Что вы делаете? Вскочив со стула, он опять водрузил эльфа на постель. Но тут, как назло, проснулась Букля, как-то особенно громко крикнула и бешено забила крыльями о решетку клетки. — Добби обязан наказать себя, сэр, — произнес домовик, у которого глаза от ударов стали немного косить. — Добби сказал плохое о своей семье, сэр… — О своей семье? — О своих хозяевах, сэр… Добби — домовый эльф, его участь до конца дней жить в одном доме, служить одной семье…       — За что он так с собой? — постарался изобразить удивление Драко.       — Согласна, — кивнула Нарцисса, — ведь даже ничего не сказал. — Леди Малфой явно получше сына справлялась с игрой. Ясное дело — опыт.       — А то вы не знаете, — фыркнула Гермиона недовольно глядя на них, что привлекло к ним взгляды полные недоумения.       — Держи себя в руках, — шепнул подруге Гарри. — А они знают, что вы сейчас здесь? — полюбопытствовал Гарри. — Нет, сэр. Конечно нет! — воскликнул эльф, и его всего передернуло. — Добби придется сурово наказать себя за это. Очень сурово, сэр. Прищемить уши печной дверцей. Если они когда-нибудь об этом узнают…       — Как-то он много себя наказывает, — заметил Джеймс. — Наш эльф таким не был.       — И слава Мерлину, — сказала Лили.       — У нас был эльф? — удивился Гарри.       — Был. Наверное тоже погиб… тогда, — запнувшись произнёс Джеймс. Сириус улыбнулся и ободряюще похлопал друга по плечу. — А разве они не заметят, что вы подвергаете себя наказанию? — Добби сомневается в этом, сэр. Добби все время себя наказывает. Хозяева велят. Напоминают, что лишнее наказание не повредит…       — Изверги, — фыркнул Гарри смотря на Малфоев.       — Как такое можно допускать?! — Флёр с возмущением посмотрела на министерских работников. У нас, может, эльфы тоже не в самом лучшем положении, — она чуть стыдливо опустила глаза, но с поддержкой Билла, взявшего её за руку, продолжила, — но, также, в наших законах закгеплено, что хозяевам загпрещено приказывать им наказывать себя увечьями. Представителям министерства нечего было ответить на это. Гермиона же с одобрением посмотрела на Делакур и уже явно подумывала позвать её в Г.А.В.Н.Э., что отчётливо читалось на её лице. У Гарри и Рона выражение её лица вызвало лёгкую дрожь. — Почему же вы не бросите их? Не убежите? — Эльф-домовик может стать свободным, только если хозяин даст ему вольную. А эта семья никогда не даст вольной… Добби будет служить ей, пока не умрет. — А я думал, хуже моей участи нет. И всего-то пожить здесь еще месяц! — нахмурился Гарри. — Да маглы — ангелы по сравнению с вашей семьей. А не может ли кто-нибудь помочь вам? Хотя бы я?       — Спаситель, — улыбнулась парню Джинни. Гарри лишь смущённо покраснел. Сказав это, Гарри тут же раскаялся: из груди Добби вырвался вопль благодарности. — Пожалуйста, — зашептал Гарри в отчаянии. — Пожалуйста, тише. Если Дурсли что-нибудь услышат, если узнают, что у них в доме эльф… — Гарри Поттер сказал, не может ли он помочь Добби… Добби много слышал о вашем величии, но о вашей доброте Добби не ведал. Кровь горячей волной залила щеки Гарри.       — Скромник, — рассмеялась Джинни.       — Это в тебе от матери, — улыбнулся Джеймс.       — Будь осторожен, — поучительно сказал Кингсли, — тёмные силы могут воспользоваться твоей добротой. — Разговоры о моем величии просто чушь, — сказал он. — Я даже не самый лучший в классе у нас в Хогвартсе.       — Если бы вы не отвлекались ни на что и старались чуть усерднее, мистер Поттер, то были бы одним из лучших, — сказала Минерва.       — По моему предмету вряд-ли, — едва слышно сказал Снейп.       — Северус! — возмутилась Лили.       — Боюсь профессор, этому не бывать, — вздохнул Гарри. — По крайней мере, пока Волдик жив. Лучше всех учится Гермиона. У нее… Гарри не мог продолжать: он вспомнил Гермиону, и у него кольнуло в груди. — Гарри Поттер скромен и смиренен, — почтительно произнес Добби, его круглые глаза так и сияли. — Гарри Поттер не хвастается победой над Тем-Кого-Нельзя-Называть. — Над Волан-де-Мортом? — спросил Гарри. Добби зажал ладошками торчащие уши и взвыл: — Не произносите это имя, сэр. Умоляю, не произносите! — Простите, пожалуйста, — поспешил принести извинение Гарри. — Я знаю, многим оно не нравится. Мой друг Рон… Он опять замолчал. И это имя причинило боль.       — Почему? — недоумевал Невилл.       — Я думал, что они мои друзья, но они за всё лето ни разу не написали, — объяснил Гарри.       — Дурацкий эльф, — фыркнул Рон. Добби подался вперед. Глаза у него горели ярче автомобильных фар. — Добби слыхал, — хрипло произнес он, — что Гарри Поттер еще раз встретился с Темным Лордом. Всего несколько недель назад… И Гарри Поттер опять спасся. Гарри кивнул, и на выпученных глазах Добби навернулись слезы. — Ах, сэр, — выдохнул он и вытер лицо углом грязной наволочки. — Гарри Поттер благороден и смел! Он уже одержал столько побед! Но Добби пришел, чтобы защитить его, предупредить об опасности. И пусть потом придется защемить уши печной дверцей… Гарри Поттеру нельзя возвращаться в «Хогвартс».       — Что? Почему? — удивились члены Ордена, а профессора Снейп, Маконагалл и Дамблдор переглянулись. Кажется, они догадались к чему вёл разговор эльф. В комнате воцарилось молчание, прерываемое рокотанием голоса дяди Вернона, бряцанием ножей и вилок, доносившимся снизу.       — Я бы поел, — произнёс Рон, у которого описанное в книги вызвало внеплановое урчание в животе.       — И я, — согласился Сириус.       — Вы нашли друг друга, — рассмеялись Джеймс и Гарри. — По-по-почему? — Гарри от неожиданности стал заикаться.       — Я бы тоже стал, — поддержал сына Джеймс.       — Гарри, не напоминай о Квирреле, — передёрнулась Тонкс, которой заикания книжного Гарри напомнили профессора. — Из-за него я чуть не завалила Защиту в том году. Гарри лишь пожал плечами и развёл руки в стороны.       — Меня больше волнует другое. Почему Гарри не должен был возвращаться в школу? — спросила Лили сверкнув зелеными глазами.       — Скоро узнаете, — отозвался Поттер-младший. — Я должен ехать в школу. Учебный год начинается первого сентября. Я только и живу этой надеждой. Вы не представляете себе, что мне приходится здесь терпеть. Я здесь всем чужой. Мое место в вашем мире. В школе волшебников. — Нет, нет, нет! — Добби так сильно замотал головой, что уши заколыхались. — Гарри Поттер должен оставаться там, где он в безопасности. Великий, несравненный Гарри Поттер — всеобщее достояние. В Хогвартсе Гарри Поттеру грозит страшная опасность! — Какая опасность? — еще больше удивился Гарри. — Существует заговор. В Школе чародейства и волшебства в этом году будут твориться кошмарные вещи, — прошептал Добби и вдруг задрожал всем телом. — Добби проведал об этом уже давно, сэр, несколько месяцев назад. Гарри Поттер не имеет права ввергать себя в пучину бедствий. Он всем очень нужен, сэр! — Какие еще кошмарные вещи? — напрямик спросил Гарри. — Кто их затевает?       — Вряд-ли он скажет, — отметил Римус. — Особенно, если он действует без разрешения хозяина.       — Но намёк дать может, — не согласился Чарли. — Если правильно спросить.       — Его намёки и Мерлин не понял бы, — фыркнули Гарри, Рон и Гермиона. Добби издал странный сдавленный хрип и стал неистово биться головой об стену. — Ну будет, будет. — Гарри схватил домовика за руку, пытаясь остановить истязание. — Я понимаю, вы не можете ничего сказать. Но почему вы предупреждаете меня? — И тут его пронзила внезапная мысль. — Постойте! Не связано ли это с Вол… простите, с Вы-Знаете-Кем? Если не можете, не отвечайте. — Но, увидев, что лоб Добби опять в опасном соседстве со стеной, поспешно прибавил: — Только кивните или покачайте головой.       — Правильный подход, — одобрительно кивнул Чарли. Добби медленно задвигал головой из стороны в сторону. — Нет, сэр, это не Тот-Кого-Нельзя-Называть, — внятно, по слогам произнес он. Но глаза его выпучились еще сильнее. Гарри видел — Добби явно старается навести его на какую-то мысль. И попробовал догадаться: — Может, у него есть такой же коварный брат?       — Нет, он был единственным ребёнком, — отрицательно покачал головой Дамблдор.       — Слава Мерлину. Нам и одного психа хватает, — передернулась Амелия. Добби сильнее замотал головой, а глаза его чуть не вылезли из орбит.       — Мда, намёки те ещё, — хихикнули близнецы. — Ну ладно. Только я представить себе не могу, кто еще мог бы причинить мне зло в Хогвартсе. Ведь там же есть Дамблдор. Вы знаете, кто такой Дамблдор?       — Безответственный… — хотел было высказаться Фадж, но под пристальными взглядами мадам Боунс и директора Хогвартс снова съёжился и принялся с остервенением крутить свой котелок. — Да, конечно, — кивнул Добби. — Альбус Дамблдор самый великий ректор в истории Хогвартса. Добби это знает. Добби слышал, что могуществом Дамблдор не уступал Тому-Кого-Нельзя-Называть, даже когда тот был в самой силе. Но, сэр, — перешел Добби на энергичный шепот, — есть враги, которых Дамблдор не может… враги, которых ни один уважающий себя волшебник… И не успел Гарри глазом моргнуть, Добби соскочил с кровати, схватил настольную лампу и начал колотить себя по голове, сопровождая наказание душераздирающими криками.       — Скорее успокой его! — посоветовал Рон.       — Не успел я тогда, — всплеснул руками Гарри. — У дяди на меня хороший слух.       — Может мы его немного подправим? — со зловещей улыбкой поиграл бровями Сириус.       — Сириус! — стукнула его по плечу Лили. — Он муж моей сестры!       — И потому, единственный, кто что-то с ним сделает, это буду я! — выпятил грудь Джеймс, но тут же схлопотал подзатыльник от жены. Гости и хозяева внизу притихли. Гарри услыхал, как дядя Вернон затопал в коридоре, и у него бешено забилось сердце. — Проказник Дадли, как видно, опять не выключил свой телевизор! — воскликнул дядя.       — Хорошая отмазка, — нехотя согласилась с зятем Лили. — Скорее в шкаф! — шепнул Гарри, схватил Добби, толкнул его туда, захлопнул дверцу и успел одним махом метнуться на кровать. В тот же миг ручка двери повернулась.       — Отличная реакция, — похвалил Грюм.       — Весь в меня, — взъерошил волосы сына Джеймс.       — Себя не похвалишь, никто не похвалит, — фыркнул Снейп.       — Заткнись, Нюнчик! — огрызнулся Поттер-старший.       — Сам заткнись!       — Прекратите оба! — воскликнула Лили. — Джим, прошу тебя. Джеймс фыркнул, но промолчав обнял жену. — Что… черт возьми… ты… тут… делаешь? — прохрипел дядя Вернон сквозь стиснутые зубы, приблизив пышущее злобой лицо вплотную к лицу Гарри. — Ты убил изюминку в моей замечательной шутке, «как японец играл в гольф». Еще один звук, и ты пожалеешь, что родился на свет! С этими словами он, тяжело ступая, убрался из комнаты Гарри. Дрожа от страха, Гарри подошел на цыпочках к шкафу и выпустил оттуда Добби. — Видишь теперь, каково мне здесь? Понял, почему мне надо вернуться в Хогвартс? Это единственное на земле место, где у меня есть… по крайней мере я так думаю… у меня есть друзья. — Друзья, которые не написали Гарри Поттеру ни одного письма?       — Откуда он про это знает? — удивилась Тонкс.       — Про это дальше, — сказал Билл и продолжил читать. — Наверное, они… просто… Подожди, — нахмурился Гарри. — А откуда ты знаешь, что мои друзья не писали мне писем? — Гарри Поттер не должен сердиться на Добби.       — Он воровал письма! — Перси возмутился до такой степени, что даже позабыл о своём молчании.       — Какой рисковый эльф, — одобрительно хмыкнула Августа. …Добби так поступил с самыми лучшими намерениями… — сказал эльф, переминаясь с ноги на ногу.       — Слава Мерлину, сейчас он так не делает! — воскликнул Гарри.       — А где он сейчас? — поинтересовался мистер Уизли. — Ты воровал мои письма? — Они у меня все здесь, сэр, — сообщил Добби, на всякий случай отскочив от Гарри подальше, и вынул из-за пазухи толстую пачку писем. Гарри различил аккуратный почерк Гермионы, небрежную писанину Рона и даже каракули, которые наверняка были нацарапаны рукой лесничего Хагрида.       — Как только ты со своим зрением это разглядел? — удивилась Джинни. Гарри пожал плечами. Добби, опасливо мигая, взирал из угла комнаты на Гарри. — Добби надеялся… Пусть Гарри Поттер подумает, что его друзья забыли о нем… Может, Гарри Поттер и не захочет вернуться в школу, сэр…       — Наоборот, — возразил книжному Добби Гарри, смотря на друзей. — Я ещё больше желал вернуться и лично у вас спросить, что произошло и чем я так провинился, что вы не писали.       — Гарри, мы всегда тебе пишем, думаем и переживаем за тебя, — улыбнулась Гермиона.       — И никакой Добби нас не рассорит, — с вызовом сказал Рон.       — Добби нет, а вот телефон… — Гарри припомнил другу неудачную попытку звонка на третьем курсе, что вызвало улыбки у всех, кто знал об этом. То есть, у всех Уизли и Гермионы.       — О чём это вы? — поинтересовался Невилл на что последовал коллективный ответ золотого трио.       — Третья книга! Но Гарри не слушал. Он рванулся к Добби, протянув руку к письмам, но тот ловко увернулся. — Гарри Поттер получит их, сэр, если даст Добби слово, что не вернется в Хогвартс. Ах, сэр, вы не имеете права подвергать себя такой опасности! Обещайте Добби, что не поедете больше в школу. — Ни за что! — отчеканил Гарри. — Немедленно отдайте письма моих друзей!       — Ничего ему не обещай! А то точно не сможешь вернуться в Хогвартс, и профессора не помогут, — взволнованно сказал Джеймс.       — Почему? — почесал затылок Гарри. Слова отца сбили его с толку.       — Потому что магия может зачесть это обещание и кирдык тебе. У эльфов своя, особенная магия, — отозвался лорд Поттер.       — Поттер, ты что, на том свете совсем там умом тронулся?! — недовольно посмотрел на него Грюм.       — Э-э-эм… Грюм что-то нечленораздельно проворчал и ответил на недоумение Поттера-старшего:       — Магия у эльфов может и своя, но способа дать магическое обещание всего два — Неприложный обет и…       — Клятва собственной магией, — перебил мракоборца и хлопнул себя ладонью по лбу Римус.       — Хоть кто-то вспомнил, — окинул он недовольным взглядом всех в комнате, так как никто не додумался поправить Джеймса. — Так знайте, сэр, — печально проговорил эльф, — Добби придется прибегнуть к крайним мерам. Другого выхода нет.       — Что он хочет сделать? — ужаснулась Лили. И не успел Гарри опомниться, Добби выскочил из комнаты, толкнул дверь и кубарем скатился по лестнице.       — Он решил показаться маглам? — неверяще проговорила Нарцисса.       — Кое-что похуже, — фыркнул Гарри.       — Ему в голову пришло что-то в вашем, — посмотрел он на близнецов, затем перевёл взгляд на отца и его друзей, — или в вашем стиле.       — В каком это смысле? — в один голос спросили близнецы.       — Потом узнаете, — отмахнулся от братьев Рон, что явно не помогло. Те уже с подозрением смотрели то на одну троицу друзей, то на другую.       — Самое интересное, что никого из вас он не знал. Как только додумался до такого? — недоумевал Поттер-младший.       — Ну, Сириуса и лорда Поттера мог и пом… — начал было Драко, но мать его отдёрнула и он замолчал. Слова Малфоя и действия Нарциссы не остались без внимания озвученных и миссис Тонкс, но те упорно делали вид, что ничего не произошло. Во рту у Гарри пересохло, сердце чуть не выскочило из грудной клетки. Он бросился вслед за домовиком, стараясь не производить шума. Перемахнул через шесть последних ступенек и неслышно, с ловкостью кошки приземлился на ковер прихожей. Огляделся по сторонам: куда мог деваться Добби?       — Может, он ушёл? — понадеялся Невилл.       — Если бы, — недобро усмехнулся Гарри. — Уйди он и мы бы узнали о доблестных законах нашего министерства не раньше пятой книги, — Поттер-младший с неприязнью посмотрел на Фаджа. Все, кроме Поттеров, которым Римус и Сириус обещали всё объяснить позже, понимали его недовольство. — Пожалуйста, расскажите Петунье ту смешную историю про американских сантехников, мистер Мейсон. Она умирает от любопытства, — донеслись из столовой слова дяди Вернона. Гарри бегом бросился в кухню и обомлел. Тетушкино чудо кулинарного искусства — огромный пудинг из взбитых сливок и засахаренных фиалок — парил под потолком. А на верху буфета в углу, съежившись, сидел Добби.       — Мерлин! — воскликнули близнецы.       — Мерлиновы Кальсоны! — присвистнули Мародёры.       — Так вот что ты имел ввиду, — сказали одновременно пять голос двух поколений шутников Хогвартса.       — Великий Салазар! — не удержал эмоций Драко.       — Он с ума сошёл?! — возмутилась поведению эльфа Нарцисса. — Не надо, — простонал Гарри, — они убьют меня… — Гарри Поттер должен обещать, что он не вернется в школу. — Добби, умоляю… — Обещайте, сэр. — Не могу! Добби с состраданием посмотрел на него. — Тогда Добби придется на это пойти. Ради вашего блага, сэр.       — О да! — не удержалась и стала возмущаться действиям эльфа Джинни. — Хорошенькое же он благо приготовил. Прожить с теми, кто магию на дух не переносит! — как только седьмая Уизли закончила извергать своё недовольство, она заметила, что Гарри смотрит на неё заинтересованно, что немного её смутило.       — Мисс Уизли, — обратился к Джинни директор, — я ведь попросил, пока что быть чуть посдержаннее к мистеру и миссис Дурсль. Все помнили слова Дамблдора, но всё равно не понимали, почему он вдруг просит быть помягче к родственникам Гарри.       — Простите, профессор. Не удержалась. Дамблдор сдержанно кивнул и стал старательно избегать взглядов всех и каждого, кто жаждал понять причины его действий.       — Мы тебя спасем, — улыбнулись Гарри Рон и близнецы, что вернуло внимание к книге. При этих его словах торт рухнул на пол с оглушительным грохотом. Клочья сливок заляпали окна и стены. А Добби, как будто щелкнув невидимым хлыстом, исчез, словно его и не было. В столовой раздался визг, в кухню ворвался дядя Вернон, и его глазам предстал Гарри, с ног до головы облепленный пудингом тетушки Петуньи.       — Ни чем хорошим это не кончится, — вздохнула Лили, с тревогой смотря на сына. — Петунья с детства из-за пылинки скандал устраивала, а тут кухня в торте.       — Довольны? — спросил Гарри смотря на Фаджа. — Теперь доказано, что как минимум один из инцидентов — заклинание левитации — не на моей совести?       — Д-доказано, — сдавленным голосом проговорил министр магии. — Но, проступка этого года это не отменяет, — решил он попытаться вернуть себе хоть немного контроля.       — Я запомню эти слова, Корнелиус, — угрожающе произнёс Дамблдор от чего всем снова, уже который раз за вечер, стало неуютно от директора. Сначала показалось, что дяде Вернону удалось разрядить обстановку. — Это всего только наш племянник… Он не в себе, знаете ли… Незнакомые люди очень его пугают… И приходится держать его наверху, — говорил он, провожая Мейсонов обратно в столовую. Вернувшись, он сунул в руки Гарри швабру и пригрозил, вот только гости уйдут, избить его до полусмерти. Тетя Петунья полезла в морозильник за мороженым, а Гарри принялся наводить в кухне чистоту.       — Легко отделался, — обрадовалась Тонкс.       — Я бы так не радовался, — покачал головой Гарри. — Читай Билл. Возможно, дяде Вернону удалось бы заключить самую крупную в жизни сделку, но в тот вечер семейство поджидала еще одна напасть.       — Что ещё произошло? — удивилась Августа.       — Министерство выпендриться решило! — возмущался Гарри. Тетя Петунья стала обносить гостей коробкой с мятным шоколадом, как вдруг в открытое окно столовой влетела, шурша крыльями, огромная сова, уронила на голову миссис Мейсон письмо и вылетела обратно в темноту сада. Миссис Мейсон закричала дурным голосом, не хуже ирландского привидения, приносящего весть о близкой смерти, и выскочила вон из дома. После чего мистер Мейсон оставался в гостях ровно столько, сколько надо, чтобы сказать: жена его больше всего на свете боится птиц любого вида и цвета, а он вообще таких шуток не понимает. Амелия грозно посмотрела на Фаджа. Тот изо всех сил старался слиться с креслом. Гарри стоял на кухне, сжимая в руках швабру, как будто ища в ней поддержку: дядя Вернон надвигался на него с сатанинским блеском в крошечных глазках. — Читай! — злобно прошипел он, размахивая перед носом Гарри письмом, которое принесла сова. — Читай вслух! Гарри взял письмо. Поздравления с днем рождения в нем не было.       — Какое ужасное…       — …несчастье! — дружно сказали близнецы.       — Для меня было несчастьем, — грустно улыбнулся Гарри. Лили услышав в голосе сына грусть обняла его и прижала к себе. Вот что он прочитал: «Дорогой мистер Поттер! Мы получили донесение, что в месте Вашего проживания сегодня вечером в двадцать один час двенадцать минут было применено заклинание Левитации. Как Вам известно, несовершеннолетним волшебникам не разрешено вне школы использовать приемы чародейства. Еще одна такая провинность, и Вас исключат из вышеупомянутой школы согласно Указу, предусматривающему разумное ограничение волшебства несовершеннолетних (1875 г., параграф С). Также напоминаем, что любой акт волшебства, способный привлечь внимание не умеющего колдовать сообщества (простецы), является серьезным нарушением закона согласно Статусу секретности Международной конфедерации колдунов и магов. Счастливых каникул! Искренне Ваша, Муфалда Хмелкирк Отдел злоупотребления магией Министерство магии».       — После этого письма они то-о-очно озвереют, — нехотя отметил Сириус потирая заднюю часть шеи.       — Ты не представляешь, насколько ты прав, — тяжело выдохнул Гарри. Сириус положил руки крестнику на плечи и смотря ему в глаза произнёс:       — Ты туда больше не вернёшься. Понял? Как только мы прочтём третью книгу я отправлю документы на оформление опекунства и мы станем семьёй. Гарри кивнул.       — Вы всё ещё разыскиваемый преступник, мистер Блэк, — уже в который раз осмелел Фадж. Неужели зелье храбрости в промежутках между главами попивает?       — Третья книга! — огрызнулись на него Сириус и Гарри. На этот раз министр воспринял всё куда спокойнее — в кресло не вжался и котелок вертеть не стал. Блэк явно внушал ему куда меньший страх, чем директор. Впрочем, Фадж не видел его в реальном гневе, может, тогда реакция была бы схожей. Гарри кончил читать и сглотнул комок в горле. — Ты почему не сказал нам, что тебе запрещено колдовать вне школы? — обрушился на Гарри дядя Вернон — в глазах у него плясали взбесившиеся светляки, так, во всяком случае, показалось Гарри. — Скажешь, что просто забыл… вылетело из головы… Дядя Вернон навис над Гарри как огромный, оскалившийся бульдог.       — Ненавижу бульдогов, — передёрнулся Гарри.       — Почему? — спросила Меда.       — Третья книга расскажет.       — У меня скоро будет аллергия на эти слова, — фыркнул Драко.       — А волкодавов любишь? — усмехнулся Джеймс кинув быстрый взгляд на Сириуса.       — Ну-у-у, — протянул Гарри, — один мне точно нравится, — подмигнул он крёстному и получил в ответ улыбку. — Ну вот что, у меня для тебя приятнейшее известие. С сегодняшнего дня ты будешь посажен под замок…       — Себя под замок посади! — рявкнула Джинни. — Боров жирный! — это она сказала уже гораздо тише, но слуха её родителей это не ускользнуло.       — Джинерва! — воскликнули мистер и миссис Уизли.       — Наша сестричка, — гордо сказали Фред и Джордж дав друг другу пять. И никогда больше не вернешься в ту школу… никогда. А вздумаешь колдовать, они все равно тебя выгонят! И, захохотав, как помешанный, он потащил Гарри наверх в его комнату.       — Поставь его туда откуда взял! — оскалилась Гермиона.       — Как думаешь, Гермиона понимает, что она говорит с книгой? — почесав затылок обратился к Гарри Рон.       — Скорее нет, чем да, — отозвался тот и друзья прыснули. Дядя Вернон не бросал слов на ветер. На другое утро он позвал плотника, и тот за умеренную плату забрал деревянной решеткой окно в комнате Гарри. Потом своими руками прорезал внизу двери отверстие и навесил кошачью дверцу. Три раза в день пленнику давали немного еды, утром и вечером выводили в туалетную комнату. Все остальное время суток Гарри Поттер был заперт у себя в комнате на ключ.       — Вот ведь с…       — Ты не закончишь это предложение Нимфадора, — угрожающе сказала миссис Тонкс.       — Не надо называть меня Нимфадорой, — произнесла метоморф, явно сдерживая гнев. — И, я хотела сказать, суровый человек.       — Конечно, конечно, — покивал Сириус. — Мы верим тебе, Нимфадора, — на этот раз Дора не сдержалась и волосы её вспыхнули бордовым цветом.

***

Так прошло три дня. Дурсли и не думали сменить гнев на милость. Он лежал на кровати и глядел сквозь зарешеченное окно, как медленно садится солнце. Что-то с ним теперь будет? Сердце в отчаянии сжималось — он не видел никакого выхода.       — Выход есть всегда, — заметил Чарли. — Попробовал бы с ними договориться.       — С ними говорить не возможно, — хмыкнул Гарри. — Не то что договариваться.       — Дамы и господа, — поднялся со своего места Рон. — Чарльз Фрэнсис Уизли, законченный оптимист, — он указал обеими руками на брата и театрально поклонился. Это маленькое представление вызвало смех у всех детей и некоторых взрослых.       — А ты не безнадёжен, Ронни, — похлопали ему близнецы и показали большие пальцы вверх, что сделали и Мародёры. Что толку вызволять себя из заточения с помощью магии, ведь тогда его исключат из Хогвартса.       — Это вряд-ли, — не согласился со мнением книжного Гарри Драко. — Ты же герой.       — Я просто Гарри.       — Для себя, да. Для магического мира, нет. Гарри лишь фыркнул на эти слова. Но и жизнь на Тисовой улице не сулила ничего хорошего. Дурсли узнали, что могут спокойно спать, никто ночью не обратит их в летучих мышей, и теперь у него нет против них оружия.       — Хм-м-м, — Мародёры весело переглянулись.       — Вы не станете этого делать, — строго произнесла Лили.       — Не понимаем о чём ты, — с «ангельскими» лицами сказали Джеймс и Сириус.       — Ну-ну, — скривила губы Лили скрестив руки на груди. Добби, возможно, и спас его от какой-то страшной опасности, грозившей ему в Хогвартсе. Но ведь здесь его ждет просто голодная смерть.       — Ладно, признаю, тогда я преувеличил, — опроверг свои книжные слова Поттер.       — Что-о-о? — деланно удивились близнецы.       — Ну, посидел бы месяц под замком и вперёд работать. Домашние дела сами себя не сделали бы, — шуточно обыграл он тот факт, что по сути, был домашним эльфом Друслей, только без помощи магии. Скрипнула кошачья дверца, и рука тети Петуньи втолкнула в комнату миску с супом. У Гарри от голода уже давно сосало под ложечкой, он вскочил с постели и ринулся к миске. Суп был холодный как лед, но он в несколько секунд ополовинил ее. Затем подошел к клетке Букли и вывалил в ее плошку оставшееся овощное месиво. Сова распушила перья и презрительно глянула на Гарри.       — Могла бы и больше дать, — зло буркнула Джинни. — Он же ещё и Буклю кормит. Или о ней можно и забыть? Гарри улыбнулся и неловко обнял её за плечи. — Нечего воротить клюв, — уныло проговорил Гарри, — это все, что у нас есть.       — Бедная Букля, — пожалел сову Невилл. Поставив пустую миску на пол рядом с кошачьей дверцей, Гарри опять лег на постель. Есть хотелось еще сильнее. Допустим, он не умрет в оставшиеся четыре недели. Хватятся ли его в Хогвартсе, если он первого сентября туда не вернется? Пошлют ли кого-нибудь узнать, что с ним? Смогут ли уговорить семейство Дурслей отпустить его?       — Не волнуйтесь, Поттер, за вами точно кого-нибудь прислали бы, — успокоила мальчика Минерва. — А вот что было бы с вашим здоровьем, это вопрос. Комната погружалась во мрак. Измученный, голодный — в животе громко бурчало, — осаждаемый неразрешимыми вопросами, Гарри забылся тревожным сном.       — Бедный мой мальчик, — погладила сына по голове Лили.

***

Ему снилось, что его подарили зоопарку. Он сидит в клетке, на которой табличка: «Колдун несовершеннолетний». Люди глазеют на него сквозь прутья решетки, а он, ослабевший, с пустым желудком, лежит на соломенной подстилке. В толпе мелькнули уши и глаза Добби, он стал кричать ему, просить о помощи, но Добби только сказал:       — У тебя точно странные сны, — рассмеялся Драко.       — Это ты ещё пятую книгу не читал.       — А что там?       — Потом узнаешь.       — Гарри, тебе что, снились свидания с Малфоем, — подшутили над ним близнецы.       — Нет, спасибо. Лучше дементора поцелую, чем такие сны видеть, — ответил им Гарри. — Гарри Поттер здесь в безопасности, сэр. Потом появились Дурсли, и Дадли стал бить палкой по железным прутьям. Голова у Гарри раскалывалась от боли. — Перестань, — взмолился он, — не мешай мне… Я очень хочу спать…       — Дурацкий эльф.       — Хватит, Рон. Это уже в прошлом, — не сдержалась Гермиона       — Ладно-ладно, — буркнул шестой рыжий, — я молчу. Только, сама не забывай об этом, — усмехнулся он уголком губ намекая подруге на её недавнюю реакцию. Впрочем, Гермиона это проигнорировала.

***

Гарри открыл глаза. В комнату лился лунный свет. Кто-то действительно глядел на него в зарешеченное окно; лицо в веснушках, рыжие волосы, длинный нос.       — Рон! — радостно воскликнули, кто едва слышно, а кто громогласно, все присутствующие гриффиндорцы — нынешние и бывшие. Рон гордо поклонился, а близнецы картинно подняли глаза к небу. Ну конечно, это был его лучший друг Рон Уизли.       — Как ты туда попал? — удивился Джеймс.       — Вам понравится, — улыбнулся Уизли, — продолжай Билли.       — Так, конец главы, — сказал старший из детей Уизли.       — Давай, я почитаю. Хочу узнать, что мне там должно понравится, — с блеском в глазах произнёс Джеймс.       — Завтра, а сейчас всем спать! — перехватив книгу из рук сына скомандовала Молли.       — Ну ма-а-ам, — протянули близнецы.       — Спать я сказала.       — Ну вот, на самом интересном месте, — буркнул Невилл, но под пристальным взглядом бабушки отправился следом за остальными. Как только последний из детей исчез на лестнице, Поттеры подошли к Дамблдору. Им предстоял серьёзный разговор.