Перед самым рассветом

Таня сидела на парковой скамейке, внешне выглядя спокойно, но внутри дрожа от нервов. Это был её пятый выход на неделе. Она постепенно втягивалась в общество, возвращаясь в свою старую квартиру, входя в продуктовый магазин, магазин аренды видеофильмов, путешествуя по городу. План состоял в том, чтобы заставить Харли заметить её и прийти. Пока это был медленный процесс. Она ожидала, возможно, нереальное, что она покинет поместье Уэйнов и сразу же будет атакована Дентом и Квинзель. Это было не так. Она выходила каждый день в течение недели, пытаясь незаметно бросаться в глаза, пытаясь привлечь внимание, не будучи столь заметной. Это была тяжёлая работа. Хотя она знала, что сама попросила включить себя в план, она так нервничала, что едва могла дышать. Единственное, что держало её на месте, так это то, что когда она возвращалась в ту квартиру по вечерам, помещение не было пустым. Джек находился там "24 на 7", и Брюс оставался на ночь. Когда женщина была вне её маленьких экскурсий, за ней наблюдали и требовали носить бронежилет под одеждой. Он был сделан из материала, похожего на костюм Летучей Мыши, но изготовлен так, чтобы соответствовать её телу, как вторая кожа. Она осознала, что если бы ей выстрелили в голову, вещь оказалась бы бесполезной, но он закрывал остальную часть её и, что более важно, её утробу. Джек был тем, что можно охарактеризовать как нервный срыв. Он почти постоянно ходил на грани какого-то эмоционального взрыва. Было очевидно, что он до сих пор не одобрил план по заманиванию своих врагов. Несмотря на то, что она проводила максимум три-четыре часа вне квартиры, он безумно нервничал. Он боялся, что с ней что-то случится, или этот стресс навредит ребёнку. Таня должна была признать, что тоже переживала. Она прошептала это Джеку прошлой ночью, и на следующее утро он сразу же позвонил Брюсу, чтобы недвусмысленно сказать ему, что если план не сработает к концу недели, то это конец. И это заставит вернуться к плану «А». Это был последний день. Таня сидела на скамейке в парке, чувствуя себя нелепо, как сыр в мышеловке. Она наблюдала за людьми около часа, а потом вытащила пачку чипсов и начала их есть, листая журнал. Когда истекло отведённое время, она вздохнула с облегчением. Ей больше не придётся этого делать. Если повезёт, у неё будет ещё неделя с Джеком. Она слабо улыбнулась тёплому чувству мысли и вытащила телефон из сумки. Это был специальный личный телефон, который Брюс финансировал через свою компанию. Он не мог быть отслеженным или, по крайней мере, не мог быть отслеженным кем-либо за пределами его компании. Она набрала номер, который давно запомнила, и терпеливо ждала. Он поднял трубку на третьем гудке. — Привет, — поприветствовала она. — Снова ничего. Я скоро вернусь домой. — Ладно. Хорошо. — Джек звучал тоже облегчённо. — Я буду ждать тебя, малыш. — Окей. Я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю. Будь осторожна, — посоветовал он. — Обязательно, — пообещала она, затем повесила трубку. Она подняла сумку и направилась вниз по улице к своей машине. Когда она добралась до стоянки, её машины не было. Проклятье. Таня начала паниковать. Это не входило в часть плана. Ей нужна машина. Она не могла находиться здесь одна. Женщина быстро начала искать телефон в сумке, но не смогла найти его. Она потрясла её и сосредоточила всё своё внимание на ней, пытаясь найти его в глубине своей сумки. Таня, наконец, нашла телефон, снова набрав номер. До того как она смогла нажать на звонок, что-то попалось ей на глаза через парковку. Это была её машина. Она с облегчением вздохнула. Женщина просто забыла, где припарковалась. Таня шла так быстро, насколько могла, по асфальтированной парковке. Когда она приблизилась к своей машине, то не могла отделаться от предчувствия, что что-то ужасно неправильно. Таня замедлилась, рассматривая автомобиль с дальнего расстояния. Решив следовать интуиции, она остановилась и начала звонить Джеку. Прежде чем это произошло, она услышала, как машина быстро подъехала позади неё. Она развернулась как раз в тот момент, когда распахнулись двери белого фургона, и её затолкали внутрь. Она открыла рот, чтобы закричать, но рука заткнула её. Её ноги оторвались от земли, когда пара сильных рук схватила её и бросила на дно фургона. Решив не сдаваться без боя, она укусила так сильно, как могла. Её нападавший убрал руку со рта, и она закричала изо всех сил. Когда женщина крикнула, её снова заставили замолчать, но на этот раз сильным ударом пощечины по лицу. Она испустила крик боли. Дверь фургона закрылась, и женщина оказалась в слишком знакомой ситуации. — Рад снова видеть тебя, Таня.  Она узнала этот ядовитый тон. Беря себя в руки и не обращая внимания на жгучую боль в щеке, она подняла глаза, чтобы взглянуть на Харви Дента. У него был сумасшедший взгляд, и хотя Таня видела его раньше, ей было сложно поддерживать зрительный контакт. — Дент, — хладнокровно поприветствовала женщина. Она взглянула на сиденье водителя и была удивлена, увидев, что над сиденьем видны волосы лимонного цвета. Она схватила телефон в руку, пытаясь незаметно позвонить Джеку. — Позвони ему, — кивнул он головой в сторону мобильного. — Позвонить кому? — уклонилась она. Конечно, он не мог знать. — Джокеру. Я знаю, что он ждёт твоего звонка. Скажи ему прийти и забрать тебя. — Зачем Джокеру приходить за мной? — Таня сохранила свой тон, но сердце гремело в груди. — Ты знаешь, что придёт, — Дент улыбнулся ей. — Не придёт. Ему плевать на меня. — Вдруг рот Тани оказался полон. Дент гулко залился безмятежным смехом: — Он так и поступит. Я знаю, что он сейчас находится в твоей квартире. Я знаю, он ждёт, когда ты позвонишь. Я знаю, что ему не всё равно. Тебе нужно уделять больше внимания тому, кто следит за тобой. Позвони ему.  Мир закружился. Боже, это было ужасно. Таня старалась сохранять спокойствие и разработать план. Скоро Брюс заметит, что её нет дома, Джек заметит, что её нет дома, а затем они оба смогут прийти и забрать её. Ей просто нужно тянуть время. — Зачем? — спросила женщина Дента, молясь, чтобы он не знал, что она была в сговоре с Бэтменом. — Он забрал то, что было мне дорого. Ему было наплевать на всё, поэтому я позволил ему жить. Но сейчас у него что-то есть. И теперь он почувствует, каково это — потерять. — Улыбка Дента дико расширилась. — Чёрт возьми, Дент. Просто давай убьём эту суку и бросим тело там, где он его найдёт! Видимо, блондинка на переднем сиденье больше не могла сдерживать свою ненависть. Она посмотрела на Таню через зеркало заднего вида. Таня прикусила язык. Она жаждала поставить психованную суку на место, но сейчас не время. — Заткнись, Харли! — прорычал Дент, кротко бросив взгляд назад. Харли закрыла рот, но продолжила испепеляюще смотреть. Таня могла чувствовать ненависть в воздухе. Дент вернулся к Тане: — Ты позвонишь Джокеру. Ты скажешь ему встретиться с нами в старом укрытии в пять. Ты скажешь ему, чтобы он пришёл один. А потом мы покончим с этим. — Таня не могла ничего сделать, кроме как замолчать, услышав знакомые слова. Похоже, Брюс не единственный, кто готов покончить с игрой Джокера. Тон Дента был командующим, не оставляющим места для спора. Это и пистолет в его руке заставляли Таню серьёзно задуматься над тем, что лучше слушать его. — Если он этого не сделает, я убью тебя и оставлю тело, чтобы он его нашёл. — Таня проглотила комок. — Если сделает, ты получишь тот же шанс, что и все остальные. — Он подбросил монету. — Пятьдесят на пятьдесят. — Я всё ещё считаю, что мы должны убить её. От неё никакой пользы, кроме неприятностей, — прорычала Харли. — Ты хочешь вернуть Джокера или нет? — Дент адресовал свой вопрос блондинке. — Да… — Тогда заткнись! Следуй чёртовому плану! — выплюнул он. — Звони ему. — Он дёрнул руку Тани к её уху. — Сейчас. Таня повиновалась, страх проходил по её венам. Она едва слышала гудки сквозь кровь, яростно бьющуюся в висках. «Таня? Где ты, чёрт возьми?» — Джек звучал почти разозлённым. — Эм… — заикнулась она, помня, что не стоит произносить настоящего имени. — Дент, он… — женщина глубоко вздохнула, чтобы успокоиться. «Дент что?» — Джек явно ходил кругами, его голос приобрёл оттенок гнева. — Он поймал меня. Он хочет, чтобы ты встретился с ним в пять… «БЛЯДЬ!» — Проклятье можно было услышать вне машины. Дент триумфально улыбнулся. Таня сморгнула навернувшиеся слёзы: «Он хочет, чтобы вы встретились в пять на месте встречи», — быстро закончила она, прежде чем сочетание эмоций и гормонов предали её. «ДАЙ ТЕЛЕФОН ЭТОМУ МУДАКУ! Я СОБИРАЮСЬ… ОН ПОЖАЛЕЕТ, ЧТО ВООБЩЕ РОДИЛСЯ!» — Таня быстро протянула телефон, прежде чем произнести какие-либо слова, которые могли бы ещё больше предать их отношения. Крайне важно, чтобы Дент оставался в неведении как можно дольше. Дент взял телефон: «Привет, Джокер», — он небрежно улыбнулся. Таня могла слышать, как Джек разглагольствовал по телефону. Она сглотнула и постаралась взять себя в руки. Это плохо, слишком плохо. Джек может стать прежним, Джека могут убить, она может оказаться убитой, ребёнок… И тогда Таня обнаружила себя игнорирующей всё в фургоне, даже триумфальные улыбки Харли, смех Дента, всё, молясь всем нутром, чтобы Бог пощадил их всех.