Перед самым рассветом

Таня была привязана к стулу в каком-то пустом складе где-то в Готэме. Её беспокоило то, что подобное являлось столь обычным явлением в её жизни в последнее время, и она задалась вопросом, сколько всего в Готэме находится неиспользованных складов. Если женщина выберется отсюда, ей придётся написать своему конгрессмену и пожаловаться. Она снова натянула верёвки, проверяя их. Чёрт, она была крепко привязана. Харли не предприняла ни одной попытки обеспечить ей безопасность. Она старалась не смотреть на миниатюрную блондинку в углу. Женщина кидала на неё враждебные взгляды в течение последнего часа и сделала всё возможное, чтобы Таня чувствовала себя ужасно. Не то чтобы она ожидала хорошего ухода, но с каждым «случайным» ударом Харли, направленным в её голову, её гнев был уже настолько силён, что она была готова вот-вот взорваться. Дент отошёл куда-то на задний план. Из всех ужасных и пугающих последствий, которые могли в любой момент дать о себе знать, Дент был, на сегодняшний день, самым безобидным. Он беспрерывно бормотал себе под нос, бормотал какие-то мстительные фразы, злился и время от времени заглядывал ей в глаза. Был какой-то торжествующий блеск в его глазах, словно у кошки, которой в лапы попалась канарейка. Эти холодные цвета кобальта глаза, казалось, пронзали её, видели женщину насквозь, как и внутреннюю неуверенность. Таня была уверена, что если она встретится с ним взглядом, то все её секреты, её и Джека секреты, прорвутся, как плотина, и утопят её. Женщина быстро отвела взгляд, молясь о чуде. — Почти пятый, — бормотание Дента стало чётче, когда он вошёл в комнату, лихорадочно подбрасывая монету в руке. — Через несколько минут он узнает, каково это — потерять кого-то. — Он бегло посмотрел на Таню. Его лицо исказилось в нелепой улыбке. — Я всё ещё считаю, что мы должны убить её. Это причинит ему боль в любом случае, — Харли говорила из угла комнаты, полные ненависти глаза были устремлены на Таню. Её ненависть к Тане явно перевешивала все чувства, которые она испытывала к Джокеру. — Нет! — Дент схватился за голову и зарычал. — Я хочу, чтобы он слышал, как умирает она! Я хочу сделать с ним то, что он сделал со мной! Его глаза расширились и стали безумными, почти возбуждёнными. Таня чувствовала страх настолько остро, как никогда не чувствовала, когда мерзавец пошёл на неё. Это нельзя было ни с чем сравнить, даже с тем моментом, когда она впервые встретилась лицом к лицу с Джокером. — Но ты ведь не убьёшь его, верно? Внезапный голос Харли был полон сладкой заботой. Таня хотела вырвать все её волосы и скормить их ей же. Она не могла сдержаться, чтобы не бросить поистине убийственный взгляд в её сторону. — Нет. Пока мне не придётся. — Дент игриво вернулся обратно в другую комнату, его бормотание продолжилось. — Хорошо, — тяжело выдохнула Харли, казалось бы, находясь в раздумьях. Внезапно её глаза резко уставились на Таню. Она медленно улыбнулась так, что Таня могла сказать, что эта улыбка являлась той самой, которую она использует на мужчинах, чтобы соблазнить их. Но, будучи женщиной, она обнаружила это отвратительным. Зеленоглазый монстр поднял голову, требуя, чтобы она уничтожила угрозу перед ней. Она смотрела на более худую женщину, которая плавно двигалась к её стулу со злобным умыслом. Таня сузила глаза, готовясь к тому, что неизбежно заставит её стать предельно злой. Она не была разочарована: — Знаешь. — Харли наклонилась к ней, её декольте находилось прямо у лица Тани, её голос почти мурлыкал. — Как только он придёт сюда и после того, как мы покончим с тобой, я собираюсь показать ему, что он потерял на протяжении всех этих месяцев, что был заперт с тобой. — Таня прикусила щеку, пытаясь сдержать поток резких ответов. — И знаешь, — подло продолжила Харли, так тихо, что Таня была вынуждена напрягаться, чтобы услышать её, — он был только с тобой, потому что это — часть его плана. Он получил то, что хотел от тебя, и теперь может вернуться к настоящей любви. Кому-то, кто его понимает, — Харли усмехнулась. Таня больше не могла себя сдерживать. Сука имела наглость предположить, что знала его. Это было почти смешно. Она выплюнула свой грубый ответ: — Правда. Наверное, он так был увлечён мной, приходя ко мне около трёх раз в день. И это смешно, он ни разу не произнёс твоего имени. Как будто ему наплевать на тебя. Может быть, блондинки и сумасшедшие не в его вкусе. — Таня старалась не повышать голос и не отводить глаз от её лица, её губы приподнялись в уголках. Она могла поклясться, что пламя покинуло глаза противника. Лицо Харли скривилось в гневе. Таня усмехнулась про себя, празднуя собственную небольшую победу. Квинзель сорвалась, вытянувшись по струнке: — Сука! — выплюнула она, не в силах придумать более умный ответ. — В любом случае это не важно. Через час ты умрёшь. И никто не встанет между мной и им, — она торжественно ухмыльнулась и бросилась прочь, поправляя волосы, пока шла. Как бы ей не хотелось это признать, Таня чувствовала, как она постепенно вжимается в спинку стула. Она была права, если не случится чуда, её жизнь закончится. И не только её, но и ребёнка. Из-за какой-то жестокой иронии она чувствовала, как что-то, сродни утреннему недомоганию, скручивает внутренности. Она быстро повернула голову, всё, что она ела в этот день, оказалось на бетоне рядом с ней. Она скривилась от отвращения, её глаза были мокрыми от слёз. Это плохо. Это было очень, очень плохо. Минуты тянулись крайне медленно, тишину прерывали время от времени безумное бормотание Дента и оскорбления от Харли. Таня оставалась неподвижной, её разум не мог сформулировать ни одной конкретной мысли, страх одолел все её чувства. Раздалось эхо шагов по бетону или кашля. Таня экспериментально качнулась на стуле, тестируя вес. Итоговый визг дерева по полу сразу же заставил вернуться разгневанного Дента обратно в помещение. Взгляда его глаз было достаточно, чтобы мотивировать Таню больше не двигаться. Пять часов быстро приближались. Тревога горела в нижней части желудка Тани, как всё ещё горячие тлеющие угли от пожара. Она проглотила комок, её рот внезапно наполнился слюной. Это был момент истины. Она начала сомневаться; что, если Джек не придёт? Подобные мысли были заглушены стуком в дверь. У Тани перехватило дыхание. Харли выскочила из задней комнаты, яркая улыбка озарила её лицо. — Кто там? — пропела она. Таня была поражена, увидев её наряд, очень похожий на тот, который Джокер заставил её носить месяцами ранее. Это был обтягивающий костюм Арлекина. Таня посмеялась бы над этой иронией, если бы её не одолели жестокие желания. Харли подмигнула ей, когда подошла к двери и открыла её. Вид, что открылся Тане, почти не повалил её на пол. Это был Джек, но не такой, каким был в последние несколько недель. Джокер вернулся. Его волосы были грязными и неухоженными, грим снова красовался на его лице. Его глаза были холодными и жёсткими, а рта снова коснулась суровая фальшивая улыбка. — Харли, — приветствуя её, кивнул он головой. Глаза мужчины смотрели на миниатюрную фигуру перед собой. Он оценил всё женское тело, разглядев каждый дюйм её наряда. Мужчина вновь усмехнулся, уголок одной стороны рта комично приподнялся. — Хорошо выглядишь, — похвалил он её. Харли улыбнулась от уха до уха. — Это всё для тебя, малыш.  Она похлопала ресницами. Его ухмылка стала шире, и он толкнул женщину внутрь, не наградив Таню ни одним взглядом. Она ещё сильнее почувствовала страх, задаваясь вопросом, кто сейчас перед ней: Джек или Джокер? Она тщетно пыталась контролировать своё дыхание, желая, чтобы Джек просто взглянул на неё или дал знак, что это он. Её глаза расширились, когда Харли наклонилась и поцеловала губы отца её ребёнка, прижимая своё тело к его в грубом поцелуе. Мужчина ответил, притягивая в объятие более худую женщину, так же грубо целуя её. Это было отвратительное зрелище, которое заставило всё стать ещё невыносимей от волны сердечного приступа, что рухнула на Таню в тот страшный момент. Харли отстранилась первая, хихикая почти маниакально. Она бросила Тане злобный взгляд через плечо с триумфальной улыбкой на лице. Таня заставила себя не показывать того, что бушевало у неё внутри, внешне оставаясь спокойной, отказываясь проявлять какую-либо эмоцию, которую могла или не могла чувствовать. Всё было напрасно; Харли уже повернулась к нему и смотрела на мужчину щенячьими глазами, почти прыгая вокруг него. Таня смотрела на человека, которому принадлежало её сердце, желая, чтобы он взглянул на неё. Что и произошло. Он наградил её несколькими короткими взглядами. Возможно, это была игра света, но Таня увидела, как его взгляд на секунду смягчился, словно он пытался заставить её понять что-то важное. Таня решила довериться своей интуиции. Она решила, что перед ней Джек, Джек, одетый в одежду Джокера. Она глубоко вздохнула. Женщина была готова следовать его плану, каким бы тот ни был. В тысячный раз за вечер она просила Бога помочь им всем. — Поглядите, кто вернулся, — другой баритон послышался в комнате, ироничные нотки окрасили его голос. Таня повернула голову в сторону Дента. — Не могу позволить тебе взять мою корону Клоуна-Принца Хаоса, — огрызнулся в ответ Джек. Двое мужчин смотрели друг на друга с крайним отвращением, словно львы, готовящиеся к смертельной битве. Харли, казалось, испытывала противоречивые чувства относительно того, когда должна была поддержать одного из них, и, взглянув на двух слишком разозлённых мужчин, двинулась в сторону. — Значит, она небезразлична тебе. — Дент перевёл глаза на секунду на Таню. — Не имеет ли это ничего общего с тем, почему пришёл ты? — Его триумфальная улыбка стала шире. — Она — важная часть головоломки. — Джек сделал большой шаг вперёд, его высокомерие вернулось, будучи бесстрашным перед человеком, которого создал. — Я пока не могу заставить тебя убить её. Плюс, она моя. — Он стоял прямо перед Дентом, пытаясь смутить его. Дент зарычал: «Нет, она не твоя. А моя. И мы увидим, насколько она важна тебе». Джек засмеялся, маниакальное хихиканье отскакивало от гладкой поверхности помещений. Он согнулся от веселья. Это было настолько убедительно, что Дент, казалось, опешил, Харли усмехнулась и добавила от себя собственное хихиканье, и даже Таня была поражена ещё одним сомнительным моментом. Джек продолжал это в течение некоторого времени, прежде чем выпрямиться. — Вот это, — он поднял палец, чтобы подчеркнуть его высказывание, — смешно. Я считал, что я шутник, но, видимо, того, что перешло от меня к тебе, было больше, чем я предполагал. Эти двое, — он указал на Таню и Харли одновременно, — всего лишь часть игры. — Харли выглядела откровенно оскорблённой. — Но… — пробормотала она, — я люблю тебя! — Женщина глупо моргнула в его сторону. — Я знаю. — Мужчина просто пожал плечами. — Но я никого не люблю. — Он многозначительно взглянул на двух женщин. Дент вёл себя невозмутимо: — Что ж, если я не могу заставить тебя чувствовать то, что чувствую я, то, по крайней мере, я нарушу твои планы. — Он засунул руку в свой карман и вытащил пистолет и монету. — Итак, — продолжил он, — кто первый? — Его глаза остановились на Тане, и мужчина подбросил монету. — Мисс Хитроу, орёл — вы останетесь в живых, решка — умрёте. Таня наблюдала, как металл переворачивается в воздухе, её судьба сверкала в люминесцентном свете, приостановленной в замедленном движении. Джек довольно спокойно смотрел на это. Таня была поражена страхом. Может, она неправильно его поняла, может, он не изменился. Монета падала вниз на раскрытую ладонь Харви Дента. Его пальцы раскрыли внутреннюю сторону ладони; блаженное, почти мирное выражение появилось на его лице. Монета упала в его вытянутую руку. Он взглянул на неё. — Решка, — усмехнулся он, подняв в сторону Тани пистолет. Раздался резкий вдох, Таня не знала, кто его сделал. Она уставилась в дуло, вспышки семьи и близких, и славных дней быстро пронеслись в её голове, как слайд-шоу. Палец Дента дёрнулся, и Таня закрыла глаза. Всё кончено. Громкий взрыв потряс здание, выбивая окна у потолка. Стекло каскадом пало на пол, отскакивая и привлекая внимание всех в комнате. Пистолет выстрелил, пуля полетела в Таню. Она не попала в цель, вместо этого она оказалась в ножке её стула, когда рука удивлённого Дента дёрнулась. Дерево разлетелось и развалилось под ней, и она упала назад на пол, освободившись от верёвок, которые ранее удерживали её. Она ударилась головой об стену и на мгновенье увидела звёзды. Таня могла слышать звуки массового хаоса вокруг неё. Дент ругался и орал; Харли кричала в ужасе, но Джек странно молчал. Таня вовремя повернула голову к окнам, чтобы увидеть чёрную фигуру, парящую в открытом пространстве, раскинув крылья в вопиющей красе. Бэтмен приземлился посередине комнаты. Джек на мгновенье взглянул на него. — Чёрт, мужик, ты не мог бы ещё быстрее?! — наконец крикнул он. Брюс просто посмотрел на него. — Извини. Их взаимодействие заняло всего секунду, а затем двое мужчин занялись каждый своим делом: Бэтмен последовал за спасающимся бегством Дентом, Джек бежал к женщине, которую любил.