Что же такое счастье?

      Жизнь просто обожает устраивать сюрпризы. Уверен в чем-то? Получи совершенно противоположный результат! Ждешь одного? Получай другое! Выстроил четкий план действий? Забудь о нем!       Хочешь как лучше, получается как всегда — с такими мыслями Антон смотрел в потолок своей комнаты и думал над событиями прошедшей ночи. Ночь, когда оборотни и вампиры чествовали своего предводителя. Как визжал Сашка, когда увидел толпу ряженых гостей, торт, подарки, как был счастлив играть с другими детьми и выполнять задания аниматора. Ему очень понравился сюрприз, в отличие от Арсения, который радовался, кажется, первые минуты две, а после его глаза наткнулись на двух явно не понимающих "что они здесь делают" людей. Отец и мать стояли поодаль, и отец всем своим видом выражал негодование подобного рода вечеринкам, но все же к Арсению подошел, о чем они говорили, Антон не слышал, но разговор Арсению очень не нравился.       Весь вечер Шастун чувствовал себя виноватым, напряжение между родственникам сквозило из всех щелей, и хорошо, что его не видели и не чувствовали дети, занятые играми на заднем дворе.       Апогей праздника наступил тогда, когда обещанная Матвиенко драка все-таки началась, и Антону пришлось оттаскивать Арсения от своего отца. Или все же началось с того, когда загипсованная нога заболела, и Арсений подхватил его на руки. Просто и легко подхватил и усадил в кресло. Кажется, Антон такого не ожидал, ведь он всего лишь попросил подкатить ему кресло. Кажется, Попов старший такого тоже не ожидал, поэтому эмоций своих не скрывал.       Закончилось все очень гадко — разбитой губой Попова младшего и бровью Попова старшего, после чего он и свалил, а Арсений вслед ему кричал, что у него самая лучшая семья на свете, и он сейчас не про отца.       Господи, как же стыдно-то! Антон зажмурился, ероша свои волосы и поморщился, устраивая больную ногу удобнее. Короткий писк сообщил о приходе смс, и парень уставился в экран мобильного.       Сюрпризы бывают двух видов: от одних у людей улыбки появляются, а от других исчезают.       Вот так вчера случилось и у него. Арсений не ожидал, совсем не ожидал, и сейчас, бродя по развороченному от набега маленьких монстров дому, он вспоминал события прошедшей ночи.       Любители вампиров повеселились офигенно, остатки торта даже на потолке. Ну ничего, вызванная бригада уборщиков в один миг все очистит. Мужчина усмехнулся и, сдернув один шарик, повисший на люстре, отправился с ним на кухню, откуда слышался шум воды. — Доброе утро.        Стоявший у раковины Матвиенко обернулся и тут же закрутил кран. — А я тут посуду домываю. Все, что осталось от этих упырей. А Сашка на улице подарки разбирает, под присмотром вашего медведя. Я их обоих покормил, не беспокойся, — армянин усмехнулся и вздохнул. — Кофе хочешь? — С коньяком? — Арсений приподнял бровь, и Сергей тут же кивнул.  — С коньяком, с ликером, с шоколадкой. — Подлизываешься, — темноволосый мужчина присел за кухонный стол и вздохнул. — Прости нас, я случайно сказал Антону, и тот их пригласил, даже не разобравшись. Я идиот, признаю, — Матвиенко присел рядом и удрученно опустил голову. — Праздник был офигенным. Сашка в восторге, и я… слов нет. Это была мрачная, смешная сказка с монстрами и ошалелыми родителями. Низкий вам поклон ребята, и море благодарностей. — Блин, Арс, прости. — Забей, Серега, я понимаю, что Антон как лучше хотел, а получилось то, что получилось. Увидев отца, я уже тогда понял, что ничего хорошего не выйдет. Мать промолчала, а я не смог, — Арсений вздохнул и взял из рук Матвиенко чашку кофе. — Я, кажется, все пропустил. Я спрашивал у Антона, но он сказал, ты сам расскажешь. — Антон, блин, он так переживал. Я пытался его успокоить, но он свалил раньше, расстроенный, что все пошло наперекосяк. А это же не он виноват. Сначала отец подошел, поздравил с рождением сына, а после так невзначай сказал, что Сашка странный, улыбается все время, активный, с соской в руке ходит, а потом меня спрашивает: «А это случайно не из-за того, что ты в юности травкой баловался?». Прикинь, Серег, я ответил, что нет, нормально ответил. А потом Антон позвал помочь ему кресло подвинуть. На костылях он устал, ну я его на руки и взял. Без всяких задних мыслей, а отец это заметил… — Арсений скривился и ударил кулаком по столу. — Молодец, — то ли в шутку, то ли всерьез сказал Матвиенко и продолжил: — Конечно без мыслей, ты ж его на руках все время таскаешь, какие тут мысли! — Серега, не смешно, понял? Он не тяжелый, и мне не сложно, просто помогаю ему, ведь нога у него болит. — Забота. Я помню, помню, — закивал армянин и сдвинул брови, стараясь не рассмеяться. — Дядя Сережа, кажется, не то подумал, да? — Я усадил Антона в кресло, и тут слышу что-то про шлюх и больных детей и понеслось. — Губа болит? — Сергей протянул руку, касаясь подбородка сидящего напротив мужчины. — Красавец, что сказать. На скуле синяк, на губах уже более-менее, теперь у вас в семье два инвалида. — Блять, Серег! Тебе бы в КВН играть, обхохочешься просто, — Арсений легонько шлепнул по руке лучшего друга и слегка отпрянул. — Ладно, ладно, можно и по серьезке. Сашке скоро же в садик, я правильно понял? — Возможно, — Арсений пожал плечами и сделал глоток кофе. — Там с документами пока не все в порядке. — Так, давай я ребят наших напрягу или подожди, Антон, кажется, ведь говорил, что у его знакомых есть частный сад. И его даже в группу записали, осталось только твое заявление. Так в чем проблема? — Да, надо будет написать на днях, — Арсений сделал очередной глоток кофе и потянулся к вазочке с печеньем. — Арс, че за херня? Мне не нравится твой тон. Ты так хотел, чтоб Сашка в садик пошел. Вот и сад нашли, и в группу записали, и он сам туда хочет, а ты тормозишь. Арс, что происходит, а? — Ничего. — Ничего. Клевый ответ, другим заливай, ясно? А мне не нужно, — Матвиенко нахмурился и отодвинул вазочку с печеньем подальше. — Да блин, если Сашка пойдет в садик, его же не будет дома, правильно? — Арсений вздохнул и потянулся за конфетами. — Так, погоди. Ты сейчас мне хочешь сказать, что если Сашки дома не будет, то и Антону делать тут нечего? И ты так думаешь? — Матвиенко покачал головой и забрал вазочку с конфетами. — Мой друг — идиот. Арс, ты осознаешь масштаб происходящего или нет? Если нет, так я тебе разъясню. Ты его на руках носишь, он у вас практически живет. Да что он, у вас живет его кот! Сашка Антоху безумно любит. Ты с ума чуть не сошел из-за этой аварии, но уже ищешь ему в интернете новый байк. Ты готовишь ему завтраки, ты, блять, ждешь, когда он поправится, чтобы сыграть с ним в этот долбаный «Твистер». И я, сука, не знаю, как тебе сказать, что вы как-то не заметно, возможно, только для тебя, стали парой. И это уже не вино, кино и камасутра! Это, бля, когда он твоего сына обожает, рычит на всех твоих врагов, и ты отгребаешь от него, когда поздно возвращаешься домой. И я просто не понимаю, как до тебя еще не дошло, что он готов ради вас с Сашкой на все. У тебя семья: ребенок, медведь, кот и «Пуся». Большая такая охеренная семья, Арс, ты понимаешь? Почему же он должен уйти после всего этого? — Матвиенко выдохнул, а затем выхватил чашку из рук замершего мужчины и одним глотком осушил ее. — Сладкий. Как ты пьешь эту гадость? — И почему бы ему не уйти? Нам не по восемнадцать лет, и мы как бы встречаемся, но отношения наши не обсуждали. И нужно что-то более существенное для принятия и понятия этих отношений, — Попов наконец-то ожил и пожал плечами. — Все сложно. — Бля, Арс! Тебе смазку в аптеке купить, или ты уже как взрослый мальчик сам решишь, что делать, пока он реально не ушел или его не увели? Пока ты тут сидишь, печенье с конфетами жрешь и ведешь себя, как девственница-малолетка, другие могут быстро к нему лыжи навострить. И я знаю, что такие есть. — Кто?! — А я что, паспорт спрашивал? Вчера полдня писал ему кто-то, а после, видимо, позвонил, и Антон вышел на дорогу. Я краем глаза увидел какого-то парня в косухе, бойкий парень. Поэтому ты или действуй, или посторонись-подвинься. Это я тебе как лучший друг говорю, — Матвиенко вздохнул и похлопал товарища по плечу. — Ну че, Арс, Сашку на выходные с медведем вашим забирать? — Да, — Арсений наконец кивнул и вздохнул. — Да, Серег, забирай. — Ну наконец-то родил! Я уж думал, все глухо, — фыркнул Матвиенко и поставил посуду в мойку. — Арс, — послышалось вдруг от лестницы, и мужчины притихли. — Арс, ты не мог бы мне помочь спуститься? — разнесся далее голос Антона, и Матвиенко улыбнулся.  — Иди, хватай на руки свою байкерскую принцессу-няню и тащи его к завтраку, а я с Сашкой пойду в парк погулять. — Иду, Шаст, иду, — Арсений кинулся к выходу, но у дверей обернулся и улыбнулся. — Спасибо, Серег. — Иди, иди, папаша! Как дети малые, сам не возьмешься — так и будут как придурки ходить, — произнес армянин уже вслед уходящему мужчине и, быстро вымыв чашку, скрылся в дверях гостиной.