За полвека до...

      В здании сената Вейдер проводил Падме в зал для голосований и, наконец, добрался до подключения к бесплатному галанету. Вбил в поиск цитату, озвученную канцлером.       Разумеется, цитата оказалась подлинной.       Произведения в свободном доступе не было, но из аннотаций и рецензий Вейдер узнал: некий одаренный говорил всем подряд, что храм рухнет. Служители храма, естественно, решили его казнить за подстрекательства к бунту. Одаренный исцелил головную боль главе светской власти, отчего тот захотел оставить одаренного себе и, чтоб не ссориться с властью храма, он попытался сделать это легально. Не получилось. Глава светской власти отступился. Одаренного казнили и он стал призраком Силы, а глава светской власти получил какое-то странное бессмертие, от которого мечтал избавиться.       И Дарт Сидиус сказал, что «захотел, чтоб пьеса пошла по иному сценарию».       Вейдер знал: далеко не все, что Учитель «захотел», Учитель станет делать. Тем более, он сказал «чтоб пьеса пошла», а не «направить пьесу».       То есть, канцлер практически прямо сказал: он будет вмешиваться ровно настолько, насколько это позволит ему не вступать в открытый конфликт с «властью храма».       Ну и предупредил в своей манере, к чему приведет его открытое выступление против Совета джедаев.       Чтоб понять все скрытые смыслы, конечно, надо было бы прочитать всю книгу самостоятельно и ознакомиться с остальным творчеством автора. И смыслы эти могут оказаться прямо противоположными тому, что только что «разгадал» Вейдер.       Но, пока не было ни времени, ни возможности, ни желания знакомиться с классической литературой: Падме вышла из зала для голосований.       Голосование по «Акту о создании армии» опять отложили — теперь на месяц. И они вчетвером — Падме, Мон Мотма, Органа и он сам — отправились к ней.       Кто бы сказал Вейдеру, что он будет сидеть за столом с Бейлом и Мон Мотмой и обсуждать права джедаев. Падме не забыла тот разговор.       Предварительные выводы были неутешительны: джедай не мог обратиться в федеральный суд по поводу своих прав, поскольку все дела, связанные с одаренными, находились в юрисдикции Совета джедаев.       Оставались либо права родителей, чьих детей забирает Храм — и тут, увы, было достаточно прецедентов: 23 иска родителей в верховный суд за последние 50 лет — 23 дела выигранных Храмом.       Либо права «Отсеченных от Силы» — и тут можно упирать только на то, что Храм калечит не желающих ему подчиняться. Но доказать присяжным, что потеря какой-то мифической «Силы», без которой они сами обходятся всю жизнь, следует приравнять к инвалидности… Не реально. Даже если получится, не принесет нужного Вейдеру результата.       В итоге кружок заговорщиков сошелся на том, что начинать решать проблему надо с общественного резонанса.       И опять же, Йоде достаточно будет сказать: «Сила без ответственности к жертвам и разрушениям ведет, к вседозволенности ведет, к войне ведет. Кто Силой владеет, тот соблюдать правила строгие должен, мм», — и любое общество неодаренных согласится, что все справедливо: хочешь Силу — соблюдай правила, хочешь жить как все разумные — откажись от сверхспособностей.        — Скажите, Энакин, — спросил Органа. — Только не обижайтесь, прошу вас. Быть «Отсеченным от Силы» — это действительно так страшно?        — Обычно «Отсеченные» сходят с ума или умирают от ослабленного иммунитета. За последние 100 лет было 17 задокументированных случаев отсечения от Силы. Это то, что мне удалось найти в наших архивах, — в прошлой жизни, когда Вейдер искал выход для них с Падме. — Только в одном случае можно с уверенностью утверждать, что после отсечения разумный остался в своем уме, прожил достаточно долго и оставил потомство. В двенадцати случаях смерть отсеченного наступала в течение года. Семь из них можно объяснить следствием не отсечения как такового, а предшествующего ему состояния.        — В каком смысле «состояния»?        — Падение на Темную сторону Силы… Это, как бы сказать… Одаренный становится агрессивным, вспыльчивым, может без колебаний убивать разумных.       Присутствующие поежились.       Вейдер решил, что услышал и увидел достаточно. Внушив своим собеседникам, что беседа была не интересной и не стоящей внимания, а теперь им следует обсудить «Акт о создании армии», Вейдер отошел в дальний угол гостиной.       Итак, со стороны неодаренных действия Ордена при простом объяснении кажутся разумными и гуманными. Так как же дискредитировать Орден?       Рассеянно наблюдая за Падме, Вейдер подумал, что в прошлой жизни никогда не стал бы воздействовать на психику своего ангела. Никогда.       Или… Он ведь и душить ее не собирался, верно? Но тогда, когда душил, он пал на Темную сторону.       А сейчас? Какое у него оправдание сейчас? Или какие причины?       Он захотел стереть этот неудобный разговор из памяти сенаторов — он стер. Как только Падме уснет, нужно будет стереть его и из памяти дроида.       Вейдер вошел в неглубокую медитацию и продиагностировал себя в Силе. Он был по-прежнему на Светлой стороне. Так почему же ему даже в голову не пришло, что воздействовать на разум Падме недопустимо?       Идеально Светлая Сила.       Поступки, как при падении на Темную сторону.       Если бы это было возможно, Энакин решил бы, что он пал на Светлую сторону Силы. Если бы…       «А кто сказал, что это не возможно?»       … — Мастер Кеноби, а бывают падения на Светлую сторону?        — Нет. Пожалуйста, Энакин, не отвлекайся. Так вот, в чем опасность Темной стороны…       Более того, Энакин знал одного магистра с теми же симптомами. Винду. Магистр Винду.       Вейдер знал, что делать при падении во Тьму, Учитель накрепко вбил в него порядок действий, прямо в подсознание на уровень рефлексов. Что делать при падении в Свет, он не знал. И хуже того, судя по тому, что состояние магистра Винду ни у кого не вызывало беспокойства, джедаи тоже не знали. Даже не догадывались.