За полвека до...

      Во время разговора с безопасником Энакин вдруг почувствовал… Мысленно воскликнул «Сури!», скрылся в Силе и побежал, извинившись уже из коридора.       Никакой такой особой ученической связи между Энакином и Сури не было, как не было ее у Энакина с Оби Ваном. Просто по привычке, еще с клонических войн, он всегда отслеживал движения Силы в фоновом режиме. На подсознательном уровне.       Сейчас что-то скручивалось вокруг его ученицы, и готово было вот-вот захлопнуться.       Направление — восток и немного вверх, не далеко.       Энакин взбежал по служебному подъемнику для дроидов, перепрыгнул на эскалатор, пробежал до самого верха, перепрыгнул невысокую стену — в Силе ясно прощупывалась за ней ровная поверхность.       На миг он растерялся: мегаполис кончился, словно отрезанный, дальше шли домики аграрного типа — что-то между лачугами Татуина и Набуанскими виллами.       «Не до того».       Время стремительно испарялось, а возможные исходы крутились, как в калейдоскопе, не складываясь ни в какое предвиденье.       И надо было не забывать оставаться скрытым в Силе, хатт бы все побрал!       Наконец, Энакин добежал до нужного дома. Теперь, когда гора какого-то местного металла не заслоняла его, в Силе чувствовалось присутствие безумного ситха, темного (грязно-серого скорее) одаренного и маленькой светлой Сури.       Миг — отбросить эмоции и расслабить мышцы.       Миг — прислушаться в Силе, не отпуская маскировку.       Миг — толкнуть дверь ногой, одновременно открываясь в Силе, и ворваться в комнату, где его явно ждали: изувеченный ситх забрак в дешевых ножных протезах не по размеру держал рукоять лайтсайбера у горла Сури, темный забрак со включенным (красным) лайтсайбером напряженно стоял справа от ситха и фонил растерянностью на всю Силу.       Поправка: ждали не его.        — Где Кеноби? — прорычал ситх.        — Без понятия, — Энакин медленно вернул рукоять сайбера на пояс и показал пустые ладони. — Отпусти мою ученицу и разойдемся мирно.       Ситх нахмурился, соображая.       Похоже, ему давалось не легко переключение с действия на осмысление. И — Энакин рассмотрел его внимательнее — дело было не в природной тупости, а в кошмарном состоянии: примерно от талии были приращены чужие ткани (возможно, ядовитые), которые организм ситха настойчиво отторгал, и на удержание которых ситх постоянно расходовал внимание и Силу. В тканях были сформированы подобия недостающих органов. Протезы ног были не присоединены, а тоже приращены, будучи при этом без псевдо-нейронных проводников и не из проводящих Силу материалов. И все это как-то работало.        — Ее видели с Кеноби, — ситх перераспределил Силу между приоритетными задачами. Теперь он был готов к диалогу не меньше, чем к бою. А на жизнеобеспечение тратился по минимуму.       В таком режиме он просуществует минут сорок максимум. Этого хватит на разговор.       Противник был опасным, живучим, явно хорошо обученным… Очень знакомо обученным. Имел претензии к Кеноби.       Кого-то этот ситх недобитый Дарту Вейдеру очень напоминал. Такого порубленного, прожаренного и в черной броне. Кто бы это мог быть?        — Кеноби вечно лезет не в свое дело. Это мой падаван.       Ситх скорчил рожу посвирепее. Явно чтоб выиграть время подумать. Сам Вейдер в бытность главкомом рожи не корчил, он окружающих Силой морально давил.       Его спутник старательно скрывал растерянность и превозмогал страх.       Сури совершенно неумело не то скрылась в Силе, не то закуклилась в Силовом коконе и не отсвечивала. Никакого геройства. Хоть это радовало, Асока бы наверняка попыталась себя угробить.       Ситуация складывалась патовая, и с точки зрения забрака — по мнению Энакина — безвыходная. Забрак не мог убить его, не убив при этом себя (а также своего спутника, Сури и половину поселения). Энакин же не мог получить заложницу. Живой. А убить ее не мог забрак, поскольку тогда — смотри вариант первый: в обычном бою у этих двоих против Энакина шансов нет, но, если ситх вызовет Шторм Силы… То контролировать его в своем нынешнем состоянии не сможет.        — Отпусти девчонку и разойдемся мирно. Это лучше коллективного самоубийства. Я не скажу о вас и не стану преследовать.       Энакин заметил, что на этих словах взгляд ситха изменился. Ситуация для него перестала быть безвыходной, он начал просчитывать варианты.        — И ты знаешь, что сейчас я не вру, — добавил Скайуокер, просто чтоб не было ненужной паузы.        — Чего ты хочешь?        — Отпусти моего падавана.       Забрак задумался.        — Ты не такой, как другие джедаи. Чего ты хочешь на самом деле?       Ну да. Кеноби сейчас разглагольствовал бы о неизбежности смерти ситха и бессмысленности лишних жертв, а тот же Винду без разговоров сразу попер бы в бой.        — Я хочу равновесия Силы.       Все трое уставились на него с удивлением.        — Я расскажу тебе историю. Видение Силы, можно сказать, — ухмыльнулся Скайуокер. Вероятности наконец сложились наилучшим образом. — Чтоб получить власть, Дарт Сидиус, — Энакин отметил, что на этих словах ситх сощурил глаза, а его темный спутник совсем растерялся, — устроил войну. В принципе, конфликт давно назревал и лет через пятнадцать-двадцать полыхнуло бы неизбежно. И горело бы долго, до полного выгорания, а потом еще бы тлело пару веков. Но Сидиус спровоцировал конфликт раньше и манипулировал обеими сторонами. С одной стороны — армия дроидов. С другой стороны — армия разумных под руководством джедаев.       По слабому движению Силы Энакин догадался, что ситх перераспределяет свое внимание. Чуть больше на поддержание жизнедеятельности и чуть больше на осмысление. Конечно, даже теперь Энакин не успел бы вырвать Сури из его рук, но этого и не требовалось.        — А потом Дарт Сидиус получил всю полноту власти, и война закончилась. В один миг. Ни затяжного противостояния, ни терактов, ни… — Энакин увидел понимание на лице ситха и не стал продолжать. Позже ситх объяснит своему темному приятелю, насколько описанная ситуация вообще противоестественна. Если сочтет нужным. — В общем, война прекращается, ситх объявляет себя императором, а остатки джедаев дорезает новый ученик Дарта Сидиуса — сам бывший джедай.       Судя по мимике ситха, тот видит на месте дорезателя джедаев графа Дуку. В определенных кругах «Дарт Тиранус» уже должен был успеть примелькаться, чтоб сепаратисты начали ему доверять. А этот уполовиненный забрак явно знал, куда смотреть.       Будь тот в норме, Энакин бы не поручился, кто победит — что в интеллектуальном поединке, что в бою. Но сейчас куда важнее сосредоточенное внимание Сури Илл. Если Забрак услышит что-то лишнее — не важно, Сидиус откорректирует. А вот если падаван поймет слишком много и решит рассказать об этом Совету Ордена…       «Хатт! Она и так уже слышала слишком много!»        — После уничтожения Храма в живых и на свободе остаются двое… Нет, не так. Сбежало много, но большинство из них в гробу видало борьбу за восстановление республики. В общем, двое. По старинной джедайской традиции они похищают новорожденных детей ученика Дарта Сидиуса. Причем так, что тот уверен, что дети умерли вместе с их матерью во время родов. Девочку отрезают от Силы, а мальчика нарочно оставляют без обучения. Следи за интригой. Среди активных игроков остаются два ситха с одной стороны, два весьма сильных джедая с другой стороны и один очень Одаренный не определившийся форсъюзер. Равновесие в Силе. Неустойчивое.       Ситх не очень-то верил словам Скайуокера, это было заметно. Но делать выводы пока не спешил. Сури верила больше. Наверное, потому что она-то воспитывалась в Храме, а там только глухой мог не знать кем считают Энакина.       Впрочем, Сури тоже не торопилась с выводами.        — Один из джедаев рассказывает не обученному форсъюзеру, что младший ситх убил его отца, и пафосно умирает на глазах парня от руки младшего ситха. После этого не менее пафосно умирает второй джедай. Какого окраса стал парнишка — сказать, или сам угадаешь?        — Дальше, — прорычал забрак.        — Дальше. Дальше юноша узнал правду об отце и пришел к нему поговорить. Тот не придумал ничего лучше, чем отвести сына к своему Учителю. Дарт Сидиус предложил юноше убить своего предыдущего Ученика и занять его место. Фактически, сделал то же, что делали джедаи до этого: попытался натравить мальчишку на его отца. Дальше большая драка ситхов. И смерть обоих. Перед гибелью младший ситх умудрился перейти на Светлую сторону. И это опять приводит нас к понятию равновесия. Сури, что скажешь?       Привлекать внимание неуравновешенного ситха к заложнице? Сури смотрела на своего учителя со смесью ужаса и подозрения в крайней степени идиотизма.       Ситх же отреагировал именно так, как отреагировал бы сам Вейдер на его месте: вспомнил, что все сомнительные рассуждения не отменяют того факта, что это его меч приставлен к горлу ученицы противника. И, раз эта ученица важна для противника, значит, у ситха есть преимущество. А к собственному преимуществу надо относиться бережно, — уж эту истину Ученик Дарта Сидиуса не усвоить не мог.        — Зачем, — неуверенно начала Сури. — Почему Дарт Сидиус просто не взял еще одного ученика?        — Я думаю, по той же причине, по которой Совет Ордена запретил джедаям вступать в брак, — Энакин говорил медленно, чтоб не ошибиться в формулировке. Потому что было очень и очень важно донести свою точку зрения и до Сури и до Повелителя (через этого искалеченного забрака). — По той же, по которой Дарт Бейн считал, что, сократив количество ситхов до двух, сделает их сильнее. Равновесие. Сила стремится к равновесию. Если Светлых форсъюзеров много, а популяция Темных искусственно ограничена, то… Сначала Серые ордена стали больше склоняться ко Тьме. Когда джедаи уничтожили большинство из них, переход джедаев на Темную сторону стал… Джедаи ведь не просто так шестьсот лет назад создали подразделение внутри ордена по зачистке ситхского наследия. Найти ситхский голокрон стало невозможно, «сомнительные» техники тоже стали прятать от джедаев — для этого порезали поиск в архивах и хаттову кучу перекрестных ссылок, сейчас там даже дозволенное ни хатта не найдешь! — Энакин заставил себя успокоиться.       Просто его, как инженера, до крайности раздражало такое… Такое… Такая безмозглая тупость! Можно же было все то же самое реализовать по-нормальному!        — Без ситских техник джедаи могут стать только Падшими. С техниками и без учителя, в общем, тоже шансов мало, но было хоть что-то. Теперь ситхов по-прежнему мало, а джедаи не могут полноценно перейти на Темную сторону. Падший — это просто псих, его либо быстро убирают, либо сам вразнос идет. Что дальше? Дальше равновесие подталкивает джедаев сокращать свою популяцию, раз численность Темных не растет. И Совет Ордена запрещает джедаям создавать семьи и размножаться естественным способом…       Энакину показалось, что он опять не может дышать.       Вот ключевой момент, который нужно донести до Дарта Сидиуса. Энакин уже намекал канцлеру, но тогда Скайуокер не рискнул показывать, что знает о его ситской натуре. Нет, одно дело намекать, а другое дело прямо заявить: «Я знаю кто ты, и я сейчас расскажу что ты должен будешь сделать». Нельзя так с ситхами.       Под внимательными взглядами забраков Энакин продышался и продолжил:        — Думаю, некоторые решения Совета Ордена джедаев невозможно назвать… разумными. Как и решение Дарта Сидиуса в моем видении избавиться от Ученика, который не собирался его предавать. Думаю, это еще одно свойство стремления Силы к равновесию. — Вот, он это сказал. Коряво как-то получилось. — Ты спрашивал, чего я хочу на самом деле. Там дальше мое видение ветвится на хаттову тучу вариантов. Самый забавный из них, пожалуй, вот такой: империя рушится, недобитые сенаторы восстанавливают республику, необученный юноша взрослеет, создает некое подобие ордена, затем прилетают пришельцы из неизведанных регионов, сжигают несколько планет и требуют выдать им всех форсъюзеров. Сенаторы, конечно же, с радостью сдают новых джедаев. Когда пришельцы почему-то не улетают, сенаторы бегут за помощью к оставшимся одаренным. А победить удается только благодаря флоту, который создали во времена империи и за двадцать лет республики еще не весь успели угробить.       Это Энакин говорил по большей части для Сури.       Если Сури решит его сдать, он ведь даже избавиться от нее не сможет — потому что неизбежно будет разбирательство на Совете и неизбежно ему зададут вопрос: «Что случилось с падаваном твоим знаешь ли ты, мм?».        — Или вот еще забавная линия: юноша создает подобие джедайского Ордена, племянник юноши рождается одаренным, становится учеником своего дяди, переходит на Темную сторону, уничтожает Орден. Даже не знаю, это наследие Йоды или Бейна. А вот еще вероятность…        — Хватит. Что ты предлагаешь?        — Отпусти моего падавана и разойдемся с миром. Я — как джедай — хочу сохранить как можно больше жизней разумных. Как форсъюзер я не собираюсь стоять и смотреть, как мой вид вымирает. Как разумный я хочу и дальше оставаться разумным. Передай Повелителю, что я предлагаю ему союз как минимум на ближайшие двадцать пять лет.       Энакин специально сказал «Повелителю», а не «Твоему Учителю» или «Дарту Сидиусу». Он обозначил, что готов подчиниться.       Судя по взгляду Сури Илл, она поняла. А вот ситх, похоже, слишком задумался и упустил этот нюанс.        — Этого мало, — подчеркнуто равнодушно сказал ситх после раздумья.       «Хатт!»       Вейдер ясно понял, что «мало» — не для забрака. «Мало» — для Сидиуса.       Дело не в том, что Повелитель будет зол, или не простит, или предпочтет Тирануса. Нет. Учитель стравит этого забрака с Дуку потому, что настоящий ситх, заслуживший титул Дарт, должен сам справляться со своими проблемами. Если не смог сам решить свою проблему, изволь доказать свое право на титул в бою. Или откажись от титула, — но тогда ты лишь грязь под ногами.        — Допустим, я тебе помогу. Что я получу взамен?        — Я отпущу девчонку, — ситх оскалился.       Энакин покачал головой, зеркально скалясь в ответ:        — Этого мало.