Сборник зарисовок

      - Фадж-сама, вы собираетесь допустить до участия в турнире этих... этих... существ? - пожилой японец в традиционном облачении оммёдзи, яростным взглядом впился в представительницу французской общины вейл.       - Оставьте свои расистские мысли на своих замшелых островах, - в тон ему отозвалась директриса Шармбатона, даже сидя умудряющаяся нависать едва ли не надо всеми присутствующими, включая Альбуса Дамблдора (довольно высокого седобородого старика), не говоря уже о Корнелиусе и представителе Круга Экзорцистов Японии, которые были "полтора метра с кепкой в прыжке с табуретки".       - Друзья, давайте не будем ссориться по пустякам... - попытался встрять в перепалку директор Хогвартса.       - Ссориться? С существами? - оммёдзи скривился. - Да у нас с ними быстрый разговор, до ссор не доходящий.       - Пустякам? - буквально взвизгнула вейла, которую хмурым взглядом поддержала полувеликанша.       - Если мы не придём к удовлетворяющему все стороны консенсусу, МША откажутся от участия в данном мероприятии, - заявил заместитель директора школы магии из Америки.       "Хотя бы русские и болгары молчат: одни до сих пор делят "убитого медведя", из-за чего их пришлось почти силой выдёргивать, а другие... Да что взять со школы, которую контролирует десяток независимых стран? У них и директор - Каркаров - оправданный ПёС без прав, но с обязанностями", - меланхолично думал Корнелиус, сидя во главе стола в приёмном зале резиденции магического самоуправления Испании (находящегося под пятой Святой Инквизиции, одинаково неприязненно относящейся ко всем, из-за чего и сохраняющей статус нейтральной стороны).       - Восточный Дракон не будет участвовать в мероприятиях, притесняющих права граждан нашего великого государства, - заявил немолодой китаец, одетый во всё чёрное.       "Ещё одни...", - мысленно поморщившись, Петренко обратился к своим внутренним силам, выпуская лёгкую жажду крови (достаточную, чтобы на него обратили внимание, но недостаточную, чтобы начать бой).       - Господа... и дамы, - министр Магической Великобритании, поставив локти на стол, сцепил пальцы рук домиком. - Таким образом мы ни к чему не придём, а потому... предлагаю вам следующее: основные правила турнира остаются одинаковыми для всех - одна школа предоставляет одного чемпиона, которого выбирает Кубок Огня из предложенных кандидатов - но все остальные условия прописывает принимающая сторона, согласно действующим на её территории законам. Таким образом, раз уж мы все решили, что в этом году принимающей стороной является Великобритания, казна которой берёт на себя все сопутствующие расходы, то вейлы, оборотни и полулюди с примесью крови иных рас, причисляются к числу волшебников. Кентавры, гоблины, гномы, сатиры и прочие, остаются в статусе разумных существ, и к турниру допускаются только как наблюдатели. Вампиры, как и иные представители нежити, на территории островов объявлены вне закона, но если делегация страны-участника турнира принесёт все необходимые обеты, которые не позволят кровососам свободно действовать на нашей земле, мы выдадим именные приглашения.       - Дампиры к числу нежити не принадлежат, - заметил китаец.       - Дампиры относятся к полукровкам-людям с примесью крови нечеловеческих рас, - чуть сильнее надавив яки на японца, который лишь пробормотал нечто невразумительное, вежливо ответил Корнелиус. - Однако, как и оборотни, они будут находиться под особым контролем. Ради избежания непредвиденных эксцессов.       - Восточного Дракона это устраивает, - кивнул один из опаснейших магов Азии, входящий в Триаду (люди, вампиры, оборотни разных видов), которая контролировала Магический Китай и его окрестности.       Вообще, многие были против того, чтобы привлекать к турниру китайцев, известных своим утилитарным взглядом на магию в целом и волшебников в частности, и японцев, которые считались расистами даже среди чистокровных англичан из-за того, что на своих островах либо уничтожали, либо порабощали всех "разумных зверей", при этом проявляя жестокость и выдумку. Однако же в складывающихся условиях проигнорировать их означало бы фактически объявить холодную войну, чего никому из глав государств было не нужно.       - Теперь к деталям: делегации будут размещены в гостевых покоях Хогвартса; охраной мероприятия занимаются Департамент Магического Правопорядка, Аврорат и Министерская Служба Безопасности; обслуживанием участников займутся люди, подписавшие контракты запрета на разглашение информации, причинение вреда, а также - осознанное бездействие в случае, если есть возможность защитить подопечного от получения им вреда здоровью, - Фадж сделал паузу, откинулся на спинку кресла и предложил: - Высказывайте свои мысли.       ...       За три года бытности министром Магической Великобритании Петренко морально постарел лет на тридцать, попутно научившись вызывать в себе самые разные эмоции, начиная безумной радостью и заканчивая всепоглощающей ненавистью, которые тренировался проецировать на посетителях, представителях различных фракций и подчинённых (оказалось, что даже оборотни, которые благодаря проклятью, подавляющему большую часть звериной сущности, проявляющейся во время превращения, научились отлично себя контролировать, после обработки жаждой крови трудятся на двадцать процентов эффективнее, а в начальнике видят Альфа-хищника, ослушаться коего и не помышляют). Причиной же нервотрёпки стали в основном отшельники вроде престарелого мастера артефакторики, который пожелал создать аналог Терракотовой Армии, ожившей в момент гибели создателя (а может быть и из-за неё), после чего решившей очистить острова от людей, ну и маглорождённые, умудряющиеся при помощи школьных знаний Хогвартса сотворить такое, что у старого ритуалиста, способного запустить цепную реакцию охлаждения Великобритании до состояния ледникового периода, волосы дыбом вставали и прорезалось заикание... А ведь за почти двести сорок лет он пережил десяток Тёмных и Светлых Лордов. Впрочем, сам Корнелиус неделю заходил в туалет только после применения защитных чар, после того как увидел воспоминания отряда ДМП, сражавшегося с оживлённым рунами ёршиком, терроризировавшим магловский Лондон.       Общую ситуацию не облегчало и то, что сильнейший волшебник островов, Альбусом именуемый, постепенно впадал в маразм под действием проклятий (тайное расследование показало, что если бы не феникс, регулярно делящийся слезами, он бы не дожил и до девяностого года). К счастью, прекрасно понимая своё состояние, директор Хогвартса сам старался не лезть со своим исключительным мнением в каждое дело, а посты свои занимал по большей степени номинально, давно скинув работу на заместителей... что могла подтвердить даже Минерва Макгонагалл, занимающая сразу три должности в школе. Но и заменить его, по сути, было некем, так как альтернатива в МКМ могла начать новую мировую войну, а в самой Англии ещё свежи были воспоминания гражданской войны, повторение которой откладывалось из-за страха перед "хрустальной пушкой", способной так выстрелить пару-тройку раз, что никому мало не покажется.       К сожалению, величайший волшебник Британии пусть и был здравомыслящим, насколько в его положении это вообще получалось, но при этом оставался ещё и параноиком, доверяющим только узкому кругу лиц. С другими волшебниками он работать мог, но вот к советам и предложениям относился с крайним скепсисом, в ответ на любые попытки влезть в его дела начиная давить по всем фронтам. В результате его было выгоднее вовсе не трогать, приглядывая со стороны.       Новообразованная МСБ, официально подчиняющаяся чиновникам министерства, на деле была личной маленькой армией Корнелиуса, состоящей из оборотней, кентавров, сквибов и молодых волшебников, которые должны были пополнить ряды криминала. Фадж платил им из личных средств, обеспечивал зельями, артефактами, целителями и инструкторами из числа законтрактованных наёмников, многие из которых по истечению контракта вливались в стройные ряды Безопасников. Памятное сражение с недоделанной армией големов прошло с их участием, что позволило, во-первых, не дать артефактам добраться до населённых пунктов, а во-вторых, обосновать наличие ещё одной военизированной структуры, подчинённой в первую очередь министру.       Благодаря проклятию самоконтроля, из-за которого оборотни стали заметно менее опасны и из Тёмных Существ перешли в разряд Существ, появилась неоднозначная возможность пополнять ряды за счёт маглов. Петренко пришлось договариваться сперва с премьер-министром, а затем и с самой королевой, чтобы получить разрешение на обработку ветеранов, получивших травмы, несовместимые с продолжением службы. В оплату же был подписан договор о том, что новообразованный корпус "Морские Волки" в случае нужды выступит на стороне короны...       К сожалению, в оборотня можно было превратить не любого магла, а только тех, в ком хоть немного теплилась магия (всё же ликантропия - проклятье, а не благословение). Из-за этого пришлось загружать работой алхимиков, артефакторов и целителей с зельеварами, чтобы создать благоприятные условия для наибольшей вероятности успешного превращения даже самого немагического магла. Всё это, разумеется, шло под покровом строжайшей тайны, так как соседи, определённо, не оценили бы наращивание магической военной мощи. В конце концов, Грин Де Вальда все хорошо помнили.       Сами оборотни, иногда становящиеся таковыми целыми семьями, селились в закрытых городках, обеспечение которых частично легло на корону, а частично - на тёмные доходы министерства. Корнелиус же подозревал, что её величество и сама подумывает о том, чтобы обрести вторую личину, сложив с себя официальную корону, чтобы вернуть себе частичную молодость и продлить жизнь лет на тридцать-пятьдесят.       Постепенно налаживалось международное сотрудничество, в чём как-то неожиданно поспособствовал Дамблдор, предложивший в конце весны девяносто второго года возродить Турнир Трёх Волшебников. Только вот организаторские обязанности он скинул на чиновников и заместителей, самостоятельно лишь озвучив своё высочайшее одобрение, что и позволило привлечь кроме Франции и Болгарии ещё и Россию, которой это было нужно, как глоток свежего воздуха, Китай, начавший закрываться в своих границах, ощетиниваясь магическими концентраторами во все стороны, Японию и Магические Штаты Америки. Никого сильно не удивило, что подобная суета заинтересовала и церковь, потребовавшую (пусть и вежливо), вручить ей статус независимого наблюдателя... чтобы волшебники опять чего-нибудь не учудили.       Осенью девяносто второго в Великобритании заработали многочисленные, но маломощные электростанции, официально работающие едва ли не за счёт инерции вращения земли и притяжения луны (проплаченные "учёные" и не такое докажут), в то время как на самом деле лопасти турбин вращали простенькие рунные цепочки, используемые для зачарования инвентаря для квидича. Электроэнергия заметно подешевела, пусть и не стала бесплатной, а прибыль частично пошла короне, а частично - министерству. Однако же магловские электростанции не были демонтированы, а лишь частично законсервированы, так как на случай конфликта с волшебниками, никто не хотел оставаться без альтернативы.       В то же время продолжали работать отряды утилизаторов мусора, ценные материалы превращающие в бруски, поставляемые на склады до востребования. Начались переговоры о добыче ресурсов из космоса...       А в начале девяносто третьего года выяснилось, что в Хогвартсе пробудилось Древнее Зло Слизерина, превращающее учеников в живые статуи. Глава фракции молодых ретроградов Люциус Малфой тут же попытался скинуть Дамблдора с поста директора и других должностей, но был вынужден ограничиться арестом лесничего, так как за старика, пусть и негласно, вступились многие: рейды ДМП, Авроров, затягивание решения различных вопросов у рядовых чиновников и прочие "мягкие" меры, предпринятые чиновничьим аппаратом без всякого влияния Фаджа, заставили поспешно "закатать губу". Только вот с учётом исчезновения преподавателя Защиты от Тёмных Искусств сразу после завершения прошлого учебного года, это стало более чем тревожно.       Корнелиус напросился к Дамблдору "в гости", заявившись прямо в Хогвартс, и сидя за чашечкой чая в кабинете директора, был вынужден констатировать, что старик сдал. Этого не было видно при мимолётных встречах, да и на заседаниях Визенгамота Альбус бодрился, но сидя один на один, бывалый наёмник замечал неловкие движения, мелкую моторику, порой затуманивающийся взгляд...       Терять Дамблдора было нельзя, так как иного фактора сдерживания всех и вся у Британии не было, а вот желающих устроить бучу более чем хватало. К досаде Петренко, помощи старик принимать не собирался, в результате чего оставалось пытаться оградить его от чрезмерного внешнего давления, подкидывая финансирование, да удерживать арестанта в следственном изоляторе Аврората вместо отправки в Азкабан.       В конце учебного года произошла чехарда, когда Малфой, всё же не послушавший предупреждений, спихнул старика с должности директора, а затем Альбус убил тысячелетнего василиска, решив проблему с нападениями. Победу Дамблдор присвоил Гарри Поттеру, который якобы зарезал змею мечом Гриффиндора, но поверили в эту версию только те, кто верил в успешное уничтожение Волдеморта годовалым ребёнком. Только вот и спорить с человеком, в очередной раз доказавшим, что "стеклянная пушка" ещё может стрелять, дураков не нашлось.       "Чем бы Дамблдор ни тешился, лишь бы воду не баламутил".       Известный писатель Гилдерой Локхарт, работавший в Хогвартсе на проклятой должности преподавателя Защиты от Тёмных Искусств, после неудачной демонстрации заклинания, стирающего память, был отправлен в больницу для волшебников. Его поклонницы оплатили отдельную палату с самым дорогим уходом на десять лет вперёд, так что Фадж полагал, что раньше срока его точно не вылечат (уж больно целители не любили быть кому-то должны).       И вот казалось бы, когда в Магической и Магловской Британиях наконец-то всё более или менее устаканилось, летом девяносто третьего года из Азкабана сбежал Сириус Блек, которому за неделю до этого один доброхот забросил в камеру газету с фотографией Поттера. И тут Петренко сорвался: сперва он отправил по следу беглеца своих Безопасников, приказав не церемониться, затем понизил недоумка-охранника в должности, отправив сторожить периметр свалок, где работали команды утилизации отходов, спустил на Малфоя чиновников, ДМП и Аврорат (в память о его художествах в минувшую зиму), а затем вовсе раскошелился на истребление дементоров, которых выгнали в Арку Смерти (портал, ведущий в пустоту, куда выкидывали самое опасное из артефактов и монстров). Заключённых, предварительно напоенных зельем Живой Смерти, отмыли и подлечили, после чего поместили в тайный госпиталь, где они должны обитать в состоянии овощей. Что с ними делать дальше, должен был решить Визенгамот...       Оборотни, в отличие от обычных волшебников являющиеся хорошими следопытами, сумели найти Блека и даже попытались захватить, но он оказал активное сопротивление. В результате скоротечного боя, когда один из загонщиков лишился руки, а второй поймал грудью убивающее проклятье, третий на эмоциях перешёл в боевую трансформу и задрал преследуемого. Новость же об этом событии прошла совершенно обыденно, пусть и с одобрением общественности, но её затмило известие о закрытии магической тюрьмы.       Благодаря тому, что самые яркие события прошли за лето, осень и зима почти ничем не запомнились. Весной девяносто четвёртого же началась активная подготовка к финалу мирового чемпионата по Квиддичу и Турниру Семи Волшебников.