По следам на снегу

Счастливые Света и Диана вернулись через полтора часа. Их уже ждал завтрак, приготовленный Земфирой и Ренатой. Никто не задавал вопросов, но их счастливые лица говорили сами за себя. За завтраком было решено устроить военный совет, и Земфира изложила родившуюся ночью теорию, а Рената вставила свои пять копеек про спасение раненого. — Только рука не вписывается, — Арбенина глотнула кофе и тайком полюбовалась кольцом на пальце. — Не вписывается, потому что мы не знаем многих обстоятельств дела. Получается, что с одной стороны у нас где-то в лесу раненый хозяин дома, и мы не знаем, кстати, насколько он положительный персонаж, — Земфира выразительно посмотрела на Ренату. — А с другой двое из палатки, которые спят и видят, как проникнуть в дом. Имея радио, они могли уже передать информацию, например, о номерах взятой нами в аренду машины и выяснить кто мы. Думаю, что скоро они придут сюда. — И что ты предлагаешь? — насупилась Арбенина. — Предлагаю поискать запас патронов, а учитывая наличие двух винтовок этот запас должен где-то быть, и потренироваться в стрельбе. Хотя бы попробовать — в зависимости от количества патронов. Чтобы убедиться, что каждая из нас сможет выстрелить. А попасть в человека с близкого расстояния не так уж и трудно… — А раненый? — подала голос Рената. — Не знаю… Давайте все вместе решим. Света? — С ним надо поговорить… Но с прикрытием. Надо чтобы кто-то держал его на мушке, пока одна из нас будет говорить. — Если он не начнет стрелять раньше, не разобравшись… — Ну что ты опять, Зе… — Он в нас стрелял, не забывай! И он не обладает даром телепатии, чтобы понять, что мы не хотим причинить ему вреда. Диана, а ты что думаешь? — Не знаю, — буркнула Арбенина в ответ. — И так и так получается фигово. Почему мы не можем просто подумать о себе? — Потому что Рената начиталась любовных писем… — Ой, я совсем забыла вам рассказать. Я ночью читала письма. Им лет 10 или около того. Тут такая история любви. Девушка полюбила парня, а родители ее выдали замуж за другого. — И что потом? — Не знаю, что потом… Потом писем больше не было… Девочки, ну не стал бы плохой человек хранить такие письма. Может быть, это и есть тот влюбленный мужчина? Я чувствую, что ему надо помочь. — Иди ты со своими предчувствиями! — хмыкнула Земфира. — Надо было предчувствовать, когда мы сюда собирались. — Да ладно вам, не ссорьтесь, — улыбнулась Света. — Давайте начнем с поиска патронов, потом сходим до той развилки, где в нас стреляли. Я думаю, что раненый ушел, у него где-то есть укрытие. А потом и решим, что делать дальше по обстоятельствам. — Я за, — Арбенина поднялась и пошла в сени. — закончу разбирать поленницу, вдруг и патроны там. Диана разбирала сложенные дрова и складывала чурки в руки к Сургановой, которая относила их к камину. Земфира с Ренатой натаскали снега, чтобы добывать воду. Потом Земфира расчищала снег около дровяного сарая, а Рената загорала на солнышке. Когда проход в сарай был открыт, они позвали остальных и вчетвером вошли внутрь. Это было последнее сооружение на участке, которое не было ими осмотрено. Внутри царил полумрак, солнечные лучи проникали сквозь щели между досками и ложились причудливыми узорами на земляной пол. Частично пол был заметен снегом, частично покрыт опилками и осколками от дров. На большом спиле дерева лежал огромный колун. Свежо пахло сухим деревом. Девушки рассредоточились по сараю и принялись за поиски. Вдруг Диана подскочила. Она споткнулась больной ногой о какую-то выступающую железяку на полу. Присела и стала руками раскапывать опилки. Подошедшая Света взяла валяющийся осколок доски и присоединилась. Через пятнадцать минут был выкопан средних размеров ящик, наполненный патронами. — Йес! — Арбенина исполнила свой фирменный прыжок и охнула, приземлившись на все еще болевшую ногу. — У нас есть боеприпасы. Пошли стрелять. Во дворе они воткнули в снег палку, привязали к ней накрест другую палку поменьше, одели на импровизированное чучело старую одежду, висящую в сенях, на «голову» натянули шапку. Получилось отличное пугало и мишень. Решено было назвать его Михалыч. По очереди девушки пробовали заряжать винтовки. Рената жаловалась, что ей не хватит сил, но даже она справилась. Потом Света напомнила всем, что надо стрелять на выдохе, представив, что винтовка — это твое продолжение, спускать курок плавно, слегка затаив дыхание. — Представьте, что это часть вашего тела, как рука или нога, и когда исчезнет ощущение инородности, все получится. Диана и Земфира выстрелили почти одновременно, шапка на голове Михалыча была разнесена в клочья. Винтовку взяла Рената, дрожащими руками зарядила, закрыла ствол, прицелилась. Замерла на пару секунд, тишину прорезал звук выстрела, и Михалыч был поражен в самое сердце. — И тебя можно принимать в снайперы, — пошутила Света. — Не пропадем, девочки. Пошли обедать? Заходя в дом, Рената обернулась и близоруко прищурилась: — Давайте быстрее в дом, мне показалось в лесу что-то мелькнуло. — Да ладно тебе, я смотрела, никого не видела. — Ну что вы вечно спорите! — вспылила Арбенина. — Будем верить в худшее. И учитывая твою, Земфира, версию, следить за нами может и та, и другая сторона. — Никуда я вас не пущу. Да, я считаю, что раненому надо помочь, но блин, если вас там подстрелят из-за непонимания, это будет гораздо хуже. Беру свои слова назад. — А я хотела пойти последить за этими двоими в палатке, — осторожно начала Земфира. — С ночевкой. — Ты с ума сошла?! Только через мой труп. Если ты пойдешь, то мы расстаемся, Рамазанова. — Садитесь обедать, — позвала Света. — Чувствую, никто никуда не пойдет… Там опять снегопад собирается, поэтому заканчивайте спор и мойте руки. Диана села за стол и опустила голову на руки: — Ну пиздец, мы когда-нибудь отсюда выберемся? Прорвало там это небо что-ли… Блядь, я хочу домой и забыть это все. — И я хочу, — Света обняла Ди и прижалась щекой к волосам. — Все будет хорошо, родная, верь мне. За окнами сыпал снег. Не так сильно, как в прошлый раз, но ощутимо. Они понимали, что с каждым часом снегопада их надежда скоро выбраться уменьшается в геометрической прогрессии. После обеда и разных необходимых дел девушки вяло играли в дорожную версию Эрудита. Стрелки настенных часов подбирались к девяти вечера, свечи догорали. Вдруг им послышалось странное шуршание и копошение за дверью. — Блядь! — Земфира схватилась за винтовку и встала. Арбенина взяла вторую и проверила, снят ли предохранитель. Света положила руку на плечо замершей от ужаса Ренате. Земфира подошла и встала сбоку от двери, Диана заняла позицию в коридорчике, прицелившись. — Кто там? — Девушки, пустите меня скорее, я хозяин этого дома, я ранен, — послышался старческий голос. — Вы в нас стреляли. — Да, но я не знал, кто подходит ко мне… Я ранен, я думал, это враги. Я до сегодняшнего утра думал, что вы тоже враги. — А почему мы должны Вам верить? — Я без оружия. Посмотрите, я сейчас подойду к окну с поднятыми руками. — Не надо рисковать, в лесу могут сидеть в засаде те двое. И помните, мы вас держим на мушке… — Земфира быстро открыла дверь. В дверь шагнул высокий статный мужчина с длинной седой бородой. Земфира заперла дверь и прицелилась. — Раздевайтесь. Мы должны убедиться, что у вас нет оружия. Мужчина начал снимать куртку, наклонился чтобы расстегнуть ботинки, пошатнулся и упал, потеряв сознание. Света молнией подскочила к нему, перевернула на спину, приподняла веки, послушала пульс. — Жив, — резюмировала она. — Помогите мне снять свитер и ботинки. Кое-как раздев все еще находящегося без сознания мужчину, девушки столпились рядом, наблюдая за действиями Сургановой. Она разрезала футболку, пропитавшуюся кровью, и ощупала рану. Она знала, что пули внутри нет, потому что ее нашли в стене гостиной. Судя по области ранения, жизненно важные органы задеты не были, но мужчина ослаб от голода, переохлаждения и потери крови. Нужно было обработать рану, а сначала перенести мужчину в комнату. Перевалив его на покрывало, вчетвером, волоком они смогли притащить его в гостиную. Поняли, что втащить его на диван не хватит сил, принесли из запертой комнаты матрас и положили мужчину на него. Света отправила Ренату варить питательный бульон из куриных крыльев, а сама взяла кипяченую воду, аптечку и попросила помощи Дианы и Земфиры. — Давайте перевернем его, я сделаю укол антибиотика и промою рану со стороны спины. Света отмочила присохшую футболку и принюхалась к ране. Пахло неприятно. Сделав тампон из стерильного бинта, она щедро полила рану перекисью водорода. Из отверстия пошла бурая пена с отвратительным запахом. Раз за разом Света убирала из раны последствия нагноения. Потом они перевернули мужчину, и все действия повторились. В результате, рана стала выглядеть относительно здоровой. Света нанесла мазь и наложила тугую повязку. — Через шесть часов надо будет повторить, — сказала она. — Он весь горит. Я сейчас сделаю еще один укол. Нужно, чтоб он пришел в себя и поел. Но ни через десять, на через тридцать минут мужчина не открыл глаза. Он был слишком слаб. Вошла Рената, держа в руках кружку с остуженным бульоном. Диана, закусив губу, с отчаянием смотрела на умирающего. Потом схватила чистый шприц, наполнила бульоном. — Свет, приподними ему голову, — попросила она и аккуратно начала поить больного из шприца. Сначала пара капель вылилась изо рта, Рената вытерла лицо салфеткой. Потом рефлексы начали работать, и скоро кружка с бульоном опустела. Теперь было нужно только ждать. Спустя пару минут веки старика дрогнули, он открыл глаза и прошептал: «Еще».