Глава 2
9 июля 2017 г., 22:33
Примечания:
Переписано : 03.05.21г
***
— Тони, Круз, стойте! — ребята притормозили и оглянулись на старшего. — Надо вернуться. Там осталась девочка. Надо вывести её. Она нас спасла, а мы бросили её там! — Адам, брось! Ты видишь, как полыхает замок? Причем огонь синий! Значит, явно магический! А калека эта нам не нужна! Побежали! — заявил Круз раздраженным голосом. — Нет, я так не могу! Она не выберется оттуда сама. — Адам, Круз дело говорит. Не потащишь же эту девчонку на себе? Наверняка её уже и в живых нет. Поторопимся. А то вдруг эти твари вернутся! — заявила Тони, дёргая мальчика за рукав. — Нет-нет-нет! Я не могу! Бегите без меня и ждите на нашем месте! Я вернусь! Обязательно! — сказал мальчик, оборачиваясь и убегая. — Адам! Стой, идиот! — кричали дети, но мальчика и след простыл. — Ладно, Тони, побежали. Этот идиот никогда не слушал чужих советов! Даст Моргана, выберется живым! А нам надо поспешить. Он выберется, вот посмотришь! — уговаривал мальчик девочку, насильно потянув ее в сторону дороги. — Но, Адам… — сопротивлялась девочка. — Выберется! Вот увидишь! А нам надо парочку мест проверить и кое-чего забрать. Да и деда надо вызволить. Эти ублюдки пока заняты. И жрать охота! Шевели ножками! Что Адам скажет, если в наше место он придет голодным, без сил, а еды не будет? А дед что скажет? Ну?! — девочка нехотя кивнула, обернулась в последний раз и побежала следом за другом. И правда. Лучшего момента пополнить запасы и выкрасть деда из логова этих ублюдков не будет. Пока они заняты спасением и ликвидацией последствий пожара и шума, можно много сделать для своей пользы. «Адам, только вернись! Я тебе все уши понадкусываю за то, что бросил нас ради какой-то маглы!» — подумала девочка, прежде чем скрыться за поворотом.***
Запнувшись, я с оханьем полетела вниз, болезненно пересчитывая ребрами углы ступенек. Достигнув площадки, я с трудом выпрямилась и кинулась проверять содержимое сумки. Убедившись, что ребенок цел, я глубоко вздохнула и учуяла запах дыма. Пожар?! Заметалась и запаниковала, не зная, что мне стоит делать. Нужно было как можно быстрее выбираться! Выхватив из рюкзака шарф, плотно обмотала голову и на карачках поспешила в сторону, откуда запах дыма был слабее. Вскоре дышать было уже нечем. Даже у самого пола дым был настолько плотным и вязким, что дышать им было просто невозможно. Руки из последних сил прижимали к груди сумку, а я искала выход. Боль от ударов и ссадин еще терпима, но гаснущее от нехватки кислорода сознание неотвратимо уплывало. Страха и паники не было. Наоборот. Я была уверена, что все будет хорошо. Вдруг над головой послышался хруст и скрежет. На одних инстинктах сделала рывок и скачок вперед и тут же услышала, как за спиной обрушился потолок. Не останавливаясь побежала вперед, высоко поднимая колени. Это я боялась споткнуться. Пока не врезалась во что-то. Не успев перевести дыхание, как меня подхватили на руки. Головокружительный прыжок. Секунды полета. Болезненное падение. И вот, схватив меня за руку, меня тащат в сторону. За спиной раздался рев пламени и грохот. Невероятно, но я ни разу не споткнулась, бежала изо всех сил, хотя дыхания не хватало, ног не чувствовала, а все тело буквально кричало от боли. — Все! Все, остановись! Мы спаслись… — услышала я, и тут же все силы покинули меня. Распластавшись на земле, я тихо выла. От боли, жажды, радости и чего-то еще. Мальчик хрипло засмеялся и крепко обнял меня. — Мы живы! Живы! Черти меня дери! — каркающим голосом с нотками смеха хрипел он, не отпуская меня. Я согласно подвывала и обеими руками крепко прижималась к нему. Счастье, что меня не бросили, что я не одна, и что я все же жива, несмотря ни на что, переполняло меня. В животе стало горячо и невыносимо. Миг, и внутри будто что-то взорвалось, а сознание затопило тьмой.***
Смотря на светопреставление, устроенное магическим выбросом девочки, мальчик задумчиво почесал затылок. — И что мне с тобой теперь делать? Деда не будет рад перспективе кормить еще один рот, причем даром. Тони и Круз хоть заработать могут на еду или украсть нечто ценное… — тяжело вздохнув, мальчик подхватил тело девочки перебросил через плечо, захватил сумки, в которые девочка вцепилась так сильно, что побелевшие пальчики не было сил разжать, и потихоньку пошел в сторону улочки, которая должна была привести его домой.***
Проснулась от плача младенца и из позы лежа кинулась в сторону звука. Громко упав на пол, я все же поползла, нашла на ощупь сумку и, развязав горловину, вынула кричащего младенца, ощупала и стала тихонько баюкать. Дверь рывком распахнулась, и в комнату ворвались, громко топоча ногами. Я зашипела и развернулась полу-боком, пряча ребенка. Мгновения тишины были прерваны громкими причитаниями старика. — Нет! Я не буду кормить еще и младенца! Хватит! Сколько можно?! Сначала один ребенок. Потом еще двое. Затем на старости лет мне привели ничего не умеющую жалкую магглу, которая ко всему прочему еще и слепая! И ладно, я бы смирился с калекой в своем доме, но младенец?! Нет!!! — Деда, успокойся! Ты пугаешь ребенка! — отдернул его знакомый голос. Вроде это тот мальчик, который вытащил меня из огненной бездны в самый последний миг. — Что значит — успокойся?! Это не котенок, которого можно утопить и забыть о нем! Что мы с ним делать будем?! Это молоко, бутылочки, кашка, пеленки и прочая несусветная ерунда! Нет, пусть проваливает это ничтожество из моего дома и этого младенца с собой пусть уносит! — Но, деда… — возразил еще один голос. — Нет! — Дееед, а если… — НЕТ! — Деда, но мы обязаны ей жизнью, — произнес тихий голос из угла. — Уже нет! Адам спас ее и теперь вы все квиты! А если продолжите, можете проваливать вместе с ней! — я вздохнула и покопалась в сумке. Нащупав мешочек с монетками, достала и кинула в сторону старческого голоса. — Мы не продаёмся за жалкие медяшки, тупая магла! — злобно прошептал он и в мое плечо тут же ударился тяжелый мешочек, вызывая онемение и боль. Охнув, я едва перехватила ребенка, которого чуть не уронила. Ребенок тут же разорался. Причем на такой тональности, что мне поплохело. Судя по крикам со стороны двери — не мне одной. — Успокой это чудовище, или я его сам упокою! — раздался крик дедушки. Ребенок успокаиваться не желал, а тональности крика стали повышаться. Почуяв неладное, я сдвинулась в сторону и мою макушку обожгло болью. — УТИХОМИРЬ ЕГО!!! — взревел дедушка не своим голосом и кинулся ко мне. Я сжалась, пытаясь своим тельцем прикрыть младенца. Вдруг прямо перед моим носом послышались звуки драки. Потом глухой звук удара об стену сзади меня и стало совсем тихо. — Кроха, дай мне маленького, — нежно попросил Адам. Так его дед называл. Мой мальчик с чудесным голосом. Я почувствовала тепло рук прямо перед собой. Замотала головой и развернулась, пряча малыша. — Кроха, я ничего плохого не сделаю. Клянусь. Отнесу его на кухню, — тут же зашипела, оскалилась и приготовилась драться не на жизнь, а насмерть. Мальчик хохотнул и присел, судя по тому, как я ощутила дыхание прямо перед лицом. — Кроха, этот малыш хочет кушать. На кухне его накормят, напоят и пеленки сменят. Ну? Ты мне веришь? — весело спросил он и потрепал меня по голове. Я кивнула и потихоньку встала. Вставать без помощи рук, которые были заняты младенцем, было тяжело и неудобно. Неожиданно мне помогли, и я с уверенностью выпрямилась. — Идем. Покормлю вас. Ты деда не слушай, у него в голове пикси разбушевались. Очухается и поймет, что я прав. Ты голодна? Маленькая Дикси позаботится о вас. Дикси — это наша домовиха. Она очень древняя и часто засыпает на ходу, но очень мудрая и добрая… Мальчик меня вел куда-то и рассказывал о домочадцах. Выяснилось, что живут они в старом заброшенном подземелье под одним из разрушенных строений в Лютном. Когда-то богатые чистокровные аристократы имели тут огромный особняк и прилегающие к нему подземелье с секретными ходами. Потом род прервался, особняк разрушился, завалы расчистили, убрали камни, а подземелье осталось. Секретные ходы давно оккупированы всякими разномастными бандитами, хотя и бездомные нашли здесь приют. Живут дети в старой палатке из пяти комнат, установленной в самом дальнем и глухом тупике. Чары на палатке едва держатся и без необходимости ее не трогают, поэтому переехать они не могут, боясь нарушить чары на ветхом полотне, а так, живут почти в нормальных условиях. У многих в Лютном и этого нет. Дикси была хорошей старенькой домовушкой, которая сразу занялась младенцем. Передо мной она поставила приятно пахнущую тарелку и стала сюсюкать с малышом, мигом найдя с ним общий язык. Адам пояснил: — Дикси очень любит младенцев. Теперь она его с рук не отпустит до тех пор, пока он не начнет ползать. Так что можешь смело доверить его ей и забыть о заботах. Тем более, что малыша она теперь никому не отдаст. Я насторожилась. — Нет, что ты! Ему ничего не грозит! Просто Дикси уверена, что малыши в ее руках быстрее растут, станут здоровее, сильнее и умнее. Переубедить ее невозможно. Но если хочешь, она с малышом будет спать в твоей спальне. Я кивнула и вновь открыла рот, заглатывая очередную ложку овощного рагу. Мальчик рассказал, что дедушка им всем не родной, но по-своему заботится о них и переживает об их благополучии. Это просто дом бездомных и никому не нужных детей. Домовушка пришла к деду, когда ему не было и годика. Сговорившись на том, что она во всем помогает деду, а тот растит её маленького хозяина, она осталась жить с ним, помогая по хозяйству и потом воспитывая других подкидышей — сирот. Раньше было намного хуже, но совсем недавно они смогли выкупить это палатку, у которой были большие дыры и ветхие чары. Дыры вручную были заштопаны лично Дикси, а дед, пошаманив, сумел развернуть ее и установить. И все равно, палатка — очень дорогое имущество, поэтому дед навесил на их пещерку много разных печатей и чар, чтобы обезопасить семью. Тони и Круза они нашли случайно на помойке, куда отправились в поиске годных вещей, чтобы перезимовать в палатке с бОльшим комфортом. Дети занимались в основном воровством и попрошайничеством в обоих мирах. Так и жили, пока однажды их не поймали и не решили принести в жертву. У ребят не было палочек, да и не продали бы им их. И защитить их было некому. А вот где был дед и домовичка, мне не сказали. Дедушка пришел в себя и немного успокоился. Более того, чудесный малыш уверенно и неотвратимо завоевал его чёрствое сердце, и тот дал ему имя Скорпиус. В честь мастера чар, когда-то обучавшего его. Продав практически все ценное из того, что я награбила, меня отправили в Мунго, так как я боялась остаться слепой навсегда. Сделали это не сразу. Пока все не продали. Поэтому приходилось просить милостыню в магловских переходах и общественных местах. Но даже спустя годы, я так и не смогла понять, почему эти деньги были потрачены на меня. Как и узнать, А все ли это деньги, что я тогда «заработала».***
Что сказать. Колдомедики воистину волшебники. Всем нам вылечили болезни, хронические и текущие, сняли проклятия, убрали шрамы, поправили здоровье и правильно сросли старые сросшиеся переломы. Почистили организм, кожу, в общем, полностью обследовали, вылечили, и мы стали здоровыми, красивыми и похожими на волшебников, детей. А не на бомжей. Зрение полностью мне не вернули, но дали рекомендации, по которым гоблины смогли мне изготовить очки-артефакт. Благодаря им, размытые тени приобрели чёткость и я смогла видеть! И, может быть из-за того, что это артефакт, или дефект зрения, но не все размытые тени обрели четкость. Вот только никто, кроме меня, их не видит. Поэтому и научилась игнорировать непонятные размытые тени. С цветами тоже были проблемы. Не совсем цветоанамал, но некоторые цвета видела искаженными или не различала вовсе. И все же, именно благодаря гоблинам, их артефакту и колдомедикам, я впервые четко увидела и свет, и своих друзей. Адам был просто ангелочком восьми лет от роду с пепельными блондинистыми волосами, которые отрастил до плеч и завязывал в низкий хвост. Тони — синеглазая брюнетка шести лет от роду. Круз тоже был шестилеткой, но в отличии от сестры (их считали братом и сестрой, так как обоих нашли рядом в горе мусора) был жгучим рыжиком с ярко-зелёными глазами. В комплекте к веснушками на пол-лица и по всему телу, курносый носик, и плутовские глаза. А прозвище «помидор» он получил за то, что мгновенно вспыхивал и краснел. Но мальчик был легок на подъем и был за любой кипиш, кроме голодовки. О, пожрать он любил, этого не отнять! С моей легкой руки семейство перебралось поближе к поверхности, к маггловской части, на пустырь с хорошей почвой без камней. Мы все облагородили и заботилось об огородике. Там даже сделали небольшой вольер, где квохтала дюжина курочек. Палатка пережила переезд, но на одну комнатку стало меньше. Чары были очень ветхими. А секретный выход, ведущий в Лютный, разрушить и обвесить чарами и печатями. Конечно, теперь в Лютный попасть далеко не так просто, но зато можно не бояться быть убитыми однажды ночью за нашу чудо-палатку и прочие «богатства». Да, курочки и немного овощей на огороде — это тоже ценность, за которую могли и убить. Дедушка по утрам ворчал, что крылатые твари ему спать не давали, но быстро с этим смирился, поняв, что лучше быть сытно накормленным свежими яйцами, чем голодным, но выспавшимся. Голос ко мне полностью вернулся. Но долго я разговаривать не могла, начинала кашлять. А если продолжала перенапрягать горло, то кашляла с кровью. В Мунго определили, что это последствия магической травмы гортани. Оказывается, на алтаре меня все же убили, банально перерезав горло. Я того момента не помнила и подозревала, что так убили предыдущую владелицу тела. У нас с Адамом была какая-то внутренняя связь. Мы на инстинктивном уровне знали местонахождение друг друга, могли молча разговаривать, смотря друг другу в глаза и много чего еще. Никто не мог объяснить нашу с Адамом связь. Особенно то, как он произносил заклинание, я махала палочкой и заклинание срабатывало! Дикси что-то говорила о духах, Магии, но нам это ни о чем не говорило. Не была тайной наша общая мечта. О которой все мы говорили в нашей детской комнате, шепотом и только глубокой ночью. Мы грезили о Хогвартсе. Лечение обошлось слишком дорого, но никто, кроме меня, ни о чем не жалел. Тем более, что целители сообщили, что протянув еще месяц, мои выбросы лишь необратимо изменили глаза так, что шанс увидеть что-либо мог быть утерян навсегда. Про последствия похищения и ритуалов и говорить нечего. Мне повезло, что мы с этим не затягивали. Ничего от собранного в замке и не осталось. Только маггловских деньги. Даже бумаги продали гоблинам. К счастью, в том огне и в последующих разборках сгорели все свидетели, похитители и организаторы того похищения. Информация об этом даже в Лютном была запрещена. Кто сделал зачистку и вырезал темную ячейку заговорщиков, существовавших со времён Гриндевальда никто не знает. А потом все и забыли об этом. Помнили, что похищение было. Помнили последствия. И все. Как, почему — не ясно. Да и не интересно это было. Сгинули и ладно. Мы часто сновали по Лютному переулку, у маглов, пополняя свои карманы и прочее. Но мы уже не голодали. После лечения стало легче. Мое попадание пришлось на зиму, сейчас поздняя весна. Грядки уже дают урожай, тепло. Еды много. Хотя воровать все же приходилось. Нам нужны были зелья, одежда, обувь и еда на зиму. В маггловских городах, куда мы добирались зайцем на маггловских автобусах и поездах нам везло гораздо больше. А в больших сёлах по ночам могли разжиться и небольшой животинкой. Поэтому, в палатке потихоньку становилось более уютно, и появились небольшие запасы продовольствия, а страх перед холодами и голодом отпускал сердце старика и детей. Согласно моим пожеланиям и действиям, домашнее хозяйство все больше укреплялось, расширялось и процветало. Ворчащий дедушка ни в какую не соглашался ухаживать за животными, но со скрипом шел в огород полоть грядки с растениями для зелий и вскоре увлекся этим настолько, что уже сам ни в какую нас туда не пускал. Даже согласился присматривать за грядками с маггловскими овощами. Но ими в основном занималась Дикси, радуясь, что может помочь детям. С появлением волшебной кошечки дела резко пошли в гору. Но обо всем по порядку. Котенка я нашла Случайно. В тот день я сильно поругалась с дедом и он меня выпорол хворостинкой, что было крайне обидно и неприятно. И я ушла из дома злая и голодная. — Старый черт! Достал уже! Где уважение, где деньги, почему нету мяса, кто я такая, бу-бу-бу! Тьфу. Мерзкий старикан! И Скопи опять обижает! Ну, должны дети быть озорными и подвижными! Ну стоптал пару его чудесных травок! Ну и что?! — бубнила я себе под нос, пиная камни вдоль дороги. Малыш, которого я принесла с собой, уже довольно хорошо бегал и лазил всюду. Что совсем не нравилось деду, у которого были свои секретики и желание побыть одному в тишине и спокойствии. Дойдя до остановки троллейбуса, огляделась. Вот и бабушки недалеко, с большими сумками, корзинками и авоськами, тихонько переговариваются и делятся опытом разведения цветов, плодовых деревьев, овощей и даже животных. Потихоньку к дискуссии присоединялись и остальные, и вновь подошедшие будущие пассажиры. Я тихонечко присела в углу и внимательно прислушалась, потихоньку перенимая опыт. Еще было довольно тепло, поэтому, поправив соломенную шляпку, Я мечтательно посмотрела на небо. Небо постепенно начинало белеть, потом появилась красная заря. Наконец выглянуло красное солнце, вначале только его половинка. Оно поднималось выше и при этом становилось меньше в размерах. С появлением солнца, сразу же зачирикали небольшие птички. Тут вдалеке послышался негромкий гул, и люди оживились и засуетились. — На речку? — спросил знакомый старичок. — Ой, здрасьте, а Я вас и не заметила! Да, рыбачить буду! Дед усмехнулся. — Ну-ну, знаем мы, как ты рыбачишь. Каждый раз с мешком возвращаешься и причём как заколдованная, ни одной рыбки меньше локтя! — Деда, так меня секрету научили! Я рыбку прикармливаю, а потом, когда она сытая и ленивая, она и идёт ко мне! И сети не нужны, успевай только с водицы доставать. А хотите, Я и вам принесу пару рыбок? Самых толстеньких! За просто так. — Ну, внуча, коли принесешь, в долгу останусь, а это не дело. — тут он ненадолго задумался и огладил бородку. Я про себя улыбнулась. Этот дед всегда помогает. Благодаря ему, у меня и лески с крючками есть, и рыбачить умею, и знаю рыбные места, и корзинки плести умею, и сапожки резиновые есть, и много чего еще. — Деда, не стоит, мне рыбку половить в удовольствие! — А моего цыганенка возьмешь с собой? Он тебе и костерок разведет, и рыбку донести поможет, и скуку развеет. Я скривилась. Тёма был проблемным ребёнком. Задиристым, вспыльчивым, еще и болтуном. С ним отдыха не увидишь. Но вот договориться с ним можно. Я кивнула. Дед просиял и громко, заливисто свистнул. Да так громко, что все птицы с деревьев слетели, А собаки подвывать начали. Завидно было — жуть. До колик в животике хотелось также свистеть. Но не дано. Увы. Я долго пыталась. Прибежал Тема быстро, неся в руках снасти, ведра, А за плечами рюкзак походной. С кислой миной прибежал. Мальчишка выше Адама на голову, с щербинкой в зубах, со шляпой и загоревшей до черноты кожей действительно напоминал цыганенка. И даже косая сажень в плечах и пудовые кулаки не смогли переубедить, что он не цыганенок. Точно этот народ потоптался в его роду. Если не всем табором, то десятком человек точно. А вот друг друга мы не любили. Не помню уж и почему, но вот с первого взгляда невзлюбили друг друга. Причем взаимно. Благодаря не пакостил, только раз в речку столкнул, и когда я уже почти утонула, сподобился вытащить и откачать. Сволочь, в общем. И не надо вспомнить про лягушек, жаб, бородавок и чесоточные зелья. Это не я была. Темой клянусь. — Че, селедка, опять деду на уши присела? Он мне с вечера уши чистил, как за бабой бегать надо! — злобно процедил он, когда мы уже отъехали от остановки. — Тц. Зря силы тратил. Тебе только лошадки на поле и дадут, пень носатый. Отвали, а? Отстань от калеки, или бить будешь? — с прищурив глаза, хрипло выдавила из себя и закашляла. С одной стороны и обозвала, с другой давила на жалость, с третьей — горло и правда болит. А все дед, сволочь… — О, смотрю, ведьма квакать начала, к дождю что ль? — победно задрал мальчик нос и весело хмыкнул. Посмотрела на него сверху вниз и отвернулась, про себя вспоминая все матерные выражения. Бесит, сволочь!!! Ух, как бы я его… Дальнейшая поездка напоминала монолог. Мальчик вслух мечтал о том, как он будет жечь меня на костре и все такое. Детский сад. Вот только я медленно но верно закипала. И даже природа за окошком меня не успокаивала. К счастью, вскоре за меня заступились остальные пассажиры и начали вспоминать цыганей, табор, ведьм, гадалок, конокрадов и где надо жечь это проклятое племя и на каком масле жарить в аду. А уж мои слезливые благодарные взгляды на защитников только добавляли дров в костер общего хаоса и почти каждый норовил почувствовать себя героем и поиздеваться над парнишкой. Вот это свезло! Жаль, что почти доехали, иначе я бы с безумным удовольствием посмотрела, как этого прохвоста бьют! — Сам виноват. — тихо сказала я, тихонечко идя сзади. — Кикимора! Это ты на ворожила!.. — начал вновь закипать он и грозно надвинулся на меня. Опа. Пора сматывать удочки, иначе задушат и тут же прикопают. — Так утопи. Что тебе стоит? Я маленькая, вешу мало, сопротивляться не смогу, плавать не умею. А ты всю жизнь гордиться будешь. Ведь пятилетнюю сироту калеку убил. Есть чем гордиться. — прохрипела я, мысленно давая себе леща. Куда меня несёт?! Аааа, заткните меня! Убьют ведь! — Молчала бы, мелочь. Все забыть не можешь? Ну ступил я тогда, чего теперь козни строишь? Людей против меня настраиваешь… — тихо прошептал он и сплюнул через плечо. Я опешила. Так. Стоп. Я еще и виновата?! Но ответить ничего не могла. Похоже лимит слов исчерпан, горло болело так, что аж дышать получалось с трудом. Видимо поняв, что я ничего не скажу, парень пошел вперёд, ускорив шаг. Пришлось догонять. Скотина! Мне и так больно, а ты еще и марафон устроил??!! Когда мы дошли до моего любимого местечка, я уже хрипела в голос. Горло дико горело. Дышать было очень больно и глаза слезились. В изнеможении упала прямо на поросшую камышами и травой землю и пыталась просто дышать. Мда. Похоже сегодня точно не мой день. Когда Тема залез в мой тайник я подумала, что у меня глаза лопнут от злости, так я разозлилась и руками пыталась обозначить кто он такой, что я с ним сделаю, и на чем я его там вертела. Но тот лишь расхохотался и стал раскладывать снасти, собирать хворост для костра, и установил удочки. Злобно усмехнулась и села. Даже от злости в себя пришла, а то тут чуть ли не помирать собралась. Солнце уже поднялось, стало припекать. А рыбки все не было. — Так. Я устал. — заявлено было мне. Я молчала. Даже не усмехнулась. — То есть со мной ты больше не разговариваешь? Кивнула. Какой догадливый. Уже часа четыре молчу, а до него только дошло. — Ну и сама тогда лови рыбу, Я тебе больше не нянька! Показала пальцами ок и помахала руками, типа кыш, нечистая сила. Чем только обрадовала его. — Тогда я домой? «Да вали уже! Достал! " Но могла лишь кивнуть. — Тогда пока! Вечером вернусь, помогу собраться. Только деду ни слова! А я тебе за это рюкзак свой старый отдам. А если рыбой поделиться, то и обед тебе оставлю. Встала, подошла к нему и протянула руку. Он не сразу понял, но пожал и счастливо улыбнулся, после чего убежал. Я тоже была счастлива. Урааа! От болтуна избавились, можно и отдыхать!!! Тут же достала из захоронки (тайник) старенькую прогнившую плетенную сеточку, куда накидала хлебушка и сухарей, и эту приманку установила недалеко от удочек. Пол дела сделано. Из кармана достала талисман с удачей и закопала его рядом с удочкой. Достала мешочек с разными крупами и рассыпала крупу вокруг места, где собиралась ловить рыбку, приговаривая про себя, что это откуп, плата и благодарность за рыбку. Пол дела сделано. Одев рукавички, пошла рвать кустарник, годный для плетения поделок — корзинок, авосек, и даже просто шляпы. Когда прошло некоторое время, вернулась на свою стоянку и забросила сеть. Рыбы, как и обычно, было очень много. Успевай только в мешки её скидывать и оттаскивать от берега. Собрала мешка три, больше моего роста и остановилась. Больше мне рыбы не надо. Побросала остатки хлеба в воду и пошла разводить костер. От комаров помогал оберег собственного изготовления. До вечера было далеко, сушить рыбку было лень, поэтому села вязать корзинки. Не для продажи, а для хозяйства. Ведь умельцев плести корзины было много, поэтому нести поделки на продажу смысла не было. Была мысль по осени пройтись по деревенькам и натаскать крапивной пряжи, что плела каждая уважаемая хозяйка, но легче уже купить готовую одежду в городе, где были ткацкие фабрики. Или украсть. Как раз осенью у них будет ажиотаж, так как соберут с полей урожаи хлопка. Вдруг услышала плеск и увидела, как мою удочку на берегу сносит в воду. Конечно я кинулась вытаскивать её, про себя пугая себя, за растяпость. Вроде удочки выгула из воды, а оказывается нет. И что бы я потом без лески с крючком делала? Рыба попалась слишком проблемная и я долго проводилась на берегу, пока не вытащила на берег мусор, вместо рыбки. «Да блин! Что за невезение? Что за…?! Когда мусор зашевелился, я подумала на жабу. А потом услышала писк Когда достала нечто едва теплое, едва это самое не выбросила обратно в воду. — Крыса?! — злобно подумала я и отпихнула находку подальше. Да вот только крючок с лески поцарапал меня и впился в ногу крысе. — А блин! Точно этот цыган проклял! Своими черными очами и кудряшками вылитая ведьма! С…ка… Окровавленный большой палец тщательно облизала и посмотрела в сторону крысы, желая пнуть её. Но комочек не шевелился и был окровавлен. В душе шевельнулась совесть и жалость. Кровь на крысе точно не моя. Да и крыса маленькая, ещё малыш. Немного поколебалась, но подползла к комочку и взяла его в руки. Как только разглядела, что шерсть у неё больно светлая, так пропала брезгливость. Осторожно взяв пискнувший комочек в руки, внимательно рассмотрела куда застрял крючок. — Потерпи, маленький. И прости ведьму старую, я не специально. — прошептала я и, прижав комочек колеями, стала гнуть острый край крючка в разные стороны, пока он не отломился. Палец закровоточил и болел, но вот душе погано было, что обидела маленькую крошку, пусть и крысенка. Он ведь мне ничего не сделал, я сама виновата. Ещё и ранила мелкого. Маленький комочек совсем затих и перестал шевелиться. Я коленками чувствовала дрожь тельца и стук маленького сердечка. Наконец-то кончик отломился и Я рывком выдернула крючок. Комочек уже не пищал. И сердечко билось все слабее. Выпутав его из тряпья, поняла, что тряпье это мешочек. Внимательно вгляделась в находку, так как мелькнуло понимание, что крысу в мешке топить точно не будут, а и крыса какая-то неправильная. Краем майки высушила малыша и сунула за пазуху, чтобы отогреть. Сделав доброе дело, с улыбкой пошла поджигать костер. А то холодно становилась. На палец намазала каплю зелья из скудных запасов на ЧП, припрятанный в тайнике и туда же отнесла собранные снасти. Когда солнце село, вдалеке показался Тема с велосипедом. — Ого. Ну ты даешь… — с удивлением приговорил он, заглядывая в вязанные из бечевки мешки. — Хм. Ты не умеешь рыбачить. — гордо прохрипела я и тихонько достала малыша из-за пазухи, чтобы в который раз посмотреть на него. — Опа. А я смотрю улов удался. И котенка еще выловила. Молодец. Только почему он не чёрный? У ведьм ведь… А, он слепой. Еще и с пуповиной. Выбрасывай, он сдохнет скоро. — и протянул лапы к моему малышу. Я тут же спрятала его и грозно посмотрела на него. Он тут же поднял руки и отошёл назад. — Ой-ой! Боюсь! — Тц. — Ладно, я сегодня добрый. Мир? Ну, хочешь я расскажу, как за ним ухаживать и молоко буду давать? Только не злись, я же не со зла… — примеряюще сказал он и отошёл. Я подозрительно посмотрела на него и вскоре кивнула. — Ну, смотри, кошки котятам попки вылизывают, чтобы они какали. Можешь прямо сейчас это сделать. Я смеяться не буду. Честно. Ну, или не сильно громко. Мир? Забудьте! Я ему сейчас голову отгрызу!!! Видимо поняв, о чем я сейчас думаю, он отошёл и начал грузить мешки с мой рост на багажник велосипеда. Весело щебеча о кошках и котятах. Пропустив его болтовню мимо ушей, я тихонько взглянула на котенка, которого украдкой достала. Да не похож он на котенка. Да и хвост его короткий толстый. Только пушек его светленький и редковатый. Да и мордочка его. — На крысу похож, правда? — раздался мальчишеский голос прямо над ухом. Я бездумно кивнула, и только потом сообразила, кто мне заглядывает за ворот и гневно посмотрела наверх. — Ой, а ты глазками светишь! Всё-все, Я больше не буду! И он отошёл назад. Я посмотрела на этого детину одиннадцати лет и покачала головой. Чего он такой настырный-то а? Раздражает уже! Рыбы было все же очень много и мы до самого утра следующего дня шли до его деревни. Вымотались очень. Все кости друг другу перемыли. Подрались. И помирились. В конце я помогала ему толкать груженный велосипед и мы в кои-то веки молчали. Устали. Не дойдя до деревни, Тема остановился. — Так, Я больше не могу. И тошно смотреть, как ты мучиешься. Я сейчас пойду домой, а ты жди, с дедом и ребятами вернусь. Лишь бы дождь не пошел. Я кивнула и в изнеможении села под ближайшее деревце. Все же рыбы было слишком много. Конечно дождь пошел. Мокрая земля и зелень, переполненный запахами и дождем воздух, небо, начинающееся тотчас над головой, и сыро все вокруг, серо, низко, гулко, тихо. Тихо-тихо. Пасмурно. Ночь на самом деле очень светлая. Даже серая. А капли дождя превращаются в серебристые лучи света, стремящиеся вниз и с шумом, всплеском ударяющиеся о землю. И, неожиданно, ты находишь какой-то «резонанс» внутри себя, согласие, какую-то «параллель», «бессознательно понятную»… Тебе хорошо в этой непроглядной «до конца» воздушной свободе, в этом невидимом падении дождевых капель, касающихся твоего лица, ладоней …в этом воздухе, ненасытном и успокаивающим, среди мокрой зелени, мягкой земли, потемневших теней деревьев, ты чувствуешь свою силу, свою временную неопределённость, умиротворение, ты чувствуешь своё родное…но что это?.. Хоть и было сухо, но ветром меня хорошо продуло. И когда я уже собиралась бросить нафиг и рыбу, и велосипед, меня все же нашли. Оказывается это горе луковое чутка забыл, где меня оставил. Я махнула рукой и на ручках его отца прокатилась прямо до его дома. И так хорошо было, что сладко уснула, прижимая к себе теплый комочек. Проснулась к обеду. И первым делом стала искать котенка. Пока я была под дождем, до меня дошло осознание, что этого несчастного котенка бросили. Даже выбросили и попытались убить. Как и Круза с Тони. Как меня, Адама и Скорпиуса… В общем, решила его оставить себе. Мама и папа Тёмы тепло меня приняли. Подарили много старой одежды детей, которой собралось довольно столько, что хватило бы всем нам, и даже Скорпиусу бы досталось. Даже игрушек дали. Тёма подарил платочек, и показал, как с помощью этого платочка кормить котенка и вытирать ему попку, чтобы он покакал. Подарили рюкзак, напоминающий мешок с горловиной, который можно носить за плечами, так как у него были ручки. Мама его показала как готовят пироги и как засаливают и сушат рыбу. Даже баночку икры засолили и с собой дали. К вечеру я была «дома». И очень расстроилась. Дед напился. Всю живность зарубили. Огородик сравняли с землёй, а целебные травы пропали вместе с корнями. Обидно было — не передать. Весь этот вандализм — с целью наказать меня, за мое самоуправство и непослушание. К счастью, Скорпи не пострадал. Его спрятала Дикси и этим самым защитила. Тогда, спрятавшись в своей комнате, я впервые заплакала. Дети беззащитны перед взрослыми. У них нет прав. Нету голоса. Нету мнения. И единственное, что я могу в этой ситуации сделать — это смириться. И прятать тех, за кого боюсь. Скорпи и котенка, которого точно убьют, лишь бы показать, что дед главный. А поэтому молчим. И делаем, что он хочет. Пока Копи чуть не окрепнет, А я не смогу сама бороться с миром взрослых на равных. И все вернулось на круги своя. Попрошайничество. Воровство. Жизнь впроголодь. Вот только я перестала говорить. Совсем. Обходилась и без этого. Да и это помогало. Прежде всего мое горло перестало болеть и прошёл кашель. Сначала выхаживала котенка с пуповиной и кормила молочком. Обматывала пальчик платочком, окунала его в молочко и давала котенку слизывать его, пока он не уставал. А другой тряпочкой аккуратно вытирала его попку, чтобы он делал свои «дела». И мне это было совсем не трудно. Наоборот, под урчание котенка мне становилось легче. Только через месяц он окреп, полинял и, увидев какого цвета его шерсть, я вспомнила слухи о нашумевших бандитских разбороках в Лютном и о пропавшем детёныше Каури. И поняла, что за чудо с фиолетовыми глазками попало мне в руки. О контрабандной перевозке вейлами волшебных животных и разборках между бандитами гудел весь Лютный. Перевозили разных запрещенных и не очень волшебных животных: единорогов, драконов, фениксов и многих других из нашей страны. И тогда у бандитов в результате стычки пропало очень ценное животное. Из-за этих проблем и разборок мы совсем из Лютного убрались, опасаясь попасть под раздачу. Говорят, богиня удачи любит сирот, иначе ничем не могу объяснить такое везение. Шерсть Клыка была золотой и волшебной. В прямом смысле. Волшебными золотыми шерстинками. Я же до этого разницы между каури обыкновенным котёнком не видела и выхаживала свою находку втайне от всех. В общем, повезло. К тому же сказочно повезло! Все дело в том, что шерсть у кошечки была по-настоящему волшебная. И очень дорогая. И платили за нее чуть ли не бриллиантами сами гоблины. Конечно то, что именно я принесла в дом это чудо, и что оно слушалось только меня смогло примирить деда с моим существованием и моему мнению. Котенок давался только мне в руки. В общем, дед дал мне свободы. Я сама распоряжалась шерстью котенка и решала куда продать, на что обменять, и стоит ли этого делать вообще. Дикси старательно подбирала каждую шерстинку и вязала крохотные детские обереги, которые скупали гоблины, не глядя на цену. Я же решила с ними подружиться. Ведь они занимали очень значимое место в мире волшебников, как бы они это не отрицали. А гоблины со своей стороны тоже шли на уступки (скидки) со своими артефактами. Конечно, дома теперь меня уважали, прислушивались к моему мнению и не били. Забылись обиды. Я стала теплее относиться к тем, кто меня приютил и они потихоньку стали моей семьёй. Да, прошло пол года, прежде чем это произошло, но это так. Почему я не переехала в семью Тёмы и не осталась там жить? Ведь приняли они меня очень тепло еще и подарками завалили? Все просто. К концу лета мальчику исполнилось одиннадцать и его родная тетя забрала его к себе в город. Там и школа лучше, и перспективы. Туда же осенью уехали и родители мальчика. Поэтому уйти от деда я не могла. Не потому, что боялась за себя или не справиться, а потому, что на руках бы остался малыш, которого деду точно бы не отдала. А вместе с малышом шансы выжить уменьшались. Приютов я боялась, а если бы малыш заболел, я бы ничего сделать не смогла бы. Когда появился стабильный маленький доход, я задумалась о школе. Дети в Англии учатся едва ли не с пяти лет и нам надо поскорее наверстать упущенное, пока совсем не поздно. Зимой дед долго ремонтировал палатку, перешивал и продал. Потом мы переехали в магловский полуразрушенный дом, подальше от Лютного. Да, это все результат небольшой интриги. Когда я упросила гоблинов намекнуть деду на приобретение почти задаром настоящего дома, который добавит "веса" в обществе и ему гордости. Гоблины смогли его в этом убедить. Обстановка палатки со всей мебелью переехала с нами и мы почти не заметили разницу. Только в доме было теплее. Пока дед занимался бумагами и оформлением, мы обследовали местность вокруг нового дома. Место глухое. Рядом поля. Деревня заброшена ещё лет тридцать назад. Деревню мы облазили вдоль и поперек, и даже много чего нашли. Старинные монеты. Серебряную посуду. В заброшенной церкви тоже много чего было. Все находки продали и на эти деньги было приобретено магически улучшенные семена, животные и птицы. Даже отстроили небольшую оранжерею, где дед продолжил выращивать лекарственные растения. Оранжерея вышла очень дорогой, но оно того стоило! Волшебная оранжерея позволяла получать урожай круглогодично. И даже кредит нас (меня) не пугал. Соседей у нас нет, что было важным условием приобретения дома. Другим важным условием было то, что земля вокруг ничего не стоила, а через несколько десятков лет тут начнут строить магистраль и вырастет город маглов. Пока же, это идеальное место для подрастающих маленьких волшебников. Жаль, что пришлось бросить огород, который я невзлюбила. К моей радости, недалеко есть село, где много овощей, фруктов, ягод, грибов и мяса почти даром. Иногда и даром, хоть об этом они сами не знают. Даже школа есть. Но далеко. Надо ждать автобус, который едет до города, или добираться до него своим ходом. Или через дедушкины порталы. Можно было жить и радоваться детству. Наконец-то мы не голодали. И Лютный далеко. Два года тихой и мирной жизни. Это много или мало? Тогда я думала, что так будет всегда. Одно хорошо. За эти два года мы стали настоящей семьёй. И дед стал хорошим, отзывчивым человеком. Вспыльчивым, но отходчивым.***
Скорпиус рос солнечным блондином с янтарными глазами и ярким, озорным характером. Никогда не унывал. Был жизнерадостным и приносил кучу проблем. Поразительно, но слушался он только меня. Почему? Не знаю. Может потому, что я его очарованию не поддавалась, не знаю. Очень уж этот чертенок всем в сердце западал и с легкостью манипулировал всеми. Я же твердой рукой могла дать и ремня, и затрещину за переходящие края шалости. Да, мне было тяжело, больно и невыносимо обижать это солнечное создание, но и баловать его было нельзя. Делать из него золотого мальчика — тоже, и это принесло свои плоды. Мальчик рос нормальным ребенком, сильно опережая своих сверстников. Когда в неполные три он стал умножать в голове трёхзначные цифры, я запаниковала и обратилась к гоблинам. Результат кровной проверки шокировал нас всех. Малыш был настоящим дампиром. Ребенком вампира и оборотня полукровки. Причем оборотнем была вейла! Тогда и стало понятно происхождение обаяния малыша, а я рассказала остальным о том, что малышей было двое. Нехватку близнеца малыш ощущал очень сильно. Он было завел себе воображаемого друга, но тут я недрогнувшей рукой выбила из малыша эти опасные мысли. В мире магии возможно все. О том, что его близнец мертв, я была уверена на 100%. Даже если бы он был вампиром и холодным от природы, а закоченевшее тело — результат спячки или чего еще. Интуиция меня никогда не подводила. О моем же точном возрасте сказать был не в силах никто. Ни медики, ни взрослые. Я росла рывками. За один месяц зимой или летом я могла вырасти на целую голову и обогнать Адама, самого старшего из нас, а потом перестать расти надолго. Эти рывки проходили спонтанно и немного пугали меня и домочадцев. Проверка моей крови ничего не дала. Кроме того, что я Одаренная и Обретенная. И в то же время я была чистокровной ведьмой! Именно той чистой кровью, которая достигается десятком поколений и тяжелой селекцией! Парадокс. Это гоблины объяснили последствием ритуала и мы забыли об этом. Приближалось 10-летие Адама. И рождество. Однажды летом, когда в стране был самый пик падения цен, я сделала вылазку в магловскую часть под старящим зельем и на британские фунты, купила небольшие участки земли. Зачем? В будущем эта земля будет очень дорогой. Как? После войны и бомбежки Англия еще не оправилась, поэтому неиспользуемая земля раздавалась чуть ли не даром, а деревянные полуразрушенные дома и пустые деревни ценности не имели вообще. Формально, если мы починим все дома в деревеньке, заселимся в них и будем жить, то эти дома и эти земли станут наши. Потратив на это всю сумму, я прикупила много участков, забрала документы и поскакала домой. Я помню что такое Макдональдс и как они зарабатывали деньги. Нет, не продавая еду, а сдавая здания и земли в аренду. А сам арендатор и бизнес основывал, и раскручивал и дальше строился. Земля будет стоить очень дорого совсем скоро. Несколько десятков лет и я миллиардер. Чит? Ага. Знания из будущего это и есть чит. Теперь осталось ждать. Совсем немного. Незадолго до рождества, я провела небольшую аферу. Семью ждет большой сюрприз! — Дикси, проверь, все ли ладно? — попросила я, протягивая ворох поделок. Совсем недавно я уговорила домовушку сделать дорогие подарки из шерсти Клыка для гоблинов. Очень уж мне нужна была их благодарность и помощь. Дикси согласилась сделать из шерсти пряжу и нить, а вот вязать подарочки приходится мне собственными ручками и простыми крючками и палочкой. Домовушка дотошно проверила все и кивнула. Я облегченно вздохнула и начала издалека: — Кормилица, а ты заметила, что для Скопи почти нету подходящих книг? Он уже ничему и не учится, а ведь он волшебник. Домовушка горестно вздохнула и сжала кулачки. — Дикси плохой домовик. Старый. Она плохо владеет магией. Почти не может. Семье нужны новые домовики. Дикси страдает. Детям плохо… — и заплакала. — Дикси хорошая, правда. Она кормилица этой семьи. Нянечка. Все ее любят. И я знаю что нужно для всех нас! Ты знаешь, есть продавец старых книг в Косом Переулке и, если собрать все деньги у детей, и все мои заработанные деньги, то у нас будет больше книг, чем у любой чистокровной семьи! Нужна только твоя помощь, Я ведь маленькая, меня обидеть могут и обмануть. Ты ведь мне поможешь? Сделаешь, что попрошу? Там нужно будет просто помогать и быстро делать, что я скажу, и Скопи будет сильно счастлив! Много книг! Жалко, что денег мало, но я постараюсь, ты же поможешь? — Я… Много книг? Немного денег? — спросила она и внимательно посмотрела на меня. Я ярко улыбнулась и поделилась планом раскулачивания одного старьевшика. Дикси внимательно слушала и даже предлагала свои идеи. А то, что она говорит о себе в третьем лице — это пережитки прошлого и результаты её сильного волнения. Да, я нашла того продавца старья и сокровищ, о котором говорилось в каноне! Б/у книг у него было в огромном количестве. Как и исписанные свитки, тетради, рукописные дневники, принадлежавшие ученикам, и это чуть ли не даром! Тем более, что в своем подвальчике, он за ту же цену раздавал книги, запрещенные министерством, но уже стопками и цену ставил за фунт! А два фунта — это почти килограмм! Как только я узнала об этой распродаже, тогда и зародилась идея попросить помощи домовички. И мы вдвоем безжалостно вскрыли копилки и заначки всех домочадцев да и набрали довольно таки неплохую сумму, на которую я сама и не рассчитывала. Домовушка вскрыла все заначки деда и помогла мне легально (и не очень) достать больше денег на магловской стороне. Мы перенеслись в подвальчик. Домовушка под личиной ушла торговаться, а я заметалась, скидывая в кучу все самое ценное и менее ценное. Дикси справилась, продавец скрипнув зубами, согласился продавать за один серебряный сикль 5 фунтов макулатуры! Просто шикарно! Я быстро, как волшебница, скрепила сделку магией. Достала мешочек с золотыми монетами и оглядела полки внимательным и жадным взглядом, в поисках чем бы ещё можно поживиться. В общем, отоварились не хило и вовремя. Ведь закрома и архивы у этого старьевщика еще не перерыли авроры и цензура еще не отправила многие книги в костер. К тому же, многие из них были не в одном экземпляре, пусть и разных годов издания, так что мы помогли продавцу избавиться от пылесборников. Магия домовиков так и не регистрировалась министерством. Банки маглов были защищены от таких умников, как я. Но вот иногда инкассаторские машины выезжали без защиты из магических плетений. Вот их мы и «щипали». Особо не наглели, дабы не спровоцировать магов на то, чтобы они эти машины защищали, но и приобретенного хватало! К тому же, глупых богачей тоже хватало. Да, хоть и жизнь у нас стала намного лучше, но воровать мы не перестали. Наоборот. Оттачивание свои способности и учимся воровать уже не у фермеров и пекарей, а целые банки. Все деньги я сразу переносила гоблинам. Те давно открыли на мое имя анонимный счет и предупредили, что воровать я смогу только до 11 лет. Потом на моей ауре повесят министерский маячок до совершеннолетия и меня быстро поймают. За небольшой процент что они получают меняя деньги на галеоны и обратно, они соблюдали мои интересы и молчали. У них же я хранила и все книги от старьевщика. Деньги меняла на галеоны и копила на обучение у гоблинов. Судя по намёкам и вскользь брошенным фразам, они во мне заинтересованы. К тому же торговля шерстью до сих пор держится в строжайшем секрете и нас до сих пор не «спалили». Причем секрет охраняют именно гоблины, так как кровно заинтересованы в поставках. Вот так и завертелась Карусель добывания денег и перевод их в галеоны, или покупки на них акций, активов и земли.***
— Итак! А теперь подарки! Адам, братец мой, это копия оплаченного счета из Дурмстранга! Можешь не благодарить, ибо твое обучение там — это еще и работа! Мы растем, наша семья крепнет, поэтому нам нужна хорошая полноценная библиотека, достойная самых древних чистокровных аристократов. И много чего ещё из русской школы. Язык ты знаешь, не подведи Семью! Мы рассчитываем на тебя. Кстати, этот чудесный Баста, — я указала на коробку, которую всунула ему в руки, — твой будущий фамильяр и лучший друг! Не обижай грифёнка. Достать маленького грифона — это было невероятно трудно. Помогли гоблины, которые выступили посредниками. Адам грезил именно о таком питомце днями и ночами. Меня эта помесь орла и дикой кошки не впечатлила, но мальчики всегда любили большое, опасное и зубастое. Коробка вмиг была раскрыта. В следующий миг мы были оглушены криком радости, а потом братец умчался в неизвестном направлении. Поковыряв в ухе, я продолжила раздачу подарков. — Тони, Круз, вы в одиннадцать лет отправляетесь вместе со мной в Хогвартс. Простите, но на другие школы денег не хватило… Договорить мне не дали. Последние слова утонули в криках радости и счастья. Меня закружили, расцеловали и, вырвав из рук списки предметов, необходимые для школы, убежали. Я устало опустилась на стул и невидящим взглядом смотрела на убранство стола. Привычные домашние блюда из моей памяти. Оливье, рыба под шубой, пирожки, шампанское и прочее. — Ева, чего грустишь? — спросила Дикси, споро кладя мне в тарелку котлеты и салатик. — Да ничего, кормилица. Просто грустно стало, — Евой меня прозвали потому, что я первое время хвостиком ходила за Адамом, ела из его рук, даже на шее его каталась, и спать ложилась на матрасик в углу его комнаты. Он меня и в душ водил, и выгуливал на свежем воздухе, и всячески опекал. Я чувствовала его заботу, доброту, внимание и не могла найти в себе сил оторваться от него. Да и спать поначалу не могла. Все снился зомби-апокалипсис и живые трупы — толпы детей, тянущих ко мне руки. Села и устало опустила руки. Обучение у гоблинов выматывало. Но оно того стоило. Мне очень нравилось разрушать заклятия и проклятия. А гоблины после двух лет обучения, дадут возможность зарабатывать по этой специальности. Возьмут к себе на работу. А это немало. В одиннадцать лет уже иметь место работы и хлеб с маслом — пока предел моих мечтаний. И детям помогу устроиться. На ноги поставлю. Вначале платить будут мало, но потом обещали повышение. Учили они хорошо. Основательно. Для себя же учат, поэтому стараются. Гоблинов интересовали в основном золотые слитки. По слухам, золото им нужно было, чтобы жить. Нет ничего вкуснее бруска золота. Мы, люди, так одержимы мясом. Золото им нужно было не часто, но постоянно. Без него они начинали болеть, стареть, терять разум. Да и дети без золота росли очень плохо и болели. В нашем мире богатые люди тоже употребляют золотые стружки с вином. Это залог их успеха, здоровья и долголетия. Да и признак богатства. Даже в Хогвартсе вся посуда из золота, и это не выпендрёж, а обыденное дело у аристократов. Хотя маглорожденные этого не понимают и такую посуду воруют или портят. А нас обвиняют в снобизме и высокомерии. На обучение ушли почти все деньги. Зато у меня будет профессия, которая будет кормить меня. А это лучше денег, лежащих мертвым грузом. — Ева? — позвал меня дед. Я подняла голову. — В следующий раз просто попроси. Я и сам собирался оплатить учебу в Хогвартсе, но не всех сразу. Потеря денег не критична, но все же попросить совета ты могла, — попенял мне дед. Я стыдливо спрятала глаза. Ага. На учебу я деньги потратила. Как же! На кучу бумаги, что лежат сейчас в сейфе. У гоблинов книги были намного круче и ценнее. Я натянуто улыбнулась и сжала артефакт. И они показали мне, насколько я глупа, продав мне карту точек перемещения в такие же магические кварталы по всему миру. Нет, покупать такие же книги у самих гоблинов больно накладно, хотя книги у них и более лучшего качества и их можно брать в прокат и переписывать, чем и занимается Дикси, имея магловскую печатную машинку и пачки бумаги, но быть глупой все равно неприятно. Но что мне стоит перепродать парочку печатных книг, являющихся копиями хороших и древних? Причем печати хорошего качества и понятной всем. Не рукописной, правда, но тоже очень ценной. Продам парочку, куплю за вырученные деньги многоразовый телепорт в один из магических кварталов и верну потраченные деньги с большим запасом. Жалко только, что Дикси знает только Английский язык. Но если дело окупиться, можно найти выход. Но я отвлеклась… — Да, деда. Прости. Просто я прикинула, что одновременное обучение всех нас не будет так затратно, как по отдельности. Мантии есть. Если что, из одежды можно потом прикупить в магазине подержанных вещей или у маглов. Покупать новое и дорогое затратно. Мы дети. На нас одежда рвется моментально. Да и растем мы. Один комплект учебников хватит нам всем. Если что, будем брать временно книги из библиотеки, они обязаны нам их предоставить. Наборы котлов задача нетривиальная. Шляпы нам не нужны. Палочки свои есть. Да, они в плохом состоянии, но от младшего курса не будут ждать выдающихся показателей — сказала я, доставая лист и перечитывая требования: — Надо еще медные весы, оловянный котел, комплект флаконов, рабочие мантии и защитные перчатки, сделанные из прочной драконьей кожи. Это помимо прочего. И все это можно приобрести на одного человека. Помимо расходников. Да, будет тяжело, не спорю. Копии книг за все курсы у нас есть. — Успокойся. Мы все решим. Деньги есть. Мы с Дикси посоветовались и решили взять парочку маленьких детей из Лютного на воспитание. Нет, мы не станем вас любить меньше, но если ты хочешь расширить хозяйство, то лишние руки нам не помешают. Что думаешь? Задумалась Неожиданно. Но это хорошо. Лишних рук не бывают, бывают ленивые попы. Но детей перевоспитать легче. И помощь в хозяйстве. И хорошее дело. — Я не против. Тем более, что наш домик в деревне потихоньку становится больше и мы уже ремонтируем соседние дома. Подвальные комнаты и кладовые уже готовы. Магическая основа заложена. Дом будет живым и полноценным. Кстати. Вон в тех мешочках те самые растения, о которых ты мечтал. Точнее семена и ростки, но остальное в твоих руках, — деда сбежал едва ли не быстрее, чем мальчишки. Я усмехнулась и посмотрела на Дикси. — Что? — спросила она, отстаивая кружку с чаем. Чай — это большая проблема и любовь Дикси. Увы, ее с малых лет готовили к горничному делу и подача чая была ее основная любимая обязанность. Помимо уборки в спальнях. — Дикси, я знаю, что ты давно мечтаешь о маленьких домовятах, но не можешь… — Дети?! Госпожа привела в дом маленьких домовят?! О, Дикси несказанно счастлива и благодарна… — тут же кинулась мне в ноги с благодарностями. Стало неудобно. Даже совесть проснулась. — Кхм. Пауло! — позвала я. Посреди комнаты появился красивый домовик мужского пола. У него были белые волосы, собранные в хвост. Более человечная фигура и прямой, небольшой нос. Дикси молча переводила взгляд с меня на него и обратно и в глазах ее было полное непонимание. — Но госпожа… он большой… а где дети? — спросила она, оглядываясь. Я впервые в жизни покраснела. Что-то я не подумала об этом моменте. Не так себе представляла… этот момент. Домовушка мяла руками подол рубашки и с ожиданием смотрела на меня. — Кхм, — откашлялась я. — Дети… дети будут… потом… — замялась я и с мольбой посмотрела на Пауло. С ним я уже обговорила его обязанности и работу в моей семье. А вот главной его заботой было обеспечить появление в доме маленьких домовят. Ага. То есть, он должен как можно чаще спать с Дикси, чтобы та в положенное время родила домовят. Вот и как мне это объяснить ей?! Что домовята в доме появятся естественным путем?! Пауло невинно похлопал ресницами и перевел оценивающий взгляд на Дикси. — Госпожа? — спросила вздрогнувшая Дикси, преданно заглядывая мне в глаза. — Ой! Прости! У меня дела! Пауло тебе все… покажет! — залепетала я и сбежала. Испуганный визг Дикси и захлопнувшаяся дверь за спиной еще больше потревожили совесть. Блин! — Деда! — позвала я, входя в теплицу. Теплица была большой и ухоженной. Дедушку я нашла в самом дальнем участке по колено зарывшегосятоящего в земле. — Деда, а я деток решила подкинуть Дикси, — со вздохом призналась я, становясь на корточки. Дед опешил. — И? Когда ждать их? И кто это будет? — я оторвала листочек волшебного мятного чая и сунула в рот. Пожевала. Скривилась, но сплюнуть не решилась. — В положенный срок. Думаю, месяцев через девять. — Таааак. Ну-ка, рассказывай! — насторожился дед и оторвался от саженцев. — Понимаешь, я вот недавно была в Италии по делам. Телепортом. И в общем там был невольничий рынок. — И? Кого купила? И по каким это делам ты шлялась непонятно где? — Ой, деда! Да мне просто интересно было, и я туда погулять пошла! — Допустим, я тебе поверил. Дальше? Что за невольничий рынок? И как ты там оказалась? — Обычный. Магический, — пожала я плечами. — В общем, там продавали домовиков. В Италии это обычное дело. Ну, я и вспомнила про нашу Дикси и решила найти ей… кавалера. Она же о детях буквально грезит! А тут своих родит. Понянчит. Она хоть и старенькая, но это не такая уж и помеха для их народа. — Ааа. Так ты о Дикси, — облегченно выдохнул он и вернулся к саженцам. — Я пока занят, так что ты хотела? — Так Дикси не знает, что детей ей рожать придется! Она думает, что привела ей детей на воспитание! — ответила я. — А я тут причем? Твоя идея — тебе и выпутываться. Еще есть что? — сердито выдохнув, я пошла обратно в дом. «Охота» Пауло шла полным ходом, но Дикси отчаянно сопротивлялась. То тут, то там слышались звуки борьбы и крики Дикси. Когда она со слезами на глазах кинулась мне в ноги, прося прощения за все, что сделала, но убрать из дома это чудовище, мое сердце не выдержало, и я сбежала телепортом. К гоблинам. Учеба двадцать часов в сутки. Артефакторика, зельеделие, ритуалы, наложение проклятий и их снятие, языки, чары — это все лишь бы заглушить противный голос внутри, обзывающий меня предательницей. Под глазами залегли круги. Спать я уже не могла просто физически и как робот выполняла все задания гоблинов, потеряв счет дням. Вот что значит совесть… Из круга саморазрушения, состоявшего из одной зубрежки, меня вытащил Адам. Он со дня на день собирался уезжать в школу и обратил внимание на то, что дома меня никто не видел очень давно. — Ну, горе ты мое красноглазое. Что опять в твоей голове перемкнуло, что ты стала превращаться из принцессы в мумию? Когда ела в последний раз? И что случилось? — я со слезами рассказала. Братец схватился за голову и взвыл: — Ну ты и ДУРА! — я только согласно кивнула и сгорбилась. — Так, чудовище ты мое лохматое. Мигом в душ! А то от тебя пахнет почти так же, как при нашей первой встрече! И если тогда для запаха и внешнего вида были причины, серьезные, то теперь их нет! Или мне позвать Дикси и попросить помочь тебе? — ехидно спросил он. Я ощутимо вздрогнула и пулей убежала в ванную. Приведя себя в порядок за рекордное время и обкорнав волосы под корень из-за неспособности самой распутать гнездо на голове, вернулась к брату. Брат внимательно меня осмотрел, обнюхал и, скривившись, сказал: — Ладно. Сойдет. Итак, моя ты бедовая головушка. Скажи, объяснить нам ситуацию было нельзя? Посоветоваться с нами? Попросить помощи? Нет. Ты забилась в угол и стала жалеть себя и свое мнимое горе! Ну побегали домовики по дому, какая беда? Дикси вон, в положении, хотя до сих пор шарахается от мужа и прячется от него, тем самым неосознанно будя его инстинкты охотника. Пауло — хороший домовик. Взял на себя счета, домоведение и обязанности дворецкого. Красивый эльф, к слову! Намного лучше наших, английских. Причем без ума от Дикси, хотя та и старше его во много раз. На несколько столетий, если быть точнее. И оба счастливы, чего совсем не скрывают. Просто Дикси очень стесняется. Ну, успокоилась? И стоило себе так жилы рвать из-за такого пустяка? Мм? Толстолобик ты мой. Голова большая, а толку?! Я вот если прислушаюсь, отчетливо услышу, как там ветер гуляет! В одно ухо влетает, из другого вылетает! — Не издевайся, я все поняла! — буркнула я недовольно и упёрлась лбом о грудь брата. — Ладно, Толстолобик. Пошли домой. Наши скучают. Думают, что ты обиделась, что забыли тебя поздравить. И тоже со скуки на стенку готовы лезть. Я кивнула и, подхватив свою сумку с вещами, крепко сжала руку Адама. Тот активировал портал, и мы перенеслись домой. Узнав причину моего длительного ухода в себя, все разобиделись и долго читали мне нотации о том, что семья — это все. А ведь на самом деле я просила помощи. У деда. Вот только его ответ был настолько неожиданным, что я действительно решила, что во всем виновата я и сама себя наказала. Только поняла я это слишком поздно. Слишком. Я кивала и уплетала пироги Дикси, которая со слезами смотрела на мою худобу и винила во всем себя. Но это не мешало ей пытаться исправить ситуацию прямо немедленно, путем запихивания в меня еще одной дюжины пирогов. Я счастливо выдохнула и улыбнулась. Дом. Милый дом.
