Das muss Liebe sein

Стрелки часов неумолимо передвигались, стремясь образовать развёрнутый угол на циферблате. Гермиона едва сдерживала себя, чтобы не запаниковать. Бегала в суматохе по дому, хватаясь за все подряд, переворачивая все на своём пути, бормоча что-то себе под нос и ругаясь на Живоглота, что путался под ногами. Живоглот смотрел на хозяйку, казалось, с капелькой осуждения и лёгкой иронией, иногда недовольно мяукал и фырчал, выказывая своё недовольство. Сегодня был важный вечер в жизни Гермионы. Сегодня к ней должен был прийти Драко. Грейнджер, так долго мечтавшая об ужине, проведённом с ним, так часто засыпавшая с мечтами о том, как они пробудут вместе целый вечер, посмотрят фильм, полежат в обнимку, поговорят какие-нибудь нежности друг другу на ухо, сама не поняла, как её мечты вдруг превратились в реальность. И все было бы чудесно, не попроси Малфой у неё самую малость. Приготовить шарлотку на десерт. Дурацкую шарлотку! Этот простой пирог из яблок не умел готовить разве что ленивый. Гермиона ленивой не была, но готовить его не умела. Лучшая волшебница своего времени, талантливая, казалось бы, во всем, не умела готовить вообще. Ей были подвластны опасные яды и зелья, она умела творить чудеса с различными травами и кореньями, но как только всё доходило до обычных «женских» дел, то у девушки опускались руки. Все у неё горело, просыпалось, разбивалось, пересаливалось. Единственным блюдом, которое она умела готовить сносно, являлись макароны с сыром. И тут Малфой. Со своей «самой обычной» просьбой. Ну конечно! Почему бы и да! Как нарочно! Парень будто знал «страшную» тайну Грейнджер и сделал это специально, чтобы поиздеваться над ней! Гермиона позориться в первый их совместный ужин не хотела. Да и вообще позориться не хотела. Самым большим ужасом в её жизни был страх не оправдать надежд. Поэтому с двух часов дня она летала по кухне, роясь в ящиках с посудой и продуктами. Кухня была в муке. Все столовые приборы, небольшой столик, плетёные стулья. В муке была даже сама Гермиона. На столе развёрнутыми лежали четыре огромные поваренные книги, рядом с ними валялись венчик, ложка и пакетик из-под ванилина. Казалось, будто на эту маленькую кухоньку напал отряд Пожирателей Смерти, хотя даже они бы не смогли устроить такой погром. Все было гораздо проще. Просто Гермиона. Просто кухня. Просто готовка. Надо сказать, выглядела Грейнджер хоть и забавно, но воинственно. С повязанной на голове косынкой и ножом в руке, она сосредоточенно смотрела на куриные яйца, которые ей предстояло разбить. — Тихо, Гермиона. Спокойно, Гермиона, — подбодрила сама себя и, зажмурившись, стукнула ножом по скорлупе. Взрыва не произошло. Более того, она даже не оттяпала себе палец! Вот это успех! Самая страшная часть всей готовки подошла к концу, и Грейнджер, неуклюже перевернув тарелку с тестом, вылила его в форму, заливая яблоки, и отправила свой «шедевр» в духовку. Совсем забыв, что в кармане халата находится волшебная палочка, она решила зажечь огонь спичками и обожглась. Недовольно захлопнув плиту, Гермиона облизнула пальчик и, вдруг взглянув на часы, убежала в спальню приводить себя в порядок. Драко с минуты на минуту должен был прийти. *** Дилинь-дилинь. Звонок оповестил хозяйку, что время её закончилось. Грейнджер последний раз взмахнула волшебной палочкой, и вся просыпанная мука собралась обратно в пакет. На кухне было, на удивление, чисто. «Спасибо, Молли, что бы я делала без тебя и твоих подсказок!», — подумала Гермиона про себя, ещё раз поблагодарив миссис Уизли, которой она в панике позвонила по каминной сети и попросила парочку заклинаний для экстренной уборки. Последний раз взглянув на себя в зеркало, девушка поправила выбившуюся из косы прядку и, выдохнув, поторопилась к двери. — Иду-иду! Привет, Драко! Ты пришёл ровно в шесть, пунктуальность превыше всего? — улыбнулась она ему и, встав на цыпочки, чмокнула в щеку. Малфой хмыкнул. — Нет. Опаздывать неприлично. Надеюсь, я сегодня твой единственный гость. Ну кто тебя знает, вдруг испугалась и пригласила двух своих друзей, — на последнем слове Драко скорчил забавную гримасу, но Гермиона едва выдавила из себя улыбку, все думая о шарлотке, покоящейся на кухне. — Чем это пахнет так вкусно? Драко даже позволил себе выглянуть из-за угла и шумно втянуть носом воздух. Очень аристократично. — Прошу к столу, — улыбнулась и, взяв под руку Малфоя, повела его на кухню. У девушки складывалось ощущение, будто её ведут на казнь, а под ногами ножи, и если бы не рука Драко, Грейнджер бы уже давно грохнулась на пол. Все происходило для неё как в замедленной съёмке. Половину происходящего она просто не понимала. Не слышала половины фраз Малфоя, не помнила, как поставила чайник. Совсем выпал из памяти момент, как она постелила скатерть на стол и дала Драко платок, который тот положил себе на колени. Осознание реальности пришло лишь в момент, когда острие ножа коснулось шарлотки. Нож легко проскользнул вдоль пирога, разделив его на две половинки. «Кажется, пропекся, уже не все так плохо», — мелькнула в голове мысль, и Гермиона едва сдержалась, чтобы не хихикнуть. То ли от радости, то ли от того, что нервы уже не выдерживали. Драко долго и внимательно наблюдал за манипуляциями девушки, а затем, вздохнув, убрал платок с колен, аккуратно сложил его и встал. Подошёл сзади к Грейнджер и накрыл её руки своими. — Не волнуйся, ножи не кусаются, если ими аккуратно пользоваться. И чуть сжав руки девушки, провёл ещё одну линию, а затем ещё и ещё, нарезая шарлотку. Гермиона чувствовала его горячее дыхание у себя на шее, и волоски на всём теле вставали дыбом. Он отстранился неожиданно, и Грейнджер едва сдержала разочарованный вздох. — Ну вот и все дела! А теперь, пожалуйста, налей мне чай, все-таки я твой гость, — подмигнул ей Драко, заставляя покраснеть и поспешно отвернуться. «Сосредоточься! Возьми себя в руки!», — Гермиона трижды медленно вздохнула и принялась наливать чай. Надо же! Даже руки не дрожат! Малфой тем временем положил себе в блюдце два куска шарлотки и теперь терпеливо ждал, заинтересованно поглядывая на девушку и едва сдерживая улыбку. Грейнджер была очень забавная. — Приятного аппетита, — девушка аккуратно опустила чашку рядом с блюдцем и уселась на своё место. — Спасибо. И тебе, — кивнул Драко и поднёс шарлотку ко рту. Гермиона сидела, смотря во все глаза на Драко. Парень от её взгляда даже смутился. — Что такое? Сама не будешь что ли? Грейнджер стушевалась, вновь заливаясь румянцем. — Буду, но попозже. Ничего, извини. Малфой пожал плечами и откусил пирог. Гермиона чуть не пискнула. Драко долго жевал, чуть хмурясь, затем откусил ещё и вновь долго жевал, потом отхлебнул чай и следом за ним закинул в рот последний кусочек пирога. Грейнджер, сделав вид, будто потирает виски, прятала от него лицо за ладонями, изредка бросая осторожные взгляды на лицо Малфоя, пытаясь прочитать признаки хоть каких-нибудь эмоций. Как показалось Гермионе, следующая фраза прозвенела в воздухе так, будто на складке посуды разбились сразу все тарелки. — Вкусно. Она не поверила сначала, убрала руки от лица и вновь уставилась на Драко, который взял в руки второй кусок и с довольным выражением уминал его. — Правда? — Правда. Очень вкусно, — закинув в своей «аристократической» манере огромный кусок шарлотки в рот, Малфой встал со стула и подошёл к Гермионе, поднимая её и заключая в объятия. — Ты мне нравишься такой. Хозяйственной. Домашней. Уютной. Совсем другая, забавная какая-то. Грейнджер, все ещё оглушенная «вкусно», едва осознавала, что происходит, и утыкалась в ворот его рубашки, чувствуя, как все её лицо покрывает румянец. — Грейнджер? Все хорошо? — Драко отнял её от себя и взглянул в глаза девушке. Гермиона вновь улыбнулась и, опустив взгляд, тихонько спросила: — У меня правда получилась шарлотка? Если честно, я готовила её первый раз в жизни. Малфой расхохотался и вновь прижал девушку к себе. — Так ты из-за этой шарлотки так волновалась? Я смотрю, сама не своя! Глупышка, разве я буду врать? Конечно, получилась. Очень вкусно. Облегченно выдохнув, Грейнджер почувствовала, как с неё будто оковы спали, и вдруг прыснула, вновь утыкаясь Драко в рубашку. Неужели у неё первый раз получилось что-то спечь? Неужели не все потеряно? Девушка чувствовала себя в этот момент самой счастливой на свете. Малфой гладил её по волосам, тоже улыбаясь и думая о чем-то своём, параллельно дожевывая остатки шарлотки. Каким бы ни было это «достижение» Гермионы, он гордился своей хозяюшкой. Внезапно у него что-то хрустнуло во рту, и он едва сдержался, чтобы не скривиться. — Хотя знаешь, Грейнджер, тебе бы ещё стоило потренироваться в аккуратном разбивании яиц. — Дурак! — возмущённо сказала девушка и чуть стукнула Драко в плечо. В следующий миг хохоча вместе с Драко до слез.