Кукла

Понедельник, 3 июня 2017

AM 11:29

      В тот момент, когда погасла надпись «в эфире», Наын сняла с себя микрофон, поспешно вышла из студии и вернулась в редакцию. Джиен назначил ей встречу на 11:35, и, поднимаясь по лестнице в его кабинет, она все еще понятия не имела, что ответит, если он предложит ей то, о чем она всегда мечтала.       Когда она соглашалась помочь Эмбер, то собиралась покончить с этой безжалостной профессией, однако неудачная попытка раскаяния неожиданно привела к противоположным результатам, вознеся ее славу и журналистское влияние к умопомрачительным вершинам. Каким-то образом, пытаясь отмыться от грязи, она лишь еще больше погрязла в ней.       Джиен заметил, как она поднималась, и, наверное, впервые открыл дверь еще до того, как она даже успела постучать, отобрав у нее две дополнительные секунды, в которых Наын так отчаянно нуждалась, чтобы собраться с мыслями. Джиен был одет в приталенную рубашку голубого цвета, которая выглядела так, будто могла треснуть, стоило ему лишь немного напрячься, и тесные черные штаны, которые подчеркивали абсурдно непропорциональную фигуру.       Он предложил ей свой отвратительный эспрессо, но Наын отказалась, а потом начал монотонно бубнить о том, как редко его удивляют, но он должен был признать, что она показала инстинкт убийцы, которого, как он считал, в ней не было. Джиен нажал на кнопку, чтобы включить проектор позади себя, и начал безостановочно проговаривать какие-то числа, даже не смотря на них. Наын должна была сдерживать смех, потому что половина перекошенных схем, которые он объяснял, исчезали в свете офисного окна, и он бы это понял, если бы не был таким самоуверенным и немного повернул голову.       Когда Джиен поздравил ее с такой безупречной работой при убийстве Джинука, будто это был тщательно спланированный репортаж, Наын даже растерялась, хотя в каком-то ужасном смысле так и было. Пока ее мысли занимали воспоминания о страданиях Джинука, Джиен наконец-то подошел к главному. — … наша новая ведущая новостей в прямых эфирах!       Когда Наын не ответила, его уверенность пошатнулась. — Ты слышала, что я сказал? — спросил он. — Да. Слышала, — тихо ответила Наын.       Джиен откинулся на кресле, закинул в рот жвачку и понимающе кивнул.       Когда он продолжил, то неосознанно пренебрежительно ткнул в нее пальцем. Наын боролась с желанием оторвать его. — Я понимаю, — сказал он, чавкая с открытым ртом. — Дело в Тэмине. Ты думаешь: «Он же не может и правда ожидать, что я буду сидеть перед камерой и рассказывать про смерть бывшего парня, не так ли?»       Наын терпеть не могла, когда он говорил вместо нее, хотя на этот раз Джиен попал в яблочко. Она кивнула. — Умение на всех плевать — бесценно, — сказал он. — Именно это и делает его таким непобедимым. Кто будет смотреть скучные новости, если можно наблюдать за тем, как любовь всей жизни детектива Ли Тэмина узнает о его смерти только прочитав это в прямом эфире. Такого не упустишь!       Наын с горечью рассмеялась и встала, собираясь уйти. — Ты невыносим. — Я — реалист. Тебе все равно придется пройти через это. Почему бы не сделать это перед камерами и в процессе не стать звездой? О! Можешь убедить его дать интервью за день до его смерти? Это было бы так трогательно. На самом деле мы могли бы показать даже ваше прощание.       Наын выбежала из кабинета и громко хлопнула за собой дверью. — Подумай об этом! — крикнул он ей вслед. — Каким бы ни был твой ответ, буду ждать до выходных.       Наын нужно было снова появиться перед камерой через двадцать минут. Она спокойно прошла к женской уборной, проверила, нет ли кого-нибудь в кабинках, закрыла дверь и расплакалась.

***

      Ожидая Джо в пустой криминалистической лаборатории, Кибом зевал, прикрывая рот рукой. Он выбрал себе угол между клинической урной для мусора и холодильником. Так вышло, потому что это место было дальше всего от большого морозильника для трупов, куда он посматривал каждые пару секунд, записывая что-то в блокнот.       До трех часов ночи он сидел над делами, спрятанными в нижний ящик на кухне, чтобы Тэ ничего не знал о них и не ругал его снова. Хотя Тэмин и не мог их там найти, это удалось его «детишкам», которые в итоге и разбросали очень важные сведения по всей кухне. Учитывая то, что еще даже не настал обед, он чувствовал себя тревожно усталым. Однако его истощенность хотя бы оправдывала себя, ведь Ки наткнулся на одно дело, которое точно стоило дальнейшего рассмотрения. — Ого! Что, к черту, с тобой случилось? — спросил Джо, войдя в лабораторию. — Все нормально, — сказал Кибом, выйдя из угла и смущенно коснулся своего носа. — Будь добр, скажи, что ты нашел? Что-то в крови? — Я бы мог, но это было бы вранье. Его нет в базе, — сказал Джо. — А это значит, что мы его никогда не арестовывали, — тихо сказал Ки, скорее сам себе.       Теперь он уверенно мог отбросить значительный процент архивных дел. — Группа крови — первая положительная. — Распространенная как дерьмо, — с отчаянием сказал Ки. — Верно. Никаких признаков мутаций или болезней, алкоголя или наркотиков. Знаешь, среди всех серийных убийц за последнее время, кровь именно этого девственно чиста. — Получается, у тебя ничего нет? — Я этого не говорил. Следы обуви одиннадцатого размера, а отпечаток протектора сходится со стандартным армейским.       Кибом снова вытащил блокнот. — На месте преступления в отпечатках ребята из команды криминалистов нашли следы асбеста, смолы и лака, в куче с повышенным содержанием меди, никеля и свинца, чем в остальной земле. Возможно, склад? — Я поищу. Спасибо, — сказал Кибом, закрыв блокнот. — Я слышал, что вы идентифицировали туловище. Выяснили, что за татуировка там была? — спросил Джо. — Канарейка, которая убегает из клетки.       Похоже, Джо это озадачило. — Странная вещь, чтобы сводить.       Кибом пожал плечами. — Предполагаю, она поняла, что некоторым канарейкам место все-таки в клетке.

***

      Посольство Ирландии оказалось массивным пятиэтажным зданием. В тот безветренный и солнечный день Тэмин зашел в величественную галерею в тени висящих флагов, которые выпирали над людным тротуаром. Роскошный двухэтажный вход был объединен с мостиком над служебной территорией, которым можно было добраться пожарным выходом к подвалу, что был на уровень ниже.       В свое время, не по собственному желанию, Тэмин побывал во многих посольствах и от них всегда оставались одинаковые впечатления: высокие потолки, старые картины, украшенные зеркала и удобные на вид диваны, хотя никто не решался на них сидеть; будто навещаешь богатого родственника, который одновременно хочет казаться гостеприимным, однако и жаждет, чтобы ты ушел до того, как что-то сломаешь. Посольство Ирландии не стало исключением.       Как только Тэмин прошел мимо охраны в общедоступных местах, он столкнулся с огромными ступеньками, которые обрамляли витиевато украшенные голубые стены. Пока он поднимался вверх, его останавливали еще трижды, и это подбодрило его. Когда Тэмин дошел до верхнего этажа, его поприветствовали знакомые звуки громкого голоса Ким Чонина, которые заполнили пространство утонченного коридора.       Какое-то мгновение покоя перед тем, как снова встретиться с задиристым парнем, Тэмин наблюдал издалека. Он усмехнулся вооруженному офицеру около двери, но тот никак не отреагировал, и, зайдя в комнату, увидел, что Минхо спокойно смотрел телевизор, а Чонин в это время корчился на полу, как разбалованный ребенок.       Было видно, что обычно эту комнату использовали как кабинет. Компьютеры и шкафы полностью убрали, сложив под дальней стеной, чтобы таким образом разместить незваных гостей. Кто-то даже позаботился о том, чтобы сразу же обустроить комнату переносной кроватью, чайником, диванами и телевизором.       Подвластен привычке, Чонин, без сомнения, спал перед телевизором на неприкосновенном кожаном диване, потому что теперь на нем лежал тот самый вонючий грязный плед с его кровати. Странное зрелище, что этот грязный парень, ходячая катастрофа, среди всех своих вещей выбрал этот гадкий кусок постельного белья и потащил его за собой через всю страну и обратно. — Тэмин! — закричал Чонин так, будто они были лучшими друзьями. От восторга он даже заскулил.       Минхо весело помахал ему с еще одного дивана, уже без пледа. — Что это за звуки он издает? — спросил Тэмин у Минхо. — Боюсь, что не смогу воссоздать. Однако, точно не слишком приятные.       Чонин встал с пола и Тэмин увидел, как у него постоянно дрожали руки. Он поспешил к окну и выглянул вниз на улицу. — Он идет, Тэмин. Он идет, чтобы убить меня! — сказал Чонин. — Убийца? Ну… ага, — неуверенно сказал Тэмин. — Но он не дойдет. — Дойдет. Дойдет. Дойдет. Он знает, правда? Он знает, где я был раньше. И будет знать, где я сейчас. — Будет знать, если ты не отойдешь от окна. Сядь.       Минхо раздраженно наблюдал, как инфантильный парень, который превратил последние семнадцать часов его жизни на ад, не споря, подчинился Тэмину. Тэ сел рядом с другом. — Хорошо провел ночь? — жизнерадостно спросил он. — Если он не прекратит себя так вести, я убью его собственными руками, — пробормотал Минхо. — Кстати, где твой стажер? Разве он не должен сменить меня? — Должен. Но я не хотел, чтобы он долго наблюдал за всем этим, поэтому отправил его в криминалистическую лабораторию и дал еще пару заданий. Он позже подъедет. — Значит его тебе жаль, а меня нет? — Я не это имел в виду, — улыбнулся Тэ и снова посмотрел на Чонина. — Когда он в последний раз пил? — Ранним утром, — ответил Минхо.       Тэмин по собственному опыту знал, что могут сделать с заядлым алкоголиком симптомы отмены. Повышенная тревога Чонина и приступы белой горячки не предвещали ничего хорошего. — Ему нужно выпить, — сказал Тэ. — Поверь мне, я просил. Посол сказал «нет». — Почему бы тебе не сделать перерыв? — предложил Тэмин. — Тебе, наверное, очень хочется закурить. — Это я здесь умру! — закричал на заднем фоне Чонин.       Они оба проигнорировали его. — А когда выйдешь прогуляться, прихвати для нас пару бутылок… лимонада, — Тэмин выразительно посмотрел на друга.

***

      Больше часа Онью и Кибом работали молча, даже несмотря на то, что сидели на расстоянии восьми метров друг от друга. Ки чувствовал себя на удивление расслаблено около своего бывшего шефа. Возможно, за это время с Тэмином он стал более стойким, однако в тишине им было удобно: двое профессионалов, поглощенных работой, мастера, интеллектуальные души, которые разделяют взаимное уважение.       Онью развернулся к Кибому, отвлекая стажера от его новых мыслей. — Напомни мне позже выделить тебе стол, хорошо? — Конечно, сэр.       После этих слов тишина стала не такой уютной.       Онью все еще работал над кропотливым заданием связаться с каждым из восьмидесяти семи людей, которые остались в списке. Во время первого подхода он смог вычеркнуть всего двадцать четыре имени. Он перевернул страницу и снова начал сначала, уверен, что как только найдет последнюю жертву, во всей загадке появится смысл.       Хотя это Кибом еще раньше предложил составить список, теперь он был не уверен, как и когда Онью заявил права на его часть расследования, однако спрашивать не собирался. Пусть там что, а ему и без этого хватало работы с поиском всех возможных ниточек, которые могли бы объединять жертв «Куклы» с Аббасом Халидом.       Хотя он не нашел, каким образом к этому были причастны Чанмин или Ким Джинук, Кибом предположил, что и полицейские, и журналисты были склонны с годами только увеличивать списки врагов. Поэтому он решил сосредоточиться на Хван Минхене, мэре Ли и официантке Пак Чорон.       Он был в отчаянии. Что-то объединяло эту разнообразную группу людей. Однако даже зная, что Халид был ключом, они не замечали чего-то важного в общей картине.

***

      Эмбер была на месте преступления. Ее отправили расследовать изнасилование в переулке всего через две улицы от дома Тэмина. Она разозлила Сонджина, отказавшись лезть в контейнер для мусора, чтобы помочь ему с поисками вещественных доказательств, и, вместо этого, должна была опрашивать свидетелей, однако ее отвлекали мысли про Тэмина и Минхо, которые были в посольстве, всего за полтора дня до покушения на жизнь Чонина. А еще ей не хватало Джонхена. Эмбер уже так привыкла к тому, что он крутился около нее, будто щенок.       Ей было скучно. Ужасно признавать такое во время расследования самого страшного испытания в жизни молодой женщины, однако это была правда. И сейчас ей рядом не хватало Ки с его нравоучениями. Эмбер нравилось спорить с ним. Мысленно она вернулась к чувству безнадежности, которое пережила, когда Джинук горел заживо в нескольких метрах от нее. Она помнила, как держала его за руку, желая, чтобы он выжил, и как пришла медсестра с новостью о его смерти.       Ей не хватало адреналина. Это был один из худших дней в ее жизни, но если бы ей выпала возможность пережить такие потрясения еще раз, она бы не возражала. «Что со мной не так? — удивлялась она. — Неужели чувствовать навязчивые воспоминания лучше, чем ничего? Чувство страха и риска лучше, чем безразличие? И не ставит ли убийца и себе таких вопросов в попытке оправдать свои зверства?»       Испугавшись своих мыслей, она задержала дыхание и пошла выполнять работу.

***

      Тэмин и Минхо почти на минимальном звучании смотрели повторный показ передачи о спортивных машинах, пока Чонин громко храпел, выпив почти полторы бутылки «лимонада», и подарил двум детективам долгожданный час тишины. — Пак Сэхек, — как можно тише прошипел Минхо. — Что? — спросил Тэмин. — Пак Сэхек. — Ублюдок. Он… — Да, он довольно хорошо разукрасил твое лицо на месте преступления, когда ты проходил стажировку. — У него всегда был паскудный характер. — А ты у нас всегда был умником, — пожав плечами сказал Минхо. — Почему ты не принес ему… — Ю Сандо, — перебил Минхо. — Придурок, — вспылил Тэмин, едва не разбудив Чонина. — Мой первый арест, а тот ублюдок помог ему выйти сухим из воды. — Он выполнял свою работу, — с улыбкой сказал Минхо. Было заметно, что он специально злит Тэмина. — Дурак, он сам выкопал себе могилу, помогая клиенту. Как думаешь? — Думаю, что у тебя есть немало достоинств, Тэмин, однако умение прощать к ним не относится. Ты держишь все в себе. Возможно, и меня ненавидишь за что-то, что я сказал или сделал когда-то давно. — Сказал, — усмехаясь, объяснил Тэмин. — Этот бардак здесь не слишком похож на хороший день, но ты должен бы был по-настоящему возненавидеть Чонина. Он сломал тебе запястье в трех…?       Тэмин кивнул. — …местах и, очевидно, спас Халиду жизнь. — И все равно, — сказал Тэ, — тебе-то какое дело? — На самом деле, никакого. Просто забавно, как все складывается в жизни, правда? Тебе доверили защищать человека, который, по твоему мнению, не заслуживает спасения, и я ни на минуту не поверю, что ты считаешь иначе. — Я — нет, но Ки считает, что все заслуживают спасения. — Ки? — удивленно спросил Минхо. — С каких пор ты слушаешься стажера? — В чем-то ты прав, — прошептал Тэмин после того, как они оба на какое-то время отвлеклись на экран телевизора. — Смешно, как все может сложиться. Каким-то образом я оказался там, где хочу спасти этот кусок дерь…       Тэмин остановил себя, чтобы не выругаться, и Минхо одобрительно кивнул на его сдержанность. — … жизнь этого человека больше всего другого, что я когда-либо делал, ведь если нам удастся спасти его, то возможно, лишь возможно, мы сможем спасти меня.       Минхо понимающе кивнул и искренне, но больно похлопал Тэмина по спине, а потом вернулся к просмотру программы.       Спустя еще минут двадцать, к ним прибежал Кибом с пакетами в руках. — А вот и еда, — улыбнулся он и встал перед ними, загораживая собой телевизор.       Тэмин улыбнулся и забрал у него пакеты. — Это ужас какой-то, я пока добрался к вам, думал, что меня раз пять изобьют и расстреляют, — Ки эмоционально рассказывал про злых охранников, сопровождая свои слова действиями. — Сядь уже и будь тише. Если разбудишь Чонина, то останешься с ним тет-а-тет, — прошипел Минхо, немного отодвигаясь, чтобы Ки мог сесть между ними.       Кибом послушно сел. — Вы здесь развлекайтесь, а я пойду, — сказал Минхо, потягиваясь. — Как? Уже? А покушать? Я на четверых брал еду. — Отдадите ему, — Минхо взглядом указал на Чонина, — две порции. Он уже сутки ничего не ест, только пьет. У меня планы, я договаривался встретиться с Джонхеном. — Правда? — у Кибома загорелись глаза. — Тогда беги.       Минхо удивленно посмотрел на него и, попрощавшись, вышел из комнаты. — Что это с тобой? Чего такой довольный? — Тэмин приобнял Ки. — Да так, — Кибом улыбался. — Ешь давай пока теп…       Договорить Тэмин ему не позволил, жадно впиваясь в губы. На несколько мгновений Кибом расслабился и отвечал, но вдруг резко отстранился и ударил его по плечу, вставая с диванчика. — Ты чего? — спросил Тэ, потирая ушибленное место. — Во-первых, мы в комнате не одни. Если ты забыл, то с нами здесь еще потенциальный труп, а во-вторых… ты что, пил?!       Тэмин заметил слабые попытки пошевелиться со стороны Чонина, но они были неудачными. Тэ нагло улыбнулся, за руку притянул Ки обратно и прижал к дивану, нависая сверху и держа его запястья над головой. — Вы задержаны по факту нападения на сотрудника полиции при исполнении, — Тэмин указал на свое плечо. — И никто вам уже не поможет.       Он снова поцеловал Ки и почувствовал, как тот улыбается в поцелуй.