Приключения продолжаются

Обидное чувство, когда ты чего-то ждёшь-ждёшь, а оно не оправдывает твоих ожиданий. Это может касаться и всяких мелочей, вроде ужина, который готовили несколько часов, и нежданных приключений, от которых ждали совершенно не того, во что они в итоге вылились. А ещё это может касаться драконов. И их реакции на что-либо. У Бильбо было достаточно времени в отсутствии Смауга, чтобы продумать несколько вариантов реакции ящера на столь «радостное» известие. Потому что драконы, они такие непостоянные. Да, они мудрые, восхитительные, опасные, а ещё непостоянные. Либо ему такой дракон попался, у которого настроение может резко измениться из хорошего в слишком уж агрессивное из-за одного слова. А несчастный Бэггинс быстро сменить статус из омеги в пока ещё живой ужин. Как бы ни было, предугадать хоббиту реакцию альфы не удалось. В то утро, когда Бильбо, наконец-то, сказал Смаугу последние новости, выяснилось, что для этой самодовольной ящерицы это вообще новостями не было. - Твой запах изменился уже тогда, когда ты пытался найти мой вид в эльфийской книге, - пожимал плечами дракон, не замечая того, как сильно маленький полурослик хотел оторвать ему хвост, которого, по правде говоря, сейчас даже не наблюдалось. – Это едва ощущалось, но если знать, что искать, то можно было почувствовать. А стоит напомнить, что Бильбо был мирным хоббитом. Возмущение распирало маленького полурослика хотя бы от того факта, что этот гад всё вынюхал и всё равно ушёл неизвестно куда на две недели, оставив его тут одного. Нет, Бэггинс был самостоятельным хоббитом, он мог сам о себе позаботиться, но сам факт оставался весьма обидным. - Ящерица, - выразительно донёс хоббит до дракона, то ли для того, чтобы задеть его самолюбие, то ли, чтобы самоутвердиться. А затем поднялся и, гордо подняв нос, которым всё равно не доставал даже до плеча Смауга, удалился на кухню заваривать чай. И вот, уже второй день нос Бильбо всё так же вздёрнут, а сам омега источает ауру под названием «сам справлюсь». Бэггинс уверен, что он смотрелся внушительно, Смауг кусал губы и старался не смеяться в голос. Холодная война в Бэг-Энде достигла своего апогея, всем в Хоббитоне в укрытие! Но любое веселье должно заканчиваться. У дракона оно закончилось в тот момент, когда у его хоббита уже в третий раз за день закружилась голова, вынуждая хозяйственного Бильбо прерывать уборку на кухне и отсиживаться за столом, ожидая, когда всё пройдет. Ложиться в постель тот никак не хотел, и Смауг был уверен, что отказывался тот из вредности, потому что это дракон ему предлагал отдохнуть, а не он сам до этого додумался. Ну, пусть навредит себе и будущему потомству. Это «очень» проучит Смауга. Ящер как раз зашёл в кухню, когда чуткий слух уловил очередной тяжёлый вздох полурослика. Тот сидел за столом, оперевшись локтями о столешницу и сжимая пальцами виски. Перед ним стояла чашка чего-то, ужасно пахнущего травами, но, видимо, это самое «что-то» не очень-то ему помогало. Дракон остановился позади омеги и опустил свои руки на золотистые завитки его волос, честно стараясь не оцарапать Бильбо когтями. В человеческом теле они были весьма непрактичными, это, пусть и нехотя, признавал даже сам Смауг, только вот деть никуда их не мог. - Я могу перейти на угрозы, если ты опять откажешься лечь в постель, – Смауг слишком громко фыркнул, когда Бэггинс в ответ помотал головой. То ли пытаясь уйти от прикосновения, то ли действительно снова упрямо отказываясь. - Не хочу лежать, - словно капризный ребенок повторяет полурослик сегодня чаще, чем что-либо другое. Ящер даже задумался, а говорил ли сегодня хоббит что-то ещё кроме этих слов? Обиженный Бэггинс был весьма забавный, а ещё неразговорчивый. - Хорошо, не лежи, – даже у дракона заканчивалось терпение на вежливые упрашивания. – Тогда тебе нужно на свежий воздух. Бильбо замер, и альфа воспользовался моментом, зарываясь пальцами в его мягкие волосы. - На свежий воздух можно, – этим согласием Бильбо чуть ли не делает Смаугу самое большое одолжение в жизни, но это проявление заботы со стороны дракона немного растапливает лёд обиды и полурослик даже улыбается, решив оставить их вражду на некоторое время позади. Он в любой момент успеет припомнить ящеру то, какой тот на самом деле ползучий гад. И всё равно, что на самом деле он летающий. Будет ползучим. Из вредности. Из той же вредности хоббит сегодня на ужин сделает овощи с картофелем без какого-либо намёка на мясо или рыбу. Но всё это будет вечером, а сейчас действительно можно пройтись. В норе было слишком душно, даже открытые окошки не спасали положения.

***

Наверное, они не входили ни в какие рамки, установленные «нормальными» хоббитами. Ведь никто из здешних жителей не шёл по тропинке к реке вместе с драконом. Никто, кроме местного чудака Бильбо Бэггинса. И точно так же они не входили ни в одни рамки, за которые не выходили сами драконы, обитая как можно дальше от этих зеленых лугов, полей, от этого мирного народа с их причудливыми домиками. Ни один дракон не шёл прогулочным шагом рядом с полуросликом. Ни один дракон бы не стал срывать с дерева самое красное яблоко и протягивать его маленькому хоббиту. Как они вообще дотягивались до них со своим ростом? Да, они были за пределами этих рамок, но никто не говорил, что это плохо, ведь так? Бильбо с удовольствием жевал яблоко, несмотря на то, что скоро время дневного чая. Сложно отказаться от того, что предлагает тебе дракон. И дело не в страхе, а в том, что мало ли, когда и что тебе ещё предложит этот несносный ящер. Смауг вёл его к реке, к которой полюбил ходить, пока жил в Шире. Будучи в своём истинном теле, дракону совсем не нравились озёра, моря и реки. Стоило только заглотнуть большое количество воды, как он сразу чувствовал разрастающуюся, пронзающую каждую кость боль. Живущий внутри дракона огонь не любил воды. Тот факт, что его «последним» пристанищем стало озеро у Дэйла, тоже любви к воде не прибавлял. На самом деле, это было ещё хуже, чем стрела, угодившая в роковую пробоину в его броне. Но пока он был в этом теле, вода не была ему так страшна. И он вполне себе мог позволить окунуться в неё, а прохладная река после вечно палящего солнца над Хоббитоном была как нельзя кстати. - Пойдём, - хоббит тянет Смауга за собой. Они сходят с тропинки и идут по ковру ярко-зелёной травы, спускаясь как можно ниже к воде. Красоту здешних мест мог оценить, пожалуй, только сам Бильбо, ящер хоть и осматривался, но не восхищался все этой сочной зеленью, высокими деревьями, утками, плывущими прямо по центру узкой речушки. Хотя нет, утки вкусные. Вот ими дракон мог восхититься. Закинуть несколько в пасть и наслаждаться тихим хрустом крошечных косточек. Только мерзкие перья нарушали всю прелесть такого обеда. - Смотри, какая красота, – омега, наконец, отпускает руку дракона и с удовольствием делает глубокий вдох. У реки воздух всегда самый свежий, здесь не так ощущается зной палящего солнца. И даже дракон про себя признаётся, что здесь ему легче, чем в душной норе. А значит и Бильбо должен ощущать себя получше. - Я в восхищении, - тянет с сарказмом Смауг, сев на траву в тени большого дуба. Он опирается спиной о ствол дерева и, щурясь, внимательно следит за тем, как полурослик спускается к самой реке и заходит в воду практически до колен, зажмурившись от удовольствия и холода одновременно. Следит, потому что должен охранять и потому что картина, на самом деле, весьма забавная. Бильбо вообще был забавным хоббитом, сочетая в себе несочетаемое. Полурослик закатывает рукава своей рубахи, умывается прохладной водой и только после этого выбирается из речки, при этом, даже едва не поскользнувшись и не упав в неё целиком. - Тебе лучше? – вопросом встречает свою омегу альфа, когда Бильбо садится на траву рядом с ним и блаженно потягивается всем своим небольшим телом. - Да. Здесь хоть можно вздохнуть полной грудью, – хоббит демонстративно делает ещё один глубокий вдох, прикрыв глаза от удовольствия. – Должен признаться, это была хорошая идея. - Лучше признай, что все мои идеи успешны, практичны и по-своему хороши. - Конечно. Особенно та, когда ты хотел на ужин одну из овец моего соседа. Это была лучшая из твоих идей, мудрый дракон, – Бильбо улыбается одними уголками губ, не желая своим далеко ненастоящим возмущением обидеть Смауга. А сам ящер его даже не слушал. Он приметил движение в траве и теперь с интересом наблюдал за тем, как травинка за травинкой кем-то пригибались к земле, позволяя неизвестному пробираться к ним сквозь эти травяные заросли. Смауг наклонил голову, сосредоточенно всматриваясь в траву. Загадка перестала таковою быть, как только в зелени мелькнуло тонкое чёрное тельце. Ящер усмехнулся и сам подался навстречу к незваному гостю, вытягивая руку вперед. Зарывшись когтями в землю, он повёл ладонью почти по самой земле, чтобы точно не пропустить это маленькое существо. И, почувствовав прикосновение чего-то прохладного и даже немного скользкого, дракон улыбнулся, а в следующую секунду уже поднял руку из травы. Руку, по которой неторопливо теперь ползла маленькая чёрная змея. - Оу, - Бэггинс немного неуверенно поёрзал на своем месте, поскольку таким гостям был совершенно не рад. Не то чтобы он боялся змей, просто ничего приятного или хотя бы полезного в них полурослик не находил и всячески старался обходить их стороной, надеясь, что и в его норку эти гады не наведаются. Тонкая лента змеиного тела несколько раз обвилась вокруг драконовой руки, свернувшись чёрными браслетами практически до самого локтя. А самого Смауга это только приводило в восторг, он без тени страха и брезгливости поднёс руку вплотную к своему лицу и стал всматриваться в точно такие же жёлтые глаза, какие были и у него самого. - У нас гости, – кивнул ящер, повернув руку так, чтобы хоббит видел чуть вытянутую мордочку змеи. Теперь на него смотрели две пары янтарных глаз. Разве что одни были настолько маленькими, что Бильбо не мог рассмотреть, насколько широкими были сейчас зрачки. Да он и, если честно, не очень-то и хотел всматриваться в эту змею. Восторга Смауга полурослик явно не разделял. - Брата меньшего нашел? – нервный смешок вырвался у омеги. – Ты лучше отпусти его. Он, наверно, спешит по своим делам. - Бэггинс, ты что, боишься змей? Она даже для тебя слишком мелкая. Кто кого должен бояться? – будто в подтверждении своих слов, дракон подносит руку со змеей ближе к полурослику. Та как раз просунула свою узкую голову между пальцами ящера и теперь пыталась либо сбежать, либо напугать Бильбо ещё больше и забраться на него. - Не боюсь, - как можно тверже оповестил полурослик, сглотнув. – Просто она мне не нравится. Да и я ей, наверное, тоже. А змея, кажется, чувствовала себя просто прекрасно. Её совсем не смущало то, что её нагло подняли с травы и тем самым прервали её очень важный путь. И Смауг её совсем не пугал, раз она продолжала сохранять спокойствие, и даже как-то лениво ползая по его руке, то оплетая её новыми кольцами, то снова выпрямляясь. Скорее всего, это маленькое существо действительно чувствовало дракона как что-то сродни ей самой. По крайней мере, кто-то говорил Бильбо, что они, пусть и очень далекие, но всё-таки родственники. Пожав плечами, мол «как хочешь», Смауг выпрямился и опустил руку со своим новым другом к земле. Только змея собралась продолжить свой путь, теряясь в высокой для неё траве, как ящер ухватывает её за самый хвост и поднимает над собой на вытянутой руке. Бильбо даже не успел спросить, что это он делает, когда с ужасом увидел, как альфа раскрывает рот и опускает несчастную гостью прямо в капкан своих острых зубов. Кажется, даже во время путешествия Бэггинс не бледнел за одну секунду до цвета собственной рубахи. Глаза хоббита округлились, а сам он понял, что его вот-вот может стошнить и виной всему этому будет далеко не его новое щекотливое положение. - Что ты творишь?! Не смей! Не смей, я тебе говорю! Не смей её есть! – Полурослик был настолько возмущен и испуган в этот момент, что, толком не контролируя свои действия, практически навалился на не ожидающего этого Смауга, повалив тем самым того на траву. Однако, это возымело успех, потому что это мерзкое ползущее существо получило свободу и, кажется, в таком же ужасе, в котором секундой назад был сам Бильбо, уползло в траву как можно дальше. - Между прочим, они очень вкусные, - с обидой в голосе проговорил Смауг, раскинувшись на траве. – Ты бы попробовал и больше не смог отказаться. В этот раз хоббит успешно практически позеленел и все-таки сглотнул, пытаясь тем самым подавить подступающий все ближе рвотный рефлекс. - Никогда, - тоном, не терпящим возражений, произнес он, - никогда не ешь то, что ползает, ходит, летает и плавает при мне. Нет, вообще никогда ничего живого не ешь. -Ты лишаешь меня последней радости в жизни, - Смауг приподнялся на локтях, искоса смотря на поднимающуюся следом омегу. Бильбо тем временем с гордым видом встал на ноги, отряхнулся и не сдержал облегченного вздоха. Хоббит внимательно посмотрел под ноги, чтобы случайно не наступить на еще какого-нибудь гостя и побрел обратно к тропинке, ведущей к его дому. - Это ты еще не знаешь, что у нас на ужин, – вспомнил про свою месть хоббит. - И что же? – оживившись, интересуется Смауг, который точно так же поднялся с травы и в два шага поравнялся со своей омегой, двигаясь в сторону дома. - Овощи, - как можно добрее объявил полурослик. Дракон резко затормозил, постарался прожечь дыру в Бэггинсе одним только взглядом, а затем развернулся и целеустремленно пошел в точности да в другом направлении. - Эй, ты куда? – не понял Бильбо, так и остановившись на тропе, удивленно смотря в спину удаляющегося дракона. Обиделся что ли? - Пойду, посмотрю, не уполз ли мой ужин достаточно далеко, - послышался недовольный ответ.