Convenient Husbands

Кастиэль жив. Интересный поворот событий. Когда сознание вернется к нормальному функционированию, может быть, он сумеет понять, как это произошло. Открыть глаза стоит неимоверных усилий, еще больше их уходит на размышления о том, лучше или хуже старой камеры эта бежевая комната без окон. - Ты проснулся, хорошо. – В поле зрения попадает молодая женщина. Прикосновение ко лбу прохладной ладони оборачивается прелюдией к сильному психическому вторжению в разум. – Так тебя действительно зовут Кастиэль. Полезно знать. Кастиэль оглядывает помещение. Комната имеет вид стандартной палаты медицинского учреждения, постель огорожена непрозрачным занавесом. Также вокруг кровати краской нарисованы сигилы, а на стенной штукатурке вырезаны руны. Он на пробу шевелит ногами, чтобы убедиться в наличии железных браслетов вокруг лодыжек. - Меня зовут Памела, - обращает на себя внимание экстрасенс и деловито принимается за осмотр: глаза, уши, рот. – Подожди-ка минутку. – С этими словами она исчезает в складках занавеса. Кастиэль все еще в раздумьях, стоит ли тратить силы на попытку сесть, когда Памела возвращается с Дином Винчестером, выглядывающим из-за плеча. Он не изменился с их последней встречи – все так же высок, крепок, и на лице появляется то же мрачное выражение, когда он видит ужасное состояние Кастиэля. - Эй, - бросает Дин, - ты как, получше? У Кастиэля уходит неприличное количество времени на осознание вопроса. - Прошу прощения? - Теперь ты хотя бы не истекаешь кровью. – Руки Дина скрещены на груди, взгляд цепкий, оценивающий. – Мы уж было решили, она не остановится. Так и было, пока тебя не положили в палату. Заковыристой оказалась задачка - не то чтобы у нас тут спецы по огненным птичкам толпами бегали. Памела даже не была уверена, сможет ли обработать раны спиртом не устроив при этом Великий Пожар, хех. Но повязки, похоже, работают. - О, нет. – Кастиэль взирает на него с неподдельным ужасом. – Я обязан жизнью охотнику. Дин в ответ только пожимает плечами. - Похоже на то. - Определенно какой-то вид Феникса, – берет слово Памела, снимая перчатки. – Я думаю, уровень три. Можно сообщить Элен, пусть успокоится. - Оу. – Есть в этом странная ирония. – Теперь я твой пленник. - Что? – Дин кидает быстрый взгляд на цепи, тянущиеся от ног Кастиэля. – Это просто предосторожность. Если ты скажешь нам, чем питаешься, мы могли бы… - Человеческие сердца, – быстро отвечает Кастиэль. Теперь Дин смотрит неодобрительно. - Помимо этого? - Человеческие глаза. - Здесь тебе не дворец Панкот *, приятель. – Дин смеется, будто все это кажется ему забавным. – Ты не питаешься людьми. Даже Захария не ел, вот уж кто был зарвавшимся садистом. Я читал, что Фениксы любят сжигать свою пищу, но не думаю, что такое меню сейчас подойдет. Могу раздобыть немного барбекю, тебе как? Суперпрожаренного? Кастиэль долго изучает Дина в полнейшей растерянности. - Я не понимаю. Ты убил Захарию? - Ага. Все сработало на отлично, как ты говорил. - Значит, ты на что-то годишься. – Кастиэль чувствует удовлетворение и одновременно немного мелочно радуется тому, как Дин поднимает брови в немом изумлении. – Приятно слышать. - Знаете что? – встревает Памела. – Ваши разговоры не привносят вселенской гармонии в мой лазарет. Кастиэль? Ты не пленник, ты пациент и точно не на особом счету. Я справлялась с ребятами и покруче, и ты до сих пор не в камере лишь потому, что Дин за тебя поручился. Это никак не уменьшает замешательства Кастиэля. - Почему? Черты Дина немного смягчаются. Кастиэль никогда не видел ничего более пугающего. - Ты спас мне жизнь. – отвечает охотник. – Ты был уверен, что умираешь, и все же последнее, что сделал – спас мне жизнь. - Это был момент безумия. Дин косится на Памелу. Она щурится – Кастиэль чувствует знакомую уже силу, пробирающуюся через его мысли, - затем говорит. – Нет, он в порядке. Я должна сообщить все подробности Элен, она захочет узнать. О, и Дин? Приберись тут. Он отмахивается в ответ. – Да, да, я понял. - Беру свои слова обратно, – бормочет Кастиэль под тяжелым взглядом Памелы. - Не я сошёл с ума, это вы тут все безумны.

* * *

Дин знает, что делает. Да, конечно, пока он волок замученную тушку Кастиэля до Роадхауза, его грызли сомнения. Но теперь, когда птичка проснулась и вовсю чирикает, а Элен уже напинала ему за то, что тащит в дом что ни попадя без предупреждения, он уверен, что поступил правильно. Пэм сказала - уровень три. Это значит, что Кастиэль злится, но не жаждет устраивать кровавую баню и не угрожает людям вокруг. Некоторые существа опасны, когда ослаблены, когда им уже нечего терять. Хотя Кастиэль не создает впечатления хладнокровного убийцы. Кресло-каталку Дин достает из шкафа не сразу. Пока он роется в куче барахла, Кастиэль не сводит с него глаз. Хорошо, что он убрал эти жутковатые третьи веки. Теперь его глаза снова отливают тем оттенком синевы, за который фотографы Халлмарка** готовы продать почку. - Сейчас поедем на прогулку, - бурчит Дин, - Обещаю, это ненадолго и я постараюсь сделать так, чтоб тебя не укачало. Кастиэль замирает. - Зачем? - Затем, что здесь скучно до обморока. С этими словами Дин отбрасывает край одеяла, открывая свету божьему бледные ноги, за которые Кастиэль все еще прикован к кровати. Он пытается отодвинуться, но Дин быстро прикрепляет цепь к инвалидному креслу и отступает назад. - Я могу тебя перенести. - Нет! Дин поднимает руки, сдаваясь. Он терпеливо ждет, пока Кастиэль переварит сказанное; парень, должно быть, достаточно пришёл в себя, чтобы здраво взвесить все за и против. Наконец тот выбирается из одеял и, трясясь от усилий, переползает в кресло. Встав за каталкой, Дин аккуратно толкает его вперед, ворча по нос: - Вот и славно, справились. Как только они проезжают занавес, Кастиэль резко вздыхает. - Что это? Оно оборотень? Лазарет не пуст, и сосед по палате резко отвечает сквозь сжатые зубы: - Я не оно, спасибо большое. Мэдисон явно недовольна полученной характеристикой. - Зачем вам в больнице оборотень? – шипит Кастиэль. - Что это – эксперименты, пытки?.. Дин игриво и немного заговорщически подмигивает Мэдисон. - Ей просто нравятся собачьи печеньки, которые всюду разбрасывает Пэм. Видишь, ни одной шутки про вой на луну или… Медисон перебивает его, сменив гнев на милость. – Ты в хороших руках, - говорит она Кастиэлю. – Я знаю, сейчас тебе страшно, но все будет отлично, поверь мне. - Сумасшедший дом, - заявляет тот. – Все это ненормально. Он продолжает бормотать себе под нос всю дорогу до конца коридора и замолкает, только когда Дин распахивает дверь наружу. На улице охренительная погодка. Дин секунду вглядывается в жизнерадостную голубизну неба, затем опускает рампу, чтобы скатить Касиэля вниз, на землю. В лазарете нет окон по известным причинам, но Памела все равно потратила много времени на разбивку отличного сада, здесь, на заднем дворе. Он спрятан за зданиями, шум трассы сюда не долетает. Тихо и спокойно, именно так, как любит Пэм и ее пациенты. Кастиэль запрокидывает голову назад, подставляя лицо солнцу, пока Дин паркует каталку примерно на середине пути да забора. Интересно, сколько времени он провел в подвале? Кожа белая, как у трупа, щеки впалые, губы сухие, в трещинах; сейчас трудно понять, что для него норма, а что – последствия пребывания в клетке. И ему есть, что сказать, судя по тому, как глаза его распахиваются, а пальцы, все еще слабые, как у котенка, вцепляются в ручки кресла. - Чего ты хочешь? – спрашивает Кастиэль срывающимся голосом. - Эээ, что? Кастиэль жмурится, будто ему больно. - Что. Тебе. Нужно? - Да ничего мне не надо. – Дин выставляет безоружные ладони вперед. – Окей, пойдем другим путем. Считай, возвращаю должок. Око за око, один раз. Ты выздоравливаешь, валишь отсюда, и мы квиты. Как тебе такой расклад? - Что… - Теперь Кастиэль пялится на него. – Ты хочешь отпустить меня? - Ну не прямо сейчас и не здесь. Отвезу тебя, куда попросишь, но, конечно, в разумных пределах… - Достань пистолет. – Хватка Кастиэля едва чувствуется, настолько он слаб. - Я знаю, он у тебя с собой, ты неглуп. - Ладно, ладно. – Дин осторожно высвобождает запястье из чужой ладони. У него и впрямь есть пушка, за поясом на спине, и она заряжена пулями с пеплом Феникса; предупрежден – вооружен, знаете ли… - Не надо нервничать… - Прекрати разговаривать со мной как с ребенком. – Кастиэль, может, и выглядит доходягой, полторы кости и стакан крови, но взгляд острый, жалит злостью. – Ты не должен был вмешиваться. Я уже мертвец, ты просто отсрочил приговор. – Он отворачивается к забору, всматривается в тени между деревьев, выискивая что-то. – Захария работал не один. У него есть сторонники, и когда меня найдут, смерть от пули покажется благословением. Он встречается с Дином взглядом, смотрит и зло и умоляюще. - Дин, я прошу тебя проявить милосердие. - Что?! – От удивления тот неловко отступает назад, почти теряя равновесие. – Черт, нет! Чувак, ты пережил ад. - Разве не твоя задача исправить данное упущение? Дин резко вдыхает, сжимает кулаки, готовый ударить. Но секунду во взгляде Кастиэля мелькает страх – Дин в курсе, как выглядит со стороны в такие моменты, - но он тут же вновь цепляет маску безразличия. Винчестер дышит медленно, успокаиваясь и заталкивая гнев обратно в дальний уголок сознания. - Не круто. – говорит он. – Вообще ни разу. Кастиэля потряхивает; он обхватывает себя за плечи, пытаясь унять дрожь. - Так было бы легче. - Было время, когда и я так думал. – Дин опускается на корточки, их глаза теперь находятся на одном уровне. – Перспектива заманчива, но это не работает. Ну же, я не тот человек, от которого тебе придётся выслушивать сопливые уверения - все равно не подействует. Но должно же быть что-то, к чему ты хотел бы вернуться. - Ты и правда в это веришь. – Кастиэль сухо улыбается в ответ. Потом хмурится, переводя взгляд на Дина. - Как ты справился? - Я везунчик, - Дин пожимает плечами. – Брат вытащил. - Удобно. – Кастиэль резко выдыхает и вжимается глубже в кресло. Складывается ощущение, что он держался прямо только усилием воли. – Меня найдут – это лишь вопрос времени. Покинув собратьев, я разорвал нашу связь, но свободное сознание легко обнаружить тому, кто знает, что искать. - Стоп, – прерывает его Дин. – Возникла идейка. Ты, типа, Феникс, так? - Гаруда***, если быть точным, – тоскливо отвечает Кастиэль. – Подобен, но технически другой вид. Захарию можно было бы назвать моим кузеном; кровное родство связывает многих из нас. Он сердито качает головой. - Мы – воины чести, мы сражались рука об руку с человечеством на протяжении веков, а теперь все забыто. Я надеюсь, Захария кричал, когда ты выстрелил в него. - Жаль тебя разочаровывать, но он только матерился и обзывал нас нехорошими словами. Дин чувствует, как кончики пальцев начинает покалывать, а мысль оформляется окончательно. - Все это звучит подозрительно знакомо, возможно, мы что и придумаем. Так, сколько, говоришь, времени ты будешь выздоравливать? _________________________ Панкот – дворец в Индии, находится в столице штата Панкот. Там снимали Индиану Джонса, и по сюжету, тепло встретили, угостили экзотическими блюдами и оставили на ночь в роскошных покоях. Потом, правда, прислали убийц, но Дин не это имеет в виду. Халлмарк – компания, выпускающая поздравительные открытки. Часто на них изображены тедди-биры, котятки, щенятки, голубоглазые младенцы и прочая няшность. Гаруда - (санскр. пожиратель) - вариант вещей птицы Симург (фарси), жар-птицы, прообраз всех восточных птиц, на которых путешествовали древние боги, герои и короли, чтобы открыть великие тайны и выполнить трудные поручения. На птице путешествовал царь Соломон. Гаруда, в индуистской мифологии царь птиц, сын мудреца Кашьяпы и богини ночи Дакши, ездовое животное (вахана) Вишну. Когда Гаруда родился, боги, ослепленные сиянием его тела, приняли его за Агни, бога огня, и восславили как олицетворение солнца. Гаруда враждовал со змеями-нагами, "пожирателем" которых являлся.