И каждый вечер, в час назначенный...

Вы когда-нибудь задумывались над тем, как пишется дозировка продуктов в рецептах? «Положите примерно две ложки». «Возьмите три-четыре штуки». Как можно приготовить что-то съедобное, когда заданы такие неточные параметры? Впрочем, оставим Шерлока сражаться с «несколько капель лимонного сока» и «добавляем немного соли» и расскажем, что привело его в эту «обитель зла», как отныне именуется кухня на Бейкер-стрит. Все началось в тот момент, когда Шерлок, совершенно случайно прижавшись ухом к двери, услышал разговор между Лестрейдом и Донован. Во время которого Грегори, тихо посмеиваясь, сообщил, что «у нашего тихони Джона есть очень интересная татуировка. На заднице». Шерлок замирает, изумленно рассматривая нервно хихикающую Донован. Он вообще впервые видит хихикающую Донован. Но тут Грегори решает, наконец, проверить, что за странные шорохи и скрипы доносятся с другой стороны двери и широко ее распахивает. Ни обыкновенная дверь, ни гениальная голова при встрече не пострадали. Вопросы продолжают донимать Шерлока, пока он, наконец, не добирается до дома, падает на диван, выключает окружающую действительность легким мановением руки и решает хорошо подумать. Итак. Во-первых, почему Грегори видел задницу Джона Ватсона, а Шерлок Холмс – между прочим, ближайший друг – нет? Во-вторых, какими были обстоятельства, при которых Грегори так долго лицезрел задницу Джона Ватсона, что внимательно изучил находящуюся там татуировку и сделал вывод о степени ее интересности? *** - Шерлок, что ты делаешь? Если вы думаете, что решение попросить своего вполне нормально относящегося к различным экспериментам, но явно не склонного к эксгибиционизму друга продемонстрировать вам его собственную голую задницу, пусть и исключительно ради утоления вашего неуемного любопытства на предмет расположенной там татуировки, придет в голову Шерлоку Холмсу - вы очень сильно ошибетесь. Если вы думаете, что гениальный детектив готов вот так просто взять и забыть о том, что у Джона есть неизведанная, неизученная и неклассифицированная татуировка - вы ошибетесь еще сильнее. Если вы думаете, что тому же самому гениальному детективу, способному раскрыть преступление исключительно по фотографии левого нижнего угла комнаты, можно отказать в изобретательности – вы никогда так сильно в своей жизни не ошибались. И в данный момент Шерлок в процессе осуществления пятнадцатого по счету плана «Заставь Джона раздеться». Включающего в себя вилку, колбу с жидкостью весьма симпатичного зеленого оттенка и синий шарф. Впрочем, шарф мог бы быть любого цвета. Шерлок практически переходит ко второй стадии исполнения задуманного, когда его окликают. И он замирает, незаметно двигая колбу подальше от ноутбука и придавая себе самый невинный вид, на который в принципе способен. Что ж, похоже, осуществление этого плана откладывается на неопределенное время. - Ничего особенного. Как прошло свидание? И, хотя он и так уже видит – не очень, на грани провала, даже не целовались, – он целых пять минут стоически слушает краткое изложение катастрофичного вечера. Пять минут, по его мнению, достаточное время даже для того, чтобы в общих чертах описать устройство вселенной, а значит – максимум времени, который он готов уделить любому рассказу о чем бы то ни было. Поэтому по истечении положенного срока он нетерпеливым взмахом руки перебивает Джона, как раз сделавшего глубокий вдох, чтобы продолжить, и удаляется к себе. Возможно, есть какой-то простой способ? Что-то, что лежит на поверхности? Шерлок соединяет кончики пальцев и отправляется в не самую популярную область Чертогов Разума, туда, где хранится вся чудом уцелевшая во время генеральных уборок информация о том, как можно снять брюки с заинтересовавшего вас объекта. Ну, или юбку, это уж как повезет с объектом. *** На следующий день Шерлоку начинает казаться, что весь Скотланд-Ярд в полном составе во главе с виновником всех бед Грегори Лестрейдом внимательно рассматривает ту самую часть Джона, на которую еще вчера не обращал никакого внимания. Что, черт возьми, такого изображено на этой татуировке? *** У Шерлока начинают кончаться варианты. И он прибегает к самым очевидным. Роняет предметы и просит Джона за ними наклониться. К сожалению, джинсы сидят слишком хорошо, но, по крайней мере, один вывод точно можно сделать: на пояснице татуировки нет. А еще – после пятой просьбы Джон теряет терпение и разражается долгой обличительной речью о некоторых особо ленивых, которые заставляют бедных усталых врачей вылезать из душа и бегать взад-вперед по лестнице только для того, чтобы поднять этим некоторым то ручку, то телефон, то подушку. И угрожающе напоминают, что когда Шерлоку действительно может что-то понадобиться – Джон не придет. Правда, его грозной речи и серьезному виду придают определенную легкомысленность встрепанные после душа волосы и халат, великоватый на пару размеров, сползающий то с одного, то с другого плеча, позволяющий время от времени разглядеть небольшой кусочек шрама, паутина которого резко выделяется на белой коже ключицы. Шерлок делает заметку: шрам ему тоже хочется рассмотреть поближе. А еще – на плечах у Джона татуировок нет. Не то чтобы это знание хоть на йоту приблизило его к основному – как военный врач, отличающийся завидной скромностью, решился сделать татуировку на заднице? *** - Как вообще можно не хотеть Джона? – изумленно спрашивает Салли у какой-то молодой стажерки, недоверчиво качает головой и подносит к губам стаканчик с растворимым кофе. – Он ведь… Такой… - и она как-то слишком плотоядно усмехается. «Какой «такой»?» - немедленно задается вопросом Шерлок. И делает еще одну заметку: подслушивать разговоры в Скотланд-Ярде определенно вредно для душевого равновесия. Он ждет несколько секунд перед дверью Грегори, просчитывая все возможные варианты, затем принимает решение и широко открывает дверь. Пора получать ответы. - Что не так с Джоном? – выпаливает он и еле заметно морщится, когда встревоженный Грегори начинает расспрашивать, подозревая худшее. Отметает наклоном головы все предположения (от очевидных до весьма странных), пришедшие за эти секунды тому в голову, и уточняет. – Почему он всем нравится? - Он хороший человек, Шерлок, - осторожно начинает Лестрейд, не совсем понимая, какого ответа от него ждут. - Он привлекательный? – Шерлок в очередной раз ставит в тупик инспектора, который, казалось, только-только начал понимать, какие отношения связывают эту странную парочку. - Думаю, девушки тебе лучше ответят на этот вопрос, - хмыкает Грегори и, глядя в отстраненное лицо Шерлока, продолжает, ехидно улыбаясь, - ну, да, вполне. Ростом, правда, не вышел. А вот задница – отличная. И изумленно ахает, когда Шерлок легким, изящным прыжком преодолевает разделяющее их пространство. «Конечно, просто подойти этот актер погорелого театра никак не мог. Нужно было гребаную пантеру из себя изображать» - с неудовольствием думает Грегори, в то время как его хватают за грудки и ощутимо встряхивают. - Не смей так говорить о Джоне, - рявкают где-то рядом с ухом, - у него среднестатистический рост! Кидают обратно на стул и гордо удаляются. *** Возможно, решает Шерлок какое-то время и определенное количество неудачных попыток спустя, все-таки имеет смысл обсудить этот вопрос с Джоном. Но как? «Общеизвестно, что все военные делают себе татуировки. Где твоя?» Никакой другой вариант Шерлок подобрать не может и доводит себя практически до лихорадочно-одержимого состояния и, когда Джон наконец-то приходит домой, подлетает, пристально смотрит в глаза и очень серьезно говорит: - Я хочу увидеть тебя голым. - Что, - невозмутимо уточняет Джон, - всего? - Можно и по частям, если тебе так удобнее, - несколько ошарашенно говорит Шерлок. - И с какой начнем? - Задница. - Почему именно она? - Из-за татуировки. - Какой татуировки? – изумленно поднимает брови Джон. *** - Убедился? – Джон лежит на кровати с приспущенными штанами, подложив под живот подушку, и думает, то ли убедить себя, что это всего лишь, например, визит к врачу, то ли – что он окончательно сошел с ума и лежит сейчас полуголый исключительно из-за дурацкого спора с соседом. Спором, включавшим в себя такие фразы, как «Грегори показывал, а мне – не хочешь» и «Да они какого-то другого Джона имели в виду». Шерлок подозрительно молчит вот уже несколько минут. Ровно столько, сколько прошло с того момента, как Джон, окончательно разозленный беспочвенными обвинениями и подозрениями, упал на кровать и величественно позволил любоваться полным отсутствием каких-либо татуировок на заднице Джона Ватсона. Сначала он думает, что ему показалось. Легкое касание. Сначала до поясницы, потом - круговые движения пальцев, спускающиеся ниже. Он чувствует теплое дыхание, невесомый поцелуй и дергается. – Шерлок, что ты… – Тихо, Джон, - твердо заявляют ему, - я же должен убедиться. – Шерлок, уверяю тебя, там татуировки точно… ах, черт. Шерлок обводит пальцем плотно сжатое кольцо мышц, нагибается и повторяет движение языком. И Джон чувствует, как поджимаются пальцы на ногах, как твердеет член, упирающийся в подушку, и сильнее разводит ноги, открываясь все больше. Снова язык, чьи влажные касания заставляют Джона тихо стонать, затем – палец. И Джон выгибается, когда, несомненно, исключительно в исследовательских целях уже проникнувший внутрь палец задевает то самое место. Тихое шуршание скидываемой одежды - и к Джону прижимается горячее тело, вдавливая в кровать, прикусывая плечи, впиваясь пальцами. Джон наконец скидывает с себя морок, поворачивает голову и осведомляется: - Вот так просто? Без всяких деклараций о намерениях и составления протоколов и форм? - Нет, если ты хочешь… Джон переворачивается на спину, заглядывает в потемневшие глаза, и довольно улыбаясь, откидывает голову назад. - Ты будешь сверху при одном условии. - И каком же? – дыхание сбивается, когда Шерлок смотрит на беззащитную шею, полностью открытый его глазам шрам и, да, ни одной татуировки. - С тебя ужины на ближайший месяц. - Продаешься за еду, Джон? Тихий смех переходит в низкий, чувственный стон, затем – во всхлип и тихий шепот. И когда Шерлок врывается на кухню, чтобы найти что-нибудь, хоть что-нибудь подходящее в качестве смазки, что не будет химическим реактивом или просто чем-то опасным, он решает, что первое, с чего начнется его месяц дежурств – закупки максимально большого количества оливкового масла. На всякий случай.