Война Бастардов: Проклятые

Бастард Айрис Лето заходил все дальше в дебри Мортина. По приданиям, из-за густоты деревьев тамошняя земля никогда не видела солнечного света. И как оказалось - это чистейшая правда. Даже в ясный день, солнечный, когда сами облака не могли упрятать за собой солнце: ни один луч не пробивался в чащу леса. Там обитали лишь звери, сырость и деревья, сотни тысяч деревьев. Не говоря уже о лабиринте Красных Воронов. Никто не знал как он выглядит лишь по одной причине: никто из него не выбрался, но если нужно пробраться незамеченным, то инного пути нет. Айрис разгребал ветки и шел вперед, останавливаясь лишь раз в сутки, чтобы сьесть небольшой кусок хлеба и выпить воды. Он взял с собой клинок, ржавый и кривой, однако хорошо заточенный. Его мать с юности Айриса рассказывала ему, что он сын короля. Она говорила, что хоть он и не будет претендовать на наделы и тем более на пристол с короной, но в один день он все же отправится в замок Золотой Крови на встречу со своим отцом: могучим и несокрушимим, а так же красивым как само небо, королем Халемом Криптом. Мать рассказывала о том как король сразил десятитысячную армию повстанцев из Дотрии будучи в меньшинстве, поскольку отдал практически всех своих людей под распоряжение своего отца, тогдашнего короля Бестирали Йохена Крипта. По рассказам казалось, что никто не мог сокрушить Халема, но спустя годы, он сделал это сам. Его рассудок помутнился и теперь он вздрагивался по ночам в попытках уснуть от малейшего шороха в другом конце замка и жужжания пчел собирающих пыльцу с еще мокрых цветов в саду ранним утром. Айрис мечтал, что когда-то станет рыцарем и будет сражаться во славу своего отца, однако судьба решила все иначе и теперь отец, так и не увидев сына хотел лишь его смерти. Но не смотря на юный возвраст Айрис уже к пятнадцати годам неплохо владел мечом. Дело в том, что будучи еще шестилетним мальчишкой Айрис бегал по полям с заточенной палкой воображая, что он сражается с армией драконов. Тогда он разрезал стопу о не первую зиму лежащий в земле меч. Он был весь покрыт мхом и наростами, кривоват и тупее ложки, однако Айрис это исправил, а за тем практиковался во владении мечом ночами на пролет. С таким рвением уже в тринадцать он побеждал на турнирах среди сверстников, чем приносил три золотых монеты для своей матери, а так же невероятную гордость. С тех самых пор он и хранит свой ржавый меч. И имнно его Айрис пообещал вонзить в сердце короля Халема Детоубийцы, за смерть своей матери. А тем часом непроглядная тьма покрыла лес, идти вперед было невозможно, да и сон бросал его к земле. Сон брал над мальчиком верх и он уснул под могучим дубом. Ему снилось как он стоит на против короля в Витруде и говорит, что его злодеяние против преданной им матери Айриса должны быть отомщены смертью Халема Крипта. После чего вонзает измученный карозие меч в грудь короля. Но Айрис просыпался раньше чем успевал увидеть смерть своего отца. Так было и на сей раз. Он вздрогулся, весь в поту и увидел пред собой трех людей в броне и с флагами, которые до сей поры ему не встречались: Белый флаг с красным вороном. - Ты далеко зашел, мальчишка, из деревни Фурсии. Наш командующий хочет увидеть тебя. Айрис торопя высунул свой меч из ножн и приставил к горлу одно из воинов. - А сейчас бросьте ваше оружие на землю и отойдите на три шага назад. Двое взглянули на того чью шею готов был вскрыть Айрис, он кивнул и оба воина скинули пояса с клинками и пнули их в сторону. - Кто ты? - Спросил Айрис у стоящего пред собой воина. - Мое имя Катт, я уроженец леса Мортин. Внезапно он одним ударом выбил меч из рук Айриса, схватил его за горло и прибил к дереву со всей силы. Впился острым клинком в его шею и промолвил: - Если поднял оружие, уж лучше сразу убей, а не спрашивай имя и род его семьи. На поле битвы любое мгновение, колебание превращается в неменуемую смерть. А теперь ты пойдешь с нами или умрешь на месте. Выбор за тобой. Айрис скрепил зубы, его руки связали, подобрали меч и потащили за собой. Они шли впереди и разговаривали между собой: - Если командующий узнает, что мальчишка подловил нас и держал с мечом у глотки, то нам повырывают ногти расколенными щипцами. - Лучше убьем его, вдруг проболтается. - Если мы его убьем, то нас подвесят на крюки пока не сдохнем, а потом натянут наши головы на пики. С ним хочет поговорить сам командующий, значит он не просто оборванец. Так что заткните свои рты и идите молча, вдруг он слышит. - Тише всех и с постоянными оглядками сказал Катт. Они шли то прямо, то резко сворачивали влево и право. Могильный холод доносился сквозь щели между деревьями и вгонял в ступор. Но не Катта с его последователями. Хруст сухого хвороста и падающие желтые листья навевали воспоминания. - Как вы ищите путь? По крошкам? Или что это за уловки? - Спросил Айрис. Катт повернулся к связаному бастарду и ухмыльнулся. Даже почти засмеялся, но что-то заставило его это не делать. - Крошки? Давай, сыпь хлеб на землю, порть еду, по которой тебя найдут своры крыс и выгрызут тебе глаза. Нет, никаких крошек хлеба, если нет желания помереть как падаль. - Катт даже не обернулся к Айрису. - Но как тогда искать тропу? Карты у вас нет. - Наверное даже тринадцать богов сейчас смеются. Мы родились в этом лесу и знаем его наизусть. Мы знаем, что на севере в трех днях езды находится неприступная крепость Болитроль, а на юге в десяти часах от сюда белое древо девятого бога Истока. На востоке гора Мор, от которой берет название наш лес,а на западе бывшие пещеры драконов и тролей с кастрами - Заурент. Но больше всего нам помогают заруби на деревьях. - Рассмеялся Катт, впервые обернувшись к бастарду. Айрис тоже улыбнулся и не смотря на холод он все же учуял обволакивающее тепло впервые за долгое время. Особенно потеплело в ногах, он обернулся и увидел в своей правой голени стрелу. - Ничто так не согревает, как собственная кровь, верно, бастард. - Лицо этого человека было известно Айрису, как и его имя: Калгер Винцестор. Он отдавал приказы, когда его мать захлебнулась кровью от всаженного ей в горло клинка. - Вас трое? Моих людей десять и они ненавидят все, на что я укажу им. Айрис упал на колени, а Катт и два его спутника, подошли ближе. - Как ты укажешь им, если у тебя нет пальцев? Ты жалок, раз подчиняешься королю Детоубийце. Королю без людей и армии. - Мне хватит и одной руки, чтобы убить троих спутников, бастард, а за тем срубив твои руки до самых плеч, я отвезу тебя королю Халему Детоубийце, где он прикажет мне казнить тебя. Когда я занесу меч над твоей головой, то спрошу тебя бастард, к каким воротам ведут тебя твои боги и как ты откроешь их без рук. А за тем твоя голова покатится по тронному залу к ногам лордов чьи имена ты обещал вписать в свою книгу поверженных твоим клинком. Катт вынул свой меч и вышел перед двухметровым Калгером, чье прозвище говорило само за себя: Палач Догментолла. Его лицо украшал один единый шрам от переносицы, до самого уголка рта. Палач рубил противников напополам одним ударом и всегда знал, когда враг откроется для удара. - Прочь с дороги, Красная Ворона, вы не услужили одному королю, так хоть не мешайте другому. - Командующий хочет лично говорить с ним. Если мы придем без него, нас все равно вздернут, что же я теряю, если все потеряно зарание? Мертвому не умереть. Кому если не тебе знать это, Палач? - Ты смел, раз смеешь обращаться ко мне по прозвищу, но по сему ты и глуп. Хочешь сражаться, давай, все увидят, как я вырву твою глотку и скормлю ее волкам. Катт ринулся на Калгена и взмахнул мечом, чтобы снести тому голову, но он не сдвинувшись с места пригнулся и сбил рукой Катта с ног. Юный воин поднял свой меч, прячущийся за листвой и прямым ударом попытался застать Палача из Догментолла в расплох, но тот остановил его руку так просто, словно сражался с младенцем, выбил оружие второй рукой и с нее слетела перчатка: на ней не было ни единого пальца. Он обхватил его горло другой рукой и один за другим начал наносить Катту удары головой в лицо. Казалось, что жизнь покинула его тело, а тот захлебнулся своей же кровью, но из-за деревьев стали появляться лучники. - Это не честный поединок, мальчик. - Палач с улыбкой уставился на Катта и бросил его на землю. Лучники подходили все ближе, а Калген начинал смеятся. Когда его воинов поставили на колени он сказал: - Не смейте даже пробовать, я не становлюсь на колени перед королем и теми кто мне платит, не стану и перед вами, можете убить меня или сделать пленником. А на колени ставьте моих щенков. - Калген посмотрел на своих людей. Катт лежал на земле захлебываясь кровью, но к нему никто не подошел. Айрис подполз к нему и достал из его сопога нож. Все начинали уходить, привязали бастарда за ноги и тянули по земле за собой, а Катт оставался лежать один. Айрис кричал, что нельзя его так оставлять, что его стоит забрать. А потом достал нож и приставил его к своему животу. - Заберите его или я вспорю себя. Ну же! - Все остановились. Калген улыбнулся и лишь произнес: " Давай, мороки меньше ". Один из воинов подошел к Айрису, наклонился и обхватил рукоять. - Не стоит так шутить... - Произнес он. - Я и не шучу. Он сжал рукоять еще сильнее и надавил на нее. Нож медленно вошел Айрису чуть ниже ребер. У него изо рта повалила кровь, а дышать становилось все сложнее. - Ты наш пленник, значит подчиняешься нашим законам: поднял оружие, значит нанеси удар, а если сказал - сделай. Правда и честь превыше всего. - О какой чести ты говоришь? - Айрис с трудом произносил каждое слово, а на согласных плевал кровью. - Вы бросаете своего воина умирать в лесу. Разве это по чести? Он поднялся над лежащим на земле бастардом и приказал, подвязать Катта за ноги и тащить в хижину целительницы. - Если ты не доживешь до утра, то я тоже умру, но не думай, что я о чем то сожалею. - Возвышаясь над Айрисом продолжил воин. - Каждый из нас научился умирать с честью еще будучи младенцем. В его глазах темнело, могильный холод вернулся, рядом с ним протащили Катта и он со спокойствием закрыл глаза. " В славный путь ". Тело обволакивало чем-то мерзким и липким, а он все летел вниз, в само подземелье смерти, но ему не было страшно. Он видел кого-то, кто не давал ему упасть, кого-то кто держал его за руку над пропастью и постоянно повторял, что нужно лишь потерпеть, и все вновь будет хорошо. Ему казалось, что это его мать. Айрису было трудно поверить в то, что она способна удержать его над логовом смерти, но он улыбнулся, ухватился в ее руки всеми силами и поцеловал их.