Can we have a once more?

— Спасибо, Рэйвен, — кажется, ты произнесла это за несколько коротких дней, что вы провели вместе, больше, чем можешь припомнить, — за то, что позволила приехать, — из окна ты смотришь на землю, облака плывут под тобой спокойными волнами. — В любое время, Кларк, — ты видишь, как она внимательно смотрит на тебя, видишь, как, сидя на своём сидении, она слегка придвинулась к тебе, — на столько, на сколько нужно. Я с тобой, — ты чувствуешь себя потерянной, но благодарной. Хотя бы потому, что у тебя есть кто-то, кто, по крайней мере, знаком тебе. Но, возможно, на несколько секунд ты ощущаешь укол вины за то, что оставила Лексу и Эбби. Тебе нужно было уехать от них. Поэтому ты откидываешься на сидении, и тихий звук самолёта успокаивает суматоху в твоих мыслях.

***

Тебе легко на душе, когда ты просыпаешься на следующее утро. Рэйвен уже ушла на работу. Ты занимаешься какими-то мелкими делами, поэтому проводишь много времени, просто смотря в окно, наблюдая за проезжающими автомобилями, за прогуливающимися людьми, за улыбками и жизнью во внешнем мире. Ты звонишь Эбби когда можешь, просто для того, чтобы поздороваться, для того, чтобы сказать ей, как ты поживаешь, и, должно быть, Рэйвен тоже звонит ей, должно быть, рассказывает о том, как в действительности твои дела, ты делаешь этот вывод из того, что Эбби не задаёт вопросов, не давит так, как должна. Ты замечаешь то, как Эбби начинает избегать упоминания о Лексе во время ваших кратких разговоров. Ты не упускаешь то, как напрягается её голос, то, как часто слышны всхлипы. Но ты ничего не помнишь. Всё-таки ты лишь человек, ведь ты ощущаешь вину, ощущаешь печаль от того, что не можешь вспомнить. Возможно, однажды, ты свяжешься с ней, когда будешь готова.

***

Ночью у Рэйвен тихо, ты провела большую часть дня в кафе, читая на ноутбуке Рэйвен так много, как только могла. Ты искала что-то и читала, хотя бы для того, чтобы нагнать жизнь, которую оставила позади, и, когда вернулась в свой новый дом, ты ощутила усталость, ощутила истощение от вспомненных моментах, но они — недостаточно чёткие, чтобы ты могла что-то понять. Ты поднимаешь взгляд с экрана и смотришь на Рэйвен, когда она вытягивает то, что осталось от её ноги, ты морщишься, видя шрам, что прорезает её бедро. И, возможно, если быть эгоисткой, ты думаешь, что тебе повезло, что не помнишь той аварии. — Она больше не болит, — она встречает твой взгляд, на лице беззаботная улыбка, — во всяком случае, не так сильно, — и она пожимает плечами, откидываясь на кушетку. — Прости. — За что? Это ведь была не твоя вина, Кларк. Но, быть может, ты просишь прощение за то, что не помнишь. — Я не знала. Она игнорирует твой пессимизм, игнорирует твоё юношеское мышление. — Всё ещё никаких воспоминаний? — кажется, тебе нравится её прямолинейность. — Нет, — на секунду ты замолкаешь, пытаясь подумать, пытаясь что-нибудь вспомнить. — Я… просто… у меня есть ощущение. Будто я что-то упускаю, — ты морщишься от собственных жалких слов, взгляд бросается на культю Рэйвен. — Не то чтобы я знаю, что я упускаю. Просто я знаю, что чего-то не хватает, — и ты снова морщишься, думая, что кома сделала тебя глупее, ты неспособна выразить собственные мысли. — Это имеет смысл, — ты смотришь в её глаза, в тебе растёт сомнение, ведь она снова пожимает плечами: — так и есть. — Правда? — ты не знаешь, что ещё сказать. — Слушай, у меня ушли годы на то, чтобы свыкнуться со своей культёй, — ты улыбаешься, когда Рэйвен, покачивая как только может, поднимает ногу, — иногда появляются фантомные ощущения, будто она всё ещё на месте, а иногда я просыпаюсь, дабы почесать её, — она на секунду останавливается, пытаясь сформулировать мысли, — но, эй, Кларк, — она перекидывает волосы через плечо, — ты к этому привыкнешь. — Надеюсь. — А знаешь, что? — ты пожимаешь плечами, услышав вопрос, и щуришь глаза, когда Рэйвен выпрямляется, когда она нагло пялится на тебя. — Я научу тебя всем забавным штучкам, которые ты забыла.

***

— Ты можешь в это поверить? — ты слышишь её тихий голос, это — музыка для твоих ушей. — Нет, — ты переворачиваешься на постели, обнимаешь её и улыбаешься. — Не могу, — ты играешься с её пальцами, прохладный металл блестит в утреннем свете. — Ты была восхитительна, — говорит она, волосы спадают на лицо, — ты восхитительна, — заканчивает она. — Ты тоже, — ты видишь её улыбку, и она согревает тебя. — Я люблю тебя, — она улыбается ещё шире. — Я тоже люблю тебя, Лекса.

***

Ты медленно и устало открываешь глаза, прохладный утренний воздух обдувает твоё усталое тело. И когда разум проясняется, ты ощущаешь мысли, воспоминания, цепляющиеся за подсознание, поэтому ты лежишь, пытаясь задержать эти воспоминания ещё на какое-то время. Странно иногда иметь эти чувства, эти вспышки воспоминаний, которые словно не твои, но ты всё равно гонишься за ними. Хотя бы для того, чтобы отыскать то, что у тебя когда-то было. Ты встаёшь, солнце оставляет свет на полу, по которому ты идёшь в ванную. Ты проходишь мимо двери Рэйвен, слышишь тихие звуки сопения и улыбаешься, думая о том, что спустя столько времени привыкла к этому. Спустя все годы, что ты провела с ней прежде, чем потеряла себя и за все месяцы, что провела с ней теперь. Ты осознаёшь, что всё ещё ненавидишь холод, всё ещё считаешь его слишком неуютным, даже спустя всё время, поэтому ты включаешь воду, позволяя ей согреть ванну, после чего ты быстро раздеваешься и делаешь шаг навстречу к жгучей воде. Она льётся в успокаивающем ритме, стекает по плечам, согревает тебя до глубины души. И, когда ты поднимаешь руки к волосам, когда пена очищает твои локоны, ты понимаешь, что это немного успокаивает тебя. Холодный воздух обдаёт тебя всё ещё слишком долго, пока ты вытираешься, холод несколько отчаянно цепляется за твою плоть. И, когда ты смотришь в зеркало, ты, вроде как, узнаёшь девушку, смотрящую на тебя, она старше, она более осторожна, она живее, ты — она. И ты считаешь её не такой хрупкой, как считала последние месяцы, и, возможно, ты благодарна Рэйвен за помощь, за постоянную поддержку и за то, что она всегда рядом, пока ты восстанавливаешься, хотя бы физически.

***

— Ты сегодня тихая, — ты поднимаешь взгляд на Рэйвен, на вилку, которая уже практически у её рта, в глазах ты видишь нечто странное, — что такое? Ты думаешь насчёт её слов, взгляд сползает с её лица на твою тарелку, ты гонишься за мыслями, быстро пробегающими у тебя в голове, пытаешься удержаться за вожделенные воспоминания, которые, как ты уверена, ты прожила. — Я… — ты на секунду замолкаешь, отведя от неё взгляд. — Думаю, у меня был сон, — ты слышишь, как она одобрительно поддакивает, дабы ты продолжала, — о Лексе, — ты смотришь на Рэйвен, видишь лёгкую ухмылку на уголках её губ, — не такой, о котором ты могла подумать, — ты снова замолкаешь. — Думаю, это было воспоминание. Ты слышишь, как Рэйвен тихо выдохнула: — Врачи говорили, что память может вернуться, — она внимательно смотрит на тебя, — через какое-то время. — Прошло довольно много времени. — Ага. Думаю, очень даже многовато. Между вами настала не обременяющая тишина, Рэйвен тут же погрузилась в собственные мысли, её телефон иногда звонил по поводу дополнений в проекте, над которым она в данный момент работает. Ты смотришь в окно, смотришь на восход солнца, на проезжающие машины, на прогуливающихся людей, которые проходят мимо, и ты долго думаешь о том, что, как ты считаешь, ты вспомнила. — Спасибо тебе, Рэйвен, — ты снова поднимаешь на неё взгляд, видишь, как она тут же посмотрела на тебя и как она спокойно пожимает плечами. — Всегда к твоим услугам, — говорит она, ты думаешь, что она знает, что ты благодаришь не только за сегодняшний день, не только за слова, которыми вы обменялись, не только за то, что она приютила тебя. Ты думаешь, что, возможно, уже готова совершить прыжок. Куда-то.

***

Ты уезжаешь на следующей недели, время, проведённое с Рэйвен — перевёрнутая страница, а утерянные годы — законченная глава. Ты покидаешь её со слезами на глазах, с крепкими объятиями и словами благодарности, ты улыбаешься, в последний раз машешь ей рукой прежде, чем перейти через терминал с багажом на спине, заполненным мгновениями воспоминаний и моментами, что ещё предстоит вспомнить. Возможно, на секунду, когда ты ощущаешь наклон самолёта, когда ты чувствуешь тягу гравитации к твоему телу, ты думаешь о Лексе, думаешь о её улыбке, о её губах, когда она смеётся, о том, как волосы спадают на спину. Быть может, ты вспомнила.

***

Ты часто говорила с ним, отправляла ему сообщения, ты скучаешь по нему, по его вечной улыбке и тёплым объятиям, поэтому ты широко улыбаешься, когда он обнимает тебя, прижимает к груди. Ты задерживаешь дыхание и говоришь: — Я скучала, — и ты слышишь его добрый, мягкий смех. — Я бы тоже по себе скучал, — ты отталкиваешь его, щуришь глаза. — Я возьму, — говорит он затем, уже протягивая руку к твоему багажу, и ты знаешь, что он проигнорирует твои возражения. — Спасибо, Бэл, — говоришь ты затем, ты рада, что после долгих часов перелёта тебе не придётся тащить тяжёлую сумку. — Всегда к твоим услугам, Кларк.

***

— Прости, — ты болезненно морщишься, слыша ругательства, доносящиеся из комнаты Рэйвен, — она не опасна, — неубедительно добавляешь ты и видишь, как сощуривает глаза Лекса после очередного удара, — клянусь. — Это твоя подруга-инженер, да? — Ага, она хорошая, — ты видишь, как Лекса пожимает плечами. — А где моя комната? — спрашивает она затем, она держит сумку в руке, поэтому ты показываешь ей в сторону коридора, стучишься в дверь Рэйвен, когда проходишь мимо и кричишь, что вы с Лексой уже дома, ты улыбаешься, услышав удивлённый вскрик и громкое «привет». — Опять-таки, спасибо, что согласилась стать соседками, Бэл слишком задрал арендную плату, — ты слегка улыбаешься, когда Лекса снова пожала плечами, она тоже улыбнулась. — Я всё равно искала жильё, — говорит она, и ты видишь, что её взгляд уходит в сторону, поэтому ты поворачиваешься и видишь Рэйвен, которая вышла из комнаты, тут же повалил клуб дыма, и ты стонешь, видя, что она в коротких шортах и свободной футболке, хотя ты просила её одеться, дабы произвести на Лексу положительное впечатление. Ты поворачиваешься обратно к Лексе, уже готовая извиняться, но на мгновение ты щуришься, когда замечаешь, что она следит за Рэйвен, когда видишь, что они смотрят друг на друга чуть дольше, чем положено. И, возможно, ты бы пожелала не ощущать некую искру.

***

— Рэйвен передаёт привет, — говоришь ты, смотря на проезжающие автомобили, затем ты смотришь на Беллами, который всё ещё сфокусирован на дороге, — она спрашивала, не разобрался ли ты там со своими тараканами, — ты улыбаешься, когда он смеётся, когда свободно пожимает плечами. — Скажи, что я тоже передаю привет, — он быстро смотрит на тебя, волосы его спадают на глаза, ты думаешь о том, что это странно, возможно, даже несколько забавно, что у него всё ещё та же причёска, несмотря на многие годы. — Спасибо, Бэл, — ты замолкаешь на мгновение, — за то, что позволил остаться у тебя. — Всегда пожалуйста, Кларк.

***

Ты понимаешь, что Беллами живёт очень даже комфортно, что он здоров и что ты скучала по нему. Он отдаёт тебе свободную спальню, говорит, что ты можешь оставаться здесь столько, сколько тебе понадобится. И ты думаешь о том, что это тебе очень поможет. Ты думаешь, что с каждым проведённым здесь днём ты ощущаешь всю большую близость с той, кем ты была раньше. И, когда ты просыпаешься по утрам, у тебя создаётся чувство, что ты можешь удержать сон, воспоминание, которое есть где-то внутри тебя. И вот очередное подобное тёплое утро, когда солнце лишь недавно вышло из-за горизонта. Ты сонно смотришь на занавешанное окно, позволяя теплу постели уютно облегать тебя. Мысли гремят в голове, ты переворачиваешься на спину и ощущаешь слабый шёпот в закромах разума, что крутит, тянет и подаёт тебе какую-то мысль. Возможно, если на секунду сосредоточиться, если попытаться вспомнить это чувство, кажется, ты можешь даже представить тёмно-каштановые волосы, можешь представить то, как вспышка зелёного цвета блестит на свету, даже можешь представить смех, застывший в воздухе.

***

Ты встаёшь с кровати и идёшь на кухне, зная, что Беллами уже ушёл, это — то самое мгновение, когда он оставляет тебя наедине, поэтому ты лениво и спокойной направляешься к ванной.

***

Умеренным напором по тебе стекает вода, и ты думаешь, что она успокаивает тебя, массируя плечи и нормализуя давление, поэтому ты позволяешь жаркой воде покрывать твоё тело, позволяешь согревать всю тебя. Ты выходишь из-под воды, и когда, ты встаёшь перед зеркалом, ты понимаешь, что узнаёшь ту, что смотрит на тебя в ответ. Ты узнаёшь линию скул, узнаёшь светлые волосы, спадающие на твои плечи, ты узнаёшь плоть и мышцы, которые придают твоему телу форму. И, возможно, на мгновение ты кажешься себе старше, но ты думаешь, что знаешь это лицо, знаешь времена, что оно пережило. Возможно, ты даже помнишь, хоть и немного, но этого достаточно, чтобы почувствовать себя Кларк. И, возможно, когда ты оборачиваешься полотенцем, когда одеваешься, когда выходишь из ванной и когда возвращаешься к своей жизни, которую ты проживаешь, ты вспоминаешь достаточно, чтобы начать скучать. Возможно, ты ощущаешь достаточно, чтобы желать этого.

***

— Ты давно не говорила с Эбби? — ты поднимаешь взгляд на Беллами, он всё ещё сосредоточен на телевизоре, и ты вспоминаешь последний раз, когда звонила ей. Быть может, это было две недели назад, и на мгновение ты ощущаешь вину. — Довольно давно, — признаёшь ты, — это сложно, — мягко добавляешь ты и видишь, что Беллами тут же взглянул на тебя, подняв вопросительно бровь. — Тебе не стоит отталкивать её, — он внимательно смотрит на тебя, слова его задерживаются у тебя в голове, и, кажется, он говорит не только об Эбби. Ты хмуришься, на лице появляется неловкое выражение. — Знаю.

***

Ты щуришься, касаясь двери. Ты прикладываешь к ней ухо и какое-то время слушаешь, и дело не в том, что там просто тихо. Не то, чтобы дверь была открыта. Там просто слишком тихо. Ты хмуришься, мысли о грабеже или о захвате заложников пробираются в твою голову, но ты уверена, что они бы кричали или вообще было бы хоть что-то, но точно не ничего. Ты смотришь вправо, на коридор, видишь другого студента, что проходит мимо тебя, не обращая внимания на твой вопросительный взгляд. Ты осторожно вставляешь ключи в замок и, услышав щелчок, ты задерживаешь дыхание, поворачиваешь ручку и открываешь дверь. — Ребят? — шепчешь ты, но всё, что тебя встречает — гнетущая тишина и темнота. — Лекса? Рэйвен? — быть может, глупо нервничать, ведь может быть так, что они просто куда-то ушла, но ты знаешь, что сегодня у Рэйвен нет занятий и ей нужно работать над проектом, а Лекса написала бы тебе. Поэтому ты подаёшься вперёд, тянешься к выключателю и снова тихо шепчешь: — Ребят…? И, когда ты находишь выключатель, когда включаешь свет, ты вскрикиваешь от неожиданности. — Сюрприз! — выпрыгивают Рэйвен и Беллами с шляпами на головах, ты уверена, что сейчас очень и очень быстро дышишь. — С днём рождения, Кларк, — смеётся Беллами, похлопывая тебя по плечу. Когда шок от неожиданности проходит, ты тепло улыбаешься ему, ты не ожидала его увидеть. — Я и не знала, что ты приедешь. — Только на сегодня. Лекса настояла, — сказал от затем. — Оу, — ты ещё раз улыбаешься ему, пытаясь игнорировать прилив чувств от услышанного имени, — а где она? — спрашиваешь ты, осматривая комнату, но всё, что ты видишь — Рэйвен, которая уже приступила к куску торта, предназначавшегося тебе. Беллами, должно быть, проследил за твоим взглядом, ведь он покачал головой и усмехнулся: — Твоя девушка поехала за Аньей, они скоро приедут, — и ты морщишься от его насмешки. — Она не моя девушка, — ты смотришь на него, но он смеётся, покачивает плечами и уходит, дабы взять кусочек от торта, которого на долго явно не хватит. И, быть может, видя, как он уходит, ты понимаешь, что не против насчёт девушек и Лексы.