- Ой! Извини, я такая неуклюжая!

Flashback

Трава высокая и зелёная-зелёная колышется над головой мальчика. Ветер гуляет по открытой местности. Поля тянуться далеко и уходят за горизонт, уносясь под самые небеса, что розовой полоской оседают над ними. Ему нравится наблюдать за бабочками смотреть на кузнечиков и листать яркие картинки книжек. Ветер уже усиливается и начинает холодать. Наступают сумерки. На небо за домом кто-то вылил синие чернила и проделал маленькие дырочки — звёзды. Где-то вдали отзывается сверчок и птицы пролетают над головой и несутся туда, где небесный волшебник, который красит небо разводит следующую краску в своей волшебной палитре. Адриан вдруг вскакивает на тонкий пронзительный голос матери, который приносит ему ветер и бежит. Бежит далеко к дому, к самому берегу речушки где любят купаться дядя Феликс и его друг Джордж. Когда он вырастет он тоже станет большим и сможет нырять и плавать на лодке как они. Он будет катать всех маму, папу, бабушку Оли*. Трава щекочет голые пятки, кузнечики и разлетаются из-под листов где недавно покоились. Мальчик будто взъерошивает полоску поля, раздвигает руками высокие травы и вновь бежит. Мимо проносятся разные цветы, розовые, жёлтые, голубые, сиреневые, белые. Скоро они скроются от этого мира захлопнув свои лепестки, заснут. Адриан бежит всё дальше и дальше добегая до дома посреди раскидистых равнин в Провансе. Прованс — прекрасный город, родина его матери. До сих пор он ассоциируется с деревенькой и светлым тёплым домом. Улочками, приветливыми лицами людей. С мамиными слезами и грустным Феликсом.

Конец Flashbeka

Адриан ещё раз посмотрел на довольно кривой, но похожий на реальную девушку рисунок Маринетт найденный им в классе. После долгого рассматривания клочка бумаги с тяжёлым вздохом он откидывается на свой стул и тот со скрипом отъезжает от письменного стола. После того как он узнал что у него отменяются занятия китайского по причине болезни учителя он даже не представлял как хорошо было-бы учить иероглифы с графемами нежели чем в одиночестве рассуждать о смысле своей жизни. В принципе он и влюбится по уши не может. Нет! Только этого ему не хватало! Сам факт того что он любит ему нравится девушка не укладывался в голове. Когда? Нет ну действительно когда он успел? Не с его графиком и умением общаться с людьми. Тем не менее это было слишком очевидно неясно для него что бы это отрицать. Может он просто наконец нашёл себе друга и принял это за влюблённость? Он очень надеется именно на это. Во всей этой путанице был ещё один жирный минус плюс его «возлюбленная» избегает его в школе. Будучи человек тянущимся за знаниями и впечатлительным по своей натуре юноша даже не знал, чему печалиться больше тому, что он не может решить элементарную задачку по химии уже второй час или того, что по всей видимости его боится одна миленькая одноклассница. Одноклассница, которая уже энные сутки не выходит из головы, чёрт бы её побрал. Подумать только! Он сказал привет соседкам по партам как никак они сидят рядом и было бы по крайней мере не культурно, но в место ответного приветствия он получат такую картину: Алья, сказавшая в ответ её традиционное «Здрасте»** со спокойствием китайских мудрецов смотрит на то как Маринетт чуть ли не сливается со своим малиновым рюкзаком*** и вжимается в стул. Ему пришлось обречённо сесть на своё место и заняться с ярым интересом изучением органической химии, затем математики, литературы и всем остальным лишь бы не думать о этой девушке. Как давно он стал называть Маринетт «этой девушкой» в своих мыслях? С того момента, когда он поймал её и отдал свой зонтик. Она так мило улыбалась и тонким голосом говорила слова извинений… Ах да, он ведь так и не хочет принимать простую истину — она избегает его по причине боязни. Или же нет… Да что же это такое? Одна теория хуже другой. Ни одной хорошей мысли за весь вечер не посетило Адриана. Проклятье…       А сейчас лучше дописать физику иначе его отец ему сделает такую «любовь» …

***

Встав напротив своего рабочего стола Маринетт, закусив кончик языка и чуточку наклонив голову, оценила плод своих стараний. Возле стола висели вырезки из свежих журналов в небольшом количестве и поблёскивали в свете торшера. Она давно хотела как-то разбавить свою уютную комнату с обоями розового цвета чем-то новым, но не знала как, а когда увидела эти фотографии у неё сразу появилась масса идей. Заставка на компьютере тоже обновилась и вместо привычных розовых цветков орхидей на экране красовался очень милый, даже приторно розовый-ванильный коллаж. На противоположенной стене тоже красовалась целая страница вырванная из журнала и обрезанная по краям. Рядом с ней висели ещё парочка таких же, но подвергшимся более жестоким «пыткам» — разрисованные сердечками и заклеенными розовыми стикерами. Теперь в комнатке для Маринетт стало ещё уютней. Смотришь на стену и в груди начинает теплеть, а в животе поднималась колония беленьких маленьких бабочек. Скорее всего если бы она была какой-то анимешной девочкой её нарисовали с сердцами в глазах на розовом фоне.       Со всех фотографий ей улыбался и сверкал зелёными глазами никто иной как Адриан Агрест.

***

— Привет! — голос разрушил раздумья Маринетт над прекрасным будущем со второй половинкой и рисование орхидеи. Маринетт хотела сказать ответное приветствие, но как только она подняла голову от блокнота и встретилась взглядом с младшим Агрестом все слова французского языка забылись. — Рипет! Терпит! То есть привет! — Маринетт сама понимала что несёт ересь и спрятала щеки в ладонях тихонько насмехаясь над своей фразой если это так можно назвать. — Я вчера нашёл под партой. Не твой случайно? Я просто подумал ты вроде любишь рисовать, Маринетт. — немного заикаясь и глупо улыбаясь, Адриан протянул Маринетт её рисунок срисованный с фотографии. Маринетт просто не могла спокойно смотреть в зелёные глаза Адриана, так как чем дольше она смотрела, тем краснее становились её щёки и шире глаза. — Да, я люблю… — протягивает Маринетт, но понимая что только что чуть не ляпнула она в панике схватила рисунок, который Адриан держал за уголок. От волнения он сжимал его настолько сильно, что когда девушка выхватила рисунок - этот несчастный многострадальный портрет - кусочек бумаги остался в руках у Адриана. — Рисовать! — Маринетт крикнула последнее слово так сильно что Адриан подпрыгивает на месте. — Я очень люблю рисовать — добавила Маринетт. Естественно это правда. Во-первых потому что Маринетт человек рассеянный и всё теряет, оставляет и забывает. Во-вторых она нарисовала этот рисунок. Учиться рисовать людей как ей показалось будет удобней на себе, ведь таким способом она не сможет никого обидеть своими кривыми почеркульками****. Хотя одну особу поставить на место таким образом всё же не мешало бы... В-третьих ей действительно нравится рисовать и в-четвёртых — врать она не умеет. — Спасибо! Садясь, на своё место Агрест уже не мог думать не о чём другом кроме как об улыбке этой действительно волшебной девушки.

***

— Маринетт! Адриан не знал о чём думал, а нет не так, он вообще не думал. Вместо того чтобы слушаться своего разума он следовал исключительно только повелениям юного сердца.