Baby Heaven's in your Eyes

      Когда Луи вернулся домой, он отправил Барбаре фото с вещами, которые он купил, разложенными на кровати, а она одобрила, спросив его, может ли она придти к нему домой сразу после школы. Луи спросил у матери, сказав, что они останутся на ночь у Элеанор, и Барбара придет, потому что её водитель подхватил простуду. Его мать согласилась и сказала, что оставит им деньги, на случай если они решат пойти куда-нибудь поесть. — Я сказал ей, что мы идем к Элеанор вместе, потому что твой водитель заболел, — сказал Луи Барбаре на следующий день, когда они подходили к двери. — Заболел? — засмеялась она. — Ты не мог придумать что-то получше?       Луи закатил глаза и открыл двойную дверь, объявляя всем, кто был дома, что они пришли, и не голодны.       Они вошли в его комнату, и Барбара завалилась на кровать, даже не снимая верхнюю одежду. Обычно, Луи прокомментировал бы такое поведение, но он был слишком взволнован по поводу вечеринки, на которую он идет сегодня ночью.       Он чуть было не передумал в последний момент, но он обещал Барбаре, и, если бы он не пришел, Гарри точно подумал бы, что это из-за него, а Луи ни за что бы не доставил ему такого удовольствия.       Телефон Барбары зазвонил в ее сумке, и она встала с кровати, чтобы ответить. — Зейн написал мне, сказать, что нам не нужно приносить выпивку. Они об этом позаботились. — У них есть на это деньги? — Ты даже представить себе не можешь, — сказала она, сев на стул у письменного стала, пока Луи смотрел на себя в зеркало и развязывал галстук. — Они не бедные, на самом деле. Они просто не тратят деньги на ненужные вещи, как мы. Они тратят их на кое-что другое. — Наркотики и алкоголь. — Именно, — улыбнулась она. — На мой взгляд, они тратят деньги намного лучше нас.       Луи не стал возражать, поскольку ему было плевать. Он знал, что всегда прав, так что смысла начинать спор не было. — А Зейн гей? — Да. Почему спрашиваешь? Интересно? — спросила она, улыбнувшись, а Луи покраснел. — Нет! Я бы никогда! Это… Нет.       Ему нравилось то, что Барбара была спокойной и простой — ей было плевать, чем кто-то занимается: главное, чтобы этот кто-то был счастлив. Даже при том, что она спала с кем-то среднего класса до свадьбы, она была довольно милой. И она нравилась Луи. — Так, когда ты начала спать с Найлом? — спросил он, раздеваясь до боксеров от Calvin Klein. Она даже глазом не моргнула, хотя он стоял перед ней практически голышом. — Мы познакомились прошлым летом, но мы встречаемся, так что у нас все серьезно. Мы вместе уже год. — Вау. Я не… Я не знал. — Чтобы ты знал, я его люблю. — Он вроде как… Милый. Я его не знаю. — Ты познакомишься с ним сегодня. Мы похожи. — Ну, если он похож на тебя, то он скорее всего мне понравится.       Улыбнувшись, она вернулась к своему телефону. Луи никогда особо никому не писал, кроме Элеанор, Лиама и Барбары. И его родителям, время от времени, когда ему что-то нужно было и наоборот.       Говоря о сообщениях, его телефон, лежащий на столе, зазвонил, и Барбара посмотрела на него, сообщив, что это Лиам. — Привет? — Привет. Какие планы сегодня? — Эм…       Может ли он доверить это Лиаму? Расскажет ли он Элеанор? Она бы точно рассказала его родителям. Он решает довериться Лиаму, потому что он — его единственный хороший друг. — Вообще-то, мы идем на вечеринку. — Кто это «мы»? — Мы с Барбарой. — Могу я пойти с вами? — Если хочешь. Но не говори Элеанор. — Я и не планировал. Моих родителей нет дома, так что они точно не будут против. Куда приходить? — Дом Найла. Эм, парня Барбары. — Оу. Где он? — Я напишу тебе адрес. Надень что-нибудь обычное. — Окей. — Увидимся в восемь. Пока. — Пока. — Ничего, что я его пригласил? — спросил Луи, положив трубку. — Нет. Он мне нравится, он классный.       Она написала Лиаму адрес, после чего они по очереди сходили в душ и переоделись.       Луи был одет в то, что купил вчера, и джинсы облегали его задницу так, что она выглядела еще больше, чем обычно. Он ненавидел это, но других вариантов у него не было.       На Барбаре был белый топ, кожаная куртка и джинсы. Они оба надели конверсы, Луи — белые, а Барбара — черные.       За тридцать минут до вечеринки они все еще стояли у огромного зеркала в комнате Луи, поправляя свои волосы. Если подумать, Луи не нужно было производить на кого-то впечатление, поскольку Элеанор там не будет. Но, ему все равно казалось, что он должен выглядеть хорошо: лучше всех.       Он так же чувствовал себя виноватым из-за того, что он не чувствовал себя виноватым по поводу того, что они не сказали ничего Элеанор. Это чувство прошло быстро. — Мы опоздаем! — сказал он, посмотрев на свои часы. — Успокойся, все в любом случае обычно приходят на тридцать минут позже. — Но зачем тогда говорить восемь, если все придут в восемь тридцать? — Это называется модное опоздание*. Ты должен был слышать об этом когда-нибудь.       Они оба взяли сумки с вещами, в которые можно было бы переодеться, и Луи подумал, что они пойдут к Барбаре домой на ночь. Но потом вспомнил, что Барбара сказала родителям, что останется у Элеанор на ночь. Но Элеанор ничего об этом не знала. Может, они могут пойти к Лиаму, раз его родителей нет дома. — Где мы будем спать? — спросил Луи, засовывая триста фунтов, которые его мать ему оставила, в свой и без того переполненный кошелек. — У Найла, — ответила она, и Луи запаниковал. — Серьезно? — Да, а где еще? — У него хоть есть для меня комната? — Все останутся на ночь, Луи, — улыбнулась она. — Но… У него небольшой дом. — Ты найдешь себе место.

~

— Что ты делаешь? — спросил он, когда Барбара остановилась у автобусной остановки. — Мы поедем на автобусе. Его дом через три остановки. — Автобус? Типа как, общественный транспорт? — Да, — засмеялась она. — Но, я не могу… Я забыл мое дезинфицирующее средство. О Господи, я не готов… — Ты будешь в порядке. — Я точно не буду садиться, одному Богу известно, что за бактерии имеются в этом транспорте. — Я уже ездила на автобусе где-то три раза, это не настолько страшно.       Она купила им обоим по билету и вошла в первый подъехавший автобус. Луи держался за свою сумку всю дорогу, проверяя, не касается ли он чего-то или кого-то. Ему казалось, что у него вот-вот будет нервный срыв, когда автобус резко свернул, и он врезался в потного мужчину, стоящего рядом. — Никогда в жизни, — вздохнул он, когда они вышли.       Барбара засмеялась, и они повернули налево и пошли по длинной улице, после чего повернули направо. Становилось темно, и вдалеке Луи услышал музыку «для вечеринок» (прям как в тех фильмах), исходящую из дома в конце улицы, и он предположил, что это и был дом Найла.       Он был маленький, по крайней мере, по сравнению с домом Луи. Барбара была права, поскольку он увидел несколько только что прибывших человек, несущих выпивку. — Я думал, нам не нужно было ничего приносить. — Нам и не нужно было, они просто принесли, чтобы было больше. — Я полагаю, никто тут не пьет шампанское, — сказал он, кивая в сторону шести пачек пива и длинных бутылок текилы.       Они встретились с Лиамом прямо у двери. Он был одет в темно-синюю футболку, похожую на ту, что была на Луи, черные джинсы и конверсы. — Неа, — засмеялась она, открывая дверь. Музыка сразу стала громче, а запах алкоголя четче.

~

      Гарри пришел на вечеринку Найла в восемь пятнадцать. Это была их традиция, они приходили на вечеринку раньше, чтобы выпить по две рюмки водки и оценить каждого, кто входил, чтобы выбрать с кем бы перепихнуться. Если не было никого симпатичного, Зейн находил Гарри или наоборот, и они веселились вместе.       Если быть честным, ему было интересно как все пройдет сегодня, поскольку Луи придет на вечеринку, и Гарри нравилось наблюдать за тем, насколько он был растерян и неопытен. Это его заводило, но как только этот мальчик начинал говорить, член Гарри моментально опускался. Луи был надменен и самодоволен, и Гарри ненавидел это всей душой. Однако, ему все равно нравилось дразнить его и видеть, как ему становится неудобно, как он ежится.       Через двадцать минут, дом начал заполняться людьми, а Гарри оказался зажат между Найлом и Зейном, стоя у стены гостиной, с идеальным видом на входную дверь.       Он перекинулся взглядом с девушкой в облегающей мини-юбке и еще более облегающем топе, на каблуках и с большой грудью. Она подмигнула ему, и он ухмыльнулся, кивая головой. Он определенно подойдет к ней попозже. — Увидел кого-то интересного, Гарри? — подколол его Зейн, и Гарри пожал бы плечами и сказал ему отвалить, если бы он не был слишком занят тем, что Барбара, Луи и еще какой-то чувак, который, вероятно, был его другом (Гарри видел его на вечеринке Барбары неделю назад), вошли в дом.       Он ухмыльнулся самому себе, увидев, что девушки Луи среди их маленькой компании нет.       Барбара наклонилась, чтобы поцеловать Найла, а Луи и Лиам неловко стояли рядом. — Мы принесли сменную одежду, мы поднимемся в твою комнату и бросим их там, хорошо?       Найл кивнул, а Гарри прикусил губу, следя за Луи, который развернулся и пошел за ней с его другом, который выглядел таким же невинным, но более тихим, чем сам Луи.       Его красные узкие джинсы непристойно облегали его задницу, она буквально умоляла, чтобы в нее кто-нибудь вцепился. Гарри ухмыльнулся, представляя, как он трахает Луи у стены, слыша стоны, выходящие из его маленького, милого рта. — Увидел кого-то интересного? — спросил он Зейна, который тоже смотрел на то, как компания поднималась по ступенькам. — Ага. Я отсосу этому парню в черных джинсах сегодня, — ответил Зейн, говоря о друге Луи. — А ты?       Гарри смотрел на Луи, пока тот поднимался наверх. Он смотрел на его большие бедра, в которые он бы с удовольствием вцепился и его животик, на который он хотел бы кончить. — Определенно, — ответил он, и они оба выпили по еще одной рюмке.