Гордые

— Принцесса беременна. Срок еще маленький, всего два месяца, но пока все проходит хорошо, угрозы выкидыша нет. У принцессы есть все шансы выносить и родить здорового наследника, — сообщила повитуха, собирая инструменты и искоса кидая странные взгляды на шокированную Фарью. — Нет… — Фарья поднялась с кровати. — От ребенка нужно избавиться. — Это опасно, принцесса. Вы можете и не родить больше, — предостерегла повитуха. Фарья поджала губы и стиснула руки в кулаки. — Я останусь жива? — Не знаю, Принцесса, — замотала головой женщина. — Я сделаю все, что в моих силах, но женщина выживает после аборта только в одном случаях из четырех, и только в одном случае из пяти она способна потом вновь зачать и выносить ребенка. Я лично сделаю все возможное, но… — Можешь идти, — повинуясь приказу, повитуха выскальзнула прочь, а Фарья повернулась к Нуну. — Нуну, я не знаю, что делать. Я абсолютно не знаю, что делать! — кричит Принцесса, стискивая руками подол сиреневого платья. — Ты представляешь, что будет, если Мурад узнает?! Ребенок — достаточный повод для войны, — Фарья с силой толкает стол, и тот падает на пол вместе со всем, что на нем стояло. — Мне не нужен этот ребенок, Нуну, он мне абсолютно не нужен, но если я убью его… Я не могу убить его! — Фарья обессиленно опустилась в кресло, закрывая лицо руками, из-за чего ее голос звучал глухо. — Но нужно. Я никогда не вернусь к тому, кто меня предал! — Принцесса… — Никогда, Нуну, ты слышишь? Никогда. Я убью этого ребенка! Наш род не прервется. Даже если я и не смогу больше родить, то моя мать сможет. И в крайнем случае есть Георг. Он продолжит род Бетленов. — Принцесса… — Нуну наклонилась близко к Фарье. Та оторвала руки от лица и подняла на гувернантку полный слез взгляд. — Что, Нуну? Что? Больше нет вариантов! Нет! — Принцесса, а что если вам выйти замуж? Выдадите ребенка султана за ребенка вашего мужа и никаких проблем. — Никаких проблем? Всего-то нужно найти человека, которому я буду способна ежедневно лгать в лицо, — Фарья опустила взгляд. — Я на такое не способна. ****** — Как все прошло? — харизматичный мужчина лет сорока поднялся со стула, увидев вошедшую к нему в покои Мари. — Принцесса отказала мне, — девушка подошла к окну, избегая встречаться взглядом со своим возлюбленным. — И что нам делать? — Мари, — Раккочи подошел к девушке и прикоснулся губами к тыльной стороне ее ладони. Фрейлина зарделась, она испуганно и удивленно смотрела на влюбленного в нее мужчину из-под длинных рыжих ресниц и любовалась им. Ей казалось, что-то, что она ощущает в этот момент, и есть высшее счастье, высшая любовь и высшая награда. — Я что-нибудь придумаю. Я сделаю все ради того, чтобы однажды назвать тебя своей женой. «И я» — мысленно добавила рыжеволосая девушка, целуя своего возлюбленного в губы. Тот отвечает ей, удивленный и пораженный ее неожиданной инициативой, и нежно, будто боясь раздавить, скользит руками по ее тонкой веснусчатой коже. Она млеет под его прикосновении, и, ведомая желанием доставить ему такое же удовольствие, что и он ей, расстегивает пуговицы его одежд и гладит пальцами его стальной торс. Она проводит ладонями по каждому кубику пресса. — Нам пора остановиться… Тебе не кажется? — спрашивает он. — Пора. К сожалению, — Мари усмехается уголками губ и отходит на шаг назад, наблюдая, как мужчина приводит себя в порядок. — Пообещайте мне, что мы будем вместе. — Обещаю, — кивает Раккочи. Мари улыбается, обнажая слишком большие передние зубы. ****** Светловолосый мальчик лет двенадцати бегал по коридорам замка, заглядывая во все углы, трогая старые гобелены, трогать которые было нельзя, и громко что-то крича. За ним степенно шла худая женщина в белом платье, отделанном жемчугом. Женщина крикнула ребенку: — Георг, успокойся! Мы находимся во Дворце нашей Королевы, так что веди себя достойно! — прикрикнула она на сына, когда тот, расшалившись, попытался сдернуть один из гобеленов со стены. — Ну мама! Я могу делать все, что захочу! — выкрикнул юный бастард, оборачиваясь к матери. — И с чего это вдруг? — поинтересовалась Луиза Этлан, удивленно наклоняя голову. — Потому что я скоро стану королем! — Луиза окаменела, услышав это, и тут же дала сыну пощечину. — Кто?! Кто?! Кто это сказал?! — кричала она на сына, после каждого слова награждая беззащитного ребенка пощечинами. — Кто!!! Кто? — Мама… — рыдал ребенок. — Что здесь происходит? — спросила вышедшая из-за поворота Королева Катрин.