Игры подсознания

      Эта психованная решила нас всех угробить!!! Она хранила на борту каравеллы запас взрывчатки, которого бы хватило, чтобы взорвать к чертям целый пентагон. И нет, я не преувеличиваю. Теперь же Фенекс решила спустить всё на подрыв кораблей и морального духа соперников. Особого вреда бомбочки людям не причинят, но в кораблях дырки оставят. Главное, что б женщина случайно не попала в оружейный отсек, иначе плохо будет всем, в том числе и нам. Я и Мурмур нужны на корабле только затем, чтобы мы смогли доплыть и выйти в открытое море. Конечно, можно было бы просто остановиться посреди потока, но в этом случае нашу шхуну просто бы таранили.       Вы не думайте, что мы одни тут плохие. Все-таки здесь собрались сливки пиратского общества Вест-Блю. Все они грешат чем-нибудь. Одни сейчас палят из пушек в соседние корабли; другие идут на абордаж, и им уже плевать на главный приз; третьи просто убивают людей. Но всё это нравится народу, облепившему пристать так, словно мухи, слетевшиеся на дерьмо. Им совсем не важно, что орудия редко, но все-таки прилетают в какую-нибудь постройку на берегу или что здесь подыхают такие же люди. Зрителей волнует лишь эффектность зрелища. Ну и хлеб, естественно, который широкой рукой раздаривало сегодня правительство Шалтауна. Такие крупные "праздники" здесь устраиваются один-два раза в год, и народ никак не может дождаться следующего, чтобы утолить свою жажду крови.       Где-то рядом раздался настолько мощный взрыв, что меня оглушило и словно тряпичную куклу отшвырнуло на несколько метров. Мурка отлетела от штурвала, из-за чего шхуну заметно качнуло.       – Фенекс, мать твою, ты что творишь?! – заорала я, одновременно пытаясь подняться, опираясь о фок-мачту.       – Да не я это! – гаркнула мне в ответ женщина. Ее контузило немного: из уха тонкой струйкой вытекала кровь.       – Вот мы и встретились. Ну что, детка, готова? – с плывущего рядом судна раздался самодовольный голос недавнего знакомца. Прибью ублюдка.       – Стреляйте давайте, а не разглагольствования разводите, опарышев куски, – заорал неадеватный бородатый мужик с фоветты. Эх, не повезло Барби с капитаном. Дай ему Морской Дьявол и дальше таких начальников.       Барби принципиально перевернул пушку в противоположную нам сторону и выпустил ядро в сторону соседнего сайка. Зато какой-то кретин из той же команды решил угробить нас. Причем целился он именно в мою сторону, и я не утрирую ситуацию. Моя бесценная тушка меня не особо волнует – мои накама меня и из Геенны Огненной вытащат, но прямо за мной находится чертова фок-мачта. Если она упадет, то судну трындец. А если учитывать то, что ядра еще и взрываются, то перспективы складываются отнюдь не радужные.       В нормальном психическом состоянии я бы ни за что не решилась осуществить пришедшую мне в голову идею, но за время пребывания в этом неадекватном мире оно заметно пошатнулось. Если у меня ничего не получится, то я хочу, что бы мой труп, точнее его остатки, кремировали. Хоть после смерти я буду горяча. К тому же меня передергивает, когда я вспоминаю о морском обычае хоронить трупы со всеми почестями, бросая их в море. Сама этим недавече занималась. Вот доплывет мой трупак до какой-нибудь рыбацкой сети, достанут его распухшего и синего. Мне на том свете аж стыдно станет. Я и в жизни стремная, а после смерти будет вообще туши фонарь.       Итак, я знаю, куда примерно прилетит ядро, благодаря хорошо работающему внутреннему геодезисту. Я, возможно, смогу отбить ядро. Это как играть в "горячую картошку", только она слишком уж горячая и вместо мяча раскаленный снаряд, готовый разорваться в любой момент на сотни горящих осколков. Я подохну. Самовнушение у меня всегда было на высоте.       Я готова к самому худшему развитию событий. Во все глаза смотрю на загоревшийся фитиль, надеясь загипнотизировать его. Но гипнотизер из меня слишком уж фиговый, мне бы в своих мыслях сначала разобраться, а не к неодушевленным предметам приставать. Грохот выстрела, жерло пушки на миг раскалилось до красна и так же быстро остыло, и на меня несется крутящийся огненный шар.       Встаю в наиболее устойчивую позу. Нужно всего лишь представить, что это резиновый мячик. Черный шар становится все больше, с невероятной скоростью приближаясь ко мне. Вдруг шхуна резко вильнула, и мачта ушла из-под удара, а вот я уже не успею.       Чувствую толчок в бок и стремительно падаю. Рядом со мной падает Фенекс, прикрывая меня своим телом и одновременно приказывающая сгруппироваться. Прямо над нами вхолостую пролетает ядро.       – Идиотка, твоя жизнь того не стоит, – ругалась на меня посреди боя Фенекс. – Учись доверять своим накама!       И вправду. Мурмур же за штурвалом. Значит, она взяла на себя ответственность за это место, и она не покинет его, пока…       – Меняем корабль! – раздался панический визг Мурки.       В мгновение девушка срывалась со своего места за штурвалом, спустя всего секунду на который упал такелаж, и перелетела через борт на тот самый сайк, где пару минут назад снесли к ебеням кормовую надстройку. Я что-то говорила про ответственность? Забудьте.       И в тот же миг еще одно ядро врезалось в брамсель-мачту у штурвала. Послышался противный треск дерева и визг заклепок, вылетающих из-за резко поднявшейся температуры из железной установки, поддерживающей деревянный столб. Пока я смотрела на падающую горящую мачту, от которой медленно загорался борт, пеплом осыпалась палуба, алым вспыхнули черные паруса. Я тоже такие хочу на каравеллу, только не пылающие.       Я хотела была сбежать за малинововолосой, но крик с судна спереди пресек на корню мой порыв, заставив вцепиться в оставшийся обломок мачты и обвить его руками и ногами. Почему никто мне не говорил, что здесь будет чертов ВОДОПАД??? Причем мы несемся к нему на полной скорости. Видимо, сегодня не мой день, и я все-таки сдохну. Почему в этом мире так много ситуаций, в которых жизнь – это минимальная ставка?       Шум воды все ближе. Я зажмурила глаза так, что они стали болеть. Вот слышится оглушительный грохот падающей воды. Я ощутила поднимающиеся клубы горячего пара и поняла, что это конец. Желудок подпрыгнул к горлу, как при резком спуске на американских горках, когда шхуна полетела вниз. Но спустя миг она также резко вернулась в обратное положение, а все не спешила открывать глаза, все еще не веря, что все обошлось.       – Это же невозможно, просто невозможно! Реней!       Спустя еще минуту тишины и спокойствия я наконец решилась посмотреть на то, что так удивило Фенекс, и сама тотчас обомлела. Я, словно выброшенная на сушу рыба, открывала и закрывала рот в бессмысленных попытках подобрать слова. Это же просто магия какая-то.       – Что вообще происходит? – еле слышным шепотом спросила я, боясь лишним звуком нарушить окружающую утопию.       – Я не могу поверить в это, но нас подхватил невероятно сильный воздушный поток, но и не только нас. О Боги! – изумленно воскликнула женщина.       Вокруг парили еще около двух десятков кораблей с обнаженным килями, на которых росли мириады кораллов и полипов, где жили морские звезды, мелкие рыбешки, актинии, раки и гидры. Паруса чуть ли не срывались от вихрей, подхватывающих абсолютно все, падающее с водопада. Природа сама создают подобные чуда: и переворачивающиеся острова, и похожие на целую гору деревья, и такие невероятной силы потоки. В воздушных течениях одновременно купались и птицы, мчащиеся навстречу водной глади, и рыбы, не боявшиеся задохнуться. Это воздушное течение спасло нас всех. Если бы не оно, то вариться участникам в настоящем кипятке.       С тридцатиметровой высоты открывается бесподобный вид на подводные гейзеры. Именно они подогревают эту часть реки. Рыба здесь жить не может, если не имеет каких-нибудь специальных наростов вместо чешуи, но в этом случае ей не смогли бы питаться птицы. Вот матушка-природа и выкручивается как может.       Судна на всей скорости врезались в поверхность открытого моря, осыпая тучей брызг окружающее пространство. Нужно приготовиться к той же участи и переставить паруса.       Шхуна ударилась о водную гладь открытого моря, из-за чего я грохнулась. Опять. Не человек, а тридцать три несчастья, ей Богу. Ну хоть одна радость за сегодняшний день: мы добрались до финишной прямой, которую проходить мы конечно не будем.       – Сейчас начинается настоящая гонка, – вздохнула Фенекс.       – Но нам уже нет смысла участвовать в ней.       Хотя стоп! Может мы и прошли остров, но я забыла кое-что, точнее кое-кого. Мурмур. Вот надо было ей так не вовремя соскочить! И что теперь делать? И тут Фенекс, словно читая мои мысли, решила поделиться идеей:       – Я видела, как корабль, на который спрыгнула Мурмур, вышел в море, – я даже не знаю радоваться этому или начинать ныть. – Если она не будет сильно возникать, то, возможно, мы заберем её живой.       – А если будет? Что-то я сомневаюсь, что она будет сидеть тихо. Это же Мурка.       – То смертью никто не отделается, – о да, я это вижу по взгляду женщины.       А чтобы покалеченных было меньше, нужно быстрее спасать малиновое чудо. Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим. Хорошо хоть паруса, благодаря водяной бане, потушились, не успев превратиться в паленые тряпки.       – Ну чего мы тогда торчим здесь? Сбросить весь такелаж и вперед к финишу на полной скорости?       – Действительно, – снисходительно улыбнулась беловолосая. Раздражает, когда она так делает.

***

      Впереди подозрительная туманная завеса, но компас свято утверждает, что плыть надо именно туда. А кто я такая, чтобы спорить с правильностью расположения магнитных полюсов. Прочие корабли мы давно уже потеряли из вида, ибо из-за частично сгоревших парусов, шхуна сильно потеряла в скорости. Приходилось постоянно менять положение парусов из одного в другое. Конечно, их названия я учить не собираюсь, сами со временем запомнятся, но указания типа "Отсоедини эту фиговину и прихреначь вон ту" я понимаю. Я так по физике лабораторные делала.       Теперь же моя правая рука из-за всех этих лазаний туда-сюда превратилась в один сплошной мозоль с десятками кровоточащих ранок, которые не планировали заживать, несмотря на силу моего Фрукта. А вот с левой рукой такой гадости не было: как была металлом, так и осталась. Только вот натягивать канаты с ней неудобно, никак не подхватить, но потом я наловчилась накручивать пеньку на ладонь.       Наконец, когда шхуна вплыла внутрь завесы, я смогла вздохнуть спокойно. Но именно в моменты отдыха в моей буйной головушке что-то щелкает.       – Лошадка-а-а-а! – крикнула я в туман.       Я ждала ответа, но его так и не последовало. Что и ожидалось. Было бы странно, если бы некий псих откликнулся протяжным "Ёжи-и-и-ик". Даже в моем мире не каждый знал суть этого советского мультфильма, так что про местных и говорить нечего. Фенекс посмотрела на меня как на сумасшедшую, но решила дальше молча контролировать курс судна.       Эта идиллия не могла продолжаться долго. И вот появились первые проблемы.       – Черт, что за ерунда с компасом твориться?       – Что там? – я сунула свой нос под руку Фенекс.       – Стрелка компаса крутится как безбашенная, – скривила физиономию женщина. – Не понимаю, почему это происходит.       – Да чего ты грузишь себя? – вечно она создает проблему из ничего. – Просто будем дальше плыть по ветру. Он своего направления на протяжение нескольких часов не меняет направления, с самого отбытия из Шалтауна, считай.       – В любом другом случае это было бы идиотизмом, потому что доверять на море ветру – это самое последнее дело, чтоб ты знала. Но другого выбора я не вижу, – и меня пнули на ванты: следить за направлением ветра.       Ох, чувствую себя песчинкой, попавшей в большую порцию сахарной ваты. Наркотический этот туман какой-то. А может это огромная гусеница из "Алисы в стране чудес" курит свой кальян. Ла-ла-ла-ла-ла, я сошла с ума. Какая досада!       – Реней, с туманом что-то не так, – предупредила меня Фенекс. Но я это и так поняла, уважаемая кэп очевидность. И не только галюны тому причина. Меня уже задолбало, что меня постоянно бьёт слабыми разрядами тока.       Я вижу свет в конце тоннеля! Вернее, это туманная завеса наконец-таки начала рассеиваться. Главное, что б мы обратно не выплыли. И так время потеряли, пока блуждали.       Фух, мы выбрались к тому самому острову. Это же настоящий тропический рай, покрытый пальмами, с шикарным песчаным берегом. К которому пристали ровно – я быстренько сосчитала – семнадцать кораблей. И что среди них делает наша Хико? По идее, все должны были давно смыться и праздновать окончание гонки, но нет. И вообще какая-то тухлая обстановка на острове. Никто не орет, не дерется и каравеллу нашу не дырявят. А это странно хотя бы потому, что мы нагнули всех остальных сжульничав. Почему участники так спокойно реагируют на то, что у них прямо из-под носа увели Дьявольский Фрукт? Ладно, если бы среди них пиратов не было, так нет же. Они составляют процентов восемьдесят от всех участвующих. Почему все тихонько сидят на бережку? Вон все вместе костерок развели, песни поют да запасы алкоголя опустошают.       Вот нашу шхуну, вынырнувшую из туманной полосы, заметил парнишка с крючковатым носом и сообщил о прибытии отдыхающим на пикнике. Весь консилиум, насчитывающий по меньшей мере двести человек, начал усиленно кричать и размахивать руками. Естественно поднялся гвалт, из которого нельзя было ничего разобрать. Спустя пару минут бесполезных криков кто-то умный догадался заткнуть всех остальных. Ладно, с "умным" я поняла, что погорячилась, когда разглядела, кто утихомирил эту кашу-малашу. Эй, Барби, почему ты не искупался по пути в кипятке?       Мне вот интересно, что случилось настолько выходящего за рамки обыденности, что соперники согласились работать заодно? Все они показывали руками крест и скандировали под счет громкое "Стоп". Мы с Фенекс переглянулись и рванули тормозить шхуну всеми возможными способами. Женщина помчалась бросать якорь, а я за штурвал: пытаться развернуть корабль. Но мы все равно не успели. Почувствовался толчок, и шхуна села на мель. Блять!       С берега послышался разочарованный гул и пятиэтажные маты с преобладанием морской тематики. Надо было начинать действовать еще до того, как мы высунули нос из полосы тумана. Кто ж знал, что две бабы на целый корабль это слишком мало? Хотя насколько я вижу, даже матерые накаченные мужики тихонько копаются в песочке и не особо возникают, поскольку вляпались в ту же самую ловушку природы.       – Кого я вижу! – сразу же начал зубоскалить Барби, когда я с крепко задумавшейся Фенекс потихоньку добрались на лодке до компании, сидящей почти у самой кромки пальмового леса.       – Что тут происходит? – первым делом задала я вопрос, надеясь получить конкретный ответ, но отовсюду послышались только смешки да улюлюканье.       – Кто вообще бабу на корабль пустил? – начал кто-то.       – Ага. К тому же разрешил им управлять, – поддакнули первому.       – От них же пользы никакой. Только мозг могут выносить своим трепом, – поделился "очень объективной" информацией третий.       – Ну вообще-то польза от них есть. Особенно, если баба красивая, – и все зашлись безудержным ржачем.       Им сложно нормально ответить? Сразу начинают на пол переходить. Может я не обладаю даром красноречия, но если психану, то меня ни один из этой до хера умной компании не заткнет. Только я набрала побольше воздуха, чтобы разразиться гневной тирадой о сексистах, я увидела выбирающийся из зарослей отряд из семи человек, имеющий в наличии двух моих накама. Слава святому Кракену, что с Элом и Астаротом все в порядке. Осталось еще Мурчеллу найти, по возможности живой, а то сайк здесь, а девушки нет.       – Рен-чан, Фенекс, как вы? – поинтересовался Эл, отцепляя на ходу от себя набухших от крови пиявок. Только вот откуда они на суше? – Где вы половинчатую просрали?       – Если ты про Мурку, то она где-то здесь.       – Ох точно! – отошла от своих дум Фенекс. – Кто из вас с сайка?       – Ну я. И че с того? – что-то мужик у себя в голове прикинул, и пьяный голос сменился на интимный. – Если тебе так неймется, мы может пройти туда вместе с тобой и…– но предложению не суждено было быть дослушанным, ведь к горлу был приставлен меч Астарота.       – Еще слово, и ты труп, – от дредового повеяло убийственной аурой, но борзого мужика это не остановило. Он уже хотел было открыть свою хлеборезку, чтобы вякнуть лишнего, но полноватый парень гангстерского вида его остановил, чем спас жизнь придурку.       – Заткнись. Ты не видишь какой противник тебе по зубам, а какой нет? Мы все сейчас в одной лодке. Лучше сразу рассказать всё, как есть. Не недооценивай этих женщин. Может у них не такая пустая голова и язык без костей, как у тебя, – а мне нравится этот малый. Не в плане внешности: крючковатый нос меня не особо прельстил. Просто у парнишки есть мозг в отличие от большинства присутствующих. Вот подрастет, и может быть, стратегом станет, если не свяжется с какой-нибудь подозрительной компанией, которая будет отнимать его разум и нервные клетки.       – Я Реней, – представилась я. – А ты?       – Капоне Бэг, – реально гангстер. – Я расскажу всё, что знаю сам, но сначала я хочу услышать отчет о том, что нашли в джунглях.       – Да ничего там нет! – отмахнулся Эл. – Только насекомые размером со льва да змеи с жабами. Ни птиц, ни животных не видать.       – Неправда! Там такое! Такое! – шокировано начал рассказывать один из отряда. – Там сердце острова! Это видеть надо! – многие заинтересовано прислушались.       – Ага. Только чтобы до него добраться, надо перебить уйму тварей, которые пытаются тебя сожрать, – настроение толпы сразу упало.       – Ну-ну, преувеличиваешь небось, парень.       – Он преуменьшает, – поделился участник экспедиции.       – Я хочу увидеть его, – чуть ли ни потребовал Бэг. – Возможно, новая информация прояснит ситуацию. Кто-нибудь еще собирается прогуляться?       – Я! – я, как школьница, подняла руку.       – Вам понадобится человек, уже ходивший туда, – я благодарно кивнула Астроту.       – Я хочу посмотреть на это "сердце", – геология для Фенекс это очень дорогой момент в жизни. Понятное дело, что она тоже туда собралась.       – Мне интересно было бы увидеть, что там насто-о-олько захватывающего, – ну только не Барби. Ну зачем ему это?!       – Я пойду, – крикнул некий мужик. Слишком уж много их тут.       – И я.       И такими темпами набралось порядка пятнадцати человек, остальные либо были слишком пьяны, либо зассали. В любом случае это их неотъемлемое право.       – Аккуратнее, – шепнул мне на ухо Эл, когда мы уже собрались уходить. – Не подходи к этому "сердцу", усекла?       – Хорошо, – я немного удивилась такой просьбе, но согласилась. – А ты что собираешься делать?       – Пойду половинчатую найду, – и ушел, виляя бедрами. Вот изнасилуют его однажды в темном переулке – будет знать. О чем я только думаю…       Только отряд ступил за пределы берега, в миг стало темно. Свет еле проходил сквозь могучие листья пальм. Было очень душно и одновременно влажно. Я шлепала по грязи, смешанной с песком и солью в своих новеньких кроссовках. У меня ощущение, что тут прошел ливень буквально пару часов назад, но ничего такого здесь и в помине не было. А еще весь лес шевелится от обилия ползающих тварей. Спасибо предыдущей группе за относительную очистку тропинки и, в частности, Астароту, который делал это и сейчас. Они с Фенекс шли где-то впереди, кинув меня, и тихонько переговаривались.       Вдруг я почувствовала, что по спине ползет какая-то гадина. Хотела я завизжать, но потом вспомнила, с кем я иду, и решила заткнуться: загнобят же потом. Будут каркать своё постоянное "Баба на корабле". Полезла я снимать эту гадость, но вместо нее нащупала руку. Я ее сейчас сломаю и убью ее владельца или Эла попрошу ручку кое-кому посеребрить, и будет Серебряная Длань версия 2.0. улучшенная мужская. Но для начала нужно наорать.       – Ну чего ты ко мне прикопался?! – я резко развернулась и тут же врезалась в грудь Барби. Чего он такой высокий? За два двадцать ростом, наверное.       – Хоть бы "спасибо" сказала, – и мне перед носом помахали гигантской сороконожкой. Что не так с этим лесом?       – Спасибо, и катись в закат, будь добр.       – Ты в курсе, что если бы эта сороконожка тебя укусила, то твой труп бы уже валялся под ближайшими кустами с пеной у рта? – блондин опустил свою голову на уровень моей.       – И откуда такие познания? – мне уже начинать ждать свою смерть от отравления?       – Я как кок должен это знать, – мои глаза вылезли из орбиты. Да не может этого быть! "Барби" и "готовка" не могут находиться в одном предложении.       – А мне казалось, что повара должны руки беречь, а ты вон дерешься ими, – я указала взглядом на сбитые костяшки.       – Должны, – усмехнулся блондин, – но моему капитану не было до этого никакого дела.       – Кстати, где накама твои? Все вроде кучкуются по командам, а ты особняком держишься.       – Видишь? – парень наклонился ко мне, чтобы показать затылок, где была толстая корка крови. – Каждый из мои, так называемых, "накама" попытался убить друг друга, чтобы получить Дьявольский Фрукт. Мне пробили череп, но в итоге остался только я один.       – Ты убил всех остальных? – Барби молча кивнул. Я почувствовала, как кошки на душе скребут. Хоть бы у нас такого не случилось. – Фенекс попроси помочь. Это та беловолосая женщина, с которой я прибыла, если что. Только вежливо попроси. Она моментами сердобольная, может подлечит, – блондин усмехнулся, но к сведению принял.       Барби закопался куда-то в свои мысли, и я решила смыться от него на время и найти наконец-таки Бэга, чтоб всё рассказал. Он шел где-то впереди, и мне придется его нагонять. А поскольку колонна растянулась на метров двадцать, мне придется по пути выслушивать приторные шуточки в свой адрес. Ну кто им виноват, что они не умеют в женщинах разбираться? Явно не я, но почему-то как раз я и страдаю.       Когда я пробилась сквозь отряд – черт меня дернул идти в конце – то юный гангстер уже вел захватывающий диалог с Фенекс и дредовым, периодически вставляющим реплики.       – Многие не понимают, что их ждет, – вздохнул Бэг, пожевывая сигару. – Все они захлебнутся. Этот остров уходит под воду полностью, по самые макушки пальм.       – Да, – подтвердила Фенекс. – Такое ощущение, что мы находимся внутри циклона. Здесь не бывает дождей, но почему-то почва, стволы и даже листва влажные. Можно сделать вывод, что остров раз в какое-то время погружается. Если судить по скорости спуска под воду, то, думаю, месяц отводится на опуститься, месяц на подняться.       – Когда это ты определить успела? – я беспардонно влезла в разговор.       – Я сделала пометки на песке, пока ты выслушивала пикантные истории, – не было такого! – За прошедшие полчаса земля опустилась примерно на семь сантиметров. Без приборов результат точнее я сказать не могу.       – Я так и думал, – прикрыл глаза Бэг. – Теперь то, что вы хотели узнать. Мы в ловушке. Причем это не случайность, нечаянно допущенная распорядителями. Ее четко продумали до мельчайших деталей. Как рассказал ваш накама, – парень указал сигарой на Астарота, – Фрукта здесь не было изначально. Вы подумаете: с чего я вам поверил по этому поводу? Во-первых, если бы вы нашли Фрукт, то вас бы уже здесь давно не было. Во-вторых, вы бы не стали мне трепаться, что прибыли сюда раньше, благодаря обману. Выбраться отсюда нельзя, все корабли так или иначе выплывают обратно, внутрь кольца тумана. Непонятно почему стрелки компаса начинают крутиться. Такое случается на Гранд Лайн из-за магнитных полей островов, но я никогда не слышал о существовании таких в Блю. Похоже, никто просто не вернулся, – как-то мрачно усмехнулся парень. – Я не знаю зачем, но нас сюда заманили для единственного итога: смерти.       – Хе-хе-хе, – послышался старческий смех. Я еле удержалась от сравнения с мужика с главным злодеем какого-нибудь ужастика. – Есть очень старая легенда, которая повествует, что существует некий остров, пожирающий любого на него прибывшего человека, – начал рассказывать ни с того, ни с сего старик. – Этот остров питается не просто так: он постепенно уходит под воду, то есть умирает, а людские души нужны ему для того, чтобы восстанавливать свои силы. Если ты вдруг пристал туда, уйти оттуда становиться нереально. Ты блуждаешь в проклятой завесе, которая сводит с ума, а потом призрачные щупальца вдруг парализуют твое тело. Бродит слух, что существуют и по сей день адепты, которые поддерживают жизнь острова, а взамен он спасает все близлежащие территории от штормов.       – А почему ты никому не рассказал раньше? – я подозрительно покосилась на старика.       – Я рассказывал, – усмехнулся беззубым ртом он, – но кто поверит спятившему старикашке? Молодняк считал эту историю старинной байкой, но когда она оказалась явью, эти сосунки сразу обделались от страха за собственную ничтожную жизнь.       Я хотела продолжать заваливать вопросами старика, но замерла от шока в который раз за сегодняшний день. Это ведь то самое "сердце" острова. И оно и вправду бьется. Это огромное озеро диаметром в сто с лишним метров, по центру которого расположилась полупрозрачная вязкая субстанция. Что за животина такая? Оно занимало почти девяносто процентов водного пространства. Все остальное было покрыто пожухшими пластинами листьев, хотя на берегу лежали упавшие, по виду, недавно. Вод водой я заметила еле видное шевеление и наконец поняла, от чего предостерегал меня Эл. Это же, мать её, колоссальных размеров…       Послышался надрывный крик. Это же Барбатос! Этот придурок бился в конвульсиях, держа одну руку в воде. Волосы парня встали дыбом. Невооруженным глазом стало видно, как начало дымиться тело. Какого хера ты, идиота кусок, полез к гигантской медузе?! Ты ж кок!       Среагировать я среагировала, попыталась вытащить Барби, но в меня выпустило такой заряд тока, что я отлетела, ударившись при этом спиной о пальму. Почему я не помню, когда надо, про правила безопасности при работе с электричеством? Человеческое тело очень хороший проводник из-за воды, в обильном количестве содержащейся в нем.       Еще какой-то парнишка попытался помочь Барби, но получил точно такой же результат. А блондин уже был на грани. Через него же сейчас проходит несколько миллионов вольт. Этот донжуан хренов спас мне жизнь. За мной должок.       Мой мозг лихорадочно соображал, как можно поступить в такой ситуации. Птицы же спокойно сидят на электропроводах. У них на ногах есть костяные наросты или что-то вроде этого. Нужно сделать такие же себе на руку. Я принялась гипнотизировать кисть, ведь кроме меня Бабри никто не вытащит из воды. Просто не смогут.       Давай же, давай. Действуй, блять!!! И рука на самом деле начала обрастать, но только хитином, а не костью. Это лучше, чем ничего. У меня ничего не получалось на тренировках на Хико, но в экстремальных ситуациях Фрукт всегда начинает работать без перебоев. Это как будто живое существо, симбионт, жизнь которого напрямую зависит от моей.       Я вновь помчалась попытаться вытащить Барби, и на этот раз у меня получилось. Руку раз за разом пробивало разрядами тока, но сейчас это было терпимо. Фенекс тут же начала восстанавливать организм блондина, словно услышав мою мысленную просьбу.       – Эй, Бэг! – позвала я. – Я знаю из-за чего никто не может выбраться. Возможно ты не поймешь, но выслушай меня. Я не помню всю эту фигню досконально, но кое-что попытаюсь объяснить. Допустим, эта медуза имеет положительный заряд и вместе с нейтрально заряженным островом составляет некое устойчивое ядро. Вокруг нее должны вращаться отрицательно заряженные частицы, по идее они должны находиться на большем расстоянии, но это дела не меняет. В тумане, в противопоставление медузе, есть разряды. И все это разрушает привычные в Блю магнитные полюса. Фух! – на меня ошарашенно уставились большинство участников отряда, явно не понимая, о чем я сейчас рассказала. Да я и сама толком не поняла эту чушь.       – Ну допустим, я понял, но как нам это поможет?       – Если добудем часть положительно заряженного предмета, то в отрицательно заряженной области возникнет нейтральная зона, где компас будет действовать нормально.       – Его не придется добывать. Твой знакомец живой, – я кивнула Фенекс. Черный юмор понят. Барби сейчас заряжен положительно, хех.       – Мы подслушали ваш разговор и решили, что можем помочь, – послышалось из-за спины. – Мы может провернуть один фокус, если вдруг компас перестанет работать, ведь проводник имеет свойство перенимать заряд, – сказали одновременно двойняшки. Парень и девушка, единственная, кстати, которую я встретила среди других команд. Оба с рыжими волосами по плечи, неряшливой занавеской закрывающими карие глаза, с родинкой под губой и серьгой в правом ухе. Единственное отличие это формы. Очень выдающиеся формы.       – Мы можем чувствовать дыхание самой погоды. Внутри кольца тумана абсолютно нет течения, – начал парень.       – Зато есть ветер, не меняющий своего направления с тех пор, как мы прибыли, – продолжила девушка. – Поэтому…       – … мы сделали вывод, что путь отсюда есть. Просто нужно двигаться против ветра. Но вот проблема: наш корабль напоролся на рифы. И тем не менее вы готовы помочь себе и вам всем.       – Естественно, в обмен на средство передвижения по морю и гарантию, что мы доберемся до Шалтауна живыми и здоровыми, – я просто тащусь с того, как они друг за другом фразы договаривают. Мне они этим чем-то напоминают близнецов из одноименной серии книг о мальчике-волшебнике.       – Без проблем, – решил за всех Астарот. – А вы так хорошо разбираетесь в навигаторстве? – я, кажется, понимаю, чего хочет дредовый. Пора сделать предложение, от которого невозможно отказаться, и сократить число вакантных мест. Если решили принять двое в команде из шести человек, то это почти единогласно.       – Да вроде того, – одновременно кивнули двойняшки.       – А давайте к нам в команду, – предложила я и мысленно показала Астароту язык. Это исключительно моя прерогатива притаскивать каких-то левых людей в накама.       Двойняшки покумекали в одном сознании на двоих и вместе кивнули.       – Меня зовут Халфас, – представился парень.       – А я Малфас.       – К вашим услугам, – одновременно согнулись в легком поклоне они.       Что-то быстро они согласились. Хотя это не Самигина, которую просто сперли для лечения и ее же безопасности. И не Мурка, которую сначала пришлось оставить один на один с Сами-чан, тогда только отходящей от промывки мозгов. И не Астарот, которому для начала пришлось побегать от дозорных, имеющих четкий приказ взять преступника живым или мертвым, а потом он зарулил к нам на Хико да там и остался. И не я, которой пришлось претерпеть самые дерьмовые ощущения из-за неизвестности и непонятности совершенно чужого мира, стать едва не утопленной подростком с нестабильной психикой, узнать, что твою новорожденную дочь задушили и пустили труп по реке, заключить сделку с самим дьяволом в женском обличии и впервые в жизни убить человека. Круто живем, че.       Но это не главное. Важно то, что мы выберемся отсюда живыми!       – Ладно, ребятки! – радостно проорала я. – Пора выбираться из этой западни и драть задницы ублюдкам, запихнувшим нас сюда!