Игры подсознания

      – Ахуеть!!! – наверное, всем читателям сегодняшней газеты на ум первым пришло именно это слово, потому что на первом же развороте красовался пафосный заголовок "Король Пиратов арестован".       – Ты чего это? – заинтересованно засунули носы ко мне под руки Эл и Барби и оба тут же выматерились. Как же я их понимаю!       «Ладно первый, но что второй здесь делает?» – спросите вы. Я тоже этого не понимаю. Просто так получилось. Небольшая, но приличная гостиница, в которой остановились Крестовые Пираты, то бишь мы, "совершенно случайно" приглянулась Барби. Может, в действительности так оно и было, но в эту версию слабо верится, ведь в Шалтауне есть целых пять настоящих отелей и десятки мелких хостелов. Но нет. Блондин захотел поселиться именно в "Золотом Роджере". Как в тему сейчас это название...       Но я должна признать, что гостиница реально неплохая для общего уровня цивилизации этого мира. Еще повезло, что других заселенцев совсем не было. А уж как был счастлив хозяин таким постояльцам не описать словами. Особо не орем, не дебоширим, все-таки уже нашумелись за два предыдущих дня. Просто сидим в шикарной гостиной с камином потягиваем кто чаек, кто что-то покрепче. Пусть здесь совершенно не чувствуются времена года, но шерстяное одеялко, треск горящих поленьев и глинтвейн в руках придают ощущения уюта. Даже дома я никогда так не сидела, хотя бы потому что там девятого сентября такой дерьмовой погоды обычно не было.       Свое место в гостиной смог найти каждый. Я грелась в кресле у камина, заново перевязывая руку, которая была сильно повреждена после покрова ее хитином. Эл с Муркой рубились в карты пара на пару против двойняшек. У Халфаса с Малфас точно одно сознание на двоих, настолько слажено они играли. Сами-чан вместе с лишней тушей Барби составляли уголок болеющих. Почти вся команда была в сборе, кроме смывшихся куда-то Фенекс и Астарота. Затариваться типа они пошли. Все мы взрослые люди, все мы понимаем истинную причину временного исчезновения. Но новость об аресте Роджера мгновенно сменила расположение членов команды, в том числе и Барби. Все собрались вокруг моего кресла, заставив меня читать. Как выяснилось, есть у нас неграмотные среди экипажа – это Эл и Мурка. Нужно припахать Фенекс, чтоб исправила это и заодно меня языку обучила, а то мой вольный перевод слишком уж вольный.       Вся статья была пропитана ложью, чтобы выставить Дозор в выгодном свете. Якобы были брошены огромные силы, из которых погибло бесчисленное множество почему-то безымянных дозорных. Написано, что Роджер купался в крови побежденных, что он уничтожил далеко не один остров. Везде одна ложь, ложь, ложь. Я уверена, что всё преувеличено в сотни раз, в тысячи. Этот мужик был слишком хитрожопым и не менее гордым, чтобы так попасться. Один из фрагментов рассказа моей приставучей сестренки, который я не забыла сразу же, был связан как раз с казнью Роджера, с которой и началась Эра Пиратов. Все это доказывает, что нужны информаторы во всех уголках мира. Срочно.       Тем не менее статья вызвала невероятный ажиотаж среди накама.       – Да вранье это! – Барби фыркнул. – Не могли они его арестовать. Этот человек проплыл Гранд Лайн от начала до конца.       – Могли, не могли, но кого-то казнить Дозор должен через две недели*, – резонно заметил Халфас.       – Они могут использовать подставного преступника, все равно обреченного на смерть, – предложила версию Сами-чан.       – Неудобно им будет, если настоящий Король Пиратов потом вернется, – усмехнулась я.       – Слушайте! – позвал всех Эл. – А давайте сгоняем сами посмотрим?       Все тут же уставились на него с выражением лица, прямо говорящим "Ты че, псих?" Озвучить общую мысль решилась Мурчелла, но сделала она это в очень нецензурной форме. И вновь завязалась между ней и красноглазым потасовка. Элу, походу, глубоко плевать на пол соперника. Особенно, если этот человек его подначивает. А я тем временем задумалась над предложением чернобрысого. А почему бы и нет? Там сто процентов будет множество великих людей будущего мира сего. Там можно будет найти людей на вакантные места в команде. Только как добраться до Логтауна за две недели? Это же другое море. Но я не гордая, я могу спросить у людей, шарящих в навигации.       – Ты хочешь туда отправиться, ару? – спросила меня Малфас, пронзая взглядом, а я вместо ответа пыталась понять, что у меня с внутренним переводчиком. Чего это он последнее словно не перевел? Да и не замечала я за рыжей раньше этого дополнения. Ладно, у Фенекс потом спрошу.       – Думаю, там и вправду будет достаточно интересно. Все мировые личности будут наблюдать за этим.       – Единственный способ так быстро попасть туда, – поделился Халфас, – это через Оборотную гору, а затем через Калм Белт прямиком до Логтауна, ориентируясь по Ред Лайн. Главная проблема заключается в "мертвом поясе". Мало кто смог пройти его живым.       – С этим как раз проблем не возникнет, – вклинился Эл, держа малинововолосую под подмышкой. – У нас ж каравелла с гребным винтом. Запасемся углем и помотаем зырить на казнь.       – Все равно без Фенекс и Астарота мы никуда не денемся, – вздохнула Мурмур. – Дождемся их и потом уже будем решать что-либо.       На том и порешили. А я тем временем продолжила листать газетку. Сразу после статьи о Роджере шла не менее интересная статья. Да у них скоростные корреспонденты! Уже успели перевранную статью о восстании в Шалтауне забабахать, но истинную версию тех событий могут рассказать лишь очевидцы, то бишь я в том числе.       К счастью, с туманного острова смогли выбраться абсолютно все, благодаря тому, что неожиданно участники сплотились вокруг общей проблемы спасения. Почти все двести пятьдесят человек вытаскивали, как бурлаки, судна с отмели. Этой процедуры можно было бы избежать, дождавшись момента, когда остров уйдет под воду. Но к тому времени у всех бы закончились запасы еды и пресной воды. Ни одно, ни другое нельзя было добыть на острове. Первое, потому что ни одного съедобного плода не растет на пальмах, а все встреченные ползучие твари ядовиты. Второе, из-за того что морская вода не пригодна для питья, а единственный водоем внутри острова – "сердце" – сразу пробивал пьющего разрядом в миллионы вольт.       Это чудо, что блондин после такого вообще выжил. Хотя на то он и Барби: эти куклы тоже ничерта не плавятся. Нормальный человек сразу бы превратился в горсть угольков, а этот вон живой носится и тратит мои нервные клетки, хоть и на воскресшую тысячелетнюю мумию больше похож. На мумию-панка, если быть точнее. После разряда волосы у Барби стояли не просто дыбом, они сложились в иглы, которым позавидуют любой представитель данной субкультуры. Блондин пытался их распутать, но вместо этого его снова и снова прошибало током. Пора бы мне уже привыкнуть к подобным вывертам логики этого мира. Ее просто нет.       Точнее логика есть, но ее очень сложно найти, если ты находишься на поднимающемся-опускающимся туда-сюда острове. К сожалению, все суда оттуда мы вытащить не смогли, но оно и не нужно было. Плыть можно было лишь на тех, которые имели мотор как на Хико или если они шли на веслах, ведь и ветер и течение двигались в одном и том же направлении: в сторону туманного острова. Семнадцать команд смогли разместиться на восьми кораблях, включая нашу каравеллу, стоящую во главе процессии. Каждое судно было сцеплено тросами, канатами или цепями с соседними. Ох и задолбались мы их соединять, почти сутки на это угрохали, но потрачены силы были не зря, ведь из тумана все выбрались живыми и практически здоровыми. "Практически", потому что похмелье сильно портило общее самочувствие большинства участников.       Бессознательная тушка Барби очень помогла нам при возвращении. Электризация его тела работала без перебоев, и стрелка компаса в искусственно созданном нейтрально заряжённом поле не вращалась безостановочной юлой. Да и двойняшки не подкачали, у них невероятное взаимопонимание и действительно отличный нюх на погоду. Малфас поддерживала связь с другими судами, поскольку все Дэн-Дэн Муши посходили с ума и не реагировали на попытки произвести звонок. Халфас стоял за штурвалом и контролировал направление не одной Хико, а целой эскадрильи.       Как только корабли выбрались из тумана, Дэн-Дэн улитки вдруг разом вспомнили, зачем их покупали за заоблачные цены, и начали ловить радиоволны направо-налево. Их утихомирила выбравшаяся из лазарета, бледная, словно призрак, Сами-чан, просто сказав «потише». Ее шатало из стороны в сторону, ей было тяжело дышать, из носа текла кровь, но в глазах блондинки полыхала огнем решимость. Она продолжала двигаться, несмотря на боль, и всё улыбалась своей особой полуулыбкой. Только сейчас я поняла, что точно такой же улыбкой Да Винчи одарил свою знаменитую Джоконду.       Не понимаю и, наверное, никогда не пойму, откуда у Сами-чан взялась привязанность конкретно ко мне, но я не забуду, как она сжала меня в объятия и прошептала тихое «Спасибо, Реней-доно». Я хотела было спросить, за что блондинка меня благодарила, но поняла, что придется допирать самой, ведь Сами-чан уже мирно посапывала у меня на плече. Наконец сон ее был спокоен. Она ведь ничерта не спала после того, как действие техники Фенекс прошло, то есть уже больше двух суток. Это сильно отразилось на внешнем виде девушки: под глазами помимо привычных синяков красовались чернющие мешки.       Когда корабли достигли Шалтауна, там во всю шло веселье по случаю победы некой команды в гонке. Все вернувшиеся прекрасно понимали, что это подстава, фальсификация, и решили устроить по этому масштабный дебош. Ну почему хоть разок нельзя подумать своим крохотным мозгом? Почему нельзя составить план? Почему нужно обязательно атаковать в лоб?       Благо, были умные люди в этом сборище. Я отношу свою команду и себя, естественно, к этой категории. Ну и еще десяток человек оказались неподвластны стадному чувству. На срочно собранном совете адекватно мыслящих людей было принято решение мотать в резиденцию правителей и там всё уничтожить, пока основная масса отвлекает народ в городе.       Бэг ввел вполне разумное требование не убивать понапрасну работающее население, все-таки они тут торгово-экономические отношения поддерживают. Да и не виноваты они практически ни в чём, не считая беспорядков, инициаторами которых являлись бывшие участники гонки.       Короче говоря, операция закончилась абсолютным успехом и победой добра над злом, причем почти без кровопролития. Правда в статье сказано, что улицы Шалтауна все еще покрыты телами, что бухта стала алой от крови, что Дозор выслал бесчисленные силы на подавления восстания… Из всего правдой является только последнее. Этих "чаек" чересчур уж много слетелось на остров. Сами-чан из-за них снова стало плохо. Нет, это не пустые доводы, ей действительно становиться хуже, когда вокруг образуется большое скопление народа. Мы даже специально нашли гостиницу из-за этого на самом отшибе, как и многие другие пираты, вдруг понявшие, в какой заднице они очутились.       На днях будет проведено подобие референдума, но о результатах его я планирую узнать уже от Бэга. Он неплохой парень, который неожиданно оказался мафиози. Я за его кандидатуру заранее голосую, ведь именно с ним я договорилась насчет постоянного доступа проверенной информации из Вест Блю.       Смотрю я на фото в статье и начинаю потихоньку паниковать. Расхреначено все было знатно, от бывшей резиденции остались одни руины, это так. Но почему только сейчас я узнаю, что Шалтаун контролировал один из пяти кланов мафиози в Вест Блю? Их еще и выставили последними ублюдками, сделавшими большую гадость Мировому Правительству, подорвав положение глав кланов. К тому же я неудачно засветилась на фотографии, прилагающейся к статье… Эх, не будет мне рада местная мафия. Все-таки пора валить.       Я потерла переносицу, думая о своем тяжком настоящем и не менее тяжком будущем, но поняла, что у меня еще не так все плохо. Просто Барби вновь неосознанно полез взлохматить волосы и вновь выматерился, когда его долбануло разрядом электричества.       – Зачем ты вообще в воду сунулся? Ты же должен разбираться в морепродуктах, – лениво спросила я.       – Помнишь легенду про туманный остров? – я покивала. – У нее есть маленькое продолжение. Всего фраза, но ее хватает для понимания сути. "Выживший после встречи с морским хранителем будет наделен великой силой, сравнимой с силами Богов".       Точно же, электролизация никуда не исчезла. Барби же далеко не дурак – вдруг поняла я. Пусть он извращенец, сексист и шовинист, но серое вещество у него имеется как и собственное мнение. Он не относится к толпам морского планктона, не имеющего голоса и безвольно подчиняющегося капитану. Барби готов пожертвовать жизнью ради своей цели. Он решил опустить руку в "сердце", зная, что его ожидает невероятная боль. Я его готова даже назвать полным именем, наступив на горло своей гордости, но это случится только один раз.       – Слушай, Барбатос, – блондина передернуло от ощущения западла, – а давай к нам в команду? – нет, это не проявление мазохизма. Нам и так кок нужен, а тут такая возможность подворачивается.       – Не, не хочу, – отвернулся этот… этот Барби, а я впала в состояние когнитивного диссонанса.       – Но почему? – я ошалело уставилась на Барби.       – Почему?       – Почему, ару? – двойняшки прилипли к сидящему парню по обе стороны.       – Вы ненормальные, – блондин уставился в кружку. – Абсолютно все.       – Но так же интереснее, – усмехнулась Мурка.       – Ничерта.       – Просто согласись, что ты струсил, – а давление на Барби всё усиливалось. Я даже не ожидала, что мое предложение вызовет такой ажиотаж.       – Нет, – а он на слабо не берется, – я не поплыву с вами.       – Слышь, нам все равно нужен кок, – Эл решил тоже принять участие в уговорах. – Стряпня Фенекс уже порядком поднадоела…       – Эй, бунтарь, если она узнает о твоем мнении, то тебе хана, – напомнила о каре птичьей Мурчелла, но Фенекс и вправду достаточно ревностно относится к своей роли на судне. Если с поста экс-навигатора она согласилась сойти почти с радостью, потому что у нее банально не хватало рук, то готовить она любит.       – У вас готовит женщина? – последнее слово было сказано Барбм с явным презрением.       – Что-то имеешь против, шовинист хренов?       – Имею. Женщине на камбузе делать нечего, – чего так категорично? – И я согласен на ваше предложение.       – Только что Фенекс-сан позвонила, – сообщила Сами-чан. – Они с Астарот-саном будут через час.       – Ну раз так, то пора собираться, – вздохнула я, мысленно уже спеша баррикадировать какую-нибудь каюту.

***

      Полетела еще одна тарелка, но все уже привычно пригнулись. Хорошо, что не бьются они, потому что серебряные. Спасибо Элу за то, что он однажды тренировал на них свой Фрукт. Размеры кают-компании не позволяли носиться по помещению, так что все спокойно сидели, сложив лапки на коленках, уже четвертый час выслушивая разбор полетов от Фенекс. Все-таки зря мы не согласовали с ней принятие в команду лишнего человека.       Бедный и тупой Барби решил неосторожно заявить, что бабе на кухне не место, и уже третий час валяется без сознания после хука сковородкой. Перепало всем, начиная от меня и заканчивая Сами-чан. Единственными, кто не попал под звуковые атаки Фенекс, были хитрожопые двойняшки, умчавшиеся следить за курсом, и не менее хитрожопый Астарот, смывшийся в "воронье гнездо".       – Вы меня скинуть со счетов решили?! – возмущалась беловолосая. – И вообще это мой корабль!       – Вообще-то ты его украла, – неосторожно вставила я, тут же получая яблоком по мордасам. Дежавю, что б его.       – Причем, можно сказать, у меня! – Эл, не учишься ты на ошибках окружающих. Кара Фенексова настигла и тебя.       – Ты его украла?! – у Мурки загорелись глаза нездоровым блеском из-за появления нового кумира.       – Но это не отменяет того, что он мой, – скрестила руки на груди женщина.       – Слушай, – проникновенно начала я, почувствовав безопасную атмосферу. – Ты нужна на корабле как судовой врач. Следующая наша остановка – Гранд Лайн. Кто его знает, что нас ожидает там? – я решила надавить на слабое место. – И тем более Сами-чан нужна окончательная реабилитация. Разве ты не должна завершить лечение? Ей же плохо, – я ткнула блондинку в бок, чтоб та подыграла. – К тому же возвращаться уже поздно, – напомнила я.       Взгляд Фенекс смягчился всего на долю секунды, а затем она шелкнула костяшками. У меня на спине выступил холодный пот. К счастью, новый разнос остановил крик снаружи, и всей живой частью команды мы высыпали быстрей на верхнюю палубу.       Это и есть тот самый Ред Лайн – длиннющая полоса материка, опоясывающая весь мир? Это ж отвесная скала, сквозь которую где-то должен быть проход, канал на крайний случай. Плотный туман только усугубляет сложности поиска. Раньше я любила это погодное явление: идешь и не видишь окружающих тебя долбоебов, но местные долбоебы, которые приходятся мне накама, мне нравятся. Еще из-за тумана повышается вероятность, что нас размажет по горной породе.       Неожиданно я почувствовала, что каравеллу не хило тряхнуло, и тут я поняла, что лучше б меня не рожали. Хико подхватило течение невероятной силы, и она начала набирать скорость. Хоть бы не вмазаться никуда! Но двойняшки свое дело знают. Не зря ж их пригласили. Вот только терзает меня один вопрос… КАКОГО, БЛЯТЬ, ХЕРА МЫ ДВИЖЕМСЯ ВВЕРХ ПО ГОРЕ?!       – Я хочу обратно, – начала ныть я, обвив мачту руками и ногами. Де-жа-вю. – Почему я не захотела жить спокойной жизнью в Вест Блю? На Охаре какой-нибудь, к примеру. Там же тихо, и Дозора нет, и книжек обчитаешься, и озеро прекрасное, пусть и наркотическое…       Рядом со мной орала молитвы, вспоминала упущенные шансы сбежать и все свои грехи Мурка. По мере приближения Эл растягивал оскал все шире, а Сами-чан все глубже уходила в нирвану. Халфас и Малфас сохраняли воистину нечеловеческое спокойствие. Это, наверное, потому, что эти прошаренные догадались привязать себя к штурвалу. За ним двойняшки стояли вместе, потому что при такой силе течения в одну пару рук невозможно удержать руль. Астарот тоже кричал, но делал он это мысленно. Единственной реакцией, которую удалось получить от дредового, была очередь матных высказываний, но мужчине с Фенекс не тягаться. Та строила такие пятиэтажные конструкции, что вяленые уши сокомандников можно было продавать за неплохую цену. Кому было плевать на всё, так это Барби. Просто он все еще лежал в ауте.       Повод к такой реакции был, причем еще какой. Мы не вписывались в коридор гигантских арок! Если мы врежемся на данном отрезке пути, то мы уже не выживем. Вдруг Хико тряхнуло, и я выдохнула. Спасены. Я никак не нарадуюсь, что мы встретились с двойняшками. Они прекрасно управляются с каравеллой, будто это их собственные ноги. Благодаря рыжим, мы на полной скорости влетели в проход.       Не успел никто возрадоваться, как начался резкий спуск. Американские горки, снова здравствуйте. Единственное отличие их от нынешней ситуации, что вагонетка крепко присобачена к рельсами, а мы, мать мою, летим! Почему здесь нет ремней безопасности?! Что за нарушения техники безопасного спуска?!       – Юху!!! – орал Эл, стоя на носу Хико. Где чернобрысый покупал клей-момент, раз он умудряется держаться на двух ногах на наклоненной практически вертикально палубе?       Но порадоваться действительно было чему. Ветер хоть и неприятно хлестал по лицу, но дарил незабываемое ощущение свободы. Меня захватило ощущение андреналина и эйфории от того, что мы уже скоро выйдем на Гранд Лайн. Одни называют это место раем, другие адом, но мы не собираемся здесь задерживаться надолго, ведь Крести должны успеть на казнь Короля Пиратов! Мы прошли с гордостью испытания Вест Блю, но нас впереди ждет еще больше опасностей, больше ситуаций, когда ты находишься на волоске от смерти; больше знакомств и больше приключений.       Мои размышления прервал громоподобное "БО!!!". Я вместо того, что бы прилипнуть к мачте сильнее, приползла к носу каравеллы, прищурилась и узрела внизу какую-то мини-гору, бывшую раз в семь больше маяков-близнецов. Внизу, куда мы на полной скорости несемся. Блять.       Я начала тормошить Эла, чтоб он перестал гипнотизировать ту хрень впереди и сделал хоть что-нибудь.       – А там должна быть та скала? – почесал затылок Барби, наконец продравший глаза, и снова выматерился.       – Ты дебил или как?! Мы щас все сдохнем!!! – заорала я ему прямо в ухо.       – Мама родная, роди меня обратно, – недалеко принялась реветь Мурмур.       Гора это не самое страшное – осознала вдруг я. Самое страшное – это мои психопаты накама. Особенно когда Эл вдруг решает, что он великий фруктовик и сможет использовать Фрукт нормально. Тут я поняла, что если хочешь сделать что-то качественно и выжить к тому же, то лучше делать это самой. Я зажмурила глаза в ожидании приближения неизбежного.       Волна под нами в миг превратилась в серебристый металл, создавая подобие трамплина, и Хико полетела над головой невероятно огромного кита. Кита, мать его?! Что?!       Но не мог перелет пройти нормально, ведь на борту нахожусь я. На каравелле же столько канатов, так почему я не догадалась привязать себя хотя б к перилам? Почему я сейчас в свободном полете падаю на голову гигантского кита?       Приземлилась я достаточно мягко, благодаря тому, что шлепнулась в лужу. Целую лужу крови. Я закрыла рот руками, чтобы завтрак не полез наружу. Чего этот кит творит, если у его макушка исполосована сетью шрамов? Я присела на корточки, чтобы рассмотреть повреждения получше. Здесь есть и совсем старые шрамы, а есть только полученные. Интересно, какая скотина издевалась на животинкой?       – Что ты здесь забыла? – раздался по закону жанра голос за спиной.       Я острожно повернула голову, чтобы разглядеть говорящего. Мужик в годах в бандане, с необычной прической в виде лепестков цветка и с сильно выступающей непропорционально нижней челюстью, украшаемую легкой щетиной. Мое внимание привлек большущий гарпун за его спиной. А не мужик ли так поработал над китом?       – Ты еще кто такой? – я напряглась. – И кто так отделал кита?       – Прежде чем спрашивать имя, нужно сначала представиться самой, – мужик пристально уставился на меня.       – Резонно, – согласилась я. – Меня зовут… – но этот старый маразматик перебил меня:       – Меня зовут Крокус. Я смотритель маяка мыса близнецов, сорок девять лет, рыбы по гороскопу, группа крови AB, – мне вдруг захотелось расчлененки.       – Расслабься, – меня на плечо легла чья-то рука. – Дед всегда любил расшатывать нервы окружающим, но я бы не советовал с ним сражаться. Он во много раз сильнее всей вашей команды, вместе взятой.       Я подумываю как-нибудь научиться той самой Воле Наблюдения, о которой рассказывал недогейша, недотрансвестит Изо, а то меня однажды инфаркт хватит от голосов со спины. Хорошо, что подошел человек с добрыми намерениями, а если меня убить захотят также тихо? Не думаю, что ребенок, стоящий за мной на это способен. Пацаненок лет десяти-двенадцати в солнцезащитных очках, из-за которых не видно было глаз, с милыми зеленоватыми кудряшками сверлил меня взглядом в ожидании ответа. Дитё совершенно не похоже на старика. Вряд ли они на самом деле родственники.       – Ну так что? – нетерпеливо переспросил пацан, но ответить я не успела, потому что старик схватил за ухо ребенка.       – Зепар, сколько раз я просил не называть меня дедом?       – Ну деду-у-у-уль! – заныл пацаненок, в миг растеряв весь свой пафос.       – Я кому говорил?       – Старик, а как мне спуститься? – спасла я мальчишку от кары.       – Ты не собираешься вредить Лабуну? – уточнил смотритель маяка.       – Неа, – я отрицательно помотала головой, логично полагая, что Лабун – имя кита, – а ты?       – Он защищает его, – объяснил Зепар.       – Не перебивай старших, – сказал старик, залепляя шалбан мальчишке, и тут же добавил: – Я защищаю его.       – Я прибью тебя, дед! – психанул внучек. Еще про спокойствие что-то мне заливал.       Спуститься мы спустились кое-как. Я поняла, что не буду никогда в жизни заниматься альпинизмом, потому что я четыре раза подряд чуть не грохнулась с высоты небоскреба. Именно по этой причине меня тащили на ручках. Взамен я без задней мысли выдавала информацию о себе, команде и будущих планах, не рассказывая, естественно о моей жизни до встречи с Элом и Фенекс. Это не знает никто из моих накама, кроме двух вышеназванных. Давно уже была создана версия с амнезией из-за послеродового шока. Как ни странно, она еще ни разу не пригодилась. Пираты не интересуются прошлым, им важно только настоящее.       Я думала, что гады, именующие себя моими накама, будут волноваться за мою великую персону. Фиг мне. Они преспокойно сидели и попивали чаёк за столиком у входа в маяк. Только состав неполный почему-то. Не хватает Астарота, Халфаса и Барби. Хм, неужели Фенекс все-таки убила последнего?       – А где остальные? – сразу же поинтересовалась я.       – Астарот и Халфас пошли повреждения на Хико искать, а Барби-чан хавку готовит, – с готовностью рассказал Эл. Стоп! Барби-чан? Наш новообретенный кок прибьёт чернобрысого, если узнает.       – Я смотрю, Фенекс уже смирилась, что ее сместили с камбуза, – неосторожно ляпнула я и только потом осознала, что нахожусь на волоске от гибели.       – Ты что-то сказала? – от взгляда беловолосой у меня выступил холодный пот.       – Нет, что ты, – что-что, а чувство самосохранения у меня в наличии имеется. – Тебе показалось.       – Ну-ну, – я мысленно выдохнула. Пронесло.       – А кто вы такие? – спросил Зепар.       – Крестовые Пираты, – ответила за всех Мурка. – Вест Блю. А что это за кит?       – Не считаете, что Вы должны сначала представиться? – указал на ошибку малинового чуда Крокус. Я уже знаю, чем это закончится.       – А, ладно, – девушка переступила горло собственному ЧСВ. – Я…       – Меня зовут Крокус. Я смотритель маяка мысов-близнецов… – пока старик заново прокручивал свою шарманку, в руках у Мурмур переломилась недавно спертая шпилька.       – Я так тебя понимаю, – сочувственно похлопала я по плечу девушку.       Вдруг ни с того, ни с сего кит начал ревя таранить головой материк. От неожиданного "БО!!!" я перекрестилась. Ему же невероятно больно, так какого хрена лысого он творит?       – Лабун, перестань! Хватит, я сказал! – Крокус бросил в кита бомбочку, оставившую после взрыва дымовую завесу. Кит обмякшей тушей упал в воду. – Пока они не такие большие, еще возможно воздействовать снаружи. Даже с моим врачебным талантом я не представляю, что будет через несколько лет, – непонятно зачем пояснил старик.       – Они могут вырастать еще больше?! – пять челюстей поздоровались с землей-матушкой. Пробило даже Сами-чан, но у Мурмур эта информация не вызвала абсолютно никакой реакции, её удивило другое:       – Чего это он творит?       – Я видела шрамы на макушке, но подумала, что это какие-нибудь браконьеры за ним охотились, – поделилась я.       – Это было двадцать восемь лет назад, – с ностальгией вздохнул Крокус. – Команда пиратов спустилась с горы, а с ними плыл маленький китенок. Они думали, что Лабун отстал от них еще в Вест Блю, ведь он особый островной кит. Такие всегда держатся рядом с семьёй и никогда не отплывают далеко от места, где родились, но для Лабуна семьёй стали Пираты Румбы.       – А я знаю таких китов, – рассказала Мурчелла. – Около одного из островов архипелага, где я родилась, как раз обитают такие. Их считают чуть ли достоянием.       – Угу, – кивнул старик. – Те пираты остановились на несколько месяцев, чтобы починить корабль. За то время я подружился с ними. Они попросили меня присмотреть за китенком два-три года и сказали, что проплывут весь мир и вернутся сюда, но так и не сделали этого. Лабун все еще ждет их, хотя я пытался его убедить, что всё кончено.       – Гранд Лайн не жалеет никого, – вздохнул Эл.       – Нет, я думаю, что все не так, – покачал головой старик. – Они просто бросили его здесь, – повисла звенящая тишина, – а потом сбежали с Гранд Лайн. Пока я находился на одном из пиратских суден, я проверил. Их нет в этом океане.       Вновь повисло молчание. Каждый думал о чем-то своем, но никто не спешил возмущаться подлости тех Пиратов. Все мы многое пережили и все мы понимаем, какими на самом деле люди могут быть слабовольными ублюдками.       – Вы эту историю каждому здесь останавливающемуся рассказываете? – вскинула я бровь.       – Нет, конечно. Просто ты мне понравилась, – без утаек заявил Крокус.       – Да ты педофил, старик, – неудачно шутканула я, пытаясь развеять напряженную атмосферу.       – Эм, не в этом смысле… – почесал затылок старик.       Послышался грохот, земля задрожала, уничтожая смущающую ситуацию. Лабун снова начал биться о континент, врезаясь головой в горную породу и оставляя там кровавые пятна. Ох, что-то сердечко защемило.       – Ну вот опять, – тяжело вздохнул старик.       – Эй, Лабун, послушай меня! – неожиданно для себя заорала я во всю мощь легких. – Ты ничего не добьешься, если будешь таранить Ред Лайн! Перестань вредить себе! Так ты только нанесешь себе раны, из-за которых ты можешь погибнуть! Если ты будешь верить в то, что твои накама живы, то они вернутся к тебе! Пусть через много лет, но однажды это произойдет! Все мечты можно осуществить! Живи, чертов кит!!! Дождись своих накама!!! А если они не вернутся сами, я приведу их к тебе!!!       Лабун опустил свой глаз на уровень моей тушки. Я опасливо протянула руку к его шкуре, побаиваясь, что он мне отцапает руку. Но кит доверчиво поддался навстречу, позволяя ощутить под пальцами холод кожи. Фух, он ведь и сцапать меня мог. Вон зубищи какие! А потом животинка просто ушла под воду размышлять о своем, о насущном.       – Зачем ты соврала ему? – окликнул меня смотритель маяка.       – Знаешь, старик, – я вздохнула, – иногда сладкая ложь лучше правды.       Крокус усмехнулся чему-то своему и предложил то, что ну никто не ожидал:       – Вам пацан не нужен? – Зепар издал удивленный возглас. – Он болтается вечно под ногами, а место тут небезопасное, ребенку здесь делать нечего. А вы, я вижу, люди неплохие. Вы сильно отличаетесь от большинства команд, проплывавших здесь раньше.       – Э! Дед, ты сбагрить меня решил?! – возмутился мальчишка. – Выбери компанию поадекватнее хотя бы!       – Чем это мы тебя не устраиваем? – возмутилась Мурчелла. Боги, только не начинай терки с малолеткой. Я тебя умоляю.       – К тому же, несмотря на возраст, Зепар прекрасно справляется со многими видами огнестрельного оружия, – Крокус тем временем продолжал пытаться втюхать нам ребенка. – А еще он владеет гипнозом.       – Деда! – праведно возмутился Зепар. – Хватит сдавать мои способности неизвестно кому!       – Почему неизвестно кому? Это Крестовые Пираты.       – Я тебя прибью, дед.       – Послушайте, Крокус-сан, – решительно начала Фенекс. – У нас и так детей слишком много в команде как по биологическому критерию, так и по разуму. Пиратский корабль вам не детский приют.       – Я не ребенок! – одновременно сдали себя Эл и Мурка, потом шокировано посмотрели друг на друга и поняли, что облажались. Хлопок фейспалма Зепара раздался в созданной тишине.       – Я не поплыву с ними, – покачал головой мальчишка.       – Вы вроде говорили, что собираетесь успеть на казнь Короля Пиратов, – как бы невзначай начал Крокус.       – Что? На казнь? – у мальчишки настолько загорелись глаза, что было видно даже за стеклами очков.       – Ну да и что с того? – подтвердила Мурчелла и вдруг осознала, что сдала нас с потрохами.       – Я хочу плыть с вами, – уверенно заявил мальчишка.       – Дело не в том, что мы не хотим брать тебя с собой, ару, – пояснила за всех Малфас. – В "мертвом поясе" ребенку находиться слишком опасно.       – Вы же все равно потом поплывете на Гранд Лайн? – решительно спросил Зепар.       – Ну типа того, – подтвердил на свою голову Эл.       – Я знаю об этом океане больше всех вас вместе взятых, – использовал последний козырь пацан.       – Дай подумать, – Фенекс помассировала переносицу.       – Не напрягайся так, бабуль, морщины пойдут, – усмехнулся Зепар, не сразу осознав кому он это сказал.       – Я прибью этого паршивца!       – Берем! – в один голос заявили я, Эл и Мурка, прикрывая пацана.       Нет, нам не доставляет удовольствия злить Фенекс, это потом заканчивается болезненными шишками. Просто нам понравился мальчишка. Бесстрашие у него прет из всех щелей, а без этого на море никак. Да и его знания пригодятся.       – А как вы собираетесь добраться до Логтауна? – сразу начал задавать вопросы пацан. – Компас не работает здесь. Логпос не поймает магнитное поле острова, находящегося в Ист Блю. Этерналпоса, я так понимаю, у вас нет. Я все более склоняюсь к мнению, что вы психи, не знающие, куда собираетесь.       – Будем ориентироваться по Ред Лайн, ару.       – Вы не успеете оглянуться, как океан поведет вас в совершенно другую сторону, – скрестил руки на груди Зепар.       – Ты не думай, что ты тут самый умный, ару, – Малфас нагнулась над мальчишкой, угрожая задавить его шикарным бюстом, но неожиданно смягчилась. – Слушай, малыш, у нас половина трюма забита не смывающейся краской. Будем оставлять на скалах отметины. Заодно проверим твои способности в стрельбе, ару. Пошли на корабль. Я думаю, что взрослым есть о чем поговорить, – стрельнула глазами Малфас, в которой проснулся материнский инстинкт.       – Я не малыш! – запоздало возмутился Зепар. – И пойдем уже.       Как только парочка зашла на каравеллу, Фенекс серьезно нахмурилась:       – Почему Вы так хотели отдать его, Крокус-сан?       – Я уже говорил, что ему здесь нечего делать. Расти наедине с одним лишь стариком не дело. Ему нужны сверстники, – неубедительно врал старик. Хотя ложью это назвать сложно, он просто что-то не договаривал.       – Мы берем его под свою опеку, – начала давить беловолосая. – А значит, должны знать, чего ожидать.       – Гипноз, – сдался смотритель. – Зепар обладает гипнозом, которым не может управлять. Он как-то раз полез к Лабуну, но тогда кит ужасно взбунтовался. Зепар едва остался жив, но заработал переломы руки в четырех местах и три сломанных ребра. Такого никогда до этого не случалось. Только когда пацан неосознанно использовал гипноз на мне, я понял, что не так. Он постоянно лез к Лабуну, хотел подружиться, нечаянно раз за разом используя свою силу. Кит постоянно будто с цепи срывался после этого. Я боюсь, что однажды Лабун его убьёт. Единственное, что могло отвлечь Зепара, это рассказы о моем собственном пиратском прошлом. Он хочет увидеть моего капитана и именно поэтому он так хочет попасть на казнь, – меня прошибло от осознания чудовищной догадки. Уж не хочет ли Крокус сказать, что сам Король Пиратов являлся его капитаном?       – А он разве не твой внук, старик? – задал давно интересующий меня вопрос Эл.       – Нет, – глубоко внутри у Крокуса разлилась боль. – Я пробыл в плавании три с половиной года. На это время я попросил присмотреть за мысами-близнецами старого знакомого, но когда полгода назад я вернулся сюда обратно, его здесь не было, зато был ребенок с перебинтованными глазами. Я за столько времени не смог вытащить из него ни слова о причине появления многочисленных шрамов, отходящих от глазниц. Мой вердикт как врача: глаза это не его.       – Ясно, – деловито кивнула я. – Не всё так страшно. Считай, неофициально Зепар принят.       Все мы немного ненормальные. Одним больше, одним меньше. Какая разница?       Возвращались на каравеллу мы со спокойным сердцем. Ничего страшного же нет в странностях пацана. Все уже привычно принимают появившегося из ниоткуда нового накама. Никто не скажет что-то против. Зепар вольется в коллектив как свой. Не в первый раз все-таки проходит подобная операция.       Мотор заработал, и каравелла помчалась навстречу новым приключениям, невзирая на противоток течений и ветров. Никакие выверты погоды не смогут ее остановить. Хико гордо идет к нашей общей с ней цели. Месту, где все закончится, но в то же время начнется.       – Слышь, деда, не смей помирать в одиночестве! Однажды я вернусь к тебе, и мы вместе поможем Лабуну! – кричал Зепар, стоя на корме. Я обернулась, чтобы досмотреть концовку их истории.       Я хотела было возмутиться поведению Крокуса, когда тот повернулся спиной. Вместо этого губы сами по себе растянулись в широкую улыбку, когда старик уверенно поднял на прощание кулак**, высоко задрав голову, подставляя морским брызгам лицо. Мальчишка в точности повторил его жест. Пусть мне не видно было лица ни одного, ни второго, но я уверна: у них обоих по щекам катились слёзы. Да и у меня тоже. Расчувствовалась что-то я. Старею, наверное.