Игры подсознания

      – Помогите! – раздался панический крик за бортом.       Я тут же подскочила с насиженного места, сбрасывая наваждение Зепара. Если честно, никогда бы не подумала, что мой самый худший кошмар это хоронить друг за другом накама, копать им могилы, сбрасывать их тела в глубокие ямы и, смотря на застывшие лица, закидывать трупы землей. Это было настолько больно, что сердце разрывалось на части от накатившего отчаяния, а а в горле застрял тугой ком, не позволяющий выпустить слезы.       – Помогите, кто-нибудь! – повторилось снова.       Я поначалу не поняла, откуда идет звук. С острова так отчетливо крик не был бы услышан, а ни лодки, ни другого плавательного средства мной замечено не было.       – Какого черта? – Мурка, также находившаяся на верхней палубе, перевесилась через перила.       Я не медля рванула к ней и удивленно уставилась на развернувшуюся у борта картину. В воде барахтался мужчина, придерживая зеленоволосую женщину одной рукой. И какой кретин, дежурящий сейчас в "вороньем гнезде" их проморгал? Ой, это же я.       – Помогите! – взмолился мужчина, сверкнув воистину звериными клыками. Женщина задыхалась. Пусть мы и пираты, но мы не аморальные ублюдки. Что бы у парочки ни случилось, помощь им была необходима. Тем более крик вывел меня из транса Зепара.       – Эл, лестницу! – отдала приказ я, постепенно все больше вживаясь в роль капитана.       Как только утопающие забрались на палубу, сразу стало понятно, в чем дело. Женщина была беременна, она еле могла обнять собственный живот. Ее аккуратно придерживал клыкастый мужчина ростом в два раза выше нее. Я почему-то уверена, что у них в половой жизни все более чем прекрасно. С таким мужиком и наклоняться не приходиться. А у меня в мужьях одни Сепухи ходят.       – Помогите, – у женщины по щекам покатились слезы. – Ребенок... Он сейчас... Умоляю... Воды отошли…       Что? Какого хера рожающую бабу потащили в море на чертов пиратский корабль?! Фак!!!       – ФЕНЕКС, ТВОЮ МАТЬ!!! – заорала я во всю мощь легких, неосознанно усилив крик силой Фрукта. Несостоявшаяся роженица затихла и молча сжалась в клубок.       Фенекс выбежала из лазарета растрепанная, офигевшая и полураздетая. Из-за ее спины выглянул слегка покрасневший Астарот.       – Я не против всех непотребств, которые вы там устраиваете, – махнула я рукой, – но ты сейчас нужна!..       Я хотела еще много чего сказать, но меня перебило шокированное "Что?!"       – Ничего! Астр! Остаешься на палубе и следишь за клыкастым! Ты! – я указала на зеленку: – В лазарет реще! Фенекс! Туда же! Малфас, Зепар! – я вслепую тыкнула в сторону кормы: – Помогите им! Эл, Мурка! Объявите общий сбор на палубе через пять минут! Я к Барби! – выпалила я и сбежала исполнять сказанное, скрестив пальцы, повторяя про себя молитву, чтоб меня не припахали к этой бабской хуйне. Я морально не готов*! Мне себя хватило! Спасибо всем фруктовикам и Гингеме в частности, что я не помню процесса родов!       Широко распахнув дверь на камбуз и плотно заперев ее за собой, я взглядом загнанного зайца посмотрела на гоняющих чаи троицу. Барби с Дракулой и Рыжим, казалось, даже не подозревали о появлении на судне гостей. Последние двое ошиваются на Хико уже шесть дней, аргументируя свое пребывание здесь все еще идущей на острове облавой. Хотя это было правдой – Сами-чан все-таки смогла заставить Дэн-Дэн Муши поймать сигнал. Винсент тащит, я вам отвечаю.       Наши гости клялись и божились, что я их уже бешу и они свалят отсюда при первой возможности. Ну да, ну да, свалили они, как же. Дракуль с Астром по вечерам такие философские трактаты о пути меча составляют, что лекции можно в самые лучшие институты моего мира отправлять. Что касается Шанкса... Ни я, ни Мурка никогда не забудем, как он подкатил к Элу с желанием познакомиться поближе. Надо признать, красноглазый не растерялся и предложил своим баритоном хорошенько выпить для начала. Ор тогда стоял выше гор.       – Свалите на палубу, – рыкнула я на Рыжего и Дракулу. – Мне надо с Барби поговорить.       – С чего это? – Шанкс по-кошачьи лениво потянулся на стуле и сейчас искусно балансировал, не ожидая подлянки от меня:       – Он отец моих будущих детей! – раздался грохот падения стула вместе с телом, чай был выплюнут:       – Что?       – Что?!       – Че, блять?!       – Ничто, свалите на палубу, – более настойчиво повторила я. – Мне надо с коком тет-а-тет переговорить.       Как ни странно, но парочка собралась и вышла, подозрительно косясь. Барби тем временем собрал кружки. Краем глаза успела заметить, как у блондина тряслись руки. Сама того не хотя, я узнала страх парня. Казанова Казановой, а предохраняться он будет. Но Барби меня должен понять и простить.       – Не пояснишь, что за хрень ты удумала, детка? – не оборачиваясь, спросил блондин. Я хотела сказать "Спрячь меня", но вырвалось следующее:       – Чем кормить детей?       – Что? – он шокировано обернулся. – Детей? – да я сама в шоке! – Неужто реально залетела, детка? – Барби тяжело оперся на стул.       – Не в этот раз. Мне первого раза хватило, – нервно отмахнулась я, неосознанно снова замещая биографией Реней свою.       – Первого? – недоуменно переспросил парень, но я пропустила вопрос мимо ушей.       – Короче, если ты упустил из виду последние события, то спешу сообщить, что на Хико вскоре родит какая-то левая баба и…       – Молоко, – оборвал меня Барби.       – Что?       – Материнское молоко, – парень скрестил руки на груди. – Не тупи, детка.       – Ой! – я поняла, что лоханулась. – Ну раз такой умный, тогда вали на палубу!       Я хотела придать ускорение посредством пинка, благо научилась у одного контр-адмирала, но Барби и без меня поспешил смотаться. Вот и ладненько, без него спрячусь. К тому же никто не будет лезть с пошлыми намеками. Ляпота!       Только я расслабилась и решила попить чая с пирогом, как за дверью послышались удивленные возгласы:       – Так молоко же…       – Ну да, молоко.       – Материнское.       – А что еще?       – Они же мелкие. Зубов нет.       – Конечно.       Чай был выплюнут, а я поспешила выглянуть на палубу и увидела сидящего в позе лотоса клыкастого, напротив которого расположился полукруг с моим коком по центру... Я его придушу...       – Барби, твою мать! – я вынырнула из камбуза, пиная блондина с насиженного места.       – Что-то хотела, детка? – лукаво подмигнул парень, ловко уворачиваясь.       У меня резко зачесались кулаки. Жалко, что левая рука стала настоящей. Без нее и так бить больно, а еще и током шибанет, мама не горюй.       – Ой, все. Я обиделась. И на всех вас тоже, – я поочередно тыкнула пальцем в ржущих по углам Эла и Шанкса. Спасибо, хоть Сами-чан промолчала. Если бы уж она высказалась, то я точно бы сгорела со стыда.       – Угомонитесь уже, – дредовый как бы невзначай оперся на меч. – А ты рассказывай давай, если хочешь, что бы с женщиной все было нормально.       Конечно, Астр использовать оружие не будет. Не то что бы он не хотел лишний раз ранить клыкастого мужика, совсем нет. Просто если случайно пострадает Хико, то лежать дредовому в лазарете с металлической картой в бошке, потому что Мурмур лично лазила по вантам, чиня все попавшее под руку, и своим весом проверяла реи на прочность вместо того, что бы обниматься с золотишком.       Что вообще произошло? Откуда повреждения Хико? Ответ прост: сразу же весь народ с пиратскими замашками поспешил спасти свою задницу, покинув Логтаун. Скрываться внутри острова было небезопасно, ибо дозорные старались прочесать каждый квадратный миллиметр территории, а до транспорта, на котором пираты прибыли в ловушку, было не добраться. Вот и пришлось всем выкручиваться, кто как умел. Кто-то скрылся в заброшенных местечках острова, кто-то слился с гражданскими в Логтауне, а кто-то решил спереть чужой, не пострадавший корабль, как в нашем случае. Некий умеющий управлять нитками петух напал на Хико, но получил по мордасам от моей птички в тандеме со Skillet**. Что с ним сталось после поражения – одному Дьяволу известно, а лично мне неинтересно.       – Я являюсь главой одного из мафиозных кланов этого острова, – вырвал из воспоминаний бархатный голос клыкастого.       – Да вы издеваетесь? – фыркнула я. – Почему мне так везет на мафию? То Бэг, то теперь этот. Кто дальше?       – Заткнись, – меня треснули стопкой стальных карт. Бо-о-ольно. Я тут капитан, если что. – Мужик, продолжай.       Клыкастый покумекал, понял, что жизнь ему дороже информации, и заговорил дальше:       – Не думайте, что мафию не затронула эта облава, которую устроил Дозор, – с какой-то грустью рассказывал мужчина. – Сразу начались споры, кто сумел скрыть всю подготовку к операции от глаз глав кланов. Кто из нас "крыса", – тяжело сглотнул. Кажется, я знаю, к чему все идет. – Меня решили слить с самого начала, подтасовывая факты. Против большинства не попрешь, и мне пришлось стать козлом отпущения, чтобы уберечь свою семью.       – А ты на самом деле ни в чем не виноват? – с сомнением наклонил голову Эл.       – Нет, – уверенно отрезал клыкастый. Но я то и не только я успела заметить, как губы на мгновение поджались. Врет как дышит. – Так вот, единственными, кто нас поддержал, был клан старика Гамбии. Они и укрыли меня и жену, оставляя возможность отдавать приказы наружу.       – Что-то я не вижу ярой поддержки, клыкастый, – Шанкс подпер голову кулаком, усевшись на доски палубы.       – Несколько часов назад клан Гамбии был вырезан, – с убийственным спокойствием ответил мужчина, – за "пособничество крысиным ублюдкам". Остались только его дочь и годовалый правнук, названный в честь главы, – я сглотнула. Вряд ли эти слова ложь. – У жены из-за этого всего начались схватки на две недели раньше положенного. Мне пришлось бросить на произвол судьбы приютивших нас и срочно искать врача. Город практически опустел за прошедшие дни. В бухте стоят одни дозорные крейсеры. Доктор, который должен был изначально принимать роды, сбежал. Оказался бывшим пиратом.       – Слышь, ты же не пират, – резонно заметила Мурка. – Чего ты к дозорным не пошел?       – Она, – клыкастый кивнул головой в сторону лазарета, откуда сейчас слышались крики адской боли, – бывшая пиратка. Причем с весьма высокой наградой за голову. Я не хочу, что бы моя жена попала после родов в Импел Даун, – судя по контексту, это какая-то знаменитая тюрьма. Хм, нужно разузнать. – Поэтому нам пришлось убегать через лес, потом увидели корабль и решили рискнуть. Вдруг помогут?       – А это для чего висит? – я тыкнула на развевающийся флаг Крестей.       – Но вы же в итоге помогли, – клыкастый скрестил руки на груди.       – Все ясно, – скопировала я его движение. Без серебряной кисти выглядело это ну совсем не пафосно. И непривычно к тому же.       Поняв, что увлекательный рассказ закончился, все собравшиеся на палубе задумались о чем-то своем, начали шляться туда-сюда. Скорее всего это было связано с криками из медкабинета. Все чувствовали себя как в коридоре перед родильным блоком. Но не я. Я в упор смотрела на клыкастого; он, кусая губы, пытался прожечь дыру в двери лазарета. Почему-то меня мучал один единственный вопрос. "Растишка". Где тут заводы гребанной "Растишки"? Я тоже хочу. В нашей команде Барби самый высокий, но даже он макушкой доставал только до груди клыкастому.       – Детка, это звездец, – послышался крик блондина, прорвавший наступившую вдруг тишину. Как говориться, вспомнишь, кхм, солнце, вот и лучик.       – Там какие-то ребятки на берег выбрались, капитан, – пояснил Халфас, еще две недели назад отжавший мою подзорную трубу. С того момента он стал Халвой и точка. – Ходят, решают что-то.       – Короче, Халва, слушай мою команду, – позвала я. – Пересекут морскую границу – сообщишь.       – Уже.       – Да не может быть, что бы они изначально знали, что тут стоит корабль! – праведно прифигела Мурка.       – Так они вплавь, – пояснил мой навигатор.       Все расположившиеся на палубе поспешили прильнуть к борту, пытаясь разглядеть хоть что-то. Это у меня есть крутой Фрукт. Это мне не нужны различные приспособления для улучшения зрения.       – Идиотов куски, – прокомментировал Дракула. Ой, про Соколиного Глаза я и забыла. У него же тоже глаз отчетливо видит на пару километров вперед. – Ан нет, обратно на берег вернулись.       Не нравится мне вся эта ситуация. Клыкастый явно что-то не договаривает, но что конкретно – можно было только гадать. Зеленка, которая рожает под боком, имеет весьма высокую награду. Высокую относительно чего? Ист Блю, где, как я слышала, средняя награда равняется трем миллионам? Или Гранд Лайн, где обитают весьма крутые пираты с наградой за сотню лямов белли? Тот момент, что какие-то люди собираются на заброшенном давным-давно пляже с явно недобрыми намерениями, веселья мне не прибавлял.       – Пошли, – наконец произнесла я.       – А? Куда?       – Поздороваться, – фыркнула я. – Астр, Эл, Рыжий, Дракуль, со мной сгоняйте, а то мне чутка ссыкотно одной идти.       – Красные они, мать твою! – попытка придушить меня прошла почти успешно, Шанкс. У тебя получается все лучше, дорогой.       – Погоди, капитан, – Халфас окрикнул меня, прежде чем я поперлась спускать лодку. Это смогут сделать и без меня, – там боевой корабль идет!       – Не дайте им навредить Хико, Мурка, Барби, – начала отдавать приказы я, пытаясь по-быстрому проанализировать ситуацию. – Халва, старайся убрать каравеллу с траекторий возможных атак противника. Сами-чан, буди давай свою Волю и помогай однолицему-младшему, – развернулась к гостю, все-таки решаясь кинуть предъяву: – Мужик с клыками, колись, что ты от нас скрыл. Не стали бы люди крысятничества ради выводить боевой корабль.       – Это небезопасно для вас, – с упертостью барана ответил мужчина.       – Ты издеваешься?! – Мурка врезала клыкастому стопкой карт. За время, проведенное вместе, я усвоила, что своим оружием она дубасит окружающих, только если очень нервничает. – На нас сейчас идет боевая бригантина, и ты говоришь что-то про опасность информации, кретин?!       – Да, – клыкастый продолжал держать рожу кирпичом. – Все может быть еще хуже, – кулаки зачесались не у одной меня. Я прямо услышала скрип кисти о рукоять меча.       Зачем мы, в частности я, вообще помогаем этому самоуверенному ублюдку? Да потому что, взяв его с женой на палубу, мы заодно стали ответственны за их шкуры. Ладно, черт с ним.       – Сиди тут, – махнула я на клыкастого. – Сейчас мы надерем тем мудакам задницы, и ты все нам расскажешь, – я хотела уйти уже, но кое-что вспомнила: – Мурка, если дернется куда-то не туда, разрешаю кинуть в него карту.       – С удовольствием, – аура подозрительности и жажда убийства усилились так, что мне аж поплохело. Может у нее ПМС, не? Опасные в этом мире бабы.       – Не помрите тут, – на грани слышимости прошептала я, – это единственное мое пожелание, ребята.       – Мы тебя услышали, детка, – козырнул блондин.       Уже сидя в спущенной на воду лодке я вспомнила одну армейскую поговорку:       – К пустой голове руку не прикладывают, Барби-чан! – прости, не удержалась.       – Вернешься, и я тебе скальп сниму, стерва! – любя проорал парень.       – Я тоже тебя люблю! – на моей реплике Шанкса и Дракулу передернуло, будто обоих током Барби шандарахнуло. Нужно им, наверное, однажды рассказать, что я тогда на камбузе пошутила.       Послышались хлюпающие звуки со стороны гребущего Эла. Это он так всеми силами пытается не заржать. Что-то я передумала раскрывать правду. Доставлю-ка я моей Элли легкое удовольствие в форме психологического стеба.       – Думаешь, стоит верить нашему гостю? – задумчиво спросил Астарот, продолжая грести на второй паре весел.       – А какая разница? – пусть это безалаберно с моей стороны, но мне действительно плевать, что будет дальше. Главное – жить настоящим.       Остаток пути был проведен в молчании. Для такой шумной компании это было странно, но и оправдание вакуумной тишине было. Все-таки день и вправду выдался напряженный. Столько нервов не каждый день тратится.       – Снова куда-то переть? – я отчетливо услышала стервозный женский голос. Шизофрения, ты ли это?       Такая же фигня была неделю назад, но с жесткого похмелья и не такое могло приглючиться. Почему в этот раз происходит то же самое, только голос совершенно другой?       – Опять испачкаюсь... – воздух словно разрезал плаксивый голос с теми самыми нотками, будто пенопластом по стеклу скребут.       Вот его я узнала! В ванной его слышала! Эти голоса действительно мерещатся только мне? Коллективные галлюцинации это, конечно, тоже плохо, но мне от такой формы спокойнее на душе. Хотела я или нет, но весь мужской квартет в лодке оставался таким же непоколебимым в своем пофигизме, будто накуренный лемур. А если все думают, что им кажется, и каждый боится признаться в протекающей крыше? Хм, вполне может быть.       Лодка мягко натолкнулась на песочную отмель, вырвав меня из раздумий. Я должна узнать, что это за бабские голоса, но только после того как разберусь с проблемами насущными. Например, как мне добраться до песка, не коснувшись морской глади. Конечно, выгоднее было прокатиться на дредовом, но не понесет же Рыжий или Дракула Эла.       – Шанкс-кун, не поможешь даме добраться до берега? – почему когда я меняю суффикс или обращение, то людей так передергивает?       – Погоди-погоди, я хочу услышать это еще раз, – видимо, думая, что я перестала использовать прозвища, запросил Шанкс-кун. – Так как ты там меня назвала?       Я даже могла бы наступить на горло собственной гордости, если бы не увидела, как Эл создал себе серебряные высоченные гетто и ловко на них почапал к берегу. Читер, что б его.       – Иди в жопу, Рыжий, – фыркнула я и повернулась к своей первоначальной цели. – Астарот, не донесешь меня? – в ответ мне поднятые мышца того места, где должна располагаться бровь. – Пожалуйста? – кивок.       Дредовый даже великодушно опустился пониже, чтобы мне было удобнее залезть. Какая щедрость, однако. Вот я протянула ручонки, дабы зацепиться за плечи Астарота, как...       – Да красные они!!! – и я полетела...       Не успела я насладиться ощущением свободного полета, как пропахала носом траншею в песочном пляже, где неделю назад я собирала материалы для плота и где сейчас собрались два десятка негативно настроенных мужиков бандитской наружности. Это какой силы должен был быть пинок, чтобы закинуть мою тушу на расстояние пятидесяти метров?! У меня синяк во всю задницу будет!       – Откуда эта баба прилетела? – послышался тупой вопрос. Они слепые или да?       – Хэй, ребятки, какого черта вам нужно? – я мгновенно перешла к делу, едва отряхнувшись от песка перед засранцам. – И чье это хозяйство плывет? – я указала на боевой кораблик.       – Э? – некультурно открыл рот самый дерзкий на районе.       – Не слышишь? Девушка задала тебе вопрос, – какие мы галантные, Рыжий. А пинок я тебе еще припомню.       – А мне плевать, – самый главный, видимо, безразлично поковырялся в ухе. – Отдайте нам людей, которых вы спрятали.       – Никто никого не прятал, – включила я дуру.       – Верно, – важно покивал Эл. – Если вам не достает мозгов, валите отсюда.       – Повторяю, отдайте нам этих людей, если не хотите проблем, – да их начальник упертый. – Или дайте нам обследовать корабль.       – А ордер есть? – поинтересовалась я, заранее ставя на то, что ребятки вообще не знают, что это такое. – Нет, тогда захлопни варежку.       – Стерва! – меня так называют уже второй раз за день. Я и обидеться могу. – Как ты смеешь указывать, что делать моего господину. Да я тебя!..       – Погодь-погодь! – вдруг вспомнила один немаловажный момент я. – А ты меня не узнаешь?       – А должен? – недоуменно почесал затылок самый крикливый из той двадцатки на берегу.       – Совсем? – ответ отрицательный. – А их? – я тыкнула в Эла и Астарота, которые как крутые секьюрити стояли за моей спиной, готовые в любое время атаковать. – Или их? – указала на Шанкса с Михоуком.       Недоумение промелькнуло в глазах честнóй компании, а затем я прямо увидела, как булки дружно поджались. Так нечестно! Надоело!       – Эл! – в моем голосе засквозили нотки глубокой печали. – Верни, как было! – я многозначно показала не до конца сжатую в кулак левую кисть.       – Ты серьезно? – брюнет засомневался в моих умственных способностях. – Чтобы ты имела возможность бить окружающих с последующими психами, как тебе больно?       – Да.       – Чтобы снова слушать твое ежедневное нытье о том, как тебя задолбала серебряная рука?       – Давай уже.       – Чтобы тебя все снова бесило собственное прозвище?       – Да мазохистка я! – психанула я. Эх, нервы ни к черту. – Это ты хотел услышать?!       – Ага, – как кот, объевшийся сметаны, кивнул Эл.       Меня посетило чувство дежавю, когда кожа начала покрываться холодными металлом. Только ощущения все равно не те. То ли у Сепуха опыта были больше, то ли Эл что-то не доделал, но меня не покидало ощущение, что под слоем серебра осталась плоть со всеми анатомическими составляющими.       – Ну теперь пора бить морды, – я присела, разминая ноги. Оу, я ведь забыла еще кое-что: – Шанкс, Михоук, если вы хотите плыть на Гранд Лайн отдельно от Крестей, то вон там стоит неплохой представитель ходового транспорта, – я кивнула на боевой корабль.       – Ты просто хочешь, что бы мы расчистили бригантину от лишнего мусора, – поджал губы Дракула. – Так и говори.       – Раз сам понимаешь, то зачем переспрашивать? – улыбнулась в ответ я.       Стоять! Они ведь действительно поперлись захватывать для личных целей бригантину. Это я настолько хорошо умею манипулировать окружающими или эти самые окружающие просто очень сильно хотят от меня свалить? Я не успела развить эту мысль, как первый атакующий уже попытался напасть в рукопашную. На меня плеснули капли крови, и кисти противника не стало. Астарот будет следить за безопасностью моей тушки... Звук очереди выстрелов, но пули не долетают до цели, потому что траектория сбита стеной металла ...а Эл закрывать щитом. Так или иначе, но с органикой у него туго. Хм, а если превратить в следующий раз в серебро мне не руку, а перчатку, которую, если захочу, смогу в любой момент надеть. Гениально!       – Не стой столбом, Рен-чан! – красноглазый снова прикрыл меня от атаки.       И кровь ударила в голову. Разум затуманивается, хочется уничтожить каждого, кто посмеет причинить вред мне и моим накама.       Пять минут пролетели как один миг. Костяшки настоящего кулака разбиты в кровь, на серебряных образовались вмятины. Неприятно, паршиво, но нужно довести дело до конца.       Вот осталось всего двое противников. Один босс и его защитник – крикливый. Первого валить не стоит, грамотнее будет взять в плен и вытащить всю информацию. А второй меня слишком достал. Еще и обзывается постоянно гад.       Крикливый вытащил клинок из-за пояса. Это противник Астарота, не мой – понимаю я, когда их мечи скрещиваются. Удар, парирование, контрудар. Неожиданно мечники оказываются на равных. Не верю. И вообще почему клинок крикливого стал черным? Читы, это все сранные читы.       – Воля... – сплюнул Астр.       – Что?       ...И в тот же миг раздался оглушающий взрыв, разрывающий своей громкостью барабанные перепонки. Не успела среагировать. Мир перед глазами поплыл.       В ушах звенит. Ничего не слышно. Мне что-то кричит Эл, но я вижу только рот, открывающийся как у рыбы, выброшенной на берег. Поднимаю голову, но вместо бригантины и каравеллы вижу одно смытое пятно. Дым, что поднимается над кораблями, укутывает всё плотной пеленой. Что там вообще произошло?       Оглянулась вокруг. Босс, толстозадый противный мужик, лежит и, кажется, не дышит. Остановка сердца? Вполне может быть. Что с крикливым? А, вижу, нанизан на Суноши. Раньше все это месиво пугало, хотелось замотаться в одеяло и ныть о хреновой судьбе, а сейчас стало плевать на чужие жизни. Эгоистично, подло, отвратительно – да, но именно таким способом в этом мире все и живут. Защищая накама. Сражаясь за право жить.       – Черт, возвращаемся на Хико! – орет мне на ухо Астарот, чтобы я наконец пришла в себя. – Здесь больше делать нечего!       Меня он перехватил поперек живота, оглушенного Эла закинул на плечо, но никуда дредовый добраться не сможет с двумя грузилами-фруктовиками, тем более переправиться через морскую полосу без лодки.       – Я сама, – хлопаю мужчину по руке, чтобы отпустил.       С рук спускает бережно – заботится. Встаю в позу лягушки, той самой, которую выполняют дети во всяких играх. Мышечная ткань ног сокращается во всю возможную силу. Бедра и икры раздуваются до невыносимых размеров, но внешний вид меня сейчас волнует в последнюю очередь. Никогда раньше не практиковала прыжки на такое огромной расстояние, но нужно когда-то начинать.       И-и-и прыжок!       Приземлилась ровно по центру палубы каравеллы. Просто немыслимые результаты для человека, который пару месяцев назад после пяти километрового кросса умирал от перегрузок, но вполне реальные для фруктовика. Хико была покрыта дымом, но никаких повреждений или открытого огня я не увидела. Только половины кормовых надстроек бригантины не стало. Мне резко стало плевать на причины взрыва, когда я заметила шестерых моих накама, столпившихся вокруг чего-то. Точнее кого-то. Клыкастый, ты ли это?       Я подошла ближе, чтобы лучше понять, что происходит. Мужчина сейчас мало напоминал живого человека, скорее кусок обгоревшего мяса. Местами выпирали кости. Грудная клетка еле поднимается. Дышит, но это ненадолго. Даже Фенекс его не сможет вылечить. Я уверена, она сейчас вымотана как никогда. Роды прошли успешно.       На коленях перед обгоревшим глотала слезы новоиспеченная мамаша, прижимая к груди укутанного в чистую ткань младенца с зеленым хохолком. Он единственный, кто улыбался, хотя необычный изгиб губ больше походил на оскал.       По какой-то причине и Мурмур стояла на коленях, на грани слышимости извиняясь за свое поведение. Из покаяния можно было понять, что именно мужчина закрыл ее от взрыва, тем самым спасая шкуру малиноволосой.       – Я знаю, что прячет Мировое Правительство, – губы клыкастого зашевелились. – Я знаю, что Мировое Правительство потеряло. Поэтому на меня и мою семью началась охота, – Что? Не молчи, прошу. – Это...       Мне очень захотелось шуткануть, что по закону жанра мы узнаем продолжение под конец жизни, а рассказчик обязан умереть, не договорив самую важную часть... Но, к общему сожалению, все так и случилось. Глаза остекленели, а губы застыли. Сердце клыкастого окончательно остановилось.       – Он умер, – констатировала я, закрывая мертвецу веки. – Пиздец.       Все молчали, отдавая честь покойному, и только Сами-чан шумно выдохнула. Зная ее апатичность и пофигистичность, стоило предположить, что она знает что-то очень серьезное, связанное с этим Мировым Правительством. Почему никто не обращает внимания на странное поведение блондинки? Неужели все изменения вижу только я? Это из-за той нашей связи в прошлом, верно?       – Однажды я все узнаю, Сами-чан, – шепнула я девушке на ухо.       – Конечно, Реней-доно, – ласково улыбнулась в ответ Самигина. – Но не сейчас.       Увы, нашу интриганскую идиллию прервала до сего момента находившаяся в прострации зеленка, еле шевеля губами:       – Имя. Мы даже не выбрали имя, – женщина была на грани истерики. – Он не успел наречь ребенка. По традициям кланов это должен делать отец или другой старший родственник по линии мужа. Так нельзя. Нельзя...       Черт, мне даже жалко ее. Даже не истерит, ибо в шоке глубоком. Столько на зеленку, по моей информации, свалилось за последнее время. Я ведь даже имени ее не знаю: зеленка да зеленка. Помочь ей, что ль, чем-нибудь?       По моим скромным знаниям о пиратстве, полученным, конечно же, из известной пиратской саги, капитан на корабле был царем и Богом, который мог венчать, разводить пары да наречь мелкого. Но нужно и имя выбрать. Спросить совета команды? Тогда обсуждения затянутся до ночи, еще и все передерутся. Хм, из пиратов я знаю только персонажей Пиратов Карибского моря, а из реально существовавших только троих. Это Тич, Морган и Бартоломео Робертс. И то слышала я о них только благодаря употреблению их имен во всё той же серии фильмов.       – Я не смогла назвать своего ребенка, но у меня есть шанс назвать чужого, – разорвал тишину мой голос. – Как капитан Крестовых Пиратов я беру все последствия своего выбора на себя. И черт с этими клановыми ритуалами. На корабле монарх – капитан, и я как капитан имею все права, для того чтобы дать имя кому угодно, хоть сыну Божьему, – я сделала паузу и резко выдохнула: – Пусть это будет малыш Бартоломео.       Аплодисментов не было, как и особой радости. Знаете, лишний труп счастья не добавляет. Эх, малыш Барто, не вовремя ты родился.

***

      Вот сижу я в "вороньем гнезде" и думаю: или там пирата звали Бартоломью? Черт, ведь реально не то имя назвала. Ой, да не суть. Какая вообще разница? Бартоломео тоже хорошее имя. Мне и так нравится.       И вообще не стоит себя грузить, если внизу, на палубе, намечается небольшая пирушка. Хотя по настроению, витавшему на Хико, праздник отчетливо был похож на похороны. Вообще-то так и было. Клыкастого мы похоронили, а зеленка будет доставлена на соседние острова, что бы она с мелким Бартоломео могла скрыться. Через пару лет вернутся, как ни в чем не бывало, если захотят. Надеюсь, что зеленка не станет срываться на мелкого из-за смерти мужа и Барто по этой причине не вырастет вредным гавнюком. Впрочем, всё это неважно. Главное то, что я и мои накама живы. Да, я страшная эгоистка, но так жить намного комфортнее.       Следующая остановка – острова Кономи, куда мы причалим уже без Шанкса и Михоука. Несколько дней назад они отчалили на Гранд Лайн. Должна признаться, что я по ним скучаю и искренне надеюсь, что мы встретимся еще не раз. Только без алкоголя. Ну нафиг.       Я почти счастливо улыбнулась. Наконец мы смоемся из этого филиала Ада. Но конкретно я попаду в другой. "Воронье гнездо" – моя территория, в которой в большинстве случаев царит вечное пекло.       – Фух, – через перила моего маленького убежища перегнулся Зепар и упал на доски пола. – И как вы все так легко сюда залазаете?       – Ты чего тут забыл, мелочь? – заинтересовалась я.       – Еще раз так назовешь, и я тебе кошмар наведу, – пригрозил этот сопляк. Я его, конечно, люблю, как и всю свою команду, но мстя моя будет страшна.       – Не бузи, – фыркнула я. – Зачем забрался сюда? – я ж знаю, что он высоты боится. Глупый страх, особенно для того, кто разгуливал по морде огромного кита, но у всех свои заморочки.       Молчали мы долго, я успела досчитать до пяти тысяч, при этом умудрилась раз двадцать сбиться. Что такого произошло, что Зепар пришел именно ко мне?       – Знаешь, – вдруг ни с того ни с сего начал пацан, – я слышал об этой способности сейчас принадлежащих мне глаз, но на себе испытывать никогда не приходилось. Говорят, у новорожденных нет страхов. Единственное, что они испытывают, помимо физиологических потребностей, это неизвестность. Это и есть общий страх вот таких мелких. Будущее неизвестно никому, но для новорожденных это истинная фобия. Глаза показывают боязнь человека, а в этом случае владельцы глаз видят будущее. Ребенок тоже видит, но через пару лет он уже это не вспомнит. Так получилось, что я заглянул в глаза мелкому... У этого Барто какой-то невероятный, переломный момент будущего связан с человеком в соломенной шляпе, но не с Шанкс-саном. Шляпа та же, но лицо совсем другое. И я бы рассказал о способности намного позже, а конкретно этот случай забылся бы, но... – малец поник. – Меня гложет непонятное чувство обязательства... Что ты обязана знать. Память владельцев глаз часто играет со своими хозяевами дурную шутку, как и их способности. Я боюсь, что забуду самые важные вещи.       – Не переживай, Зепар, – я взлохматила пацану зеленые кудряшки, прекрасно зная, как он это не любит. – Я все запомнила.