Золотые цветы

На Поверхности наступила первая настоящая осень в жизни монстров. Это время года для многих из них было незнакомо — кроме, пожалуй, совсем древних стариков вроде Герсона, видавших наземный мир ещё до знаменитой войны между людьми и монстрами, но таковые попадались редко. Тихо и спокойно прошёл сентябрь, порадовавший тёплыми, солнечными, почти летними деньками, хотя и заметно более холодными, чем в августе… А затем, словно высвобождая долго сдерживаемые стихийные силы, шарахнул октябрь с дождями, затяжными серыми вечерами и промозглой сыростью. Такого монстры никогда не видели. Это никаким боком не напоминало ни умеренный климат Руин или Столицы, ни мягкий морозец Снежнеграда, ни жару Жаркоземья, ни даже тёплую влажность Водопадья. Просто холод, грязь, обложные дожди и листва, сначала украшающая деревья роскошным красно-золотым одеянием, а затем превращающаяся в серо-бурый ковёр под ногами. Андайн, однако, не могла сказать, что ей совсем уж не нравилась такая погода. По своей рыбьей натуре она любила влажность, а от низких температур спасала тёплая одежда. Даже в далеко не самые приятные осенние дни, когда с полностью затянутого серыми тучами неба сыпался дождик, она порой выбиралась погулять. Одна. Альфис редко составляла ей компанию в такие часы. Ящерка рассыпалась в извинениях, но, как правило, оставалась дома — ей по душе больше были сухость и уют. Недавно, впрочем, она согласилась на подобную прогулку… и простудилась. Теперь Андайн шла по улице в аптеку для монстров, прикрываясь зонтом. Купив все необходимые лекарства, бывшая воительница направилась обратно домой. Она не спешила. Альфис хворала не так уж сильно, а самой Андайн было о чём подумать и помечтать. Она шагала, почти не стараясь обходить лужи (благо резиновые сапожки позволяли не промочить ноги) и прислушиваясь к музыке в наушниках, высунутых из-под ворота чёрной куртки. Ветер постепенно усиливался. Андайн лишь улыбалась уголками губ — в начинающемся буйстве она ощущала что-то родное. Вскоре, впрочем, улыбка сбежала с её лица: очередной порыв так рванул зонт, что едва не выломал спицы. Чертыхнувшись, бывшая воительница остановилась, пытаясь починить его. Спицы, как назло, упорно не желали вставать на место. Дождь заливал красные волосы, мокрыми прядями прилипавшие к спине. — Кого я вижу! Андайн! Представить себе не можешь, как я рад видеть тебя здесь! — раздался знакомый голос над головой. Андайн выпрямилась. Её лицо озарила широкая радостная улыбка. — Папирус! Я тебя уже недели две не видела! Как жизнь? — Всё просто отлично, Андайн! Я возвращаюсь с учёбы. Ну, ты знаешь, учусь в колледже на повара. Пусть я не стал крутым королевским стражником… Зато однажды я стану крутым шеф-поваром! Королевских масштабов! Ну, это в будущем. Пока что я просто студент. А что с тобой? Ты не должна ходить по улице со сломанным зонтом! Пошли, зайдём к нам домой! Тут недалеко. Тут только Андайн осознала, что находится буквально через переулок от нового дома скелебратьев. Разумеется, она приняла приглашение, чтобы починить злосчастный зонт и просушиться. Она быстро зашагала за Папирусом. У самого скелета зонта не было. Как он объяснил по дороге — забыл. Видно было, что из-за этого он здорово торопился: сапоги и края штанов были забрызганы осенней грязью. Кстати говоря, Папирус наконец-то отказался от своего супергеройского костюма, в котором по старой памяти проходил всё лето. Несмотря на тягу к «крутому» внешнему виду Папс посчитал, что осенью среди людей ходить в подобном будет непрактично. Поэтому теперь на нём красовались обычные джинсы и белая куртка. У дома парочка оказалась довольно быстро: Папирус перемещался семимильными шагами, увлекая свою спутницу за руку. Андайн уже бывала в этом доме пару раз. Скелебратья отделали его на славу. Он здорово смахивал на дом, оставленный в Подземелье, разве что цветовая гамма была посветлее: те же два этажа, те же комнаты братьев на втором этаже, а на первом — гостиная, кухня и ванная. Андайн вспомнила, как в прежние её приходы Папирус жаловался на то, каких усилий ему стоило заставить Санса уделять ремонту достаточно времени. Эти воспоминания вызвали у неё улыбку. Да, Папирус явно умел мотивировать, раз уже к октябрю с ремонтом было покончено. Младший из братьев всегда славился неиссякаемыми запасами трудового энтузиазма. — Проходи, Андайн, и чувствуй себя как дома! Вон, повесь куртку на батарею, быстрее высохнет. Папирус убежал в комнату переодеваться и уже через пару минут вернулся, на ходу ставя чайник. — У вас уютно. Как дела, Папирус? Какие новости? Каково тебе учиться с людьми? — Андайн присела за стол на кухню. — Да всё просто великолепно! Я определённо нравлюсь людям! Я завёл много новых друзей! — радостно затрещал высокий скелет. — Люди действительно оказались милыми созданиями! Вообще, думаю, поначалу им было немного неудобно от того, что с ними в одном колледже учится скелет… Но я сумел произвести хорошее впечатление! Мне кажется, они начинают ко мне привыкать. Вчера меня пригласили поиграть в баскетбол в воскресенье. Нья-ха-ха! Заводить друзей оказалось легче, чем я думал! — Я не удивлена, Папирус, — Андайн широко улыбнулась и приняла из его рук чашку горячего чая. — А как там Санс? — О, ну ты помнишь, я рассказывал, что мы с Сансом решили учиться по очереди? Мы с ним ещё летом обсудили этот вопрос. Дом большой, за него надо платить, где-то брать деньги на еду и прочее. На одни стипендии много не проживёшь. Санс настоял, чтобы учиться пошёл именно я, пока он работает. Он нашёл себе подработку. Честно говоря, я не уверен, что он там не ленится, но… Судя по тому, что он до сих пор там и у него всё нормально, он правда старается. Я хочу ему помочь. Может, по выходным буду тоже где-нибудь работать. Хотя тогда у меня не останется времени на уборку… Тогда Санс всё закидает своими грязными носками! Нет, кажется, я не смогу всё совмещать… — Папирус! — Андайн засмеялась. — Ты так сгоришь от переутомления! Ты хотя бы спишь по ночам, я надеюсь? — Сплю ли я? Разумеется, сплю! Я соблюдаю режим, чтобы оставаться бодрым и полным сил! Папирус быстренько залил в себя чашечку чая и взялся за зонт Андайн. Он сел на пол, сосредоточенно поправляя спицы у раскрытого зонта. В его руках они скоро встали на место. — Вот и всё! Домой пойдёшь с прекрасным целым зонтиком. А ты чем похвастаешься? Как Альфис? — Чем похвастаюсь… Ну, про свою работу одним из физруков в школе королевы я тебе говорила. Сегодня у меня уроков нет, поэтому я прохлаждаюсь. Вообще-то я ходила в аптеку. Альфис простыла. Несерьёзно, но я слежу, чтобы всё было в порядке. — Нье-хе-хе, в такую погоду и вправду заболеть нетрудно. Кто же знал, что на Поверхности погода бывает такой… эм… нестабильной? Нет, не то слово. Такой… такой… — Такой, что можно ПРОДРОГНУТЬ ДО КОСТЕЙ, — послышался голос вошедшего в дом Санса. — Санс! Некоторые вещи совсем не меняются, — проворчал высокий скелет. — Ты сегодня рановато. Уже освободился? Или это очередной внеплановый перерыв? — Отпросился пораньше, бро. Уж извини меня. Неважно себя чувствую. — Тоже заразился? — промолвила Андайн. — Лекарствами поделиться? — Ни в коем случае! — всполошился Папирус. — У такого заботливого брата, как я, всегда припасено всё необходимое! — он полез в шкафчик, вытаскивая множество каких-то коробочек. — Итак, Санс, я слушаю, что именно не так! Старший скелет улыбнулся, поёживаясь. — Да не в этом смысле неважно, бро. Монстролекарства мне не помогут. Полагаю, это просто переутомление. Ты не поверишь, но я усердно трудился все эти дни. У меня даже не было частых перерывов. Работа в таком режиме… выматывающее дело. Думаю, что лучшее лекарство в таком случае — хороший сон. Часиков на пятнадцать, — Санс с усмешкой подмигнул. — Папирус прав, некоторые вещи совсем не меняются, — усмехнулась Андайн, вспоминая, как Санс откровенно дрых на посту в Подземелье, вместо того чтобы высматривать людей. — Санс, ты законченный лентяй, — добродушно проворчал Папирус, улыбаясь. — Но, думаю, тебе действительно стоит поспать, раз всё настолько плохо, что ты уходишь с работы. Отправляйся в кровать бегом, я сам всё сделаю!.. Как обычно. Санс не заставил себя упрашивать и скрылся за дверью своей комнаты. Андайн засобиралась домой. — Ладно, мне пора. Не думаю, что стоит бросать Альфис надолго в одиночестве. Спасибо за гостеприимство, Папирус. — Пока, Андайн! Передавай ей привет! — крикнул вдогонку высокий скелет. Дверь за воительницей захлопнулась. Санс лёг на кровать, закрыл глаза и повернулся на бок, плотнее заворачиваясь в пахнущее кондиционером для белья одеяло. После переезда Папирус стал ещё придирчивее относиться к порядку и взял на себя ещё и заботу следить за тем, чтобы брат спал в нормальной постели, а не на матрасе, где комок простыней здорово смахивал на кочан грязной капусты. Да даже сейчас, судя по звукам, тот возился где-то в доме со стиркой и готовкой. «И ведь ещё домашку свою успеет сделать…» — лениво подумал Санс. Усталость после работы действительно взяла своё, и Санс отключился.

***

— Фриск!!! — возвращаясь к себе домой дворами, Андайн услышала громкий хоровой вопль. Судя по голосам, кричали Чара и Флауи. Заинтригованная бывшая воительница подошла поближе. Она действительно увидела знакомую девочку в зелёной куртке на жёлтой подкладке, а рядом с ней — крупный цветок, ярким жёлтым пятном виднеющийся на фоне тусклых осенних красок. Оба улыбались. Они выдержали небольшую паузу и, переглянувшись, опять заорали: — Фриск!!! Вторая девочка, в синей куртке на розовой подкладке, показалась из-за домов позади них, разводя руками. — Нет, ребята, извините, у меня не получается. Не представляю, как вы это делаете. — Я же говорила тебе. Используй решимость. Когда ты чувствуешь, что тебя зовут или что ты где-то должна появиться, ты собираешь всю свою решимость в кулак, концентрируешься и перебрасываешь себя туда, где тебе нужно быть. Тебя должно буквально вынести твоим желанием оказаться в определённом месте или рядом с кем-то, тебе нужно заполниться этим чувством целиком, — объяснила Чара, повернувшись к сводной сестре. — Попробуй ещё раз. Фриск вздохнула и отправилась обратно в соседний двор. — Привет! Что делаете, мелкота? — спросила Андайн, подойдя совсем близко. — Здравствуйте. Учим Фриск появляться в ответ на зов. Ну, а если в целом — мы с Флауи решили её обучить нашим фишкам. Будет лучше, если у нас троих будет общий набор умений и навыков, — ответила Чара. — Мы тут уже полчаса пытаемся, и… — Спасите, на помощь, газонокосилка! — вдруг закричал Флауи перепуганным визгливым голоском. Фриск оказалась рядом в ту же секунду. Андайн готова была поклясться, что девочка не сделала ни одного лишнего шага. — Не волнуйся, Флауи, я… Так, стоп. Какая газонокосилка в середине октября? И разве ты не можешь просто уйти под землю за долю секунды? В ответ раздался хохот цветка. — Флауи!!! Ты меня надул!!! — Но согласись, смешно получилось! Ты с таким героическим лицом появилась! — не унимался Флауи. — Да ладно, зато ты наконец-то смогла переместиться на зов! Тебе это помогло, а значит, я молодец. Чара одобрительно кивнула. — Ладно, что ж, спасибо за помощь, — улыбнулась Фриск. — Кажется, я наконец поняла, как это делается. — Выглядело круто. Что ж, мелкота, удачи вам. Мне пора идти к Альфис, — сказала Андайн и удалилась прочь. — Так, девчонки, продолжаем урок. Перемещаться на зов научились… Что там дальше? Чара, что ещё умеем мы, чего не умеет она? — сказал Флауи, поглядывая вслед воительнице. — Копаться в файлах сохранения, — ответила сестра серьёзно. — Фриск умеет сохраняться и возвращаться к последнему сохранению. Но она не умеет возвращаться к любому другому, не последнему, не умеет удалять файлы и всё такое прочее. Ей не хватает полного контроля над игрой. — Ах да, точно. А ещё она не может просматривать данные с чужих точек, как это при ней делал я. Значит, сейчас этим и займёмся. Где там были точки? Наступила пауза. Все трое задумались. Никто из них уже давно не видел ни одной точки сохранения. Фриск попыталась вспомнить, когда она пользовалась хоть одной в последний раз, и в итоге обнаружила, что это было в Подземелье, перед тем как окончательно переехать на Поверхность к Ториэль. — Хорошо, поставим вопрос иначе. На Поверхности они вообще существуют? Или игра существует только там, под горой Эботт, а здесь возможна лишь обычная жизнь? — спросила Фриск. — Ерунда. Игра действует и здесь. Либо мы плохо искали, либо они появляются в процессе какого-нибудь определённого «сюжета». А особого сюжета у нас пока что нет. Я не обладаю знаниями насчёт того, откуда и когда они берутся. Это мне так и не удалось выяснить, — признался Флауи. — Интересная идея для расследования… Нужно будет попробовать узнать об этом поподробнее. Что ж, тогда… Прогуляемся до горы Эботт? Там они точно есть, — предложила Фриск. — Если только завтра с утра, благо завтра суббота и вы не учитесь. Путь неблизкий, а под землёй я вас переносить не буду. Мама вас не отстирает, — усмехнулся Флауи, осматриваясь по сторонам. — Я бы вообще уже домой вернулся. Темнеет, холодрыга, сырость. Охота вам тут торчать. — Каким ты нежным стал, Азриэль, — захихикала Чара. — Ну, знаете ли, погодка и вправду не айс. Троица отправилась домой. Вечер проходил, как обычно: девочки рисовали, болтая друг с другом, Ториэль проверяла школьные тетради, а Асгор грелся у огня, попивая свой любимый чай. Флауи находился неподалёку, но, правда, не дома, а у себя в теплице. В одиночестве ему быстро стало скучно, и он задремал, убаюкиваемый стуком капель снова начинающегося дождика. Утром, однако, он проснулся раньше всех и сразу отправился к сёстрам. Ему пришлось ждать, пока они завершат все утренние дела и поедят. Путь до горы Эботт занял несколько часов. Долгая тряска в автобусе (к счастью, не переполненном народом), затем длинный пеший путь через лесок… В лесу Флауи время от времени показывался из-под земли, окликая сестёр и тотчас же прячась. Те тщетно пытались заметить его, оборачиваясь, и пересмеивались между собой. Временами они поскальзывались на грязных тропинках и придерживали друг друга под руку. После промозглой сырости Поверхности атмосфера Подземелья показалась чуть ли не раем. Девочки проследовали в тронный зал, в котором всё так же, как прежде, цвели золотые цветы, и ненадолго задержались здесь. Они даже не сразу заметили Флауи, появившегося среди них. — Между прочим, там около выхода должна была быть точка сохранения. Но её там нет. Это мне совсем не нравится. Ищем дальше. Новость встревожила девочек. Они поднялись и стали рыскать по дворцу. Ни одной точки они не нашли на своём месте, но сдаваться не собирались. Первая точка обнаружилась перед входом в Новый Дом. — Ну наконец-то! — воскликнул Флауи. — Я уже всерьёз начал переживать. — Для начала я просто сохранюсь, — решила Фриск и коснулась рукой сияющей золотистой звёздочки. Но ничего не произошло. Девочка удивлённо посмотрела на звёздочку и попробовала ещё раз. Снова ничего. Троица переглянулась. Чара отодвинула сводную сестру от точки сохранения. — Так, погоди… Дай посмотреть. Она приложила руки и прикрыла глаза, пытаясь разглядеть что-то разумом. — «Устарела». Она тебя «помнит», но больше не действует. Так было с прошлыми детьми, когда их игра заканчивалась. Но твоя ещё продолжается, пока ты жива. Та история с человеческими душами и моим возвращением явно была продолжением игры. Что не так? Фриск пожала плечами. Флауи тоже молчал. В этот момент все трое ощутили кое-что странное. Их как будто «потянуло назад», в голове неприятно зашумело, воспоминания на миг смешались в комок… и тотчас же всё исчезло. В итоге ничего не произошло. Они по-прежнему стояли у входа в Новый дом на тех же местах, на каких и были. — Попытка сброса… — нахмурилась Чара. — Это чувствуется именно так. — Неудачная, — хмыкнул Флауи. — Может, появился кто-то ещё… кто может «играть»? — обеспокоилась Фриск. — Не-а. Он не смог сбросить. Значит, он слабее нас. По крайней мере, слабее тебя, — возразил Флауи. — Ну, и вдобавок кнопка сброса где-то у Санса… Я отдавала её ему. Как думаете, может, стоит ему позвонить, чтобы он перепроверил, всё ли с ней в порядке? — Попробуй, — согласилась Чара. Девочка набрала номер скелета. Вскоре в трубке послышался весёлый голос Санса: — Привет, малая. Чего звонишь? — Слушай, Санс… Ты очень занят? Есть проблема… Точки сохранения перестали работать, и только что кто-то пытался сбросить и не мог. Ты можешь проверить, всё ли там нормально с кнопкой? — Уверен, что да. Ведь доступа в то место никому нет. Я тоже на минутку почувствовал что-то странное, но… Полагаю, что кто-то решил попробовать побаловаться, — ответил Санс. — Пожалуйста, проверь всё равно. Нужно удостовериться. — Эх, ладно, малая. Жди. Ты где сейчас, кстати? — В Подземелье, у Нового Дома. Старший скелет только присвистнул насчёт того, как далеко занесло девчонку, и, отойдя от дивана, на котором он сидел в это время с пакетом чипсов, телепортировался. Он очутился в довольно странном месте. Было похоже на большую комнату, достаточно пустую и пыльную, с клочками какой-то бумаги на полу. Похоже, что даже здесь Санс совершенно не утруждал себя уборкой. В руках скелета блеснула связка каких-то ключей. Он выбрал один, подошёл к одному из немногочисленных шкафов, составлявших всё убранство этой комнаты, открыл ящик… и уставился в него немигающими глазницами, из которых пропали белые огоньки. Ящик был пуст. Скелет медленно прошёлся по комнате, всматриваясь в каждый угол, каждую стену, каждый сантиметр пола. Было похоже, что он искал хоть какие-то улики, хоть какое-то указание на то, кто совершил такую вопиющую кражу. Однако он не нашёл ни малейшего следа. Тогда, вздохнув, он телепортировался уже на то место, где его ждала Фриск. — Да вас тут целая компания, — усмехнулся он, увидев Флауи и Чару. — В общем, малая, есть проблемка. Кнопка сброса пропала. А следов похищения нет. То есть напрямую её вообще никто не трогал. Такие дела. — Её просто «вывели из игры», — проговорила Чара. — Ну, или она как-то пропала сама. Если нет никаких указаний на конкретного злоумышленника, возможно, это просто глюк. Я думаю, что это можно исправить, но пока не знаю, как. Такими вещами нам с Азриэлем заниматься не доводилось. Но у меня есть мысль. Азриэль, помнишь, ты притащил из того погреба кучу штук, оставшихся в наследство от чародея? — Флауи кивнул. — Я как-то уже рассказывала, что «игра» началась с них… Возможно, в их вещах мы сможем найти что-нибудь, что поможет нам решить проблему. Будем надеяться, что это действительно всего лишь какие-нибудь сбои. — Хорошая мысль, — кивнула Фриск. — Санс, поможешь добраться до дома? — Да вы никак собрались меня в качестве транспорта использовать? — усмехнулся скелет. — Привыкай, — захихикал Флауи. — Потому что всё лето вместо транспорта у них работал я. Санс взял Фриск и Чару за руки и «коротким путём» провёл их к дому Асгора и Ториэль. Флауи догнал их под землёй. У крыльца Санс повернулся, чтобы уходить. — Ладно, малая, если что — сообщай. Мне домой пора. Пока, хех. Тори передавай привет. Трио вошло в дом с твёрдым намерением попробовать выяснить, что происходит.