Вот так и сходят с ума

      — Это одно из наших дел. Собственно, единственное, по которому у меня сохранился отчет. Имс взял с заднего сидения машины бумажную папку и бросил на колени Артуру. Они ехали позади машины Коббов, все вместе направлялись по одному Доминику известному маршруту.       — Отчет? Серьезно? — Артур открыл папку и смерил недоверчивым взглядом фотографию, распечатанную на листе А4. — Преступники составляют отчеты о проделанной работе? И был мне смысл уходить из офиса?       Имс довольно оскалился.       — Да, был у нас один веселый кадр, уж очень любил все протоколировать. Собственно, только на этом деле я с ним и работал. А после оставил себе эти бумажки, как трофей. В конце концов, всегда можно сказать, что я не знаю, откуда это.       — Лучше скажи сразу, что ты не говоришь по-английски, и симулируй полную потерю памяти. — Артур показал Имсу разворот папки, где красовалась распечатка с одного из расчетных счетов объекта. Согласно этим выпискам, у объекта при таких доходах просто не было шанса считаться законопослушным гражданином.       — О, милый, не завидуй, наша работа тоже неплохо оплачивается. Не так хорошо, как торговля наркотиками, но все же. — Имс сбавил скорость и включил фары. Уже порядком стемнело, и они съехали с основной дороги.       — Я про то, что вы переходите дорогу очень серьезным людям. Наркотики, Имс, серьезно?       — Почему нет? Каждый зарабатывает как может.       — Что еще?       — Арти, ну посуди сам, а что можно воровать у простого народа? Любовные шашни и интриги с завещанием на сгнившую дедушкину ферму?       Артур закрыл папку и откинул голову на подголовник кресла. Машина была удобная и дорогая. А Имс выглядел довольным жизнью и вполне живым, значит не настолько он не прав в своем понимании опасности.       — Давай я не буду сейчас говорить тебе о том, что случайная и нелепая смерть может догнать и в уютной кровати, совершенно не спросив твоего разрешения. Да, работа у нас опасна, но нам проще, чем многим другим ворам.       Артур повернул голову к Имсу, ожидая продолжения.       В той расслабленной дреме, что наконец-то настигла его с приходом вечера, Артур рассматривал Имса, понимая, что сейчас он единственная константа его собственного развалившегося мира.       — Мы не лезем к ним в карманы или сейфы, не подключаемся к телефонам, не воруем ноутбуки. Наша задача — лишь незаметно пересечься с объектом. Мы запрашиваем у заказчика всю информацию, что нам нужна для работы. Он организует нам возможность побыть попутчиками с объектом.       — Сидите позади него в театре и перекраиваете его подсознание, пока он наслаждается представлением?       — Можно было бы, но если представление ему нравится, то он будет настолько поглощен им, что работать будет просто невозможно. Нет, лучше в самолете или машине. Или в спальне соседнего гостиничного номера. Но Поводырю сложно действовать, не видя объекта.       Артур вздохнул, отворачиваясь к окну.       Новые перспективы быстро потеряли свои очарование и красоту. А открывшаяся правда не оставляла места юношескому энтузиазму.       — Имс, есть другие группы, подобные нашей?       — Да. Я знаю о четырех. Еще слышал о как минимум пяти в Европе. А вообще… Много таких, кто уже отошел от дел или не пожелал ввязываться в эту катавасию. Есть с десяток крутых специалистов, которые сидят на таблетках, только чтобы ничего не видеть и не слышать. Они свое уже отработали. Но если очень надо и есть деньги, то они могут и слезть со своей иглы ради благой цели.       Артур рассмеялся, поворачиваясь к Имсу.       — У вас тут еще и благие цели есть?       — Ох, чего у нас только нет, Арти.       После этого продолжать разговор не хотелось. Артур прикрыл глаза, собираясь немного побыть наедине со своими мыслями, и незаметно для себя уснул.       Он стоял посреди просторной, но очень мрачной и темной комнаты. Пол, стены и потолок выложены камнем, мебели не было совсем. Единственное окно пропускало неясный свет луны где-то метрах в двух с половиной от пола, под самым потолком. Обстановка была как в средневековом подземелье.       Вдруг позади вспыхнул свет, и Артур обернулся, прикрывая ладонью заслезившиеся глаза. В душе поднялась волна страха, привычная, горькая — он прекрасно знал, чего ожидать.       Наконец-то более-менее привыкнув к свету, источаемому двумя лампами, прикрепленными по обе стороны от массивной двери, Артур увидел свою руку — почувствовал, как волосы зашевелились на затылке.       Тонкое худое запястье и темные, чернеющие кровоподтеки, перемежающиеся корочкой подсохшей крови — следы от веревок. И еще при том, что рука была явно мужской, вернее, юношеской — совершенно дико, ломая шаблоны — алели красным броским лаком обломанные и обгрызенные ногти.       Артур вскинул глаза, чтобы увидеть того, кто включил свет, и со вскриком проснулся.       Кто-то крепко держал его за плечо, словно удерживая от повторного падения в сон.       — Кошмар?       Имс бросил на Артура внимательный взгляд.       — Да. Дурацкий сон. — Прошептал Артур, отворачиваясь к окну. На фоне темного леса за окном он все еще видел худое запястье и следы веревок.       Как выяснилось, их путь лежал к порогу большого особняка.       Высокие пирамидальные тополя росли при въезде на территорию. Кроме фар двух подъехавших автомобилей не было другого источника света, похоже, хозяева уже спали.       Артур присмотрелся. Возможно, всему виной усталость и глупый сон, но особняк казался сейчас замком Дракулы.       Поняв, куда именно они приехали, Имс витиевато выругался.       — Здесь живет один из бывших Поводырей. — Пояснил он, заглушая мотор. — Я вообще рассчитывал, что Дом не потащит нас сюда, но теперь нам уже точно придется нанести визит вежливости.       — Он так же ужасен, как и его дом? — с надеждой на отрицательный ответ спросил Артур. Его мучило ужасное ощущение узнавания.       Та комната, что он видел, вполне могла располагаться в подобном здании.       — Оставь надежду, всяк сюда входящий. — С неподдельной грустью уверил его Имс.       Бывшего Поводыря звали Рональдом, и он не пустил их дальше порога.       Импозантный статный мужчина с седыми висками и непроницаемым взглядом темных глаз открыл им дверь, поговорил с Домом о его просьбе — немного подучить Артура — и отказал с независимым видом хозяина, не желающего снисходить до просьб глупых просителей.       Дом пытался переубедить Рональда, но тот попросту закрыл перед гостями дверь.       — Может, и хорошо? — не скрывая радости, сказал Артур, всей душой желая скорее убраться отсюда.       — Он один из лучших специалистов, — с досадой заметила Молл. — Лучше, чем он, никто бы тебя не натаскал.       — Он не единственный. — Отрезал Имс, направляясь к своей машине.       Артур поднял голову, чтобы оценить нависающую над ним каменную громадину.       — И как только тут живет? — шепотом спросил он сам себя, но Меллори услышала.       — Он живет один. — Она взяла Артура под руку и повела к машинам. — Рональд — большой чудак. Не признает телефонов, гостей никогда к себе не приводит. Контактирует раз в год с кем-то из нашей братии, но ему ничего не стоит замолчать на полуслове и выставить визитера из дома. Насколько я понимаю, у него даже никого из клиринговых служб не бывает.       — Это вряд ли. — Заметил догнавший их Доминик. — У него в доме очень чисто, а в одиночку этого просто невозможно сделать.       Артур прошел ко второй машине и сел на свое сидение, рядом с Имсом.       Тот крутанул ключ, заводя мотор. Мигнув, включились фары, и Артур примерз к сидению, увидев, как в лучах света перед ними плывет Химера.       Странно угловатая, словно преодолевающая сопротивление толщи воды, она проплыла мимо них, а Артур, как в замедленном кино, видел внутренним зрением в ее глубине все то, что хотел бы продолжать считать кошмаром: кровь, худые запястья, стертые о тугие веревки, и узкое окошко под самым потолком.       — Имс, Поводырь не может видеть Химер тех, кто может ступать за порог. — Просипел Артур.       — Да. — Непривычно холодно и даже зло отрубил Имс.       — Если здесь есть Химера, значит в доме есть обычный человек.       — Да.       — Он…       — Я знаю, Арти. Это не наше дело. — Имс вывернул руль, выжимая педаль газа в пол.       — Но…       — Это не наше дело, — прошептал Имс, прибавляя газа и выруливая с территории дома.       Они вернулись в мотель и там разошлись по комнатам. Артур, оставшийся один в номере после того, как Имс ушел, сел на кровати, обдумывая произошедшее. Его все еще било дрожью от пережитого.       Имс вернулся через час с коробочкой китайской еды и высоким стаканом с кофе. Молча поставил все на прикроватную тумбочку у кровати Артура и сел напротив.       — Хочешь поговорить? — глухо поинтересовался он.       — А имеет смысл?       — Может быть, станет поспокойнее, — прохладно, почти равнодушно протянул Имс. — А может, и нет.       — Он держит в плену человека. Какого-то парня, которому не повезло с ним встретиться, — понемногу закипая, прошипел Артур, выходя на новый круг своей внутренней истерики. — А мы просто сели на машины и уехали, потому что это не наше дело!       — Именно. — Имс чуть склонил голову набок, с едва мимолетным любопытством глядя на собеседника. — Арти, ты хоть представляешь, как любой из нас, при должном опыте и желании, может отравить другим жизнь? Рональд — один из последних, кого бы я хотел видеть своим врагом. А он им станет, если мы залезем к нему в дом, в попытках спасти того придурка, что ему попопался.       — Это что, теперь такой этикет? — Артур вскочил с кровати и отошел к двери.       Просто, чтобы увеличить расстояние, чтобы не видеть отстранённого Имса, которому явно скучно объяснять прописные истины о том, что держать человека в плену — милая забава, если ты обладаешь хоть толикой власти.       — А может, он там не один? Может, их там десятка два — и все похищены, и их родные уже не надеются увидеть их живыми?!       — Арти, сбавь тон, мы в мотеле — здесь очень тонкие стены. — Имс отошел к окну и распахнул его, впуская в комнату холодный ночной воздух. — Тебе придется привыкнуть к тому, что люди вокруг нас — не безвинные фиалки. И чем дальше, тем лучше ты будешь это видеть.       Имс так и не закурил. Стоял перед окном, сложив руки за спиной, медитируя на темноту леса, начинающегося буквально через двадцать метров от территории мотеля.       — Ты увидел в той Химере что-то, что тебя испугало. Что-то из сознания жертвы. И подобные вещи будут повторяться.       Имс говорил и говорил, цедил равнодушные фразы, явно наслаждаясь своей невовлеченностью, а Артур словно отключился на какое-то время от его слов, внимательно вглядываясь в напряженную фигуру.       Узнавая...       Похоже, не только он нахватал лишнего в том проклятом особняке.       В несколько шагов преодолев расстояние до окна, Артур рванул Имса за руку, разворачивая лицом к себе, и от всей души врезал по лицу.       Костяшки обожгло от удара, по венам хлынул адреналин, вымывающий из крови остатки тоски и горечи.       Он был зол, он просто был в бешенстве от очередной скотности мира.       Но он не собирался терять Имса — своего единственного союзника — из-за того, что тот поймал отражение одной особо ублюдочной скотины.       Схватив Имса за грудки, Артур впечатал его поясницей в подоконник.       — Если хочешь что-то мне сказать, то говори. Но пусть это будешь ты, а не отражение этого проклятого Рональда!       Имс несколько раз хватанул воздуха раскрытым ртом, приходя в себя, а потом порывисто обнял Артур, словно тот был его единственной опорой.       Это был момент уязвимости, слепящей беззащитности, и Артур, прекрасно понимая, что Имсу сейчас не до разговоров, довел его до кровати, помог лечь.       — Арти.       — Завтра. Все завтра.       Как ни странно, но это подействовало. Имс отвернулся к стене и уснул.       А Артур еще полночи сидел на постели, гипнотизируя взглядом стену напротив.       В тишине, разбавленной лишь тихим дыханием Имса, в темноте и прохладе номера как-то незаметно обострились все остальные чувства.       Не видя, Артур прекрасно чувствовал тех нескольких Теней, что кружили вокруг своих хозяев — постояльцев мотеля.       Каждая их них вела себя по-своему.       Это словно было открытие нового мира: как человек, очень далекий от содержания животных, внезапно заводит себе домашнего любимца и с удивлением выясняет, что у того есть свой характер, что он отличается по темпераменту и повадкам от чужих питомцев.       Каждая из Химер вела себя немного иначе, чем остальные, в ее движениях, в едва уловимом настроении читались отголоски настроения человека, его постоянных мыслей.       Артур посмотрел на остывший кофе на своей прикроватной тумбочке.       Может быть, во всем виновато успокоительное средство Имса?       Ведь до сегодняшнего дня Артур ни разу не ловил образы еще живущих людей. Все его кошмары заканчивались смертью, чаще всего в бою.       Артур лег на постель, решив, что завтра попросит приостановить обучение и ехать прямиком к Юсуфу, или как там зовут того чернокнижника. С этим твердым намерением Артур уснул.       И ему приснился очень короткий сон о том, как он лежит на полу, устремив взгляд в каменный потолок, и чувствует, как из его холодеющего тела, вместе с кровью из перерезанного горла, утекает жизнь.