Heartstrings

Йен в неверии таращился на свою оценку. Всю ночь он провел в мыслях о контрольной, а теперь вид пятерки ввел его в состояние шока. На секунду он коснулся красных чернил; наверное, прошлым вечером учитель слишком замотался и потому ошибся. Класс уже почти опустел, когда кто-то потряс его за плечо и вернул к реальности. — Пора тебя выгулять, — зевнула Мэнди, но тут же выпучила глаза, когда взгляд ее остановился на листе с контрольной. — Ну нихуя ж себе! — Ага, сам в шоке, — ответил Йен, все еще находясь в ступоре. Он закинул сумку с учебниками на плечо и вышел за подругой. Прозвенел последний звонок, которого Йен не услышал; все это время он старательно кусал губу, пытаясь сдержать улыбку. — Как тебе удалось забацать тест на пятерку? Сдался, наконец, и решил списать? — ухмыльнулась Мэнди, шлепнув его по голове пачкой листов. Йен выхватил их и запихнул в свою сумку. — Нет, я готовился. Всю неделю делал домашку, в этот раз до меня и правда дошло. — Йен, — расплылась в улыбке Мэнди. — Если бы я была парнем, то у меня бы точно встал. — О да, — рассмеялся рыжий и смущенно на нее посмотрел. — Хотя без помощи не обошлось. Мэнди прыгнула перед ним, переградив дорогу, и деловито уперлась ладонью в собственное бедро. — Значит, был какой-то красавчик? Да еще и с мозгами? — Эм, — прокашлялся Йен и тут же притих, когда упомянутый красавчик внезапно выплыл к ним из толпы. Глаза Микки были прищурены и бегали по сторонам, а пальцы крепко впивались в черный ремень гитарного кейса. — Хреновенько выглядишь. Тяжелая первая неделя? — искренне поинтересовалась Мэнди, получив в ответ сердитый взгляд. — Я сегодня не приду домой, так что не забудь покормить кошку. Было забавно слышать подобную фразу, сказанную таким угрюмым голосом; губы Йена вновь начали изгибаться в улыбке. Мэнди же, казалось, было не до веселья. — И куда ты попрешься? Останешься ночевать у одного из своих долбанных дру… ах, прости, я имела в виду твоих приятелей из кружка любителей травки. — Не твое, блять, дело, — огрызнулся Микки и, наконец, мазнул по лицу Йена мимолетным взглядом. Ничего не сказав, он развернулся и начал уходить. — Твою мать, Мик, куда ты пойдешь? — крикнула Мэнди, но брюнет не ответил. — И часто он так сбегает? — поинтересовался Йен, не отрывая глаз от затылка Микки. — Микки ненавидит быть дома, так что да. Наверное, снова поругался с отцом. Девушка повернулась к Йену и внезапно начала лепетать. — Хэй, я сегодня не смогу прийти. — Что, нужно срочно покормить кошку? — пошутил Йен, и она легонько стукнула его. — Алекс хочет зайти в гости. Может, ему сегодня повезет, — девушка заиграла бровями. — Ладно, ладно, повеселись со своей игрушкой. — Чья бы корова мычала, — ухмыльнулась Мэнди, и на этом их пути разошлись. Йен подождал, пока фигура подруги не исчезнет из виду, притворившись, что он ждет автобус на остановке, в то время как глаза его смотрели в совсем ином направлении. Как только Мэнди испарилась, Йен побежал в другую сторону. Он быстро догнал Микки, хоть брюнет и шел в оживленном темпе. Подойдя к парню сбоку, Йен аккуратно дотронулся до его плеча, в ответ на что Микки резко шарахнулся в сторону и развернулся, явно готовясь применить кулаки. — Тихо, тихо, — Йен отпрыгнул назад, а затем подошел ближе. — Какого ху… — начал Микки и осмотрелся. — Могу я тебе чем-то помочь, блять? Все движения Микки были пропитаны нервозностью, и Йен выставил руки в защиту. — Я просто хотел поблагодарить тебя за прошлую неделю, вот и все. Микки внимательно на него посмотрел и, прищурившись, полностью повернулся к Йену. — Я продал тебе кокс? — Что? Нет, с чего бы ты… — Йен потер глаза и улыбнулся. — Нет, я про домашку по химии. Ты меня тогда выручил. — Ты о чем болтаешь? — Помнишь, когда мы вечером столкнулись, и ты был весь из себя Эйнштейн. Несколько мгновений Микки переваривал информацию, а потом в голове у него что-то щелкнуло. — А, точно, список покупок. Йен нахмурил брови, но кивнул. — Да, как скажешь. Так или иначе, спасибо большое. Благодаря тебе я вытянул вчера контрольную. — И что ты за это хочешь, медаль? Микки еще секунду смотрел на Йена, а затем круто развернулся и продолжил свой путь. Это застало Йена врасплох, но он быстро догнал парня. — Эй, я просто сделал тебе комплимент. — Ты закончил? — спросил Микки, выглядя больше раздраженным, нежели польщенным похвалой. — Какого черта? Почему ты так взбесился? — Если ты не заметил, то я пытаюсь идти, а ты пиздец как замедляешь процесс. — Да ну? Что за важные дела, из-за которых надо вести себя, как мудак? — Послушай, — вздохнул Микки и остановился, чтобы с ног до головы окинуть Йена угрожающим взглядом, явно не придавая значения большой разнице в росте. — Если ты не отвянешь от меня, то у нас с тобой будут проблемы. — Правда? — хмыкнул Йен. — А мне кажется, у нас уже проблемы. — Думаешь, раз ты трахаешь мою сестру, то мы теперь друзья или что-то типа того? Да отъебись ты. И правда, почему он еще этого не сделал. Было не похоже, что Микки рвался к общению или хотя бы готов был пожертвовать несколько секунд своего времени, чтобы выслушать Йена. Но затем Йен вспомнил о разбросанных по его кровати заявках на поступление в университет и о том странном блеске в глазах Микки, когда тем вечером он делал его домашку, деликатно сжимая пальцами одной руки карандаш, а другой надавливая на грудь Йена, чтобы тетрадь не дергалась. — Я не сплю с Мэнди и никогда не буду. Я только знаю, что сдал контрольную по химии на отлично, а химия — это предмет, который я завалил в прошлом году, чего я больше не хочу. Не говоря уже о физике, алгебре… Я сейчас тону во всех этих предметах. Я подумал и решил, что, может, ты мне немного поможешь, раз уж ты разбираешься в цифрах. Когда он знакочил, Микки напоминал оленя в свете фар; словно он не знал, нападать ему или игнорировать. — Ты что-то попутал. Это тебе не «Выстоять и сделать». — Ну перестань, — продолжал напирать Йен. — Что мне сделать, чтобы ты уделил мне время? Последнюю фразу он произнес слишком флиртующим тоном, но это вышло по привычке. Парней всегда было легче уломать на что-то, если Йен предлагал себя. Микки осмотрелся и вновь встретился с ним взглядом. — Ты платишь? Йен застыл. Чего у него не было, так это денег. Разве Микки не купался в бабках? Для чего ему еще больше денег? — Нет, — бесстыдно ответил Йен и прикусил губу. — Я говорил о… ну, ты знаешь… Он сделал паузу, но Микки продолжал смотреть на него, дожидаясь продолжения. Йен вздохнул, чувствуя себя глупо. Даже натуралы обычно быстро улавливали намек, но до Микки просто не доходило. — О сексе? — выпалил Йен. Атмосфера вокруг них словно сгустилась, и враждебный огонь во взгляде Микки на секунд притих, сменившись чем-то, что Йен никак не мог опознать. Затаив дыхание, он ждал ответа, но Микки лишь моргнул несколько раз, а затем развернулся и пошел прочь. — Подожди, Микки! — Дотронешься до меня — руку оторву. — Прости, я не хотел тебя злить. — Блять, да в чем твоя проблема? — рявкнул Микки, ускорив шаг. — Нахуя ты пристал ко мне с этим дерьмом? Хотя нет, не отвечай, лучше съеби от меня подальше, пока я тебе позвоночник не проломил. Все надежды Йена на поступление в университет начали медленно таять, и рыжий в отчаянии ускорил темп, не отставая от Микки. Может, он преувеличивал, но почему-то Йену казалось, что следовать за Микки было самым верным решением. Черт, нужно было соображать быстрее. Даже поднимать тему секса было идиотским ходом, ведь Микки явно не был заинтересован, но Йен просто не знал, что он еще мог предложить. Лампочка в его голове вновь мигнула, и он в последний раз нагнал Милковича. — Хэй, ты сказал, что домой сегодня не пойдешь. Тебе нужно место переночевать? — Блять, ты издеваешься? — И денег у тебя с собой тоже нет, так? — Тебе лучше захлопнуть рот, если не знаешь, о чем пиздишь, — грубо ответил Микки и подтянул ремешок гитары. — На прошлой неделе ты шатался по Саутсайду, словно бездомный. Снова хочешь спать на улицах? — спросил Йен, и внезапно у него перехватило дыхание — Микки резко развернулся и вжал его спиной в проловолочный забор. Теперь они были лицом к лицу; Йен видел, как потемнели глаза Микки. — Я знаю, каково это, — хрипло выдохнул Йен. — Когда некуда идти. На Саутсайде этого полно. Микки молчал, и хоть Йен и знал, что физически сможет его одолеть, он не сопротивлялся. — Черт, да у меня самого отец в этом профи. — Нихуя ты не знаешь, — предупредил Микки. Дыхание его, ласкающее лицо Йена, было теплым и слегка пахло ванилью. Йен сглотнул. — Достаточно знать то, что ты поругался с отцом и потому не хочешь идти домой. Его сильнее вдавили в забор; Йен почувствовал, как тонкие проволочные прутья начали сгибаться под напором его спины. — Да кто ты, блять, такой, чтобы говорить мне об этом? — Прости, мне Мэнди рассказала. — Ей нужно следить за базаром, — прорычал Микки. — И куда ты теперь пойдешь, м? — тихо спросил Йен. Он понятия не имел, что делал. Какой бес в него вселился, что он решил предложить ночлег брату Мэнди? Неужели он так сильно хотел получить хорошую оценку? Внезапно Микки усмехнулся, и во взгляд его вернулась угроза. — Я выбью из тебя все дерьмо и буду делать это, пока ты не научишься не лезть в чужие дела, Йен. Несмотря на свое не самое лучшее положение, Йен почувствовал, как кончики его пальцев дрогнули, а лицо смягчилось от непонятного восторга, который охватил его, когда его имя слетело с губ Микки. — Думаешь, я не привык к угрозам от парней вроде тебя? — смело ответил он. Черт, как же отвлекал этот запах ванили. — Мне кажется, нам обоим это будет выгодно. Несколько мгновений Микки сверлил Йена взглядом, а затем отпустил его. — Блять, что ты от меня хочешь? У меня чувство, что ты не отъебешься и будешь просто преследовать меня, как маньяк. Не скрывая облегчения, Йен отряхнул одежду и выпрямился. — Стань моим репетитором. Поднатаскай меня по предметам и сможешь остаться со мной на ночь. Вот оно — снова эта ненамеренная смена в интонации. К счастью, Микки этого не заметил. — Думаешь, мне больше некуда пойти? — Если так, то почему ты все еще здесь? — возразил Йен. Микки отвел взгляд. — Только на эту ночь. У меня экзамен на следующей неделе, так что ты сможешь выспаться в теплой кровати, и я даже сделаю тебе ужин. Мне правда очень нужно не завалить этот год, а если судить по тому, что ты вытворял тем вечером, ты хорош не только в химии. Черт, это уже больше походило на подкат. Ему и впрямь нужно было найти другое хобби помимо торговли собственным телом. — Блять, хватит так странно выражаться, — пробормотал Микки. Йен так и не понял, уловил ли брюнет в его словах завуалированный подтекст. — Что? Не хочешь, чтобы я тебе готовил? Если хочешь голодать, то милости прошу, мы и себя едва прокормить можем, — легко выкрутился рыжий. — Просто показывай дорогу, пока я не передумал. Микки еще не закончил предложение, а Йен уже расплылся в слишком широкой улыбке. Спрятав руки в карманах, Милкович отвел взгляд. — Давай уже, блять, не тормози, — нетерпеливо буркнул он, и Йен спешно направился в направлении дома, постоянно оглядываясь, чтобы убедиться, что Микки идет позади. Всю дорогу они не разговаривали, так как Йен опасался, что если он откроет рот, то Микки просто сбежит. Стоит ли рассказывать об этом Мэнди? Что она подумает? Скорее всего, девушка сейчас была увлечена сексом и не хотела, чтобы ее отвлекали. Да, он точно не хотел испортить ее свидание. Всю дорогу Микки казался все таким же нервным, если не более. Когда они остановились на светофоре, он дергался и переминался с ноги на ногу, а у дома Йена долго мялся на пороге, прежде чем войти внутрь. — Фиона? Дебс? — позвал Йен, захлопнув за собой дверь. Ответа не последовало, так что он взял из холодильника две банки газировки и повел Микки наверх. Милкович осторожно поставил гитару на пол в углу, ногой отодвинув разбросанную одежду, а затем осмотрелся. Именно в этот момент Йен пожалел, что не убрался в комнате. Он не только жил в самом неблагополучном районе города, но еще и в его маленькой комнате царил беспорядок и хаос, как и во всем доме. Возможно, Микки было бы лучше на улице. Уверенности у Йена не прибавилось, когда он заметил, что брюнет мнется у стены, прислонившись к ней, словно пол и кровать были для него слишком грязными, чтобы пачкать свои дорогие джинсы. — Извини, — пробормотал Йен, скинув на пол книги и листы, разбросанные на кровати, чтобы освободить место для них обоих. Теперь, когда Лип находился в колледже, его кровать превратилась в хранилище всякого барахла, да и у Карла под подушкой и одеялом можно было обнаружить парочку опасных вещиц. — С хера ли ты извиняешься? — Это не совсем то, к чему ты привык, — смущенно объяснил Йен; хоть он и освободил место на кровати, Микки все равно не спешил туда садиться. — Блять, я говорил тебе не болтать о том, чего не знаешь, — ворчливо ответил он. — Да? Ну и как выглядит твоя комната? Микки не ответил, и Йен кивнул, улыбнувшись. — Так я и думал. Он разгладил одеяло рядом с собой и начал доставать домашку из сумки. Копаясь среди тетрадей и учебников, он кивнул на кровать. — Можешь сесть. Микки явно колебался, поэтому Йен, вытащив все нужное, вопросительно изогнул бровь. — Тут не так уж и грязно. Я стираю простыни. Иногда. — Мне насрать, что ты делаешь, — угрюмо посмотрел на него Микки. Он присел на самый край кровати и несколько секунд сидел там, словно не зная, какую позу принять и что ему вообще делать. В итоге он подогнул одну ногу под себя, коленом уткнувшись в одеяло Йена, а вторую оставил свисать с края постели. Кровать была маленькой, но Микки все равно постарался, чтобы между ним и Йеном было достаточно места; ладонью он держался за угол изголовья, словно боялся упасть. — Эй, я думал, ты будешь мне помогать, — напомнил Йен, быстро отыскав уравнения, с которыми у него были проблемы. — С чего ты вообще взял, что я в этом так разбираюсь? — резковато спросил Микки, проигнорировав слова Йена. Сам факт того, что после всего случившегося брюнет задал этот вопрос, показался забавным, и Йен тихо рассмеялся, перевернув страницу в тетради. Затем он положил ее перед Микки, чтобы тот посмотрел. — Вот эти для меня самые трудные. Я где-то три часа копался в учебнике, пытаясь найти решение. Микки взял тетрадь; по мере того, как он изучал уравнения, тело его постепенно расслабилось, и парень откинулся спиной на стену. — Ты хотя бы пытался? — спросил он, но не грубо, а скорее с любопытством. Йен подобрался к нему поближе. — Нет, все эти три часа я член свой мурыжил. Конечно пытался, Микки. Микки вновь выпрямился, услышав голос Йена так близко. Спустя несколько напряженных секунд Йен отодвинулся. — Ну что? Я так не смогу увидеть свою тетрадь. — А ты постарайся, блять. — Просто покажи, как это решить. Микки явно хотел бросить еще один остроумный комментарий, но вместо этого взял карандаш, валявшийся у ноги Йена, и начал писать, прижав тетрадь к своему колену. — Ладно, видишь эту часть? Здесь надо применить вот эту формулу, иначе дальше не продвинешься. Есть несколько способов решить такое уравнение, но этот самый лучший. Когда Микки закончил объяснять, Йен выглядел так, словно его ударили по голове. — Человек три раза бросал школу, но как семечки щелкает эти уравнения. Бог так несправедлив. — Эй, вообще-то меня исключили два раза, — с гордостью произес Микки. — А потом я перескочил через год. — Ага, и исключили тебя только потому, что ты не ходил в школу. Теперь я припоминаю. — Серьезно? — спросил Микки, уже занимаясь следующим уравнением. — Ну да, — Йен пожал плечами. — И я уверен, что тебя в школе уже все знают. К тому же, Мэнди иногда о тебе говорит. Я никогда не думал, что ты такой умный. — Дело не в уме, — невозмутимо сказал Микки, продолжая строчить цифры. — Это обучение на ходу. Я просто запоминаю, что прочитал в прошлом, а потом применяю это. Тут не надо быть Ньютоном. — Ну, а я так не могу, — Йен закатил глаза, но не стал скрывать того, что он находился под впечатлением. Несколько минут они провели в тишине; Йен наблюдал за тем, как рука Микки двигается вдоль тетрадных листов, и прислушивался к его объяснениям — таким тихим, что казалось, будто Микки говорит сам с собой. — Ты много читаешь? — спросил Йен через некоторое время, незаметно придвигаясь ближе. Он испытал облегчение, когда Микки никак на это не отреагировал. — Типа того. — Научные журналы? — Все, что под руку попадется. — Оу, ладно. Это круто, — ответил Йен и перевел взгляд на лицо Микки. Парень выглядел сконцентрированным, но при этом казалось, что ему скучно. На какой-то миг Йен задумался, чем Микки занимался все то время, что его не было в школе. Что ж, теперь он знал, что в список его занятий входило чтение… — Что? — вдруг спросил Микки, отодвинувшись к краю кровати, когда заметил, что Йен залип и слишком долго таращился на его лицо. — Мне бы хотелось быть умнее и не волноваться обо всем этом дерьме каждый день, — вздохнул Йен и взял с пола одно из заявлений в университет. Микки бросил взгляд на листок, а затем продолжил писать в тетради. — Нахуя так ждать освобождения от школы, только чтобы сменить ее на другую? — Не сказать, что я в восторге от своей жизни здесь, — невесело рассмеялся Йен. — Как только закончу школу, то сразу уеду. — Колледж это хренова трата времени. Они просто хотят, чтобы ты потом всю жизнь им долг выплачивал. — Да, но в наше время это единственный способ получить нормальную работу. Микки ничего не сказал, а лишь с особой силой надавил карандашом на листок, поставив жирную точку. Где-то внизу хлопнула дверь, и брюнет подпрыгнул, глазами бегая с Йена на окно, словно он собирался выпрыгнуть. — Да успокойся ты, Микки. Это моя сестра. Не особо прислушиваясь к его словам, Микки спрыгнул с кровати и на автомате схватился руками за нижнюю раму окна, готовясь ее приподнять. Реакция эта казалась такой естественной и отработанной, почти что будничной. Йен поднялся. — Хэй, все хорошо. Микки ничего не сказал, а лишь уставился в окно. — Я схожу вниз, поговорю с Фионой. Можешь пойти со мной, если хочешь. Когда Микки остался на месте, Йен вышел из комнаты и спустился на первый этаж, где нашел Фиону на кухне. — Можно я сделаю ужин? У меня наверху друг, — сказал Йен вместо приветствия. — Мэнди? Да, конечно. — Не Мэнди, — прокашлялся Йен и начал подниматься обратно на второй этаж. — Ее брат. Фиону его слова тут же ввели в ступор, но Йен, не дожидаясь дальнейших вопросов, быстро побежал наверх. Он закрыл дверь в свою комнату и первое, что он увидел, был Микки; брюнет лежал животом на его кровати и быстро строчил в тетради. Губы его были слегка приоткрыты, а пальто лежало на полу среди одежды Йена, и когда тот увидел это, лицо его почему-то обдало жаром. Йен вновь прокашлялся и заговорил; голос его звучал немного запыхавшимся. — Эй, я должен все понимать. Мне не надо, чтобы ты решал за меня, просто покажи, как. — Так быстрее. Смирись и не ной, — пробормотал Микки, записывая формулы все с той же скоростью. Йен поднял с пола банки с газировкой и протянул одну Микки; тот взял ее, даже не посмотрев. Присутствие Микки казалось странным. Честно говоря, все знакомых мужского пола Йен приводил только для быстрого перепиха, после которого они больше не возвращались, так что присутствие в его комнате парня, который просто находился тут и не просил ему отсосать, казалось непривычным. Теперь, когда Микки занял всю кровать, Йену пришлось сесть на колени рядом и сложить локти на краю постели, совсем близко к боку брюнета. Солнце медленно садилось, окрасив стены в мягкий оранжевый цвет, и в комнате воцарилась приятная, сонная атмосфера. Йен почувствовал, как его глаза начали слипаться под монотонный скрежет карандаша о бумагу. Он поставил банку с газировкой на пол рядом с собой и опустил голову на мягкое одеяло.