Ну и что?

      Не стоило долго сопротивляться мысли об объединении учеников в одну команду по обсуждению ситуации. Так как в рекомендациях ребята должны были собраться на вторых и третьих этажах — все встретились у Ииды. Этот парень всегда отличался своим честолюбием, поэтому, почувствовав на себе груз ответственности как староста класса, именно он пригласил одноклассников к себе. Тенья знал, что подавляющее большинство так или иначе решит проявить свои силы в борьбе со злодеями. И хотя последних не было в поле зрения ребят, да и никаких шумов тоже не наблюдалось — в стенах небольшой комнаты появлялось всё больше и больше незрелых теорий. Каминари, на удивление, начал первым разжигать огонь обсуждений:       — Разве не разумно было бы поставить и нас в бой? Мы ведь уже сталкивались с этими злодеями, да и прошел почти год, сильнее стали. Вот ты, Кода, ты даже переборол свой страх насекомых и смог ими прекрасно управлять, а это только начало!!! — Триады этого парня смогла прервать разве что Кьека, применившая на том силу.       — Во-первых, хватит смущать Коду, а во-вторых, ты правда идиот? Никто не позволит нам участвовать в бою, это слишком опасно. В прошлый раз они забрали в плен Катсуки, несколько профессиональных героев лишились своей причуды навсегда, а после ты и сам знаешь. Всемогущий ушел в отставку. А ты хочешь чтобы они снова подвергли нас опасности? Никто им не позволит.       — Многие молча согласились с её словами, но была и упорная поддержка со стороны молниеносного. Например, такие же упорные силачи как Киришима или Бакуго считали, что это неплохая идея, правда, направления у них всё равно несколько отличались. Если Киришима отстаивал такое же вмешательство, как и Каминари, то Бакуго настоял на том, что и сам он достаточно силен, чтобы повлиять на битву.       — Я был у них в плену и знаю о чём говорю. Они сильны, но в нападения не вкладывают все свои возможности, поэтому разбить их можно. Теперь с нами нет Всемогущего, так что даже я понимаю, что нужно увеличить мощь за счёт нас. И ведь самое забавное, что даже у уверенного Ииды в ту минуту промелькнули похожие мысли, а возможно на это повлиял тон Катсуки: впервые тот не ругался и громко не кричал, выпаливая свои мысли самыми грубыми способами, а лишь ровно и размеренно убедил всех в своей правоте.       И только по воцарению тишины Тенья даже излишне неловко обратился к Изуку.       — Мидория, а как ты думаешь? — Как правило самый главный заступник героизма сегодня сидел тихо, выслушивая друзей одного за другим.       — Я считаю, что нам не стоит в это вмешиваться. — Наконец взглянул он на класс. — До нас у UA было множество неприятностей и они справлялись с ними, хотя нами здесь и не пахло вовсе, да и прошлый раз не прошел бесследно для Академии. Вы разве не видели учителя Аизаву? Куча журналистов тогда пыталась просто вывести его и если хоть кто-то из нас пострадает сейчас — школу могут просто закрыть.       И теперь даже Катсуки недовольно хмыкнул, все-таки и в этих словах крылась истина.       — Изуку, ты такой умный. — Неуравновешенно веселый голос послышался прямо рядом с Мидорей, а затем и тело полностью оперлось о туловище молодого человека. Это была Тору Хагакуре. Девушка со способностью невидимость обычно не вела себя таким образом, да и не была достаточно близка с Мидорией, чтобы звать того по имени, поэтому абсолютно каждый почувствовал себя неудобно из-за её поведения. — Ты правда такой классный, Мидория. — И хотя люди не видели точно что она делает, но тем не менее Изучу ощущал каждое её смущающее движение.       Её пальцы нахально блуждали по телу: проводили холодную линию от шеи до торса, наконец, чуть надавливая на мягкую кожу, будто впиваясь в неё ногтём.       Мидория хотел уже прикрикнуть от неожиданного чувства, но Тодороки сам притянул своего возлюбленного к себе.       — Кто ты? — Ноги невидимой примерзли к полу, а ребята-одноклассники были готовы к резкому удару.       — И где Тору? — Посыпались угрозы от Урараки где-то позади.       После этого последовала тишина — не знаешь кто прав и в конце концов в этой тишине даже некоторые стали подумывать, что это просто Тору сошла с ума, но резкий смех разбил любые их надежды.       Девушка смеялась всё более и более безумнее, пока невидимая картинка не начала сползать с её фигуры, словно жидкое желе. За этой умелой маской скрывалась светловолосая девушка с ядовито-жёлтыми глазами, её хохот не утихал даже когда она оказалась совсем безоружной. Без любой возможности передвигаться та представляла гораздо меньше опасности, но ребята всё равно были начеку.       — А это было совсем просто, да? Жаль что скоро сюда придёт он и мы больше не встретимся. — После этого девушка повернулась вновь к Изуку, и, резко схватив его за шею, она впилась в его нижнюю губу даже не поцелуем, а едким укусом, пронзающим кожу до крови.       Секундный взрыв и грудь злодейки прорвало насквозь. Совсем без крови, а словно пластилиновая фигура теперь вся она начала расползаться на части.       — Чёрт. — Цонул Бакуго и встряхнул испачканной в месиве ладонью.       — Надеюсь, мы ещё встретимся, пятнышко. — Последний ехидный вздох в сторону Мидории и только тогда злодейка испарилась вовсе.       Вот теперь сомнений в том, что нужно помочь учителям в схватке не было. И даже не из-за того, что это был принципиальный вопрос «мы же герои», теперь их одноклассница в опасности, да и сами они должны срочно спасти самих себя.       — Изуку, ты в порядке? — К упавшему на колени пареньку подсел Шото. Он не стремился показать всем, что они в отношениях, как боялся этого Мидория, так что сейчас он лишь привычно-дружелюбно отмахнуся от него.       — Всё хорошо! Но нам нужно решить что делать дальше. — Завороженными глазами мальчишка в упор на Катсуки, его вновь спасителя, этот пристальный взгляд заметил и не только Бакуго, но и рядом стоящие, Мидория всё ещё не контролирует эти дурацкие позывы поглазеть на силу этого чудака, особенно когда он помогает ему. Так, всё, пора переключиться на своего героя, Мидория, соберись.       Одноклассники принялись часто обсуждать дальнейшие планы по нахождению Тору. Естественно первое, что было совершено — это обыск общежития, но тот не дал ровным счётом ничего и вот, спустя ещё несколько вялых попыток — они поняли, что придётся выйти наружу.       — Хей, помните, учитель Аизава говорил, что если мы вновь окажемся в бойне — нас выгонят из Академии или ещё чего хуже. —       И хотя это было действительно весомым поводом не высовываться, желание спасти одноклассницу не шло ни в какие сравнения с этим ничтожным запугиванием.       В обычных одеждах, распределившись на две команды, ребята вышли в сторону негромких взрывов, где, по их мнению, и проходила основная битва. Одна команда была нападающей, в ней были Мидория, Бакуго, Тодороки, Токоями, Сато, Каминари, Асуи и Аояма, в то время как остальные являлись поддержкой и распределились в радиусе пятистах метров от них, да и в случае, если на кого-либо из поддержки нападут — Кода бы послал сигнал при помощи птиц-наблюдателей, они неплохо продумали свой пятиминутный план.       — С первым поцелуем тебя, Мидория. — Даже не посмеялся, а скорее равнодушно напомнил о произошедшем Катсуки.       Даже Тодороки пронял этот тон, но больше сейчас Мидорию волновал вопрос почему вообще Бакуго решил заговорить об этом: парень, конечно, любил цепять его, но как правило это были другие моменты, личная жизнь была глубоко неинтересна взрывному, с чего он решил задать подобный вопрос.       — Ну, а разве у тебя был хотя бы такой поцелуй, Бакуго? — Прямолинейная Асуи чуть дернула поджатыми лапками, почувствовав на себе кровожадный взгляд Катсуки.       — Да заткнись ты уже, такую жабу как ты никто и не поцелует.       Так началась вялая перепалка двух героев. И пока одни пытались их заткнуть во имя миссии, другие же, а именно Мидория, думал о том, как прекрасно, что Асуи не стала поправлять Бакуго и говорить, что этот поцелуй не первый.       — Детки что-то ищут? — На команду нападения стали надвигаться два тёмных силуэта, один из которых испустил резкое пламя по силе превосходящее даже пламя Тодороки, оно распространялось быстрее и даже не позволяло предметам соприкосновения гореть — те тот час испепелялись.       Пока это не стало достаточно опасно, Шото охладил горящие предметы в округе. В этом бедламе другие искали противника, но тот и сам сгорел в своем пламени, растаяв, как и девушка ранее. Это только клон.       — Но это и не важно, мы нашли всё, что хотели. — С этими словами тело и вовсе исчезло, а ребята, находящиеся в поддержке, подошли к остальным.       — Хей, разве мы не должны продолжать движение в таком составе, почему вы здесь? — Сато удивленно осмотрел подавленные лица одноклассников, но, увидев причину их недовольства, и сам замолчал.       Аизава стоял прямо позади. Он был не ранен сильно, но зато сильно зол. Сейчас начался бы погром, но Мидория вовремя успел вмешаться.       — Мы не успели применить силу… Почти. Но нашей целью было не вступить в бой, кто-то похитил Хагакуру и мы хотели её спасти.       Не удивительно, что этому учитель поверил, ведь учеников он действительно не досчитался. А ещё это значило, что вновь учителя не смогли защитить школьников и тут уже он напрягся, но и ослабил злость на свой класс.       — Плохо, что они украли именно Тору, ведь они могли даже не забрать к себе, а просто оставить где-либо обнаженной без возможности говорить и двигаться, этого достаточно, чтобы долго не найти её.       По рации учитель сообщил о ситуации и в этот, как и в разы до этого не стал исключать целый класс из Академии, была по меньшей мере одна причина — явного боя со злодеем не было, а то, что сделал Тодороки — скорее борьба с огнём.       — Но вы всё равно покинули здание общежития и за это вам будет применено наказание. — После этого он кротко приказал детям вернуться в общагу.       Они делали это не охотно, но каково было их удивление, когда спустя десять минут рядом оказалась и пропащая Хагакуре. Её вырубили ещё рано утром и оказывается всё это время рядом с ними была та неизвестная злодейка. Но вот что ей было нужно?       Если подумать, Тору, а вернее ее подделка, не появлялась весь день на виду, а значит ей было нужно что-то ещё, помимо учеников.       Хагакуру привел в общежитие Всемогущий, что после позвал к себе Мидорию:       — Мидория, мальчик мой, подойди пожалуйста. — Всемогущий выглядел крайне обеспокоенным, но как оказалось, это было только началом. — Скажи, ты взаимодействовал как-нибудь со злодеями?       Сначала парень несколько опешил — он, конечно, скажет, что случилось, но почему у него это спрашивают? Неужели снова всё будет крутиться вокруг «один за всех»?       — Да. Одна девушка, притворившаяся Хагакуре, укусила меня. — Он чуть оттянул губу, показав рану, а затем вновь вернулся к разговору. — А что? Если это снова из-за «один за всех», разве моя кровь им поможет? Ведь «один за всех» не передастся, если я этого не захочу?       — Так и есть, но… — Потрепав затылок несоразмерно большой ладонью, мужчина продолжил. — Сейчас они просто хотят убедиться, что ты — мой преемник и имеешь ту же силу. Проще говоря, я думаю, что когда они узнают о всём — либо захотят убить тебя, пока ты не стал сильным, либо какими-то способами сделать одним из них.       Эта новость шокировала ученика. Он уже давно готов к тому, что ему придётся столкнуться со врагом, когда-то сделавшего Всемогущего таким, но он думал, что это случится примерно в то же время, что его подъем как героя. Думал, что станет мега-сильным к столкновению с титаном. Но ситуация вышла из-под контроля. Им известно, что символ мира истощен, они ни раз проникали в Академию, а нынешний герой номер один вряд ли захочет стать личным телохранителем какого-то мальчишки.       — Мидория, ты должен становится сильнее, я сообщу директору, что тебя нужно заключить под особый контроль, а в остальном… Прости за то, что втянул тебя в это. — Ранее Изуку испытывал такое чувство постоянно перед наставником. Он думал, что не оправдывает надежд и просил прощения каждый раз, а теперь и Всемогущий делает это. Нет, это был его собственный выбор, выбор Мидории.       Изменяя своё лицо с испуганного на воодушевленное, он положил руку на костлявое плечо учителя, мягкая ладонь так больно ударилась, что даже брови немного сошлись вместе.       — Не бойтесь, я смогу со всем справится, да и к тому же. —       Мальчонка посмотрел через плечо. — Если я буду слаб, то я не один. — За ним Всемогущий увидел несколько диванов с кучкой подростков. Это были его друзья, одноклассники. Все они были готовы поддержать Мидорию, если у того случатся проблемы, они друг за друга горой. Это действительно заставляет улыбнуться.       — Что ж, тогда я сделаю всё, что зависит от меня, а ты, Мидория, всегда будь начеку. — Как и всегда он потрепал того по голове, а затем так же незаметно, как и пришел, удалился из комнаты.       Подростки остались наедине со своими впечатлениями, когда часы негромко пробили двенадцать. Да, многое произошло за этот вечер, даже слишком. Внезапные отношения, нападение на Академию и вот это, новость о возможном столкновении с абсолютным злом.       — Многое произошло сегодня.       От подобной проницательности Изуку громко взвизгнул, подпрыгнув на месте. Рядом оказался Шото и на его лбу можно было прочесть чёткий трепет за жизнь Мидории. Он понял сразу, что именно этот мальчишка был целью злодеев — уж слишком быстро те ушли после столкновения с ним, да и Тору не тронули.       — Что сказал тебе Всемогущий? Это из-за того, что между вами? Тебя разыскивают? — Видимо, Шото до сих пор придерживается мысли об их родстве… Пусть уж лучше он думает так, чем знает правду, наверное… — Но даже если и так, не пытайся сделать всё в одиночку, я всегда помо…       — Я знаю, Шото, я знаю… — Впервые назвав своего парня по имени, он посмотрел в его глаза и улыбнулся, щурясь. — Спасибо.       Наверное было бы логично и весьма красиво поцеловать его в этот момент, но руки сами потянулись обнять Тодороки, что он и сделал. Не очень умело и тепло, но так искренне.       Этот долгий день наконец подошёл к концу и каждый сможет тихо погрузиться в сон.       — Правда, спасибо.