Ну и что?

      Ещё в начале семестра Изуку понял, что жизнь не будет для него легче отныне хотя бы на грамм, но сейчас он смог это и прочувствовать. Юный герой не был человеком, склонным к страданиям и тьме, наоборот, Всемогущий обратил на него внимание именно из-за постоянного и несдерживаемого желания всем помочь, всюду влезть, из-за способности везде оставаться лучом надежды, пусть и порой очень плаксивой, но надежды. Наверное эта самая плаксивость и начала брать над мальчиком верх в первые дни после произошедшего.       Мидория с трудом поднимался каждое утро и многое для него было как в тумане, взгляды ежедневно сталкивались с Шото, Шинсо, а главное — с Катсуки и от этого зрение, будто намеренно оберегая хозяина, портилось, двоилось. Сначала всем было трудно и только бог знает что там было в головах у трех остальных парней, но через еще неделю Изуку начал приспосабливаться. Он снова вливался в старую группировку Урарака-Иида-Мидория, снова все подозревали об их с Очако связи, снова они бегали с Иидой вокруг школы и через еще две недели они вновь стали одним целым.       Катсуки собственно и не переставал себе изменять — он всегда был вольной птицей, так что здесь даже и добавить было нечего, ну, а Шото с Шинсо по прежнему оставались фигурами немного утаенными от сознания других. Оба временами дружелюбны и снисходительны, но снаружи по-прежнему холодны… Одним словом, телепорт будто перенес этот класс в самое начало учебного года, в тёплую осень, когда все только-только приехали с каникул и будто заново знакомились друг с другом, обнимались и делились впечатлениями, вот только теперь за окном почему-то снег.       — Ва-а-а, Мидория, Смотри, первый снег выпал! — Девушка воодушевленно подбежала к окну и не менее солнечно улыбнулась мальчику рядом с собой. — Вот бы его было побольше в этом году, да?       Крупные хлопья сыпались с неба медленно, будто даже и не пытаясь покрыть собою черные стволы деревьев и озябшую землю, но такие плавные полеты усыпляли Изуку, он тихо улыбнулся и утвердительно махнул головой в сторону соседки.       — Скорей бы праздники… Как ты будешь праздновать Новый год, Урарака? — Внезапно оживился Мидория.       Она задумчиво приставила палец к губам, после чего резво затараторила:       — Скорее всего с семьей, ведь для нас это целая традиция: к нам приезжает сестра отца и мы все вместе ходим по магазинам за подарками! А ты?       — Я? Ну… — Изуку был готов продолжить, но в самых лучших традициях японского класса его прервал шабутной и разгоряченный Киришима.       — Это правда круто! Вы же о Новом годе? Я вот в этом году поеду на горнолыжный отдых! — Между предложениями он постоянно что-то выкрикивал и именно благодаря этим крикам на заурядный, на первый взгляд, разговор, стянулись все в классе.       — Я тоже буду праздновать дома. — Коротко отрезала Асуи и за ней повторили еще несколько учеников.       Толпа нагнетала, но Изуку нравилось находиться в ней, ведь он искренне любил своих друзей… Разве что молился о том, чтобы рядом не было их. И мольбы были услышаны — Катсуки привычно не участвовал, а Шото и Хитоши на удивление вдвоем отсутствовали. Хотя все не важно, если их нет, то и остерегаться не нужно.       — А может мы его вместе отметим? — Вновь зафонтанировал Киришима.       — Ты же сам сказал, что узжаешь.       — Ну, возможно, вечеринка до Нового года? Скажем, за день? Разве это плохая идея? — Сначала для многих это показалось мелким безумством: до празднования минимум несколько недель, да и в планах не было ничего такого, но про себя все же каждый по отдельности пометил галочкой эту мысль. И только Минору высказал общественное мнение вслух:       — А это было бы круто! — Конечно, он сказал это не без корыстных целей, он хотел посмотреть на женскую половину, но благополучно умолчал об этой части плана. — Только где?       И тут же из-за парты поднялась девушка, готовая всем помочь, девушка, светящаяся от искреннего счастья, девушка, которой, в конце концов, тоже была бы выгодна эта вечеринка — Момо лучезарно заблестела глазами.       — Я могу договориться с мамой обо всем! — Те одноклассники, что были у девушки ранее, задорно сжали кулачки — знали, что дом грандиозен, как и щедрость самой Момо, так что предновогодняя вечеринка была обеспечена. Многие радостно согласились уже тогда, когда ничего толком не было решено, поэтому от переизбытка эмоций, Яойорозу подпрыгнула, вскрикнув «приглашены все!».       — Куда? — Дверь аккуратно приоткрылась и из-за нее тихо выплыли недостающие одноклассники — Шинсо и Тодороки. Оба попали лишь на финальную фразу, так что были заинтригованы, но то ли уже по привычки, а может чтобы держать имидж, сохранили каменными свои эмоции.       Ребята коротко рассказали о планируемом мероприятии на что двое отреагировали достаточно тепло и сразу же согласились. Теперь уже тусовка имела полную комплектацию и это не могло не припугнуть Изуку. Все разошлись по своим местам, ведь урок начался, а Мидория все так же мученическим взглядом форсировал пол. Это заметила Урарака, нежно коснувшись его плеча.       — Не нервничай так. — Прошептал голос. — У Момо же большой дом, ты можешь их не встретить.       И нервы немного отпустило. Стоит отметить, что Изуку рассказал о ситуации подруге. Он был слишком подавлен, чтобы держать абсолютно все в себе, поэтому выдал ей большую часть информации… Правда под дружеским соусом. Все признания были изменены на доверие каких-то исключительных секретов, отношения с Шото он назвал «лучшие друзья», а взаимные мастурбации «дружеским спаррингом», тем не менее то, как он переживал в купе с его рассказами вполне себе давали повод поверить в его мучения, потому что Изуку действительно всегда дорожил такой связью, сомневаться не пришлось.       «Да и дожить нужно до всего этого.» — Выдохнул он, фокусируясь на уроке полностью.       -…Да, Мидория? — Весь класс устремил взгляды на парня, когда учитель Аизава обратился к тому. — Ты ведь понял, чем мы будем сейчас заниматься? — Мальчишка растерянно начал болтать головой, оповещая тем самым учителя о том, что он все понял, но тот лишь отрешенно выкинул «отлично, тогда собираемся» и все почему-то встали.       Это было как минимум странно, ведь по расписанию сегодня никакой геройской практики, с чего бы вообще им одеваться в костюмы? Толпой ребята вышли из класса — это был отличный шанс спросить у них что происходит.       — Иида… А что мы будем делать? — Предвкушая недовольство со стороны Теньи, Мидория сделал лицо как можно более жалостливее, дабы получить меньше лекций в ответ, но не сработало.       — Так ты действительно все прослушал? — Совершенно шокировано разинул рот парень, а затем пробубнил что-то непонятное. — Тогда мой долг как старосты помочь тебе с этим, но впредь слушай учителя на уроке! — Все равно Ииде были приятные вот такие небольшие казусы: он любил помочь другим и выполнять вот этот вот самый «долг». — Сегодня гололед, а это удачная возможность потренировать навыки уличной помощи. Неизвестно когда еще будет такая зимняя погода, а тренироваться в заснеженной локации мы пока не можем (там не устранили какую-то проблему с отоплением, так что приходиться вот так вот выкручиваться).       Изуку мотнул головой, а сам несколько задумался: вообще странно все это для UA вот так менять планы из-за погоды, когда у организации столько денег чтобы просто починить что-то свое. Возможно за этим заданием стояло нечто большее, но им просто не говорят? Однако ему оставалось только гадать.       Зайдя в раздевалку, ученики сразу столкнулись с первой трудностью — костюмы. Будем честны: ни один из костюмов, который был у учеников данного класса не подходил для зимней погоды. Они все были рассчитаны на лето и это не мудрено, ведь в Японии большую часть времени не так холодно, как могло бы быть. Поэтому вместо их привычных нарядов им выдали спортивную форму (в отличие от персональных костюмов, которые разрабатывали по индивидуальным эскизам каждого ученика, у них была встроенная функция контроля температуры тела, так что они заведомо выигрывали в этом неравнозначном бою обмундирований).       — Кто вообще собирался учитывать теплопроводность при подаче эскизов?! — Киришима скривил лицо, явно ожидая такой же реакции, но на недовольство отозвался лишь Серо, показав такой же пример, пока Иида вновь всех заглушил песнями о том, что это только их вина и вообще это крайне безответственно забывать о существовании зимы, тогда-то и началась очередная перепалка. Только исключительные люди вновь не участвовали в ней — Шото и Хитоши. Те странно переглядывались искоса и устало выдыхали на происходящее. Вообще только Изуку все это казалось странным, тогда как другие увидели в этом органичность: они оба достаточно спокойны и сдержаны, но все же разные, оба вызывают легкую дрожь при соприкосновении взглядов и то, что на все они реагируют похоже — тоже химия, преодолеть которую не выходило. Мидорию захлестывала обида — ну конечно они не тренировки осуждают, там не обходится без разговоров о том, как плох Изуку и от этого ком застревал где-то в гортани.       «Поскорее бы это закончилось» — В пустоту подумал Мидория и весь скоп учеников выдвинулся на улицу. Ребята встретились с учителем именно там, на заднем дворе огромного небоскреба UA. Учитель Айзава томно ожидал выхода всех студентов, после чего засвистел в металлический свисток на шее.       — Сегодня у нас будет полная имитация городского патруля. — Все немного выдохнули: «и как это вообще связано со снежной погодой?» — Тренироваться мы будем в городской локации в пятидесяти метрах отсюда. В ней будут люди, множество людей, а вы должны будете следить за порядком: кто-то может случайно использовать свою способность при большом скоплении народа, кто-то просто поскользнется на гололедице…       Звучало все это не так сложно, пока учитель не закончил свое предложение после продолжительной паузы:       -…И главное — один из людей — террорист, вам дается пятнадцать минут на его вычисление и полную эвакуацию жителей с улицы. Условия: минимальные разрушения ландшафта и не сеять панику среди жителей. На улице скользко, так что эвакуация будет изрядно осложнена, будьте внимательны! — Теперь все как-то неожиданно встало на свои места и ученики изрядно напряглись. Но как и ожидалось от этот треклятой школы — работают все в парах. Это как в рулетку играть и Изуку это знал, но было еще одно знание у Изуку в кармане — он всегда в эту рулетку проигрывал. Наверняка он будет не с одним, а сразу с двумя ребятами, с которыми работать не хотелось, тогда вообще в жизни наступит сахар.       — Урарака-Кода-Сато. — Объявили первую пару и ребята отошли в сторону. — Яойорозу-Минета-Шоджи. — Все больше людей уходило в сторону. — Асуи-Иида-Джиро. — Пот на ладонях Мидории проступал все яснее, он уже все понимал, сейчас будет он и… — Шинсо-Оджиро-Тодороки. — Глаза резко распахнулись. Изуку вяло глядел в сторону уходящих, неужели на этот раз все идет так, как этого хочет он? — Токоями-Ашидо-Мидория. — На секунду он остолбенел, но розовая девушка резко налетела на него грудью.       — У нас уже лучшая команда, да, Токоями? — Запрыгивая на спину Изуку, она яро жестикулировала в сторону второго своего сокомандника и он темно отвечал ей что-то.       — Д-да! — Заторможено, но от этого не менее радостно улыбнулся Мидория. — Постараемся!       Выступали ребята так же в порядке распределения, а за поисками и методами проб и ошибок можно было понаблюдать из мониторной, где была видна вся деятельность в городе. Чуть только первая пара зашла на порог симуляции, Шинсо скомкано и печально опустил глаза, и хотя заметила только Асуи, этого хватило для вопроса «что с тобой?»       — Все эти ребята — это ребята из класса общего образования, класса, из которого я перешел. — Он вновь взглянул на экран, на знакомые лица и призрачно улыбнулся. — Я мог бы быть сейчас там.       Многие воздержались от комментариев, но от этого было даже легче… Пока, конечно, они не увидели в этой улыбке преимущество, ведь как другу они могут ему помогать.       — Как считаешь, ему можно верить? — Зашипел Минору сзади, в пояс Момо, явно ожидая ее реакции, но девушка лишь неопрятно отпихнула его.       Тройки сменяли друг друга: у кого-то выходило лучше, а у кого-то хуже, но вот подошла и очередь странного тандема «Шинсо-Оджиро-Тодороки», имевший неплохой такой потенциал быть самой разлаженной командой из всего класса, ведь у каждого из них по отдельности было непонимание с Шинсо. Видимо поэтому их и поставили вместе.       Вот они на улице и движение уже началось. Ученики делали вид что не замечали героев, хотя частые знакомые все же улыбались в сторону Шинсо, а он улыбался в ответ, не забывая о приготовленной задаче. Вначале было видно, что ребята о чем-то договариваются, но, к сожалению, камера не была оснащена микрофоном, улавливающем шепот. Затем они разошлись по разные стороны.       Шинсо остался на улице, помогая прохожим не падать, держать самообладание и так далее, в то время как двое остальных ребят готовились к чему-то. Оджиро выглядывал из-за возвышений, а Шото и вовсе скрылся из виду. Можно было подумать, что это все непутевая миссия нескольких героев, но вдруг Шинсо поднял руку вверх, подзывая к себе Оджиро, что прыжком оказался рядом и вот уже в его руках преступник без сознания, под воздействием причуды Шинсо, конечно. Затем наступила очередь Шото, он встал с противоположной от Хитоши стороны и принялся подавать сигналы к эвакуации и на удивление народ спешил, но никто из учеников не упал, все было крайне оперативно и слаженно, лучшая работа из класса на данный момент, да и время рекордное — восемь минут. Одноклассникам только и оставалось, что открывать рты.       — А они хорошо сработались. — Вслух заметил учитель, попутно объясняя действия тройки. — Они распределили между собой обязанности. Шинсо отвечал за выявление террориста, он подходил к людям и с помощью причуды искал объект. Когда объект был пойман — в дело вступил Оджиро, он мгновенно переместился из возвышенной области, депортируя затем преступника в полицию, это хорошо, учитывая то, что он быстрее остальных в команде, когда же настало время эвакуации в дело вступил Шото. Все это время он растапливал лед на камне, поэтому-то затруднения на пути не было. — Герои как раз поспели к концу краткого пересказа их действий, на что их встретили бурными овациями.       — Тихо, следующие. — Аизава обратился к тройке с бойкой девушкой и та повела своих компаньонов на путь помощи.       Изуку тихо протискивался меж ребят к выходу, когда его догнал знакомый голос.       — Удачи. — Шинсо, не оборачиваясь, обратился к уходящему, заставляя сердце уйти в пятки. «Что за шутки такие?»       Темноволосый юноша остановился на секунду, взглядом упираясь в непоколебимую голову Шинсо. Он всё ждал какого-то еще сигнала или ответа, но только Токоями окликнул партнера.       — Да, уже иду.       После себя Шото восстановил легкую корку льда на площадке, так что было трудно сказать, что стало легче, да и вообще переживания с новой силой хлестали по лицу. Хлестали до тех пор, пока во время проведения операции Мидория не понял: неужели сейчас только он думает обо всем так остро? Он не видел чтобы ребята его сейчас избегали, они вели себя вполне обычно. Значило ли это, что страницу можно перевернуть? Не переживать больше ни о чем и возможно даже начать общаться? Изуку был деревом в подобных вопросах, он даже не мог до конца понять боится ли он что снова начнется любовная канитель, что испытает к кому-то чувства или просто ему стыдно показываться рядом после такого оглушительного фиаско.       — А вот у них дела обстоят хуже. — Вслух прозвучало от Тсую в мониторной комнате. Было видно как ребята не совсем понимают, что делать, а их негласный лидер — Мидория и вовсе будто погрузился в прострацию.       Все дружно закивали этой зрелой мысли, кроме, разве что, Шинсо. Он упорно всматривался в растерянное лицо на экране, сжимая руки на груди сильнее, пока холодная ладонь не прервала его спутанные мысли. То был Тодороки, и его несколько грубый и одновременно обеспокоенный взгляд.       — Нет. — Коротко отрезал он немое молчание Хитоши, на что последний расслабился.       — Да знаю я.       Долго ли, коротко ли, но вскоре тренировка, а затем и учебный день в Академии закончились. Кто-то был этому рад, тогда как у другой доброй половины начиналась новогодняя лихорадка. Первый снег подарил ребятам чувство приближения знаменательного праздника и оно только усиливалось всякий раз, когда где-то о нем начинался разговор.       — Сегодня же пятница! — Победоносно зевнул Серо. — Почему бы нам не принести из дома украшений, на этой неделе мы же идем домой?       — Украсим общежитие-е… — Весело протянула Мина и замотала кудряшками. — Да, давайте так и сделаем! Я принесу гирлянды!       — За мной мишура! — Отозвался Каминари.       — У меня есть искусственная елка… Думаю, будет полезно… — Тихо сложил массивные руки Кода.       На этом и разгорелся очередной разговор во внеклассное время. Час уже был достаточно поздний и посему в дверь ворвалась Про-герой Полночь. Женщина была несколько уставшей после рабочего дня, поэтому в ее планы входило незамедлительно (но все же достаточно бодро!) продвинуться в сторону последнего этажа, на свою койку, но подобный разговор привлек и ее внимание.       — Что тут обсуждаете, ребята? — Она присела на пол, рядом с собравшимся кругом подростков и тем не менее живо ее встретили, но сказала тогда она фразу, которая ну никак не должна была вылетать из ее уст, хотя поняла это она гораздо позже.       — А Тодороки разве больше не с Мидорией? — Пройдясь взглядом по двум ребятам, сидящем в разных углах, а затем по непонимающем взглядам других их одноклассников, Полночь подумала, что, возможно, ей следовало бы держать язык за зубами почаще, но неожиданно из тени вышел Шинсо, попивающий мирно чай из домашней кружки.       — Мы махнулись, теперь я с ним. — Нарочито он приобнял Шото за корпус, наклоняя к себе, а затем хищно улыбнулся, смеясь.       Все восприняли это как шутку: по правде говоря это она и была, Шинсо всегда отличался вот такими вот резкими и провокационными штуками (чего стоил только тот сентябрьский поцелуй «на спор»), поэтому уже через минуту, все, за исключением Изуку, забыли о произошедшем.       Сначала его просто накрыла волна стыда за развязные фразы учителя, а затем его разум и вовсе выпал в осадок (ведь кто как ни Изуку знал каков подтекст шуток Шинсо. За каждой из них стояла доля правды, а некоторые и вовсе ею являлись, но подавая все это с таким смехом все от чего-то верили в его юмористические способности). Он попытался проанализировать их поведение: увидеть в Шото что-то из их отношений, в знаках Шинсо что-то из их флирта, но ничего не было. Сразу после затихшей волны смеха они перестали контактировать вовсе, их как будто и не существовало друг для друга. Если подумать, их объединяло только то, что они изредка куда-то выходят вместе и то, что чаще находятся рядом, но разве это не… ерунда?       Вскоре все забылось. Было просто весело болтать и ужинать с друзьями. Когда общежитие только начинало набирать обороты все думали, что устанут от бессменной компании одноклассников, но с некоторых пор все начало меняться: общие трудности и их преодоление заставили даже Аояму посчитать не только себя здесь красавчиком, одним словом, они все искренне любили друг друга, каждый из них был лучшим другом.       Урарака весело смотрела на парнишку рядом, на друга Изуку, он может был для нее и не просто другом, но она никогда не найдет в себе силы сказать об этом, так что сейчас, сидя рядом с ним, она просто наслаждалась веселым общением.       Люди наконец начинали расходиться и только Очако вместе с Мидорией остались на кухне мыть посуду (они были дежурными). После такого бурного вечера разговор наедине совсем не клеился. Они, конечно, еще немного затронули тему праздников, поговорили о том, кто что будет делать на выходных, дома, возможно даже попытались бы встретиться, но когда тот или иной вопрос решался, тишина вновь надавливала всем своим невидимым туловищем на пару. И после Изуку подумал, что лучше бы уж это самое туловище на него давило, чем он принялся обсуждать последующую тему:       — Кстати, а тебе не кажется, что Шинсо — гей? — Внезапно задумалась девушка явно решив, что с этим разговором молчание уйдет на задний план еще на некоторое время.       — А ну… С чего ты это взяла? Разве он не шутит? — Плохо. Не стоило напоминать о шутках, а то не дай бог она решит и спросить что имела ввиду Полночь.       — Да, я тоже всегда так думала. Он кажется таким серьезным и хмурым, темным даже и то, что он так шутит, будто издевается — очень подходит ему, но… Этих шуток так много. Помнишь, когда он ходил постоянно с тобой, целовал даже раз, теперь вот Тодороки. — Урараку явно затягивала эта тема. — Да и то, как он обиделся на тебя не из-за чего и до сих пор не разговаривает… Может он просто влюблен в тебя?       « „Не из-за чего“… Это я тебе сказал, что не из-за чего, а на самом деле… Даже она уже поняла, что ты меня любишь, а я до сих пор не могу этого понять„ — Хотелось спросить еще что-то в духе " а как думаешь, Шото в меня влюблен? ", но это была бы уж слишком неприкрытая правда, поэтому он навёл на другой вопрос.       — Но ведь следуя этой логике он должен был уже со мной начать разговаривать, теперь же он любит Тодороки, разве нет? — Немного отвел от себя подозрение, будто это его не касается и добавил в речь глупенькую улыбку. Классика.       — Может он просто тебя дразнит. Не думаю, что Тодороки полюбил бы парня, мне кажется, он испытывает что-то к Момо. Ты видел как они… — Урарака что-то начала дальше рассказывать, но Изуку не особо пытался вникнуть, он смог вытянуть даже два ответа на незаданные вопросы.       Его веселое воображение нарисовало свою картину происходящего: эти двое так мстят ему за совершенное. Ну и правильно.