bnha headcanons

      Мало кто знал, но Хагакуре была большим поклонником современной музыки. Она любила европейские и американские песни и была готова посещать чуть ли не все концерты любимых японских айдолов. Она не скрывала факт существования своего хобби, и при входе в её комнату можно было увидеть очень много музыкальных дисков и плакатов известных певцов. Также можно было с лёгкостью наткнуться на символику той или иной группы.       В общем, музыке было посвящено всё и даже больше.       Это Рождество и этот Новый год Хагакуре собиралась провести в Академии. Ну, а что? Общежитие есть, компания в виде Тодороки, Мины и Аоямы — тоже. Всякие вкусности её явно ожидали в большом общем холодильнике, а родные всё равно решили отправиться на Кюсю. Наверное, Тору полетела бы с ними, но Кюсю ей хватило по горло во время стажировки в уходящем году. Конечно, третий год практики был куда веселее, нежели первый, однако саму Тору уже тошнило от вида улочек и неприятных воспоминаний о том, как с ней постоянно кто-то сталкивался, не замечая — ну не виновата она в том, что является невидимой!       Вот только праздничного настроения у Хагакуре не было. Конечно, она помогала украшать общежитие, готовила вкусную еду, смотрела фильмы с рождественской тематикой, но… но настроение так и не появилось. Конечно же, Тору никому этого не показывала, однако она догадывалась, что зоркая Мина подметила этот факт.       И оказалась права.       Уже к вечеру, когда все разъехались, а ночь ещё не вступила в свои права, раздался стук в дверь. Понимая, что это было сделано лишь для соблюдения правил приличия, Хагакуре крикнула, чтобы входили. Дверь тут же отворилась, и в комнату ввалилась Ашидо, которая счастливо улыбалась, сверкая новым платьем, пришедшим в подарок от матери.       — Хорош тут сидеть! Давай лучше веселиться! — произнесла она, подскакивая к Тору и падая на её кровать.       Впрочем, девочка-невидимка не была против — всё равно, даже если она запретит, Мина продолжит это делать. Это же Мина Ашидо! Разве она будет кого-то слушать? Три «ха»! Да никогда. Даже свою собственную девушку не послушается!       — Нету настроения, — грустно вздохнула Хагакуре.       Печалиться было не в её правилах, однако иногда происходит и так, что пелена грусти накрывает даже самого весёлого и жизнерадостного человека. Что и произошло с Тору.       Ашидо почесала в затылке, понимая, что настроения у её девушки нету. А потом глубоко вздохнула, и при выдохе надула щёки. Затем студентка подорвалась с кровати и куда-то умчалась, даже не закрыв дверь, но крикнув, чтобы Хагакуре немного подождала. Не успело пройти и пяти минут, как юная героиня вернулась с каким-то квадратным конвертом в руках.       — Вообще-то я хотела подарить тебе это в полночь, но раз уж у тебя такое настроение, то…       Она протянула девушке конверт, и заинтригованная Тору поспешила раскрыть его, достав на свет три диска. На первом была изображена недавно дебютировавшая в Корее группа, на втором — известные бразильские певцы, а вот третий диск был украшен в рождественском стиле.       Хагакуре подняла голову и увидела, что Ашидо уже протягивала плеер для проигрывания дисков и наушники. Тору приняла их, благодарно кивнув, вставила последний диск в плеер и подключила наушники, один втыкая себе в ухо, а другой протягивая своей девушке. И тут же заиграла какая-то весёлая рождественская песенка, отчего настроение у Хагакуре поднялось, а на третьей композиции ей уже захотелось увидеть новогоднее чудо своими собственными глазами.       Ашидо громко рассмеялась, слушая слова благодарности от девочки-невидимки, а потом обняла её, улыбаясь той куда-то в живот.       Определённо, наступающий год будет весёлым.