Глава 5.
19 июля 2017 г., 20:52
— Всем привет, друзья! Спасибо вам за то, что нашли сегодня время и пришли сюда, в этот важный для меня день. Я очень волнуюсь, потому что этот продукт мы готовили целый год, вложили в него столько сил и времени, поэтому очень надеюсь, что вам понравиться. Мы начинаем. Поехали! – громко кричит Егор, и под громкие овации начинает звучать музыка.
По заученной программе повторяю движения друг за другом, от танца к танцу и стараюсь держать улыбку, хотя к концу концерта улыбаться – последнее чего мне хочется. Иногда бросаю взгляд в зал клуба, где замечаю множество звёзд русской эстрады. Лобода, Серебро в полном составе, Григорий Лепс, Mband и ещё куча артистов. От такого количество популярных личностей моя уверенность пропадает, но я вспоминаю главное правило танцора и переключаю все своё внимание на певца, который с удовольствием отрывался на сцене.
Настало время последней песни, которую Крид поет вместе с Молли. Девушка ни разу не пришла на репетицию, и мы думали, что будем вступать с фонограммой, но Булаткин поступил как всегда непредсказуемо.
— Сейчас я бы хотел пригласить на сцену очаровательную девушку, которая немало мне помогла в работе над альбомом и поддерживала на протяжении всего года. Под ваши бурные аплодисменты, Молли!
Цокая высокими каблуками, брюнетка поднимается на сцену и летит в объятия Крида, чуть ли, не закидывая на него свои ноги.
Мысленно фыркаю, когда вижу эту картину, потом поворачиваюсь лицом в зал и глазами натыкаюсь на Мишу. Тот, заметив мой взгляд, ободрительно улыбнулся, и мне стало чуточку легче. Рядом с ним стояли Эд и Соня, которые не спускали меня глаз и увидев, что я смотрю на них, синхронно подняли большой палец вверх.
Засмотревшись на друзей, пропускаю момент включения трека и вступаю на пару секунд позже, чем нужно. Каждый на сцене замечает это, но никто не подаёт вида. Кажется, пронесло.
Пока мы качаем зал, Крид и Молли допевают свою детскую песенку с недетскими движениями и поблагодарив зрителя, удаляются со сцены. Следом уходят и все остальные.
За кулисами сладкая парочка обменивается любезностями, а когда девушка уходит, то Булаткин поворачивается лицом ко мне, и черт возьми, в его глазах столько льда и злости, сколько я не видела еще ни разу с нашей первой встречи. Внутренне сжимаюсь, готовясь выслушать поток нецензурной брани в свою сторону, но меня спасает чудо, в лице всей Black star мафии. Поблагодарив тех, кто свыше, тихонько скрываюсь из гримёрки и выхожу через парадную дверь на улицу, где сталкиваюсь со своей подругой, если ее так ещё можно назвать.
— Что ты тут делаешь? – подавляя удивление в голосе, спрашиваю я.
— Меня Егорка пригласил, – жеманно улыбнулась Лиза. — А вот что ты тут делаешь? Судя по тем словам, что ты говорила мне в «Вегасе», он был тебе сильно противен. Что же изменилось за это время? Почему ты вообще участвуешь в его подтанцовке?
Борюсь с желанием нагрубить ей и просто отвечаю, что это не ее дело, а потом удаляюсь с гордо поднятой головой и чувством, будто мы видимся в последний раз.
***
Стоит ли говорить о том, что на следующий день мы с Кридом разругались в пух и прах, из-за того, что я, как он выразился «Кривоногая дура, которая запортачила целый номер, а потом ещё и трусливо сбежала, даже не извинившись». Разумеется, терпеть оскорбления в свою сторону я не стала и вцепилась в перепалку, возражая Егору. Слово за словом, и репетиция превращается в минное поле, где все находятся под прицелом. В течение всего времени, которое уделено танцам, я и Крид специально стараемся задеть друг друга посильнее и это приводит к тому, что к концу дня у нас так и не отработана концертная программа. Из-за этого певец ещё больше начинает нервничать, а вместе с тем его злость переходит на всю команду танцоров. Вразрез с поставленным планом приходиться закончить репетицию на час позже, когда до вылета остаётся всего три часа. — Жду всех через два часа в Домодедово, и без опозданий, Ярославцева. – напоследок кидает Крид и скрывается в дверях до того, как я успеваю ему ответить. Как же он меня раздражает! Оказавшись дома, снимаю с себя промокшие под дождем вещи и бросаю их в стиральную машинку. Затем иду в спальню, чтобы переодеться в сухую одежду и долго не могу определить, что же мне надеть. В итоге выбор падает на мои любимые бойфренды и бордовую водолазку. С сожалением понимаю, что вымокшую кожанку придется заменить на черный удлиненный пиджак, который вряд ли сможет согреть меня в такую неприятную погоду, но выбора нет, поэтому мне все же удается смириться с этим. На телефон приходит оповещение о том, что такси уже подъехало. В последний раз оглядев себя в зеркале, беру свою сумку с вещами и выхожу на улицу. Ровно в два часа ночи захожу в здание аэропорта и глазами ищу знакомые лица. Взгляд зацепляется за знакомую блондинистую макушку, рядом со стойкой регистрации, и я неторопливым шагом направляюсь туда же. Почти все уже были на месте, за исключением Маши и Максима. Долго их ждать не приходится, поэтому уже через десять минут мы сдаём багаж и проходим регистрацию. — Кто-нибудь будет кофе? – спрашиваю я у ребят, пока не объявили посадку на рейс. Положительно ответили только Егор и Женя, остальные же вежливо отказались. Кофейню нахожу быстро, но еще минут семь жду своей очереди. — Что для вас? – улыбаясь, интересуется миловидная девушка-бариста. — Мне пожалуйста два латте-халва и один мокка. Девушка кивает, и принимается делать заказ. Через несколько минут отдаю нужную купюру и забираю ароматный напиток. Вручаю парням их латте, поглядывая на табло вылета. Посадка будет только через двадцать минут, поэтому можно не много погулять по аэропорту, не боясь опоздать. Но когда я замечаю в панорамном окне взлетно-посадочную полосу, то бросаю идею с прогулкой, и аккуратными шагами подхожу к окошку, боясь спугнуть таинство момента. Я впервые в своей жизни вижу самолёты так близко, да еще и в таком количестве. Вздрагиваю, как только замечаю, что один из авиалайнеров начинает разгоняться. Сама того не осознавая, задерживаю дыхание и с восхищением наблюдаю, как самолёт отрывается от земли. В этот момент я, наверное, похожа на ребенка, которому купили новую игрушку, но это действительно потрясающее зрелище. — Объявляется посадка для пассажиров, вылетающих рейсом Москва-Краснодар, ваш выход номер 4, терминал В. – услышав это, возвращаюсь к команде, и мы вместе идём к обозначенному выходу. Совсем не удивляюсь тому, что мое место находится рядом с местом Крида, поэтому спокойно занимаю своё сидение, с интересом разглядывая салон самолёта. Потом начинается нудный инструктаж, который я пропускаю мимо ушей, потому что не могу разобраться с ремнем безопасности. Егору видимо надоело видеть, как в сотый раз у меня ничего не получилось, и он перехватил мой ремень, чтобы застегнуть. — Спасибо. – Смущённо пробормотала я. Самолёт начинает набирать скорость и разгоняться. Смотрю в иллюминатор и не могу сдержать вздох восхищения. Ночная Москва с высоты птичьего полета ужасно завораживала, и я боялась даже моргнуть, чтобы не пропустить ни одной детали. Но потом ночной пейзаж за окном сменяется на облака, и азарт разглядывания красоты полета исчезает. Отворачиваюсь от иллюминатора, достаю свой телефон с наушниками и включаю музыку, закрывая глаза. Через тридцать минут мне становится очень холодно, и приходится разомкнуть глаза, чтобы попросить стюардессу принести плед. — Чем я могу вам помочь? – шепотом спрашивает девушка, потому что большинство людей в салоне уже спали. — Можно мне плед? – Потом смотрю на Егора, который тоже заснул, и добавляю, — А лучше два. Стюардесса, улыбаясь, кивает, а через минуту уже протягивает мне два клетчатых пледа. — Спасибо. – благодарю девушку, и та уходит. Аккуратно, чтобы не разбудить певца, укрываю его. Следом снимаю свои ботинки, поднимаю колени на сидение и закутываю себя в теплый плед. Сколько себя помню, я никогда не могла спать в дороге, будь то поезд, машина или даже дом на колесах, сама не знаю почему. Поэтому каждый раз, когда мне предстояла дорога, приходилось запасаться кофеином, нервами и музыкой, чтобы не умереть от усталости и скуки. Возвращая наушники в уши, случайно смотрю на Крида. Сейчас Егор был такой безмятежный, спокойный и совершенно не раздражающий. Таким он мне казался ещё красивее, и я позволила себе немного полюбоваться таким Егором, каким никогда не увижу в повседневной жизни. Когда в пять утра мы прилетаем в Краснодар, большинство ребят из команды выглядят свежими и выспавшимися, в противовес мне, похожей на зомби. В голове не было никаких мыслей, кроме как приехать в отель и скорее завалиться спать хотя бы на несколько часов. Получаю багаж, сажусь в мини-автобус, заселяюсь в отель - все делаю на автомате, а потом с нескрываемым удовольствием падаю на мягкую кровать и сразу засыпаю. На саунд чек мы приезжаем на час позже, чем запланировано, и по этой причине Булаткин просто рвет и мечет. Все расписание сбивается, и вместо положенных семи часов, концерт начинается в восемь. Само выступление протекает гладко, но после него проблемы не заканчиваются. Как только мы возвращаемся в гримерную, к нам пристают недовольные организаторы, требующие выплаты компенсации за задержку. Когда нам все же удается уйти из концертного зала, на отдых уже не остаётся времени и приходится сразу ехать в аэропорт. Следующий концерт будет проходить в Баку. Из-за отсутствия прямого рейса, нам сначала придётся лететь обратно в Москву, а там пересесть на рейс до столицы Азербайджана. На обратном пути в Москву мне повезло намного больше, чем по пути в Краснодар, и мое место было рядом с Машей. Во время перелета мы обсудили с ней прошедший концерт, состояние Катрин и просто поговорили о мелочах. По сравнению с солнечным Краснодаром, дождливая Москва показалась мне слишком промозглой и неприятной, из-за чего мое настроение стало портиться ещё больше. По заученной схеме проходим регистрацию, сдаём сумки и идём в зал ожидания. Уставшая после тяжёлого концерта и перелета иду, опустив голову в пол, совсем не замечая того, что наступаю кому-то на ноги уже в пятый раз. Зная мою удачливость, даже не стоит задумываться, кому. — Ярославцева! Хватит наступать на меня своими кривыми ногами! – психует Крид. Но я пропускаю колкость мимо ушей, промычав что-то вроде «Ага» , продолжаю идти так же. Не обратив внимание на то, что блондин остановился, продолжаю идти вперёд и со всего размаху врезаюсь в него. — Ярославцева, скажи мне, что во фразе «Хватит наступать на меня» тебе не понятно?! — Дай подумать, - делаю задумчивое лицо, — мне не понятно словосочетание "своими кривыми ногами". — Тогда ты ещё тупее, чем я думал. С каждым днём падаешь все ниже в моих глазах, Ярославцева. — Идиот. – Констатирую я. — От идиотки слышу. — Повторяешься, Булаткин. Или правда глаза режет? — Так значит, хочешь правды? Тогда слушай правду про себя. Ты никчемная бездарность, которая и волоска всей команды не стоит. Просто сиротка, которую пожалели и приняли на работу, чтобы ты от голода коньки не отбросила. Не больше чем ошибка... Звук громкой пощёчины раздается на весь зал ожидания. Все взгляды вдруг оборачиваются к нам, а вдалеке слышится девичий крик «Это же Егор Крид!» Меньше чем за секунду сбегается народ со всего аэропорта, требуя автографы и фото со звездой. Разворачиваюсь и медленно иду вперед. Из глаз градом катятся слезы, которые я даже не пытаюсь остановить. Нахожу не занятую ни кем лавочку, сажусь на нее, начиная задыхаться от истерики. Вдруг, чьи-то руки притягивают меня в свои объятия, и начинают успокаивающе гладить по голове. По запаху парфюма узнаю в этом человеке Крида. — Отпусти! Отпусти меня! Ненавижу тебя, ненавижу! – колотив руками по его спине кричала я, пытаясь выбраться. — Я знаю, знаю. – шепотом говорит он мне на ухо, крепче сжимая в своих руках. – Я тоже тебя ненавижу, Ярославцева. В ответ сжимаю его, давясь слезами и шепча, как ненавижу его.***
Открываю глаза и вижу перед собой кожаное сидение первого класса самолёта. До меня не сразу доходит, что я лежу головой на чьих-то мягких коленях, а мои ноги укрыты тёплым пледом с логотипом авиакомпании. Не понимая в чем дело, принимаю вертикальное положение тела и осматриваюсь по сторонам. В салоне авиалайнера было темно и, по-моему, спали абсолютно все, включая Егора, который сидел справа от меня, и на чьих коленях проснулась я. Достаю свой мобильник чтобы посмотреть время, и обнаруживаю, что с начала полета прошло только сорок минут и лететь ещё как минимум два с половиной часа. Ложусь обратно на колени Крида, потеплее закутываясь в плед. У меня никак не получается понять, в чем причина такого поведения Егора. Сначала он меня доводит до истерики, потом сам же и успокаивает, а позже позволяет спать на его коленях. Где логика у этого парня? Мучаюсь с этим вопросом достаточно недолго, потому что снова засыпаю, в конец вымотанная обстоятельствами.***
Азербайджан встречает нас восходящим солнцем и тёплым весенним ветерком. Спать уже не хочется, поэтому единогласно было принято решение погулять по городу и посмотреть местные достопримечательности. Столица на самом деле очень красивая, и это становится понятно ещё с первых минут. Красивые архитектурные постройки, огромные высотки причудливой формы, различные музеи и невероятно красивая набережная на берегу Каспийского моря. Пятичасовая экскурсия по городу пролетает за одно мгновение, но за это время мы успеваем сделать множество фотографий, получить незабываемые эмоции и отведать местную кухню. Неловкость, которая царила между командой после неприятного инцидента в аэропорту наконец-то исчезла, поэтому мое настроение было на высоте. Концерт проходит лучше того, что был в Краснодаре в несколько раз: нам все удается сделать вовремя, саунд чек проходит лучше некуда, а публика здесь куда энергичнее и приятнее. Энергетика от зрителя просто бешеная и я просто получаю колоссальное удовольствие от выступления. После концерта даже нет никакой усталости, лишь экстаз от успеха. Если все остальные города будут такими, то я готова хоть каждый день терпеть Крида, только бы потом получать такую отдачу от зрителя.***
Следующие несколько концертов проходят очень быстро, и незаметно наступает июнь. Впереди три концерта в Германии, где мы окажемся уже через пятнадцать минут. Весь полет у меня не исчезает предчувствие чего-то нехорошего. К сожалению, все мои плохие или хорошие предчувствия рано или поздно сбывались, от чего сейчас становилось очень страшно. Мягкая посадка, пусть и немного, но облегчает мое напряжение, и я стараюсь не думать о плохом. Мы садимся в арендованный автомобиль и еще несколько часов едем до городка со странным названием «Бад-Зальцуфлен». Местность, мелькавшая за окном, была совсем не похожа на привычные леса России, а при въезде в город так и вообще кричала о том, что мы находимся заграницей. Большие особняки стояли с двух сторон от дороги и создавали уютную атмосферу над этим немецким городком. Прощаться именно с этим местом мне очень сильно не хотелось, но впереди сегодня было ещё два города, которые мы должны были посетить. На очереди был концерт в Брайтенфильде, где пришло совсем немного людей, отчего выступление получилось очень атмосферным и лиричным. В третий и последний город, под названием Корнвестхайм мы въезжаем уже уставшие, и на концерте выкладываемся из последних сил. Когда возвращаемся в микроавтобус, почти все засыпают. Как всегда, мне не удается даже задремать, поэтому просто рассматриваю все, что есть вокруг. Сейчас автобус направлялся по шоссе в Кёльн, где днём у нас будет концерт, а потом целый день отдыха. При одной только мысли об отдыхе я млею и первый раз за день искренне улыбаюсь. Достаю телефон, чтобы включить музыку, но замечаю непрочитанное сообщение от Миши. «Привет, путешественница) Как вы там?» «Привет) У нас все отлично, сейчас едем в Кёльн. Как ты? Почему не спишь?» - отвечаю парню, не надеясь на скорый ответ. «У меня тоже все хорошо, рейс скоро. Сама почему не спишь? У вас же вроде три концерта прошло?» - приходит через полминуты. «Не могу спать в дороге.» «А я наоборот, только сажусь, и сразу отключаюсь) Когда домой?» «Кажется, послезавтра утром будем в Москве.» «Буду ждать) Объявили посадку, мне пора бежать. До скорого.» «Удачи.» Честно признаться, я очень скучаю по Мише, Соне и Эду. Ребята стали мне действительно очень близкими за то время, что мы работаем вместе. До гастролей мы проводили почти все время в компании друг друга, и поэтому щемящее чувство тоски по друзьям настигло меня еще после первого перелета. Надеюсь, уже скоро увидимся.***
Концерт в Кельне прошел на одном дыхании. Примерно в четыре часа дня мы уже были свободны и предоставлены сами себе. Как и в Баку, мы с танцорами отправились на обзорную экскурсию по главным достопримечательностям города, который оказался ещё прекраснее, чем все города мира, в которых я когда-либо бывала. Потом мы с ними разделились. Ребята отправились покорять местные клубы, а я вернулась в отель, потому что не люблю подобные заведения. Чем ближе был отель, тем сильнее было мое плохое предчувствие. А когда я зашла в холл, то оно просто забило тревогу, и, как оказалось, не зря. Передо мной стоял тот человек, которого мне никогда бы не хотелось больше видеть, мой бывший жених - Андрей. Внутри меня бушевало столько чувств, сколько не испытывает ни один нормальный человек. И злость, и боль, и ненависть и желание разреветься вкупе с желанием напиться. Хуже становится, когда он поднимается свои голубые глаза и замечает меня. — Катя? – шокировано спрашивает Андрей. — Катрин. – пытаясь сделать голос холодным, исправляю я. Он никогда не произносил мое имя правильно, говоря, что Катя подходит мне больше. — Ну да, – усмехнулся блондин. — Как поживаешь? — После того, как ты и Вероника исчезли из моей жизни, гораздо лучше, спасибо. – с сарказмом выплюнула я. — Все так же остаёшься язвой? Такими темпами останешься одна до конца жизни. — Лучше одной, чем с такими как ты. — Полтора года назад ты так не думала и даже собиралась выйти за меня замуж. — Очень рада, что так и не вышла! — Конечно, я так тебе и поверил. В любом случае мне пора ехать, Вероника рожает. – нагло улыбается он. – Рад был встрече. — Надеюсь больше никогда не увидимся, – фальшиво улыбаясь, отвечаю парню, и тот уходит. На негнущихся ногах иду в бар, который находится на первом этаже гостиницы, заказываю стопку текилы и сразу выпиваю ее. Алкоголь неприятно обжигает горло, но это то, что так нужно в этот момент. Потом заказываю какой-то разноцветный коктейль, попросив бармена сделать его послаще. Тот выполняет мою просьбу, и через несколько минут я получаю свой заказ. — Пить в одиночестве – первый признак алкоголизма, – нравоучительным голосом произносит взявшийся из ниоткуда Крид. — Тогда у меня два варианта: либо прекратить пить, либо найти себе компанию, – грустно улыбаясь, отвечаю ему. — Кто он? – С серьезным лицом спрашивает Егор. — Он это кто? — Тот, кто довел тебя до того, что ты пьёшь одна. — Это неважно, – отвернув голову от певца, говорю я. — Да ладно, Ярославцева. Сегодня ты можешь рассказать мне, обещаю, что издеваться не буду. Собравшись с мыслями, начинаю рассказывать Егору все с самого начала. — Когда я только вышла из детского дома, то сразу поступила в институт, где получила комнату в общежитии. Со мной в одной комнате жила девушка, по имени Вероника и в последствии, она стала моей самой близкой подругой. Однажды, мы пошли в клуб к одногруппнику на день рождения, и там я встретила своего бывшего – Андрея. Он начал красиво ухаживать за мной, дарил подарки, заваливал цветами, потом предложил встречаться. Конечно я согласилась, ведь он был первым парнем, кто обратил на меня внимание. Только вот одним из моих условий отношений было отсутствие близости до свадьбы, с чем Андрей даже не думая согласился. Тогда мне все казалось таким волшебным и сказочным, что я не замечала ничего вокруг, в том числе и его постоянные истерики на ровном месте. Потом он сделал мне предложение и конечно, отказаться мне казалось невозможным, поэтому прозвучало смелое "Да!". А в день свадьбы, когда я стояла перед зеркалом в свадебном платье, в моей квартире заявился Андрей, сказал, что изменил мне с Вероникой и на самом деле не хочет жениться. Потом пришла сама Ника, отобрала мое платье и как шавку выкинула меня на улицу. Ну и буквально десять минут назад я встретила его в холле, и кажется, у них с Вероникой сегодня пополнение в семействе. Ну, как-то так. — Дерьмово, – заключает Крид. —У меня была похожая ситуация. Я достаточно долгое время встречался с девушкой, на руках ее носил, но ее интересовали только деньги, а какие могут быть деньги у начинающего артиста? Она испарилась сразу, как только нашла парня побогаче. С тех пор я не позволяю людям унижать себя, а предпочитаю унижать самому. — Но это же...неправильно? — А по-твоему, лучше, когда втаптывают в грязь тебя? – спросил Егор, и не дожидаясь ответа, оставил меня думать об этом в одиночестве.***
На часах двенадцать ночи, а я стою у номера Булаткина, занеся руку над дверью, и сама не понимаю, что тут забыла. — Долго ещё будешь просто стоять? –интересуется подошедший Егор. — Пока не пригласишь. Крид подходит к двери, открывает ее и пропускает меня вперед. Несмело осматриваюсь в номере, пока блондин закрывает за нами дверь. И зачем черт меня дернул сюда прийти? Кажется, стоит уйти сейчас, пока моя не совсем трезвая голова еще не потеряла рассудок. Разворачиваюсь к двери, но носом утыкаюсь Криду в грудь. Подняв голову, вижу самоуверенную ухмылку Егора. Тяжело сглатываю, когда он облизывает свою нижнюю губу. Автоматически повторяю этот жест. Когда он замечает это, цвет его глаз сменяется с голубого на синий, и я завороженно наблюдаю за этой переменой. Он ведёт со мной какую-то игру, но у меня нет желания поддаваться на его правила, однако мое тело думает совершенно иначе. Губы Егора накрывают мои ровно в тот момент, когда во мне просыпается решимость сделать тоже самое. Ни минуты не мешкая отвечаю ему, наслаждаясь терпким вкусом его губ и зарываясь своими руками в его шелковистые волосы, слегка оттягивая их назад. От этого действия парень стонет мне в губы, что ещё больше сводит меня с ума. Не прерывая поцелуй, я закидываю ноги на бедра Егора, после чего его губы перемещаются на мою шею. Томно выдыхаю, когда он кусает мою шею, а потом проводит языком по месту укуса. В животе образуется тугой комок желания, который начинает сладко ныть, требуя разрядки. Мы перемещаемся на кровать, и блондин снова возвращается к моим, губам сладко терзая их. Его руки начинают блуждать по моему телу, задирая платье, и я не могу сдержать стон удовольствия.Губы немеют, я даже не знал, что она так умеет Руки потеют на ее теле, мне наплевать, я стерплю сто истерик.
Булаткин резко отрывается от меня, встаёт с кровати и отходит к окну. — Уходи. – говорит он, не поворачиваясь по мне. — Что? — Уходи. – рычит блондин. Больше повторять не приходится. Встав с кровати, одергиваю платье и направляюсь к выходу. Стараясь не хлопнуть дверью, выхожу из номера Крида и иду в свой, проглатывая слезы обиды. Вдруг, на весь коридор раздается трель моего телефона. Быстро нажимаю кнопку ответа, вслушиваясь в голос говорящей. —Катрин, твоя мама скончалась сегодня ночью. Прими мои соболезнования...
