О скрытых талантах и опасных предупреждениях.
25 июля 2018 г., 15:50
— Это неслыханно! И все это время вы молчали о том, что мой студент находится в другом… измерении, другом мире, ВАШЕМ мире! И вы терпеливо ждали, не говоря ни слова ни мне, его декану, ни директору? Да нужно было предотвратить это его путешествие, предупредить, изъять кольцо и забыть…
— Профессор, при всем моем уважении, эти скачки во времени никого и ни к чему хорошему не привели бы. А уж шутить с этим самым временем по меньшей мере глупо. И опасно. Понимаю ваше негодование, но сейчас оно ни капли не помогает!
Они сидели в положенном месте на опушке Запретного леса уже два часа, и все это время Снейп не замолкал ни на минуту, разве что ядом не плевался. Тауни и самой было не по себе от длительного ожидания, и она, чтобы хоть как-то заглушить навязчивый голос Снейпа в своей голове, прокручивала в мыслях подробности своего последнего возвращения домой.
***
Новеньких в Убежище оказалось двое. На входе бретонка столкнулась лицом к лицу с невысоким худощавым парнишкой-босмером. От неожиданности девушка отскочила в сторону и схватилась за кинжал, но эльф, словно не заметив оружия, лишь неуклюже поклонился ей и юркнул вглубь Убежища. Проводив его недоуменным взглядом, Тауни скользнула по коридору и вышла в гостиную. Босмер был уже здесь, сидел у дальнего края стола, деля трапезу с Назиром, Орторном, Арижей и еще одним незнакомцем в таком же Аликрском капюшоне, как и у ее Уведомителя. Редгарды довольно живо обсуждали что-то, усмехаясь, хлопали друг друга по плечам. — А, сестра. Познакомься, это Амир — мой давний друг и соратник. Когда-то в Хаммерфелле нас связывало одно дело, в молодости мы вместе служили в тайной дружине правителя Сентинеля. — И что же привело вас к нам, почтенный Амир? — Тауни слегка склонила голову в знак почтения. Редгард учтиво кивнул в ответ. — Моя служба закончилась несколько лет назад, во время очередной стычки с Доминионом. Мой отряд попал в ловушку, почти всех перебили, а меня хотели завербовать предатели из пособников альтмерских захватчиков. Тогда я бежал, но, вернувшись в столицу, узнал, что меня назвали изменником и объявили в розыск. Путь был долог и опасен, но теперь я здесь. Признаюсь честно, Слышащая, я не верую ни в каких богов и высшие силы, но если ваш… Ситис и Мать Ночи примут меня, я сослужу хорошую службу. Возраст возрастом, а навыков я не растерял. — Амир уже был на одном задании, Тауни, и справился блестяще, — подала голос каджитка, — подстраховал меня и в одиночку перерезал толпу некромантов. Он — сильный воин. — Гиллен тоже неплох, — подал голос Орторн. — Он неразговорчив, немного застенчив, — при этих словах парнишка уткнулся взглядом в тарелку и покраснел, — зато мастерски владеет луком. Я сам видел, как он тренировался. Бретонка улыбнулась: — Что ж, добро пожаловать в Семью, братья. — Повернувшись в Ариже, она сказала, понизив голос, — для тебя есть еще один контракт, сестра. Еще мне нужно встретиться с Фариан, дело в Солитьюде. Для вас обеих будет задание в столице, если говорить точнее. Зайдете ко мне через час. А пока мне нужно пообщаться с Матерью. Арижа понимающе кивнула, и Тауни вышла из комнаты. Коснувшись ладонью камня-печати, Тауни почувствовала мертвецкий холод, исходивший от него. Поверхность его всегда была прохладной, но в этот раз бретонка даже вздрогнула от неожиданности. Голос Матери, ворвавшийся в ее разум, также был непривычно резким. — Ты снова собираешься уйти, Слышащая, и на этот раз твое отсутствие может затянуться, я чувствую это. Отец Ужаса недоволен. Будь у него лицо, он бы нахмурился, глядя на тебя, будь у него руки, он сжал бы ладони в кулаки от одолевающей его ярости. Бретонка остолбенела. Раньше никогда Мать не говорила с ней так сурово, а уж накликать на себя гнев Ситиса было сравнимо самоубийству. Она уже пожалела, что сидя перед Матушкой в последний раз, она задавала ей вопросы о своих похождениях. — Ты слишком много времени уделяешь своему новому увлечению и своим путешествиям, ты совсем забросила свои прямые обязанности. Мало принимать время от времени мои указания, ты должна находиться ближе к Семье, знать, чем дышат твои Братья, о чем они говорят, в чем сомневаются и чего опасаются. Братство только начинает вставать на ноги, старые устои и вера еще не до конца укрепились в нем, а ты позволяешь себя отдаляться от Семьи и пускаешь все на самотек. Мне не нравится разочаровываться в своем выборе. Но наш Отец бывает столь же великодушным, сколь и жестоким, особенно к тем, кто служит ему верно. Так что, на первый раз ты прощена, но сделай выводы и следуй Догматам, а не своим прихотям и желаниям. А теперь касательно имен… После того, как все имена и места были записаны, Тауни осмелилась задать Матери вопрос: — Матушка, позволишь ли ты мне еще раз покинуть тебя, обещаю, что отныне буду приходить чаще. Мне нужно вернуть попавшего к нам по ошибке мальчишку, моего студента. Его пребывание здесь может привлечь к нам лишнее внимание. — Твои путешествия вовсе не бесполезны. — Голос на мгновение смягчился. — Ты многому учишься там, хотя твои решения не во всем мне понятны. Гораздо ближе нам было бы, если бы ты встала на сторону того страстно жаждущего власти и бессмертия мага, о котором ты как-то обмолвилась. Сколькому ты могла бы научиться у него… Сколько новых, непознанных душ ты могла бы отправить Ситису. Но это твой выбор, пока он не касается Братства, ты вольна делать то, к чему лежит душа. Я не сказала, что тебе запрещено покидать Нирн, пока в этом есть смысл. Саморазвитие — путь к величию, даже если оно отличается от привычных всем форм. Я лишь напомнила тебе о твоем месте в Братстве. И предупредила о том, что если ты будешь пренебрегать им, Ярость Ситиса примет телесную форму и ты рискуешь встретиться с ним лицом к лицу. И встреча эта будет недолгой, — и Мать, вздохнув, замолкла. Тауни сглотнула и поспешила наверх, в свои покои.***
— Вы уверены, что это сработает, профессор? — за последние два дня Драко преобразился, из голоса пропали нотки гордыни и превосходства, появилась вежливая серьезность и гораздо больше уважения, нежели было раньше. — Я на это очень надеюсь. По моим расчетам, я прибуду к концу рождественских каникул, выжду нужное количество времени, ничем не выдавая ни себя, ни тебя, а в нужный срок мы с профессором Снейпом (а он мне не откажет, я уверена) встретим тебя у портала и перенесем в твое поместье. Времени с твоего исчезновения не должно было пройти слишком много, несколько часов, скажешь, что утомился и ушел погулять, проветриться. Ну, или сам придумай, в какую байку скорее поверят твои родители. — Сочинить-то я сочиню, главное — вернуться. — Уверенность пропадала из голоса мальчика каждый раз, когда они заговаривали о доме. Все-таки, несмотря на показную непоколебимость, он тосковал по дому и боялся застрять тут навсегда. Рядом с ними, с интересом поглядывая на кольца в руках бретонки, стояла Иллия. Имперке повезло проезжать мимо столицы Белого Берега именно в тот момент, когда Тауни, уставшая от причитаний Бабетты по поводу Малфоя, вышла к въезду в город, у которого расположился караван каджитов. Бретонка была страшно рада видеть подругу, с которой почти не виделась в последнее время, и, конечно, не преминула показать гостя, привезенного из Солитьюда. Пообщавшись с Малфоем несколько минут, Иллия отвела бретонку в сторону и воодушевленно зашептала: — Нет, ты видела, какой у него взгляд? А как он держит кисти рук? Не знаю насчет его успехов в твоем классе, но у него явные задатки сильного криоманта. Вот ты мне говорила, что из школы Разрушения вы всерьез пробовали лишь «Пламя», а вдруг у него скрытая способность к магии холода? — До морозных чар мы еще не доходили, — промямлила в ответ бретонка, стыдливо опуская взгляд. Как же, преподаватель, а попробовать отработать со студентами различные направления Разрушения не додумалась. — Магия Разрушения вообще плохо дается моим студентам, в последнее время мы больше фокусировались на Изменении и Восстановлении… Иллия перебила подругу: — Позволишь? Тауни неопределенно махнула рукой, но имперка уже подскочила обратно к Драко и начала быстро изливать на него поток вопросов, изредка хватая за руки и прося сделать несколько примитивных пассов. Бретонка уже было потеряла к ним интерес, как вдруг мальчик, чуть нахмурившись, вскинул руку, и из его ладони вырвалась тонкая Ледяная стрела, пролетела пару метров и разбилась о ствол рядом стоящего дерева. Тауни удивленно подняла брови, мысленно аплодируя парню. Действительно, стоило лишь направить энергию в нужное русло, и результаты не заставили себя ждать. Ее подруга всегда была гораздо более чутким учителем, чем она сама. На лице самой Иллии был такой восторг, словно она голыми руками победила ледяного тролля. Малфой же с недоверием разглядывал свои ладони. Бретонка усмехнулась: — Сейчас вы вернетесь в Данстар. Вам двоим будет чем заняться в ближайшие пару часов. Затем вы придете обратно, доберетесь до нужного места, и ты, — она кивнула Драко, — шагнешь в проход. Не забудь кольцо, мы специально оставили его у Бабетты, чтобы портал пропустил меня. Не задерживай его, умоляю, — Тауни улыбнулась подруге. — Нет-нет, что ты. Прежде всего — домой… Но какой силы был этот его Ледяной шип, ты ощутила? Если когда-нибудь ты еще захочешь притащить своих учеников в Скайрим, сообщи. Или довези все-таки до Коллегии. Такое обширное поле для изучения… Тауни устало улыбнулась. Как здорово было видеть на лице подруги тот же восторг, который испытывала она сама, когда попала в Хогвартс. И как не вовремя. Она развернулась и скрылась в зарослях.***
— Вы не должны были позволить этому случиться! — вновь ворвался в ее голову пронзительный голос Снейпа. Тауни поморщилась: — Вы начинаете повторяться, Северус. И, раз уж вам больше нечего мне сказать, позвольте задать вам один вопрос. Ведь у вас есть такие приборы, Маховики времени? — Откуда вам известно о них? — осекся Снейп. — Да так, всплыло в разговоре с профессором Макгонагалл на днях… Так вот, почему бы не взять Маховик, не отправиться с ним в прошлое и не предотвратить катастрофу, не уничтожить вашего Волдеморта еще в начале его темного пути? — Вздор, — фыркнул мужчина, — такой вопрос мог прийти в голову только такой некомпетентной особе, как вы. Прошлое не может быть изменено таким образом, вмешиваться в течение времени опасно, — он вдруг замолчал и побагровел. Тауни победно улыбалась. — Я понял вас. Но не думайте, что вам удалось избежать серьезного разговора с директором. — Я не боюсь объясниться с директором. И сама направлюсь к нему сразу, как только мы убедимся, что Драко в безопасности. Я не виновата, что из моих слов вы так и не вынесли, что я не причастна к его появлению в моем мире и всеми силами старалась вернуть его как можно скорее. Повисла тишина. Снейп хмурился, но не произносил ни слова. Тауни погрузилась в свои мысли, прокручивая в голове последние несколько уроков с пятикурсниками. На занятиях она старалась уделять Малфою не меньше внимания, чем другим, но то ли он специально игнорировал ее попытки направить его энергию в верное русло, то ли магия в нем должна была проснуться лишь в Скайриме, успехом ее попытки так и не увенчались. В конце концов она махнула на него рукой. Теперь же, когда он вернется из мира Тамриэля, все пойдет совсем иначе. — Вы уже слышали последнюю новость о ваших учениках? — на лице профессора Снейпа играла гаденькая ухмылка. Похоже, он долго придумывал, чем бы задеть коллегу. — Несколько студентов сформировали так называемый отряд Дамблдора и втайне от преподавателей тренируются в заклинаниях. В основном, в Защите от Темных Искусств, а ведь это ваш предмет. — Если группировка тайная, откуда вам это известно? — Тауни постаралась сохранить лицо. Такая новость была действительно неожиданной. — Директор сказал, пускай думают, что им удается сохранять инкогнито. Хотя об их деятельности уже известно мне, Альбусу и Минерве. Вот теперь и вам. Самое интересное то, что во время своих встреч студенты изучают те заклинания, которые, по их мнению, могут помочь им в борьбе с Темным Лордом. Они считают вас неплохим, но не очень способным преподавателем и считают ваши занятия бесполезными. — Тауни замерла в недоумении, а Снейп, поняв, что достиг того эффекта, на который рассчитывал, продолжил, — их обучают Поттер и Грейнджер. — Что?! — Тауни фыркнула и закатила глаза. — Хотя, их выбор можно понять, Грейнджер дает фору многим студентам в большинстве предметов, да и Поттер может многому научить своих сокурсников… Иногда они помогали мне на занятиях, но зачем было собираться тайно? — Я думаю, Поттер больше вдохновляет своих приятелей, чем учит по-настоящему. Они всерьез боятся встречи с Темным Лордом и считают, что должны быть подготовлены лучше, чем после ваших занятий. Тауни стояла ошеломленная. Лицом она старалась не показывать всех эмоций, что бушевали внутри, но кулаки сжимались сами по себе. «Значит, мои занятия бесполезны? Ничего, отродья скамповы, я вам устрою…» Снейп бросил взгляд на коллегу и, словно проявляя сочувствие, вкрадчиво произнес: — Может быть, вам стоит чуть меньше времени уделять своим тщетным попыткам пробудить в детях неведомые таланты и чуть больше — своим прямым обязанностям. Пора бы признать, что обучение беспалочковой магии по вашей методике — это просто баловство. Ведь вам неплохо даются заклинания, должен признать, вы учитесь на удивление быстро, но совсем не пользуетесь своими знаниями, — бретонка снова подняла на него удивленные глаза, она в первый раз слышала, чтобы Снейп так искренне кого-то хвалил. — Я подумаю. — Нужно не думать над моим советом, а следовать ему, — пробурчал мужчина. — Отряд Дамблдора — далеко не первый признак того, что вам нужно больше времени уделять традиционной программе. Вы поигрались, но конец года уже не за горами, а детям нужно сдавать экзамены, у них впереди СОВ… — Я следую программе, — огрызнулась бретонка. — Маленькие засранцы владеют большинством защитных заклинаний гораздо лучше, чем в те годы, когда на моем месте были колдуны из, как вы говорите, «вашего» мира. Чему, простите, их учил профессор Локхарт? Да и до него, я слышала, встречались учителя с причудами. Но до меня тоже доходят некоторые слухи, хоть дорогие коллеги в последнее время и избегают бесед со мной. Но у меня есть свои способы незаметно находиться среди них, например, в учительской. Насколько мне известно, моя должность проклята, и в конце года я покину Хогвартс, хочется мне того или нет. Так что, — она слегка поклонилась и усмехнулась, — терпеть меня и мое баловство вам осталось недолго. — Мне бы этого не хотелось, Тауни. — Снейп осекся, но вздохнул и продолжил, — Я думаю, что есть пути преодоления этого проклятия и, если у вас будет желание, вы сможете остаться с нами подольше. Я просто пытаюсь донести до вас, что не стоит смешивать вместе два мира, не нужно пытаться объединять вашу и привычную нам магию, из этого вряд ли выйдет хоть что-то… Профессор Снейп в несвойственной ему манере начал повышать голос, пытаясь достучаться до упрямой девушки, и та уже собиралась грубо прервать его поучения, как вдруг воздух рядом с ними похолодел. Тауни резко встала и рефлекторно поставила магическую защиту, но тут из-за деревьев показалась мальчишеская фигура. Драко Малфой слегка поклонился преподавателям и, направив руку в противоположную сторону, выпустил из ладони Ледяной шип, который разбился о землю. — Уроки профессора Балфор не так уж и бесполезны, сэр. И если кто-то из моих однокурсников не в силах постичь тонкую науку беспалочковой магии, это исключительно их проблемы. — И он с легкостью сделал несколько пассов руками, демонстрируя то, чего безрезультатно добивалась от него профессор Балфор на протяжении нескольких последних занятий. Оба преподавателя застыли. Тауни была в шоке от самого факта того, что Малфой защищает ее перед деканом, а Снейп явно пребывал в недоумении от всего происходящего. Наконец он тряхнул головой, словно отгоняя все посторонние мысли: — Пойдёмте, Драко, уже поздно, нам нужно трансгрессировать в ваше поместье, а для этого мы должны уйти с территории школы. Мисс Балфор, мы еще вернемся к этому разговору, — он слегка поклонился ей и быстрым шагом начал удаляться прочь. — Жду не дождусь, профессор, узнать, отчего же вам так хочется продлить мое пребывание в Хогвартсе, — Тауни просто не смогла оставить за ним последнее слово. Снейп фыркнул, и обе мужские фигуры скрылись за деревьями.
