Раздвоение личности

      Мейстер принес Джону письмо из Королевской Гавани.        — Я, Дейенерис Бурерожденная из Дома Таргариенов, Неопалимая, королева Миэрина, королева андалов, ройнаров и Первых Людей… — начал читать он.        — Дейенерис Таргариен? — оборвала его Санса.        — Очевидно, она все-таки выбралась из-за Узкого моря и завоевала Королевскую Гавань, — задумчиво сказал Джон.        — И чего она хочет?        — Предлагает свою помощь.        — И что мы должны взамен?        — Присягнуть на верность Железному Трону… — Джон вскинул на Сансу глаза. — Санса, это выход. У нее драконы. У нее много людей. И она предлагает нам это все и еще поставку продовольствия.        — И ты намерен согласиться?        — А у меня есть выбор? Белые Ходоки уже почти добрались до Стены. Железный Трон мне не нужен, а Короли Севера всегда присягали Таргариенам.        — До того момента, как Эйерис сжег нашего деда и дядю, — мрачно усмехнулась Санса.        — Она не отвечает за грехи своего отца! — упрямо ответил Джон. — И у нее полно драконьего стекла. Сэм прислал мне весть, где его можно найти. Да, я отвечу согласием, это мое решение.       На заседании Малого совета Дейенерис огласила ответ Сноу.        — Он согласен. И еще, он говорит, что на Драконьем Камне залежи драконьего стекла, — сказала она.        — Ваше Величество, если позволите, я немедленно пошлю туда рудокопов, — оживился Тайвин. Дейенерис все-таки решила оставить его в Малом совете, справедливо полагая, что, хоть отец и сын — ее нынешний десница, имеют разногласия, но их умы славно послужат короне.        — Благодарю вас, милорд, проследите за этим, — кивнула она. Тайвин тут же покинул совет, чтобы исполнить ее волю.        — Пока мы на одной стороне, — заявила она Тириону, — думаю, что могу ему доверять.       Тирион не стал спорить.        — Мне кажется, что ты нравишься Визериону, — сказала Дейенерис Тириону, когда они прогуливались в одном из садов Красного Замка.        — Надеюсь, не в качестве обеда? — хихикнул Тирион.        — Я думаю, что в этом случае он бы полакомился тобой еще тогда, когда ты снимал с него цепь, — засмеялась Дейенерис.        — Это обнадеживает, — ухмыльнулся Тирион.        — Как ты смотришь на то, чтобы стать его наездником?       Тирион пришел в ужас.        — Ваше Величество, вам не кажется, что я слегка ростом не вышел для подобного?! — возопил он.        — Ты немного ниже, чем я, не вижу препятствий, — настаивала королева. — Тебе понадобится лишь слегка выучить валирийский, всего несколько слов, чтобы он тебя понимал.        — Кхмм… Как я понял, отказаться я не могу? — поперхнулся Тирион.        — Можешь. Но ты многое потеряешь, — королева остановилась и пристально взглянула ему в глаза. — Разве у тебя самого не возникала мысль о том, как хорошо было бы подняться на драконе в воздух?       Зрачки у Тириона расширились. Конечно, он думал об этом. Он мечтал об этом, когда был еще ребенком и зачитывался книгами про драконов.        — Думаю, что я мог бы попробовать… — неуверенно сказал он.       Шрея наблюдала за тем, как Тайвин общается с Драконьей Королевой. И заключила, что по всем признакам Дейенерис ему нравится. В тот момент, когда Шрея это поняла, то осознала, что чувствует ревность. Тайвин заметил, что она стала какой-то беспокойной и слегка нервозной. И как-то утром он решил прояснить, в чем дело.        — Что с тобой происходит? — спросил он. — Ты в последнее время сама не своя. Из-за чего ты так нервничаешь?       Шрея отвела взгляд.        — Она тебе нравится? Наша новая королева? — ее голос стал больше похож на шелест травы на ветру.        — Мне нравится, что она умна. Такая королева достойна того, чтобы править, — нахмурился он. — Постой, ты меня ревнуешь?       Тайвин понял, что это вызывает в нем восторг. Но, тем не менее, такое положение дел следовало загасить в зародыше, пока не начался конфликт. Он заставил ее посмотреть себе в глаза.        — Девочка, у тебя нет причин для ревности, — твердо сказал он. — Своей жене я не изменял никогда!        — Я не твоя жена!        — Потому что ты сама этого не хочешь. Если помнишь, мы обсуждали это. Но, если ты переменила свое решение, я не вижу препятствий. Джейме против не будет. Тирион тоже. Томмену все равно, он поглощен Маргери. У меня не осталось ни одного родственника, который был бы недоволен, за исключением мелких кузенов и племянников, мнение которых ничего не стоит.        — Если я стану твоей женой, мне ведь придется продолжить твой род? — глаза Шреи наполнились слезами.        — А ты не хочешь? — Тайвин насторожился.        — Ты знаешь, как я боюсь боли, а эта боль невыносима. И я не хочу делить тебя ни с кем, мне для любви достаточно тебя одного, ни один ребенок мне тебя не заменит. И еще… Я не хочу умереть при родах, — заявила она.       Тайвин задохнулся. Она ударила прямо в его больное место. Когда его жена умерла в родах, ему показалось, что весь его мир рухнул. Многие годы он заталкивал это страдание глубоко внутрь себя, но оно прорывалось ненавистью к младшему сыну, рожая которого умерла его Джоанна.        — Я надеюсь, ты пьешь лунный чай? — хрипло спросил он.        — Да, милорд, — ответила она.       Тайвин прижал ее к себе.        — Продолжай это делать, девочка. Наследники у меня и так есть, а если я потеряю тебя… — он не договорил, но Шрея и так все поняла. Она всхлипнула и вжалась в его грудь.       Королева давно заметила, что у Тайвина есть женщина. Она видела, что там все серьезно и взаимно, но никто из этих двоих не проявлял желания узаконить эти отношения. И как-то раз она все-таки решилась задать гордому лорду Утеса Кастерли вопрос.        — Почему вы на ней не женитесь, Тайвин? — спросила она. — На той женщине? Это потому, что она из низшего сословия?        — В этом месте ничего не скроешь, — вздохнул Тайвин. — Ваше Величество, если я на ней женюсь, она должна будет нарожать мне наследников.        — Разве это так плохо? Я думала, что все мужчины этого хотят.        — Ваше Величество, моя покойная жена умерла, когда рожала вашего десницу. Долгие годы я ненавидел его за это. Он думает, что это потому, что он — карлик. Возможно, это правда, но только отчасти. Если бы моя жена осталась жива, я бы не испытывал к нему такого раздражения, но когда она умерла… Моя жизнь превратилась в кошмар. И тогда я превратил в кошмар жизнь Тириона. Я даже думал убить его, когда он был младенцем. Только сейчас я начал оттаивать, а если и она умрет… — Тайвин судорожно втянул носом воздух.        — А что она сама об этом думает? — тихо спросила королева.        — У нас нет разногласий в этом вопросе. В любом случае, она будет обеспечена, если со мной что-то случится. Я об этом позаботился, — ответил Тайвин.       Тирион осторожно подошел к Визериону. Дракон повернул в его сторону свою громадную голову и издал негромкий рык.        — Ну, здравствуй, мой большой крылатый друг, — тихо сказал Тирион, медленно протягивая к нему руку. Дракон раздул ноздри и осторожно ткнулся носом в его ладонь, не выказывая ни малейшей неприязни. — Как ты смотришь на то, чтобы полетать вдвоем?