Что нужно для счастья

Эрен потерянно бродил по замку, держа в руках разорванный красный шарф Микасы. Его нашла в углу в пыли Саша и, явно сильно нервничая, отдала Йегеру. Он шёл по замку в поисках сестры. Им определённо надо поговорить. Возможно даже извиниться. Юноша, погружённый в самые мрачные мысли, вышел во двор. Разведчики тихонько перешептывались между собой, косясь на азиатку с раскрасневшимися от слёз глазами без привычного шарфа, ещё и в сопровождении Капрала. Навстречу им шёл Эрен, несший в руках обрывки шарфа. Солдаты заинтересованно глядели на встретившуюся парочку, с нетерпением ожидая занятного скандала. — Микаса, я… — юноша вытянул руку с шарфом, — Зачем ты?.. Он не успел договорить. Девушка с силой оттолкнула его руку, отчего ставший бесполезной тряпкой шарф снова полетел на землю. Не дав брату даже секунды, чтобы опомниться, Микаса уверенно и с чувством заехала Йегеру кулаком по челюсти. Последняя надежда человечества, потеряв равновесие, с позором и бесчестьем грохнулся в дорожную пыль. Зрители затаили дыхание. Гордо подняв голову Микаса зашагала прочь, в сторону замка, а Капрал подошёл к Эрену и, присев рядом с ним на корточки, жестко отчеканил: — Ещё раз повторится подобное — оторву руки с ногами и запихаю тебе в задницу. Мужчина поднялся с колен и невозмутимо покинул оставшихся переваривать случившееся Йегера и окружающих его разведчиков. Кое-кто ухмылялся глядя на незадачливого юношу. Бедолага влип — надо же ему было умудриться навлечь на себя гнев сразу двух Аккерманов.

***

— Он ей что, мозг промыл? — удивлённо спросил Армин Эрена, поглядывая на Микасу в столовой, спустя неделю после громкого скандала. Разведчики пару часов назад вернулись с очередной вылазки за стену. Произошедшая между братом и сестрой ссора была главной темой для обсуждений даже спустя неделю. Отчасти причина скрывалась в непривычности облика Микасы, лишившейся своей вечной защиты в виде красного шарфа. Однако в этот день разведчики с особым удивлением и заинтересованностью обсуждали между собой тот факт, что за время прошедшей вылазки азиатка ни разу не помогла своему брату в борьбе с титанами. Девушка методично расправлялась с гигантами, спасая из их пасти всех, кому не посчастливилось туда попасть и ни разу не обратила внимания на Йегера. Возможно даже поэтому в этот раз жертв среди людей было необыкновенно мало. Леви сидел за отдельным столом вместе с Ханджи и с удовлетворением смотрел на девушку. Кажется встряска, которую он устроил Аккерман, пошла ей на пользу. Мало того что выплакаться для неё было просто жизненно необходимым, так ещё и открыв своё сердце капралу, для девушки стало легче впустить в него и других людей. Она стала более разговорчивой и доброжелательной к окружающим. А после того как на миссии она перестала бездумно следовать за Йегером она стала ещё более эффективным бойцом, внимательно следящим за всем полем боя и оберегая от смертельной опасности любого своего соратника, благодаря чему жертв было совсем немного. — Кажется, у неё всё-таки есть гордость, — довольно произнёс Жан, не отрывая глаз от азиатки. Подобревшая Микаса явно запала ему в сердце ещё крепче. — Сколько можно было терпеть выходки идиота Эрена. — Заткнись, Жан, — озлобленно буркнул Йегер. — Ну, а что, парень, ты сам виноват. Надо было просто с ней поговорить, за ту пощёчину она тебя никогда не простит. Эрен хмуро уставился в тарелку. Не то чтобы ему не хватало назойливой опеки сестры, но её внезапно возникшая холодность по отношению к нему болезненно давила на самолюбие юноши. И что такого ей сказал этот коротышка Капрал, что его сестра так сильно изменилась? — Это не похоже на Микасу, — произнёс задумчиво Армин, — Но такая Микаса мне нравится даже больше, такое чувство, что она наконец-то живёт полной жизнью. Капрал видимо не такой уж бессердечный человек, раз смог так на неё повлиять. — Он то, — засомневался Кирштайн, глядя на удаляющегося в компании с без умолку болтающей Ханджи Леви.

***

— Я не понял, Аккерман, что ты хочешь? — Леви заинтересованно смотрел на девушку, его тонкие брови удивлённо взмыли вверх. — Хочу, чтобы вы тренировали меня, капрал, — повторила девушка. Мужчина невозмутимо сел за стол. — У меня нет на это времени. — Пожалуйста, сэр! Я хочу стать сильнее, — не отступалась Микаса. — Зачем тебе это? Чтобы опять бегать подтирать сопли своему гадёнышу братику? Девушка пропустила колкость мимо ушей. — Нет, сэр. — Надо же, ну удиви меня. Микаса опустила взгляд в пол. — Я хочу стать сильнее, чтобы защитить как можно больше людей. Капрал равнодушно уставился на девушку. — Ты не спасёшь всех. — Я знаю, но только из-за этого я не могу сидеть сложа руки. Леви был удивлён. Аккерман обратилась к нему за помощью. К человеку, неприязнь к которому не особо скрывает. И обратилась не для помощи своему дорогому братцу. Кажется встряска, которую он организовал девушке возымела куда более глубокий эффект, чем он ожидал. В кои-то веки он почувствовал интерес, живой, подталкивающий на необдуманные поступки. — Будешь помогать мне с документами, — сказал мужчина, сложив руки на груди, — И готовить чай, — добавил он с ухмылкой. — Чай? — У меня слишком много работы, Аккерман. Хочешь со мной тренироваться помогай освобождать на тебя время. — Я… поняла, сэр. — Приступай. — Простите? Губы Леви искривило нечто подобное ухмылке: — Чай, — коротко бросил он. Девушка слегка смутилась и покорно поплелась к столу с чайником. «Какая послушная» — удивлённо заметил Капрал и стал наблюдать за Микасой в своей манере — безучастно и почти скучающе. И так продолжалось последующие пару недель. Утром документы и чай, по вечерам тренировки с УПМ и рукопашные поединки с Капралом. Микаса диву давалась тому, как мало Леви спал. Не удивительно, что он вечно был всем недоволен. Особенно это было ощутимо во время рукопашных тренировок, во время которых Капрал скучающе читал морали о ненужной жертвенности, в очередной раз заламывая девушке руки или заваливая на маты. Несмотря на разницу в росте у неё не было и шанса одолеть Леви в рукопашную. Мужчина это понимал и наслаждался происходящим. Эти поединки разнообразили его рутинные будни, да и предмет его нездорового интереса теперь постоянно находился под боком и почти не обращал внимания на Йегера. Особенно приятными были их редкие, но неожиданно интересные беседы после таких тренировок, во время которых Капрал мучил разговорами девушку до глубокой ночи. В один из таких вечеров они засиделись до самого утра и Микаса задремала прямо на полу в зале для тренировок. Леви бросил на неё свой зелёный плащ и снова погрузился в раздумья. Что же такое счастье? И что такое любовь? Странное и непонятное ему желание прикоснуться к девушке как-то с этим связано? И вообще какого хрена он творит и носится с ней как с писаной торбой? Ханджи уже навострила на него свои любопытные уши, так и до слухов не далеко, которыми разведкорпус в принципе и так полнится, после небезызвестного скандала. Мужчина с тяжелым вздохом лег на пол рядом с Микасой, и положив голову на руку стал рассматривать её лицо. Пушистые ресницы, черные блестящие волосы, приоткрытые губы. Леви убрал пару прядок с её лица. — Знаешь, Микаса, я так хочу к тебе прикоснуться, что кажется, что если сделаю это, то не смогу остановиться… Кажется, это называют «любовь», верно?