Разбиты на части

Все говорят, что у Акутагавы нет сердца, но что же тогда так забилось, при виде этого худенького, отчаявшегося паренька? Эспер присел на край лавки, тигр резко отвернулся — гордость не позволяла, чтобы враг увидел его слабость. — Что случилось? — спросил Акутагава, но в голосе не было привычных ноток злости. Парнишка упорно молчал. — Говори, тигр. Хотя я уже почти передумал, — черный эспер никогда не отличался терпением. — А я уже подумал, что рядом со мной другой человек. Но нет, это все тот же ты. — холодно ответил ему Ацуши, нервно передернув плечом. — Я тоже меньше всего хотел увидеть тебя здесь. Но это не значит, что я не могу прибить тебя прямо сейчас. — Лучше убей, что тебе стоит. Рюноске не поверил своим ушам. — Ты хоть себя слышишь? У тебя есть все, а ты так просто этим швыряешься. Вот за это я тебя и ненавижу. Теперь в голосе Акутагавы звенел металл, но парень даже не посмотрел в его сторону. Молчание. Черный эспер не выдержал, резко встал и схватил Накаджиму за грудки. — Не игнорируй меня, отродье! — удар, и парнишка свалился на землю, прижимая руку к щеке. — Настоятель приюта умер, — тихо сказал Ацуши. — Я уже говорил. Не живи прошлым… — начал было Акутагава. — Да что ты понимаешь! Я слышу его голос каждый день. Он… Он словно стоит у меня за спиной! Даже сейчас… «Умри, монстр. Все из-за тебя, выродок». И он прав. Правда, я не понимаю, зачем ты спросил меня? Посмеяться лишний раз, ткнуть побольнее? Я же знаю, тебе только это нужно, — почти срываясь на крик, перебил эспера тигр. Рюноске взглянул в глаза парня и на секунду замер. В этих удивительно красивых глазах было столько боли и страха. Рюноске чувствовал то же самое хоть и тщательно это скрывал. Они оба разбиты. — Какой же ты идиот, — тихо сказал Рюноске. И вдруг Ацуши почувствовал, что его что-то подхватило и мягко притянуло к Акутагаве. Но вот то, что произошло дальше, тигр даже предвидеть не мог. Он уткнулся носом в белое жабо, и руки эспера невесомо обняли за плечи. Тигр нерешительно обнял в ответ, и непролитые слезы градом покатились по щекам парня. Он тихонько всхлипывал и плечи мелко дрожали, но на сердце становилось так легко. Медленно сумерки укутывали своим сизым плащом две фигуры. И казалось, что их разбитые души обрели тот желанный покой. Они поняли друг друга на каком-то ином уровне восприятия, и все остальное для них становилось таким неважным. Нет. Они же враги. Должны быть ими. Но это противоестественное тепло, которое будто склеивало их заново, было таким приятным и правильным. Но… — И долго мы так обниматься будем? — вдруг зло спросил Акутагава, пытаясь скрыть смущение. — Прости, — Ацуши мигом отпустил эспера и провел руками по щекам, стирая остатки слез. — Не извиняйся, я сам не знаю, что на меня нашло, — слишком резко сказал Рюноске и отошел на пару шагов назад. Ацуши не успел слова сказать, как эспер развернулся и уже хотел идти прочь, но его что-то тихонько потянуло за плащ, и Акутагава невольно обернулся. Тигр смущенно смотрел под ноги и одними губами прошептал: — Не уходи… Пожалуйста. Сердце Рюноске разрывалось от непонятных чувств и странных ощущений, резко нахлынувших разом. Он замешкался всего на секунду, чтобы пересилить себя. Шаг. И опять они в беспроглядной тьме. В агентстве было, как всегда, очень шумно, но только один человек выбивался из общей картины. Ацуши сидел за столом и всеми мыслями, кажется, был где-то в другом месте. Его размышления прервал радостный голос Дадзая. — Ацуши-кун, ты идешь со мной. Пришла некоторая информация, которую нужно забрать лично у источника. — А? Да… Хорошо, — заторможено ответил парень и пошел за Осаму, даже не заметив хищную улыбку детектива. Крик чаек и бесконечное число огромных разноцветных контейнеров, которые с корабля на корабль перетаскивали высоченные краны, но людей было подозрительно мало. — Чу-у-уя, сколько лет, сколько зи-и-им, — неожиданно прокричал Осаму. Если бы не тигриная скорость, Ацуши бы вмиг расплющило одним из контейнеров. Вокруг эспера портовой мафии витала алая аура, которая явно не предвещала ничего хорошего. — Дадзай! Убью! — прошипел Накахара. — Не злись так, метр с глупой шляпкой, я пришел по делу. И, Ацуши, не вмешивайся, — буквально пропел Дадзай, но мафиози явно не хотел успокаиваться. Накаджима наблюдал за схваткой, но отвлекся и пропустил момент, когда эспер мафии слегка замешкался и этим немедленно воспользовался противник. Чуя лежал на асфальте в крайне неудобной позе, а на его спине гордо восседал Осаму. — Ацуши, прогуляйся, пожалуйста, где-нибудь минут… часик. Уходя, парень краем глаза заметил, как агент перевернул мафиози и нежно провел ладонью по его исцарапанной щеке. Ацуши покраснел и решил поскорее уйти. *Тем временем на месте битвы* — Придурок, ты что творишь? Слезь с меня! — вырываясь и пытаясь сбросить с себя надоедливого детектива, орал Чуя. — Тише, всю рыбу распугаешь, — улыбаясь как чеширский кот, заявил Осаму. — Зубы повыбиваю, кишки бантиком повяжу, предатель… — дальнейшие угрозы оборвали весьма оригинальным способом. Мафиози слегка покраснел и отбиваться перестал, но нож все же держал наготове. — А вот теперь спокойно поговорим, — отпрянув, сказал Дадзай, а Накахара только хмыкнул. Разговор затянулся примерно на сорок минут. — Ты ведь не только за этим пришел? — спросил Чуя, сидя на импровизированной скамейке из обломков. — Да. Как ты смотришь на то, чтобы создать новый «взрывной дуэт»? Чуя недоверчиво посмотрел на Дадзая. — Это из кого же? — Из одного нашего и одного вашего. Скажем… Акутагавы и Ацуши, — задумчиво потирая подбородок, произнес Осаму. — Смешная шутка. Они придушат друг друга раньше, чем смогут работать вместе. — Нет, у этих двоих гораздо больше общего, чем ты думаешь. Они идеально сработаются. Поговори об этом с Огайем, — уверенно сказал Дадзай. Чуя только кивнул и уже собирался уходить, как детектив поймал его руку. «Я скучал» — читалось во взгляде первого. «Я тоже» — немой ответ мафиози. И каждый пошел своей дорогой.