Долгий путь домой

День начался спокойно. По крайней мере, так показалось Максин, но, выйдя на вторую палубу, она ошиблась. Пираты, собравшись на лавках, гребли огромными веслами. Вокруг них ходил Фрэнк, осматривая каждого внимательным взглядом. Пираты были уставшими. По их лицам стекал пот, руки и все тело было напряжено. Большинство сидело без верхней одежды на торсе, поэтому можно было увидеть рельефные загорелые мышцы, множество шрамов и боевых ранений. — Хей! — крикнул Бауэрс, давая пиратам команду двигать веслами. — Хоп! — послышалось в ответ. — Кто не будет грести — выкину за борт, а кто не будет кричать — тот останется голодным до завтра! — от первого помощника веяло властью, грубостью. Он имел огромные лидерские качества, поэтому с лёгкостью мог заменять капитана. Макс с интересом наблюдала за движением, при этом находясь в стороне. Но когда Фрэнк посмотрел на неё, то у девушки по спине пробежал холодок. — Чего встала? Хочешь присоединиться? — Н-нет... — Тогда проваливай! — грубость мужчины слегка задела Колфилд, но она нервно развернулась и поспешила ретироваться. Впервые решив осмотреть корабль, ничего не получилось. Но Максин надеялась, что будет ещё уйма возможностей. Девушка начинала больше привыкать к кораблю. Вечная качка уже не вызывала столько неприятных чувств, сколько вызывала с самого начала. Её больше не тянуло тошнить от вида еды, которую готовил Чайка. Они плыли уже четыре дня и ничего ужасного за это время не случалось. Она успела подружиться с Уорреном ещё лучше, хоть её и раздражало его галантность и вечное желание помочь. Девушка смогла пообщаться с некоторыми членами команды. Молодая девушка Аманда, весьма дружелюбная, но статная и твёрдая научила Колфилд завязывать узлы и ориентироваться по звёздам. Это было очень интересно. Они вместе сидели на первой палубе ночью и смотрели на звезды, прихватив с собой болтливого Уоррена, который пытался что-то рассказать. Казалось, что парень знает абсолютно все, но Аманда все-таки знала больше о звездах, поэтому они переглядывались взглядами, наполненными гневом, пока Максин не смотрела на них. К слову, она не часто пересекалась с капитаном, что не могло её не радовать. Прайс иногда выходила на палубу, недолго командывала, беседовала с лоцманом, осматривала узлы, доски, пиратов, а потом опять удалялась в свою комнату, сваливая все обязанности на Фрэнка. Максин обдал прохладный ветер, полностью пропитанный солью. Она вышла на свежий воздух. Лёгкий бриз щекотал кожу, морозил её, заставляя Макс ежиться в своей огромной рубахе. Пираты, казалось, совсем не ложились спать. Сторожевые заканчивали службу, сменяясь следующими. Корабль проплывал мимо побережья материка. Колфилд огляделась по сторонам, выискивая знакомые лица. Уоррен сидел у мачты и вязал канаты. Максин, мягко улыбнувшись, подошла к парню и уселась рядом. — О, Макс. Доброе утро, рад тебя видеть. — тихо пробормотал юноша, глядя на шатенку. — Доброе, — Максин опустила взгляд на довольно длинную веревку, которую парень сплёл. — И как долго ты этим занимаешься? У тебя глаза слипаются! — С рассвета... — А сейчас сколько? — Пару часов с полудня прошло. На самом деле, это не сложно. Хочешь научу? — С удовольствием, если смогу хоть чем-то тебе помочь, — улыбнулась Колфилд. — Обязательно помо... — парень оборвался на полу-слове, услышав крик с пика мачты. — Корабль! — словно обезьяна, на доски спустился молодой мужчинач держа в руках подзорную трубу. Дозорные мигом бросились к бортику, хватая под руки все, что может увеличивать. — Это британцы! — крикнул кто-то со стороны, — Догнали все-таки, позорные псы! — Я знаю кто в этом виноват! Она! — какой-то старик указал пальцем на Максин, привлекая всеобщее внимание. Макс и Уоррен поднялись с досок, смотря на людей, которые зачем-то обвиняют Колфилд. — Эта девчонка. Из-за неё у нас хвост! Нужно просто выкинуть её акулам или отдать англичанам! — Да! — послышалось со стороны от кого-то ещё. — Нельзя! — Прайс поспела вовремя, гляда на всех, стоя рядом со штурвалом и лоцманом. — Почему? Это же... — Нет, Том. Ты знаешь кодекс, никто не ослушивается капитана. Хочешь, чтобы тебя заклеймили? — сквозь толпу протиснулся Михаэль. Тот самый темнокожий парень, с которым Максин познакомилась на остановке в кабаке. Странно, но многие успокоились, нервно развернувшись и снова припав взглядов к приближающемуся британскому судну. — Фрэнк, сможем уйти? — спросила Хлоя. — Боюсь, что нет. Команда устала, им нужен отдых, поэтому далеко уплыть не сможем. Ближайшее течение на юго-западе, но нам совсем не в ту сторону. Тем более до него сотня миль. — Сколько узлов? — Пятьдесят три, но скорость будет убывать из-за сил гребцов. — Значит придётся драться, — Хлоя тяжело выдохнула. Через некоторое время пираты начали сбрасывать в воду бочки со взрывчаткой, готовить мортиры, пулеметы и проверять ядра. Британский корабль все приближался и можно было разглядеть движение в нем. Солдаты готовились к битве и открывали огонь, в надежде попасть по пиратскому судну, но ядра летели мимо. С громким грохотом раздавались взрывы от бочек. Макс почувствовала страх. Ужасный животный страх, заставляющий сердце биться сильнее в разы, а инстинкт самосохранения приходить в действие. Она хотела спрятаться, заткнуть уши сильнее, чтобы не слышать взрывы, но звуки войны для девушки не в новость. Вероятность того, что если она забежит в трюм и погибнет там, обнаружив пробой, гораздо больше, нежели на высших уровнях. Корабли проплыли рядом на очень опасном расстоянии, что можно было увидеть самоуверенные лица солдат в красной форме. Пираты забросили кошки, редко промахиваясь, царапая лезвиями обшивку британского фрегата. Судно столкнулось с другим, а потом послышались крики, сопровождаемые звенящими ударами лезвий друг об друга. Солдаты, пираты, гибли как мухи. Первая палуба превратилась в какое-то кровавое месиво. Максин забилась в угол, спрятавшись за ящиками, затыкая уши, зажмуривая глаза. Она часто дышала, хватала воздух в лёгкие, никак не получая полную порцию воздуха. Паника охватила все тело, было тяжело пошевилиться, даже страшно. Она пыталась заполнить свою голову чем угодно, но не тем, что сейчас происходит на самом деле. Навязчивые мысли так и лезли в голову, желая завладеть ей. Но Колфилд дала себе клятву когда-то давно, что плохим мыслям не место в её разуме. Она очухалась и пришла в себя только тогда, когда сильные руки несли её обмякшее на капитанский мостик. Михаэль отпустил девушку на пол, отвлекаясь на скользящее по ветру, лезвие сабли, умело парируя. На самом деле, темнокожий великолепно владел оружием. То, как виртуозно он рассекал воздух кинжалом, заставляло стоять в ступоре противника, ожидая своего часа. Словно острое оружие — его стихия. От него шла аура стати, энергии, силы, благородности и смелости. Хорошие качества для любого человека, но загвоздка в том, что он пират, и он убивает... Парень сделал подсечку британцу, сбивая того с ног, а потом занёс лезвие над головой и проломил грудную клетку солдата, засаживая кинжал до рукоятки. Все это время Максин стояла, словно вкопанная. Она туманным взглядом проследила за действиями Михаэля, который быстро подбежал к ней, подхватывая тело, которое уже было готово к жесткому поцелую с деревом. *** — Она сильно переволновалась, поэтому упала в обморок, — послышался уставший голос. — Не удивительно, наверняка девчонка никогда не видела настоящих битв, — послышался другой голос. — Не думаю, что она настолько слаба, как ты думаешь. — Ты её видел? Она и мухи не... — Перестань, Лиам, — строгий голос прозвучал неожиданно, ставя всех присутствующих в озадаченное положение. — Спасибо за помощь, можете быть свободны. Пара мужчин встали со своих мест, проходя к выходу из комнаты, но девушка их остановила. — Советую вам всё-таки посетить медика и осмотреться. Не хватало, чтобы вы подхватили инфекцию. — Парни кивнули, а потом удалились. — Итак, что с ней? — Обычная потеря сознания, было повышенное давление, но оно потом пропало, — ответил Михаэль. — Предположительно, она просто переволновалась. — добавил Уоррен. К этому времени Колфилд уже разлепила глаза и наблюдала за людьми в помещении. Уоррен сидел на табурете, что стоял рядом с её койкой, а Михаэль расположился на диване в углу комнатки. А сама комната была маленького размера: низкие потолки с краской, которая уже сыпалась со стен, пара трещин, большой, разваливающийся шкаф поодаль от кровати, подсвечник, стоящий на деревянном столе. Прайс стояла в дверном проёме несколько секунд, а потом развернулась, перед этим кивнув, и ушла. — Что случилось? — сиплым и тихим голосом робко по интересовалась Макс. — О, ты снова с нами! — обрадовался Уоррен. — Ты упала в обморок, как могла слышать. Или не слышала? — Слышала... Но, помню, была битва, абордаж... Значит, вы победили? — Мы едва ушли. Их корыто уже не могло плыть так быстро, поэтому, немного отплыв от них, мы пробили ядром днище. — И они потонули? — спросила Колфилд. — Да... И мы добрались до этого поселения. Сейчас корабль чинят, там много повреждений, а мы в гостинице. — проговорил Уоррен, — Как ты себя чувствуешь? — Не плохо. Парень улыбнулся, явно был счастлив, что его подруга чувствовала себя хорошо. Он ужасно волновался за неё во время абордажа, а когда увидел, что Михаэль несёт в руках бессознательную Колфилд, то сердце его ушло в пятки. Мужчины стрятали её на кухонном складе, куда добраться было проблемой. И Уоррен не был медиком, но всё-таки смог определить, что с Макс, ведь его родители часто помогали людям, которые попадали в неприятности, часто приходилось лечить их. — Мне нужно на свежий воздух, — проговорила Максин, садясь, и свешивая ноги с постели. — Я могу сопроводить тебя... — Нет. Спасибо, Уоррен, но я хочу побыть одна. — парень со скрываемой грустью кивнул. Девушка вышла из здания. На улицу опускались сумерки, а жители начинали зажигать фонари. Многие поселенцы с опаской оглядывали прибывших пиратов, видимо, когда-то их грабили. Городок был не большим. Порт, жилой район, фермы и рынок — самый обычный город. Макс прогуливалась по набережной, издалека наблюдая за, притихшей на ночь, жизнью. Волны были большими, растворились на песке, едва добегая до ног Колфилд. Это немного беспокоило её. Но звук прибоя, хоть и не особо спокойного, был приятен. Вода вспенивалась и шипела, и это великолепно сочиталось с шелестом листвы и травы от напористого ветра. В дали виднелся одинокий, точно, заброшенный причал, освещаемый восходящей луной. Он оброс водорослями и другими растениями, даже выглядел не особо прочным. Но это не остановило Колфилд, ведь она, подогреваемая человеческим любопытством и обычной глупостью, направилась именно туда. В близи он оказался гораздо длиннее чем казалось Максин до этого. Доски шатались, когда шатенка ступала по ним, скрипели, заставляя сердце девушки с каждым разом подпрыгивать, когда та напарывалась на сомнительную досочку, которая вот-вот проломится под Колфилд, а потом рухнет и весь пирс, но это, конечно, было лишь ужасной и мимолетной фантазией. Однако, все страхи пропали, когда Макс благополучно дошла до самого конца причала, стоя на краю и лицом к лицу встречаясь с чёрным, непроглядным океаном. Ветер ни сколько не успокаивался, даже с силой завывал, говоря «Нет, неверный путь». Она просто смотрела в даль, ни о чем не думая. Шум прибоя заглушил даже тихие шаги совсем рядом с Макс, от чего та чуть не подпрыгнула от испуга, когда за спиной раздался спокойный голос: — Что ты тут делаешь? Колфилд сразу узнала это «металлическое» звучание, а потом обернулась, встречаясь глазами со своей пленительницей. — Просто прогуливалась. А вы что, Капитан? — Я думала, что ты сбежишь. Проследовала за тобой. — она встала рядом с шатенкой, переводя взгляд с серых глаз девушки, что сейчас от освещения казались совсем темными на небо, где только начали восходить первые звезды. — Тут не куда бежать... — Ошибаешься, есть. В паре километров от сюда находится ещё одна деревушка, — ответила Прайс. — О, ну, простите, я не знаю здешних мест. Но, спасибо за подсказку, обязательно сбегу именно туда. — язвительно проговорила Колфилд. Хлоя стрельнула взглядом на шатенку, нахмурила брови, а потом издала смешок. Её не переставала удивлять «дерзкая» сторона личности Макс. Однако, за это хотелось её убить, закопать под землю, но и вызывало ужасное желание дальше беседовать с девушкой, узнавать её. Да, узнать Макс — именно то, чего подсознательно хотелось Хлое, хоть это и пугало. — Не играй со мной, — так же тихо сказала русоволосая. — Почему ты не дралась во время абордажа? Ты не умеешь? — Нет, я могу владеть оружием просто... Я не сражалась потому, что я не буду бить солдат, потому что выросла в их окружении, а вас не стала атаковать, потому что потом бы убили меня, посчитав, что я предатель. — ответила девушка. — Умно... — Вы сомневались в моих умственных способ... — хотела ответить Колфилд, но слегка проскользив ногой по водорослям, не расчитала силу и с испуганным видом плюхнулась в воду. Прайс с каменным лицом смотрела в воду, ожидая, когда Максин выплывет. Но этого не случалось в течение семи секунд, а когда начали всплывать большие пузыри, маска Хлои треснула, обнажая настоящие эмоции девушки в тот момент — паника. — Дьявол! — Хлоя молниеносно стянула с себя пальто, ботинки и кабуру, и прыгнула в воду в поисках Макс. Это продолжалось не долго. Слепая, словно крот, она металась в воде, не имея возможности открыть глаза, ведь вода солёная и разъест оболочку и, потому что все равно было темно. Одежда была тяжёлой, тянула вниз под толщу воды. Ногой, Хлоя почувствовала, что что-то затронула и моментально ухватилась руками за это. Это было плечо Колфилд, которая двигалась из стороны в сторону. Причина того, почему она все ещё находилась под водой — большая и крепкая водоросль, в которой Макс каким-то образом умудрилась застрять. Хлоя поднялась на поверхность, вдохнула воздух, а потом вновь погрузилась под воду к Макс. Она спустилась к её ногам, цепляясь за штаны руками, и ухватилась за водоросль. Давление заставляло думать Хлою о том, что её голова сейчас взорвётся, но она все же нашла силы достать нож, а потом перерезать злостную преграду на путь к спасению Колфилд. Девушки всплыли на поверхность, жадно глотая кислород, который уже показался Макс недостижимым. Она была испугана до смерти, все ещё боялась открыть глаза или вдохнуть, но инстинктивно делала это, зная, что вдруг будет плохо. — Ты как? — прохрипела Хлоя, плывя к берегу. — Я, кажется, сейчас умру... — девушка делала паузы между словами, тяжело вдыхая и выдыхая. Прайс ужасно обрадовалась, когда наконец почувствовала песок под ногами. Становилось немного спокойнее. Она иногда оборачивалась на Максин, которая плыла поодаль от неё. Постепенно она выходила на берег, и, уже стоя по колени в воде, заметила, как стремительно начала убывать вода. Это значило только одно. Девушка обернулась назад, замечая, как над головой Колфилд начал образовываться огромный гребень волны. Макс подняла глаза на Хлою, но заметив в них тревогу, перевела взгляд на губы, где прочитала «Не оборачивайся». А потом волна захлестнула её и Хлою. Это было слишком быстро. Водные порывы ударяли русоволосую о песок пару раз, солёная жидкость забивала нос, уши, рот, Хлоя думала, что захлебнется, но вовремя пришла в себя и быстро выбралась на берег, откашливаясь. Она обернулась в сторону воды, где в черноте разглядывала Максин. Ничего не было видно. Лишь волны, которые вновь прибивали к берегу, вспенивались и по старой схеме — убывали, собираясь в очередной гребень. Но среди всего этого что-то плавало и, конечно, не ускользнуло от внимания голубоглазой. Это была макушка головы Макс, остальное тело находилось под водой. Хлоя быстрыми движениями преодолела расстояние между ними, вытаскивая бедную Колфилд за собой. Она не дышала. И почему-то Хлоя замешкалась, думая что ей делать, хотя она сотни раз попадала в такие ситуации. Она поняла, что нужно действовать, поэтому проверила пульс, который был очень слабым, а потом начала стимулировать грудную клетку, нажимая на неё. Это продолжалось несколько секунд, но было безуспешно. Прайс протянулась к губам Макс, выдохнула ей кислорода и снова начала реанимировать её сердце нажимами. Она проделала эти махинации несколько раз, пока тело Максин не начало содрогаться, а из рта доносились слабые кашли. Хлоя перевернула девушку на бок, пока та кашляла, приходила в себя и выплевывала всю солёную воду. — Чёрт, Колфилд. С тобой одни неприятности. — она подняла шатенку, которая с щенячим, извиняющимся взглядом смотрела на капитана. Они пошли в сторону города, уставшие, мокрые, с плохим настроением. И Хлоя точно знала, что если кто-то спросит её об её виде — убьёт на месте.