Долгий путь домой

      Внутри церковь оказалась куда больше, чем выглядела снаружи. Пыль золотом блестела в воздухе, отражая свет, что проникал в помещение со стеклянных мозаик. Колфилд оглядывала церковь, чувствуя некое смятение. Каждый раз, когда она смотрела на сотни взглядов с фресок на стенах и потолке, ей было не по себе. Она чувствовала свою беспомощность и ничножность перед высшими силами и этими людьми, что смотрели на неё с высоты потолка. Разглядывать старые, потертые, местами облезшие и выцветшие рисунки, было действительно интересно. Вероятно, на них были изображены события из Библии. Она проходила мимо рядов старых церковных скамеек, легко проводя по ним рукой, стирала сантиметровый слой пыли, медленным шагами шла к пустому заброшенному алтарю. Служба не велась сдесь очень-очень многие годы по неизвестной причине.       Пираты раскладывали оружие и припасы у входа в церковь: этот вечер будет тяжёлым. В воздухе витало напряжение, и Колфилд чувствовала это, как никто другой. Она вела себя спокойно, чтобы никто не заметил её смертельного волнения, однако её тело выдавало сокрушенное состояние девушки: красные щеки, чуть вспотевший лоб, нервозность в движениях рук и постоянное покусывание губ. Макс все время ловила на себе взгляды Уоррена, который то и дело, что проходил мило, стараясь привлечь внимание шатенки.       Некоторое время спустя, солнечный свет золотыми нитями проникал сквозь дыры и трещены в потолке, освещая комнату. Пьедестал, на котором стоял алтарь особенно яркими желтыми лучами освещался сверху.       Макс оглянулась и подошла к алтарю. Каменная арка была украшена нарисованными розами, краска с которых уже отшелушивалась и спадывала. Колфилд провела рукой по алтарю, стирая пыль и рисуя какие-то незамысловатые узоры. Колфилд услышала хруст осколков камней ща спиной и обернулась. Это был Уоррен. Он нежно и по-доброму улыбался, и подошёл к Колфилд. Но он заметил тревогу на лице Макс и положил ей руку на плечо. – Макс, все хорошо? Ты выглядишь печально, — тихо произнёс шатен. – Уоррен, я мне страшно... — прошептала Колфилд и дала волю своим негативным чувствам. Она закрыла лицо руками и захныкала. – Я не представляю что может случиться. На голову приходят только ужасные вещи.       Молодой человек несколько секунд смотрел на неё, а потом крепко обнял. Макс не поняла зачем Уоррен это делает, сделала аккуратную попытку освободиться от объятий, но когда поняла, что парень вовсе не собирается её отпускать, Колфилд обняла его в ответ и положила голову на плечо, тихо заплакала, вздрагивая всем телом. От всего тела парня шло приятное тепло и на некоторое время Макс почувствовала себя, как дома. Уоррен утешающе медленно гладил её по спине и голове, приговаривая: «Ничего не случится». – Мы позаботимся о тебе, Макс. — Тихо произнёс парень, когда Макс немного отстранилась посмотреть на него.       Её взгляд был внимательным, слегка пустым и, казалось бы, очень доверчивым. Уоррен смотрел долго, сосредоточено, но с большой заботой и беспокойством. Его губы сомкнулись в кривой поддерживающей улыбке. Макс грустно улыбнулась в ответ, фыркнула и снова опустила голову на плечо парня. – Я очень благодарна тебе за попытки меня утешить, Уоррен. – Тихо сказала Колфилд , а затем снова посмотрела шатену в глаза. – Ты всегда можешь обратиться ко мне за помощью. — На секунду Грэхему показалось, что во взгляде Колфилд промелькнула симпатия, а затем её глаза скользнули к его губам. Уоррен моментально наклонился к Макс, сокращая не очень большое расстояние между ними.       Колфилд опешила, чувствуя тёплые, слегка обветреные губы на своих. Она смотрела в упор на парня, не смея двинуться, выразить сопротивление и издать хоть какой-то звук. Тело застыло, словно превратилось в камень, так же, как и мысли – улетучились куда-то в неизвестность. Она не знала как реагировать и стоит ли реагировать вообще. Благо поцелуй длился не долго — не более четырёх секунд. Уоррен отпрянул от девушки и, открыв глаза, заметил насколько она была смущена. – Близится закат, — послышался громкий голос со стороны, будто пытавшийся их прервать. Молодые люди обратили внимание на владельца голоса, кем являлась капитан Прайс, которая до этого смотрела на них, а затем отвела взгляд и продолжила. — Будте готовы. — Хлоя ещё раз холодно окинула их, потом ушла прочь. Макс что-то больно кольнуло, а сердце участило свое биение. «Неужели она увидела?» – крутилось в её голове. – М-Макс? Все хорошо? – спросил Уоррен. – Да, все хорошо... — девушка ответила слегка поникше, – Нам пора готовиться. Увидимся позже, Уоррен.       Макс быстро отвернулась от парня и удалилась из церкви, оставляя его стоять у алтаря одного.

***

– Он придёт не один.       Прайс обратила внимание на внезапный голос Френка Бауэрса сбоку. Он встал рядом, смотря в даль на золотистое ржаное поле, окруженное редкими старыми домиками, за которыми был таинственный лес. – Это очевидно, — Хлоя тяжело выдохнула, отворачиваясь от старпома. Она сосредоточенно следила за пиратами, которые подготавливались к переговорам, а, возможно, к вооружённому нападению. – Мы должны быть готовы к тому, что что-то пойдёт не так. — Френк молча закивал головой, соглашаясь с Прайс. – Мы можем многих потерять... – Этого я и боюсь. — Тихо сказала Хлоя. – И иногда я задумываюсь стоит ли эта месть того, – она твёрдо посмотрела на Бауэрса. – Назад пути уже нет... Идём, пора вставать на позицию.

***

      Разговоры пиратов стихли. Близятся сумерки и вот-вот уже зайдёт огненный шар солнца за тонкую линию гаризонта. Разбойники зажгли лампы и поставили дозорных у церкви, чтобы знать с какой стороны зайдёт гвардия. Наступила тишина, прерываемая стрекотом кузнечиков, тихим ветром и редкими покашливаниями пиратов.       Колфилд внимательно смотрела на дорогу перед церковью, иногда поглядывала на Капитана Хлою и её помощника, которые уже долгое время не отрывали взгляда от лесной темной тропы. Вскоре появились огни, и все пираты насторожились, стискивая оружие в руках. Огни становились все ярче и ближе, а шаги и топот копыт лошадей все громче, пока гвардия не вышла на дорогу прямо перед пиратами и церковью. Толпы переглядывались между другом. Во главе гвардии Колфилд узнала знакомую и полюбившуюся крепкую мужскую фигуру, тёмную бороду, офицерскую фуражку и родные отцовские глаза, а рядом стоял товарищ отца Марк Джефферсон. Макс тут же нахмурилась и оглядела команду. Но взгляд её остановился на Френке и Хлое, которые были в замешательстве и, кажется, глубоко шокированы.       Гвардия встала напротив пиратов в десяти метрах. Никто не смел издать и шепота – только внимательно смотрели друг на друга, ожидая, что кто-то начнёт бой. Молчание длилось пару минут, пока Райан Колфилд не сделал медленный шаг в сторону пиратов, ещё один, а затем развёл руки в знак того, что оружия у него нет. Хлоя быстро переглянулась с Френком и пошла к Колфилд, с которой не сводила взгляд. Макс испуганно шагнула назад, не имея понятия что капитан хочет сделать. Шатенка ничего не могла прочитать в её металлическом взгляде, угадать любую эмоцию. Маска. Снова. Прайс схватила девушку за предплечье и потянула за собой к Колфилду-старшему. – Это конец. — тихо прошептала Хлоя. Глаза Макс быстро бегали по лицу капитана, пока девушка не отвлеклась, потому что они остановились в метре от отца.       Бородатый крепкий мужчина был сосредоточен и слегка напряжен, что было видно по нахмуренному лицу и стойке – твёрдая и прямая. Макс действительно соскучилась по нему. Райан постоянно был в отъездах, и девушка видела его от силы несколько раз в год. Она не понимала его стремления получить более высокое место по службе, если у него сейчас не менее хорошее. Максин было обидно, что отец ставил карьеру превыше семьи, и прекрасно это осознавал. Колфилд было интересно как Райан себя поведёт в такой ситуации, что ей будет угрожать опасность. – Нам нужны не вы. — твёрдо сказала Прайс. Макс шокированно посмотрела сначала на Хлою, а потом на отца. – Что это значит?       Прайс перевела взгляд за спину Райана, указывая на того, кто им нужен на самом деле. Макс проследила за ним и увидела удивлённого Марка. Райан обернулся и некоторое время время смотрел на товарища, а затем сказал: – Идёт.       Джефферсон сделал несколько уверенных шагов к начальнику и протянул руки вперёд, сдаваясь в плен. Прайс, недолго думая, положила руку на спину Макс и толкнула её. Колфилд едва не упала, но отец её подхватил. Марк подошёл ближе и все так же держал руки перед собой. Хлоя подозвала Френка. Он быстро подошёл с веревкой, размотал её и поднёс к руками Джефферсона, но тот мгновенно убрал их и выхватил пистолет из кабуры, наставляя его прямо на голову Прайс. Хлоя нервно сглотнула, когда почувствовала металлическое дуло на лбу. Солдаты и пираты взялись за оружие, держа на мушке противников. – Скажи своим псам, чтобы бросали оружие и смирно шли в церковь. — громко сказал Джефферсон, демонстративно выделяя оскорбление.       Хлоя долго стояла молча, с гневом, яростью смотрела на Марка и с явным, нескрываемым желанием прирезать ублюдка. Мужчина поморщился и нажал на курок, готовясь сделать выстрел.       Вдруг, его ладонь поразила пуля. Это был Михаэль. Марк заорал от боли и выронил пистолет, который тут же подобрала Хлоя. Началась пальба. Райан пригнулся и прикрыл своим телом Колфилд, передавая дочь солдатам из дальней линии. – Не стреляйте! Перестаньте стрелять! — кричала Макс, зная что её никто не услышит.       Девушка была шокирована происходящим и боялась сделать малейшей движение, от того, что в неё может попасть снаряд. На расстоянии Макс слышала, как пираты падали на землю, стонали от боли, но продолжали отстреливаться. Хлоя с Френком и ещё несколькими пиратами спрятались за близлежащий камень. Двое солдат привели Джефферсон, чья рука была полностью в крови. – Садись на лошадь с Макс и вези её к городу. — громко приказал Райан к Марку.       Шатен кивнул и посадил Колфилд на седло, а сам сел сзади. Он, с глухим стоном, больной рукой взял поводья и хлестнул лошадь, приводя её в движение. Макс оглянулась, встречаясь взглядом с Хлоей, которая высунула голову из-за камня. Колфилд смотрела на Хлою, пока та не спряталась обратно, а затем отвернулась к лошади и заплакала. Возможно, это была их последняя встреча.       Они уехали прочь.