Двенадцать шагов по тонкому льду

Её разум рвали на части кошмары... Всё немного плывёт перед глазами - от голода, усталости или постоянно повторяющихся видений. Не снов - сны не могут быть настолько реалистичными. Она из раза в раз видела одно и то же - в этом что-то не давало усомниться, - но вот что? Усталость снова предательски затуманила голову, лапы подкашивались - бороться с собою сил не было. Их вообще не на что не осталось. Всё вокруг стало задвинутым на второй план, совершенно не важным. Она знала, что хочет есть, но голод не чувствовался. Подушечки лап были стёрты в кровь, но боль казалась какой-то приглашённой и почти не ощутимой Она не изумлялась этому - сил не было. Ни на чувства, ни эмоции, ни на желание жить. Последнее так вообще отсутствовало. Цели - что нужно делать, к чему стремиться - тоже не было. Оставалось только идти вперёд, ощущая, как противно хлюпают под лапами вода, жидкая грязь и остатки почти растаявшего снега, и думать. Мысли плавно текли в голове - она ни на что не отвлекалась, её разум словно блокировал всё лишнее. Сердце болело, ныло - это было единственным ощущением. Оно болело, и она сомневалась, что эта боль пройдёт когда-нибудь. Сестры больше нет. Серебролапка умерла. Её больше нет... Она сейчас просто отрицала всё происходящее. Порой, замечая на своём пути острые камушки или ещё что-нибудь, она специально наступала на них, надеясь, что в этот раз почувствует боль, и эта боль вырвет её из кошмара наяву. Она очнется в тёплой палатке, прижимающаяся к тёплому боку Веящей, а сестра будет тормошить её. А тёмно-синие глаза никогда не станут пустыми и холодными. Всего этого не будет. Рыба, принесённая отцом, вне всяких сомнений придётся ей по вкусу, и она с удовольствием съест положенный ей кусочек, а затем попросит ещё. Веящая улыбнётся, а Дымный впервые посмотрит на них с сестрой не как на пустое место. Не будет подозрений, не будет косых взглядов. Будет удачная первая охота на рыбу, будет гордый взгляд Пчелогривки, будет Первый Совет, который принесёт с собой новые знакомства. Не будет нападения на их лагерь, смерти Дымного и сестры, ощущения, как воды давит со всех сторон, отнимая всякую надежду на спасение. Будет только радость. И какая жалость, что так никогда не будет. Это лишь фантазии, иллюзии, не совместимые с реальностью. Пестролапка, бывшая ученица Речного племени, практически окончательно сломавшаяся, никогда не лгала сама себе. Соплеменникам - спокойно, матери - всегда пожалуйста, вот свежая порция лжи, отцу - да запросто. Она врала даже сестре, но себе - никогда. Полезное качество в жизни. Лай раздался прямо над самым ухом - резко, внезапно, неожиданно. Стая голодных псов взялась словно из неоткуда, из воздуха. Или просто погруженная в свои мысли бывшая ученица их попросту не заметила. В любом случае, это не меняло того факта, что опасность очень близко. Вот только Пестролапка совершенно не собиралась убегать или сражаться. Ей не хотелось жить. Казалось бы, как можно в неполные девять лун полностью потерять тягу к жизни? Но Пестролапка способная, она умудрилась. Она просто собиралась стоять и ждать, пока её будут рвать на части. Пусть очень болезненная смерть, зато быстрая. Но нечто, до этого дремавшее в глубинах её сознания решило совершенно иначе. Бывшая ученица словно потеряла контроль над своим телом - она бросилась бежать. В голове стучала, билась о стенки черепа одна-единственная мысль, направленная на одну-единственную цель. Лёгкие изнутри горели огнём, дыхание было резким прерывистым, подушечки лап были стёрты в кровь... Лапых подкашивались от усталости, но инстинктых, древние инстинкты гнали вперёд, не давая остановится хотя бы на мгновение. За спиной предвкушающе тявкала свора собак - голодных, поджарых, с отчётливо видными под драными шкурами костями. Они поставили перед собой цель - догнать убегающее мясо на четырёх лапах. А у "мяса", в свою очередь, тоже была цель. Выжить! Убежать-спастись-спрятаться! Всё что угодно, чтобы выжить и не стать чужим обедом! Горе, отчаяние и тоска по умершей сестре сыграли с ней очень злую шутку. Она сама пришла сюда, в это серое место, где за каждым гнездом Двуногих может прятаться жуткое чудовище, где носятся детёныши Двуногих, только и ждущих момента, чтобы бросить в кого-нибудь камнем... Она плохо воспринимала окружающую реальность; спала, где придётся, пила из грязных луж, которые встречала по дороге, ела, что попадется, или вообще не ела. Она хотела умереть, но просто пойти и броситься сближайшего обрыва не хватало смелости. Поэтому она делала всё, чтобы погибнуть и наконец очутиться рядом с сестрой, снова увидеть родные синие глаза и услышать знакомый с детства голос. Но только встретившись лицом к лицу со смертью, Пестролапка поняла, до чего же хочет жить. Поэтому белая кошка с чёрным пятном в виде звезды на лбу сейчас бежала, задыхаясь, со всех лап. Собачья свора приближалась, то и дело вожак, крупный серый пёс со всклоченной шерстью и вытянутой мордой, норовил схватить бывшую ученицу за хвост. Поворот, ещё один, резкий рывок, последняя отчаянная попытка сбежать... И отчаяние, вспыхнувшее в янтарных глазах, когда попытка провалилась. Клыки клацнули в мышином хвостике от неё, как вдруг... Пестролапка остановилась. Мышцы были напряжены, шерсть - распушена, клыки - оскалены, а когти - выпущены. Одно мгновение растянулось в целую вечность... А затем бывшая жертва вдруг бросилась вперёд на своих преследователей, оказываясь на ближайшем псе и принимаясь раздирать ему спину. Пёс завыл и попытался сбросить её, но ему помешала накинувшаяся на них свора. Всё превратилось в огромный клубок шерсти, когтей и клыков, где уже ничего нельзя было разобрать. В её тело впивались острые клыки, её рвали на части, тянули каждый на себя. А она извивалась, слепо размахивала когтями, и псы скулили, когда она попадала им по носам или по глазам, но не отступали. Сил больше не было, вот только для кошки это было совершенно неважно. Если уж помирать - то в бою, в борьбе за свою жизнь. Как отец. Как сестра. Бывшая ученица уже прощается в мыслях с давно надоевшей жизнью, как вдруг на псов кто-то накинулся. Кто-то слишком сильный и ловкий. Кто-то слишком быстрый, чтобы она могла за ним уследить. В борьбу между охотниками и их жертвой вклинился кто-то третий. Собаки, быстрые, сильные и доведённые голодом до исступления, жалобно выли, убегая. Таинственный некто не стал их преследовать. Пестролапка рискнула взглянуть на него. Чёрный, как смола кот, с разными глазами - одним серым и одним голубым - и... таким же, как у неё, пятном в виде звезды на лбу. Только оно было белым. Кот усмехнулся себе в усы; в его взгляде были отчётливо видны насмешка и лёгкое пренебрежение, словно он осознавал своё превосходство над ней. - Ну здравствуй, Стражница, - голос его был спокоен - Вот мы и свиделись. Затем он махнул хвостом, лапы Пестролапка подкосились, и она рухнула на землю, не в силах пошевелиться. Глаза застлала пелена. Её схватили за шиворот и куда-то поволокли. Вот только Пестролапке совсем не страшно. Она откуда-то знает, что этот кот ей ничего плохого не сделает. Чувствует это тем обрубком сердца, который у неё остался. Он не причинит ей вреда. Потому что в нём был свет - даже не так, Свет. Маленький белый светлячок на фоне окружающего мрака. Наверное, впервые в жизни, Пестролапка отдаётся на милость судьбы. Звёздные предки вместе с её сестрой приглядят за ней, ведь правда? А ещё она знает, что теперь ей совсем не хочется умирать.