Забвение

Стены затряслись от сильного толчка, с высокого потолка посыпалась штукатурка. Я удержала рукой вазу, стоящую на столике, которая готовая была к падению. Надавив указательными пальцами на виски, я помассировала их, а потом рвано выдохнула. Невозможно сосредоточиться. Передо мной, на стеклянной поверхности небольшого столика, лежала страница из гримуара ведьмы Эстер, которую я собственными усилиями превратила в поисковое средство. Правда, из-за одного события поиск стал невозможным. На странице было изображено дерево, получившееся из моей крови. На правой стороне могущественного дуба ветви располагались равномерно, почти идеально. А вот на левой… Крова извивались хаотично, почти невпопад, закрывая собой то одни ветви, то другие, а потом скрещиваясь с другими. А ведь именно на эту сторону попала кровь Клауса, когда я была рядом с ним при нападении Давины. Я обращалась с этим к Софи, на что она лишь пожала плечами. Правда, перед этим она высказала самую невероятную и сумасшедшую теорию из всех, что могут существовать — будто заклинание поиска подтверждает наличие родственных уз между мной и Клаусом. Но, после секундной паузы, мы вдвоем посмеялись над этим и двинулись дальше. Сейчас Софи озабочена завершением жатвы, а потому я осталась без помощника. Но она дала мне подсказку. В Новом Орлеане есть мои родственники. Они находятся во Французском квартале. Осталось только их найти. — Не удивлен, что ты здесь. Я поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с Клаусом. В последние дни между нами витало какое-то напряжение. Не знаю, как объяснить. Словно недосказанность. Как будто Клаус хочет что-то сказать мне, или объяснить, а я не могу, или не смогу принять этого. Но это только мои мысли, над которыми я вечно посмеиваюсь, поэтому не стоит обращать на них внимание. — Ага, — односложно отвечаю я, поворачиваясь обратно к листочку с деревом. — Ты уже второй день гипнотизируешь его, — говорит мне Клаус, становясь рядом. — Пока результата не вижу. — Ну, делаю я это не для тебя, — отвечаю я, лениво скользя по нему взглядом, — поэтому разочаровать тебя не должна. Над нами повисло молчание. Тяжелое, плотное. Я ощутила его буквально, словно мне на плечи по обе стороны повесили две шестнадцати килограммовые гири. Повинуясь мыслям, я прошлась рукой по шее, разминая ее от невидимого груза. Клаус, наблюдая за мной, скривил губы, но ничего так и не сказал. Постояв еще так минуту, он сделал шаг ко мне, а затем резко развернулся и сел в кресло, что стояло напротив меня. Наш разделял всего лишь один маленький столик. В отличие от Кола, с которым мне было легко и свободно, рядом с Клаусом я чувствовала защиту и настороженность одновременно. Не знаю, возможно ли переживать эти чувства одновременно, но сколько бы я не анализировала их, свои мысли, я не могла прийти к логическому завершению. Единственное, в чем я уверена — Клаус не обидит меня намеренно. Это даже заметил Элайджа, высказав однажды мне свое мнение. По его мнению, Клаус видит во мне маленького ребенка, которому нужна защита. Это обидно. В некотором роде. Но и безумно приятно. Обо мне мало кто заботился на протяжении всей жизни. — Это все ради Кола, — проговорил Клаус, скрестив свои руки в замок перед собой. Я подняла голову, удивленно взглянув на него. Чего он хочет? — Я не спрашивал, — продолжил он. Я нахмурилась. Мне надо сказать что-то в ответ? — И? — И это странно. — Странно пытаться найти его? Или найти способ оживить? Да, я рассматривала и такие варианты. Чем глубже я окуналась в заклинания и ведьмовство, тем больше передо мной открывалось возможностей. Оказывается, оживить умершего не такая проблема. Но я не бросалась в крайности, чтобы оживить маму, папу или моего пса, которого я любила в детстве. Кол сделал для меня огромную вещь. Я почти убедилась, что он пожертвовал собой, чтобы я жила, а не плавала в бесформенном состоянии по дому вампиров. Я не забываю такое. Я плачу вдвое больше. — Ты так стараешься, — иронично поддел меня Клаус. — Ради него. Кола. Это странно. — Я отвечу тебе вопросом, который задавала пару дней Ребекке. Почему ты ничего не делаешь ради своего брата? Я видела, как Клаус нахмурил брови, плотно сжал губы, а его глаза сузились. Я даже увидела на какой-то миг в них черноту. Как у вампиров. И золотистый блеск. Как у оборотней. Он собирался превратиться и напасть на меня? Не думаю. Но я точно разозлила его. — Кол всегда был сам по себе. Сколько его помню, он много думал о магии, ведьмах и подобном. Ему нравилось убивать. Элайджа, Ребекка и даже я периодически задумывались о том, что значит быть вампиром, что значит убить, отнять жизнь у другого, разрушить семью. Конечно, с годами, с каждым столетием все эти глупые мысли исчезали, и в итоге мы приняли себя такими, какими нас сделала наша мать. Мы смирились. Но не Кол. Клаус издал смешок. Прикрыв на миг глаза, он почти ухмыльнулся, предаваясь собственным воспоминаниям. Но это было лишь мгновение. Такое обманчивое мгновение. — Только не Кол. Он с самого начала наслаждался своей сущностью. Он убивал, забирал, кромсал, уничтожал все, что ему попадалось. Кол любил зрелища, креативность, зрителей. Помню, что в Чикаго за его кровавые «выступления» на него началась охота. Мне, разумеется, пришлось положить его в гроб. Он любил внимание. — К чему ты мне это говоришь? — спросила я, поджав губы. — К тому, моя дорогая, — ухмыльнулся Клаус, — что Кол всегда был расчетлив и искусен. Перед его обаянием никто не мог устоять. Не тешь себя иллюзиями и надеждами, что сможешь найти его, воскресить, а потом у вас все наладится. Кол просто так ничего не делает. Я рассмеялась. Мой смех был хриплым и низким. В нем чувствовалась горькость. — Вы знаете Кола лучше. Все вы, ведь он — ваша семья. Майклсон. Но на самом деле знаешь, как обстоят дела? Я выпрямила плечи, уверено смотря в глаза Клаусу. Он принял мой вызов. В его глазах уже виднелся знакомый мне золотистый блеск, но я проигнорировала свои опасения. Опасности я не чувствовала. — Кол был настолько одинок с вами, что вырезал все и всех вокруг. Он был настолько опустошен, что показывал вам все эти отвратительные зрелища, кровавые месива, вампирские представления. Ради чего? Ради одобрения. Принятия. Твоего. Или Ребекки, или Элайджи. Не важно. Он хотел быть нужным, а вы лишали его этого все время. Поэтому мне не понятны твои претензии насчет его кровожадности и мстительности. Он расчетлив, и я это знаю. Но… — Я замолчала, поднимаясь. Клаус испортил мне настроение. — Но он сделал то, что не делал для меня никто в этой жизни. Он пожертвовал чем-то, чтобы я сейчас была здесь и разговаривала с тобой. Конечно, все это не просто так. Быть может, у Кола сразу было на уме сделать меня его должницей, ведь он знал, что я ненавижу это. Но все это блекнет. Он помог мне. Спас. Точка. Схватив страницу с нарисованным деревом, я развернулась и пошла на выход. Подальше от этой комнаты. От дома. От Клауса. — Пару дней назад ты помогла мне, — услышала я Клауса уже возле двери, — заступилась за меня. Почему? Я развернулась к нему лицом. Мы молча разглядывали друг друга, после чего я произнесла самый оригинальный на свете ответ. — Понятия не имею. И покинула комнату. Только прямо. Дальше от Клауса. Разрушений этого дома, причиной которым маленькая ведьма Давина. Все давило на меня с такой силой, что я начинала задыхаться. Где-то внутри меня не хватало воздуха. А вокруг витали многочисленные вопросы о том, что мне делать со своей силой, происхождением; как найти Кола и семью. Хотелось бы мне подумать об этом завтра*, но, к сожалению, моя жизнь не настолько длинная, чтобы иметь множество завтра. Идя вдоль длинной улицы, я разглядывала каждое здание. Прискорбно, но даже спустя столько времени я так и не видела города. А он оказался красивым. Длинные улицы, небольшие здания разной покраски и строения, немного чудаковатые люди. Мне казалось, что я хожу кругами. Атмосфера наполняла меня, вдохновляла, заставляла идти вперед и не оглядываться. — Тебе не стоит так открыто разгуливать городом. Я резко остановилась, увидев перед собой темнокожую женщину. Где-то я ее уже видела. Она была с Софи, а значит это Сабина. Вроде бы. — Какие-то проблемы? — поинтересовалась я, приподнимая брови в удивлении. Погода вокруг менялась. Поднимался сильный ветер, нагоняя темные тучи. Кажется, скоро будет дождь. — Не все любят Клауса, — произнесла Сабина. — Ты, как и все, кто находится рядом с ним, могут быть в опасности. — Не понимаю, какое тебе дело до меня. — Ты ведьма, — уверенно произнесла она. — Медиум. Такие как ты несут в себе огромную силу. Но чем больше сила, тем сильнее ответственность за нее. Ведьмы ковена не хотят, чтобы ты стала марионеткой гибрида. Я скептично посмотрела на нее. Что-то было не так. Сабина была… Она была другой. Ее аура не изменилась, но сила, витающая вокруг, очень даже. Словно передо мной в теле Сабины был кто-то другой. Кто-то, у кого тоже была сила ведьмы. Но сильнее. — Насколько я знаю, от вашего ковена мало что осталось. К тому же я к нему не принадлежу. — Принадлежишь, — она попыталась оспорить мои слова. — Ты ведь ищешь семью. — Ты что-то знаешь? — Я сузила глаза, внимательнее присматриваясь к ней. Этому я научилась еще в детстве, но опробовала на Коле. Врет человек или нет, я не могла увидеть. Но сомнения разглядеть легче. Они порождают незабываемые ощущения брезгливости. Сомнения похожи на противных пиявок, которых поскорее хочется сбросить с себя и затоптать. — Что-то могу знать, — загадочно ответила Сабина. Ветер усилился, а после на нас полился дождь. Я сильнее закуталась в уже мокрую кофту. — Пойдем, — Сабина протянула мне руку. — Я помогу тебе найти семью. Я с некой опаской смотрела на протянутую руку, стоя под сильными струями дождя. Она хочет помочь. Но зачем? Быть в долгу у призрака, который был когда первородным вампиром — это одно, но быть должником у ведьмы мне не льстило. Я до сих пор не приняла себя как ведьму-медиума и свой дар. Но с другой стороны, она могла что-то знать. — Хорошо, — кивнула я, но руку не приняла. Аллистер сказал, что слово — это оружие. В таком случае телесный контакт руководящейся словом может быть более мощным орудием. — Куда мы идем? — Туда, где все началось, — туманно произнесла Сабина. — И где все закончится, а потом начнется вновь. — Звучит бредово, — прокомментировала я ее слова, даже не пытаясь вникнуть в них. Идя за Сабиной под сильным проливным дождем, я уже ни на что не надеялась. Меня даже не волновали мысли о том, что все это может быть ловушкой, западней или подставой. Если у меня есть сила, то я смогу выжить. Нужен катализатор. Умирать еще раз я не собиралась. Но ничего, если кто-то сделает это за меня. — Это… склеп? — удрученно проговорила я, оглядываясь вокруг. По сторонам были могилы, а перед нами склеп с открытой дверью и тусклым светом, горящим изнутри. — Иди за мной. Я так и сделала. Мы подошли к небольшому столику, на котором лежали разные травы, череп, странная тряпичная кукла в иголках и небольшая мисочка с чем-то внутри. Я сморщилась, почувствовав смешанный запах трав и крови. К такому мне еще надо привыкнуть. — Я могу помочь тебе с заклинанием поиска, — твердо произнесла Сабина, смотря на меня. — Но перед этим могу предложить кое-что другое. Софи рассказала мне, что ты в детстве сделала свою первую привязку. Я могу помочь тебе привязать к себе призрака из твоей родословной. Так тебе будет проще найти кого-то. — Нет, — энергично замотала я головой, отступая назад. — С меня хватит призраков и привязок. Я отказываюсь. — Это глупо. — А я люблю совершать глупые поступки, — усмехнулась я. — Ну, тогда я пошла. — Постой! — почти прокричала Сабина, хватая меня за руку. Я скривилась, тут же пытаясь вырвать руку из захвата ведьмы. — Я помогу. Если я капну своей кровью, или кровью старейшины ковена на твое заклинание поиска, то все может получиться. Я не являюсь твоей родственницей, поэтому мое вмешательство никак не испортит заклинание. Я застыла. Она может говорить правду. Но Клаус тоже не мой родственник, а благодаря его крови дерево изменилось. Что если такое произойдет и в этот раз? — Ты не врешь? — Нет, — заверила меня Сабина, отпустив мою руку. — Не вру. Я еще немного помешкала, но потом кивнула и сделала шаг к столику. Сабина достала кинжал с вычурным рисунком на рукояти и провела лезвием по ладони. Красная кровь потекла вниз, а потом упала в небольшую миску. Кивнув мне, Сабина дала кинжал и ждала моих действий. Я провела лезвием по ладони, чуть поморщившись, а потом сжала руку в кулак, давая нескольким каплям упасть вниз. Сабина довольно ухмыльнулась. Но что-то подсказывало мне, что все не так просто. — Что дальше? — Давай заклинание. Я достала листочек с деревом, аккуратно сложенный в сумочку, чтобы тот не промок. Проведя пальцами по дереву, Сабина окунула кончик кинжала в нашу смешавшуюся кровь, а потом провела им по столбу дуба. Кровь небольшими каплями потекла вниз к корням, а потом резко поплыла по ветвям. Левая часть обогатилась ветвями, а потом все дерево чуть ли не светилось ярким светом. — Что это? — Сила ковена. Смотри, как потемнели крона с правой стороны. Это значит, что твои родственники близко. — Да, но я это и так знала, — нахмурилась я, расстроившись, что и эта попытка ничего не дала. — Ты не поняла. Они здесь. Твоя семья входит в мой ковен. Смотри, как плотно и ярко выражены ветви. — Я не сильна в этом. Просто можешь сказать мне, где искать? Сабина на миг замерла, размышляя, а потом достала где-то пучок странной травы. Затем ведьма подожгла его, проговаривая заклинание. Окончив, она отдала мне подпаленную траву, которая сияла светло-желтым пламенем. — Когда выйдешь из склепа и покинешь кладбище, иди налево и не сворачивай. Примерно через десять минут пути ты набредешь на дорогу, которая приведет тебя к небольшому поселению. Там живут ведьмы и колдуны, входящие в наш ковен. Но они придерживаются старых законов и традиций. Как только ты будешь близка к своему родственнику, трава загорится ярко-алым пламенем. Я удивленно смотрела на дымящийся пучок травы, совершенно не веря в его важность. Но раз так ведьма говорит… Правда ее наставление похоже на говор страшной сказки Гримм, но времени на размышления у меня не было. Не обращая внимания на дождь, я вышла из склепа и пошла вперед, минуя могилу за могилой. Проходя мимо одного склепа, пучок внезапно загорелся ярким пламенем с алыми искрами, но как только я пошла дальше, не обратив сразу внимание на это, трава снова стала дымящей. Я никак не отреагировала. Мало ли дождь попал. А вообще странно, что трава не гаснет. Как и говорила Сабина, спустя десять минут я увидела небольшой поселок. Маленькие домики почти не отличающиеся один от другого, странные надписи на заборчиках, высокие деревья в садах. Я словно попала в ту же сказку Гримм. Проходя мимо одного домика, пучок травы странно колыхнулся, выпуская желтые искры, а потом полыхнул ярким алым пламенем. Растерявшись на секунду, я едва не выронила его. Завертев головой, я остановилась напротив двух домиков. Но так как слева не горел свет, я решила идти к тому, что был справа от меня. Тихонько отварив калитку, я, пытаясь не создавать шум, подошла к входной двери. Пучок травы уже полыхал алым пламенем, кидаясь искрами в разные стороны. Я заметно нервничала. А что если за этой дверью и правда кто-то из моих родственников? Моя семья. Что я им скажу? Для чего ищу их? И как буду убеждать, что я та самая Ария Мильтон, а не самозванка? Ладно. Собравшись с духов, я подняла руку и постучала в дверь. Руки слегка тряслись, а тело все продрогло от дождя. Спустя почти минуту дверь отворилась. — Извините, я… — сразу попыталась представиться, глядя на высокого темноволосого мужчину со светло-карими глазами. Его лицо чуть исказилось, губы дрогнули, когда он увидел меня. А взгляд застыл. Словно он призрака увидел, а не мокрую девушку с пучком дымящейся травы. — Мэри? Я вздрогнула, широко распахнув глаза. Мужчина назвал меня именем моей мамы.