Враг, которого я любила

      Война - худшее, что может случиться с народом. Война разделяет, война ранит, война убивает. Войне нет никакого оправдания. Абсолютно никакого. Война - результат человеческой глупости. Как можно романтизировать войну? Как можно восхищаться тем, что убивает?       Жаль, что тогда мы были глупыми детьми. Глупыми жестокими детьми, которые хвастались убийственным оружием как новыми игрушками.       Мы называли войну священной. Отреклись от религии, но назвали войну священной.       Та война меня ничему не научила. Та самая война, которую все никогда не забудут. Уж точно не забуду я, как не забуду тебя. Вы с этой войной неразрывно связаны, ты ее и породил.       Время ползло к 1940 году. Европа сотрясается от жестокого хохота Третьего Рейха, который порабощает страну за страной. Страна за страной оказываются под сапогом безумного немца. Дания, Бельгия, Франция, Нидерланды... Список можно проолжать бесконечно. Схема мира, поделенного между двумя, покрылась пятнами крови. Каждую побежденную страну Рейх на карте замазывал ее же кровью. Месяцы шли, карта становилась все краснее и краснее. Как флаг Третьего Рейха. И как флаг Советского Союза. — Германия, мальчик мой, что же ты такое делаешь? Женщина в длинном черном платье и шляпе с вуалью тихо идет, словно плывет, нарезая круги вокруг мужчины. Мужчины, держащего в руках пистолет. Из-под фуражки выбиваются короткие волосы. Раньше они были светлыми-светлыми, похожими на пшеничное поле, теперь они стали почти серыми, впилась в них копоть от танков. Глаза уже не испуганные, не самоуверенные, а ненавидящие. Ненавидящие все вокруг. — Я тебе не мальчик. — Как ты говоришь со взрослыми? Германия, я требую, чтобы ты немедленно остановился. Ты понимаешь, что ты игнорируешь условия Версальского мира? Его подписал твой отец, чтобы спасти мир от войны, а ты вновь вносишь раздор.       Глупая Великобритания. Она еще не поняла, что маленький Веймар вырос? Что мальчик, который раньше кидался камнями в ее автомобиль, теперь запросто переедет эту женщину танком? — Вы заставили моего отца. Вы отняли у него все.       Голос, лишенный всяких эмоций. Мальчик уже не плачет о погибшем отце, прошло то время. — Теперь я отниму все у вас.       Против всех слов Великобритании - пистолет, направленный прямо между ее глаз.       Великобритания тебя не остановила. Хотя она никогда не обладала талантом общения: даже собственный сын в свое время объявил ей войну. Да и многие ее дети и сейчас голодают и живут в нищете. Но почему тебя не остановила я? Что меня остановило? Почему я помогала разделывать тебе мир, как именинный пирог? Почему вместе с тобой заламывала руки Польше? Почему пошла войной на своих соседей - страны Балтии, Финляндию? Почему смеялась в лицо западным странам, которые умоляли тебя остановиться?       Я просто хотела быть с тобой. — Ты издеваешься? Сотни тысяч погибших русских против двадцати пяти тысяч финнов?!       В порыве ярости Рейх схватил Союз за плечо и оттолкнул от себя с такой силой, что та упала на пол. — Хочешь сказать, что ты решила выиграть пушечным мясом, а не оружием?!       Союз ничего не могла ответить. Она лишь рассерженно смотрела в лицо своему возлюбленному. — Мне не нужны такие союзники, которые не могут ружья в руках удержать.       И вот тут я задумалась. А хочет ли мой немец быть со мной? Похоже, что нет. Ему не нужны такие слабые союзники, как я. Значит, я ему враг. Из его сердца меня вытеснили танки, которые меня же и поедут потом убивать.       Было решено - я должна остановить Третий Рейх. Все силы, все что можно потратить на это. И, как бы больно мне ни было - задавить его. Задавить его, пока он не зашел слишком далеко. Но смогу ли я? Ему ведь ничего не стоит меня убить. — Ты хочешь убить меня? Истощенная женщина перед высоким мужчиной. Стоит и смотрит ему в глаза так, как будто никогда его не любила. — Нет. Я не хочу убивать тебя, Рейх. — Тогда что означают твои войска на нашей границе?       Наша граница... А ведь это мы с тобой ее сделали. Совсем недавно сделали, когда разорвали Польшу. Ты еще тогда улыбался, когда подписывал договор. Улыбался последний раз перед войной. — Я хочу остановить тебя, Рейх. — Меня невозможно остановить.       Его глаза пусты, в них нет ничего, лишь только отражение несчастной женщины. Лицо железное, совершенно непробиваемое. — Рейх... Веймар, прошу тебя! Остановись, прошу! Пожалуйста, пусть все будет как раньше, прошу!       Бесполезно взывать к прошлому. Оно давно нас покинуло и уже никогда не повторится. Союз на коленях, в ее дрожащих руках холодные руки Рейха. Тот лишь брезгливо смотрит на эту картину, после чего резко вырывается. — Я не Веймар. Я Третий Рейх. Убери свои войска от моих границ. Немедленно.       Может, стоило все-таки тогда подчиниться? Хотя тебя это вряд ли тогда остановило бы. Твое доверие ко мне подорвалось, и ты решил не медлить больше ни дня. Решил перестать меня обманывать, как обманывал до этого. И показать, как все на самом деле.       Тысяча девятьсот сорок первый год. Где-то в небольшом домике у Черного моря Советский Союз решила провести отдых. Надеясь, что морской бриз уберет из головы все мысли о любимом немце. Каждое утро она выходила на морской берег, чтобы вдохнуть этот умиротворяющий запах, чтобы забыть обо всем. Но стоило ей закрыть глаза, как перед глазами возникал мужчина в военной форме, нацеливающий на нее пистолет. "Он не посмеет. Он этого не сделает. Он все еще любит меня"       Он посмел. Он сделал это. Он больше не любил меня. Двадцать второе июня. Четыре часа утра. Советский Союз в одном лишь одеяле смотрит в окно, где в израненном небе кружат самолеты. Те самые самолеты, которые она когда-то помогала чинить милому светловолосому мальчику. Те самые, на которых она со звонким смехом бороздила небеса. Те самые, за которыми приезжала в гости каждое лето. Те самые, которые сейчас сбрасывают бомбы на ее город, на маленький Севастополь. "Веймар..."       Что же ты наделал, Веймар...