Безнадежным снова нужна помощь

Первый бросок — и мяч влетает в щит, не попадая в кольцо. Задумчивость не очень хорошо сказывается на его игре, тренер готов рвать и метать на первых же минутах. Если так подумать, Чимин всегда был чем-то особенным. Он никогда не раздражал излишним присутствием, часто поддерживал, смешил Юнги своим угрюмым после урока математики лицом и постоянно так или иначе был рядом. Донсен, на которого можно положиться и донсен, с которым весело было провести вечер в тишине, которую разбавляет только тихий звук от гитарных струн. Это всегда было… приятно. За все время в жизни Юнги было лишь несколько таких людей. С Чимином приятно находиться рядом, наедине или в компании с кем-то, он скрашивает неудобство и неловкость. Но что делать, когда он сам вызывает неловкость? Мяч снова проходит мимо, — тренер рвет и мечет; Юнги морщится от его крика и машет рукой команде. Все окей, он просто немного отвлекся. В голову лезут ненужные мысли, заставляя мозг чуть ли не дымиться. Он на это не подписывался.

Февраль 2015

— А это Юнги, он стремный, — заканчивает Сокджин, и это заставляет даже настолько ленивого человека, как Мин Юнги, поднять недовольно голову. Его только что назвал стремным человек, который в своей жизни больше всего боится темноты? Тем не менее, Сокджин продолжает запугивать малолеток: — К нему лучше вообще не подходить, укусит. Он у нас немного дикий. Юнги уничтожает его взглядом и мысленно просит пойти и убиться. Старший втирает что-то ребятам, младше их на год, которые стоят и огромными глазами водят по корпусу. Кажется, еще чуть-чуть те и вовсе вывалятся. Юнги это считает забавным; и вовсе он не был таким же в прошлом году. Его с первого дня все побаивались и уважали. Да тот же Сокджин, второклассник и староста по общежитию, приветливо позволил ему тусоваться вместе с ним и еще несколькими ребятами. Он решает не обращаться внимания на заинтересованный взгляд, который так и норовит пригвоздить к месту и продолжать разглядывать дальше. Но выходит из себя и резко поворачивает голову, заставая виновника врасплох. Круглощекий и донельзя миловидный пацан еле пытается скрыть смущение и отводит глаза в сторону своего друга, делая вид, что внимательно слушает весь сокджиновский бред. Юнги приподнимает бровь, так и спрашивая «какие-то проблемы, щенок?». Как бы тот не старался, взгляд младшего так и возвращался на его лицо. Когда Сокджин, как заботливый отец, расписывает все прелести общажной жизни, Юнги все-таки вставляет свое слово. — Не слушайте этого придурка, у него на почве старости крыша поехала. — Язык при себе держи, засранец, — не зло ругается старший и отвешивает ему подзатыльник. На удивление, малой подходит к нему после лекции и неловко касается его плеча. Юнги опускает на него взгляд, — у них разница сантиметров пятнадцать, но тот точно вырастет за этот год, — и благодушно ждет продолжения. — У тебя случайно нет страницы на Саундклауде, хен? Юнги моргает: — Случайно есть. Пацан улыбается, и его глаза пропадают за пухлыми щеками. Это вызывает у старшего теплоту внутри. — Так и знал! Я твой фанат, хен. Дашь автограф?

#

Юнги ухмыляется, пасуя мяч. Когда-то у него даже были фанаты. Может, нафиг этот баскетбол? Взяться за музыку, бросить универ и вернуться на дорогу к исполнению своей заветной мечты? Ну уж нет, так дела не делаются. Как бы Чимин не будоражил в нем забытые надежды, это ни к чему хорошему не приведет. Как и то, что Чимин будоражит не только надежды. Черт, не виноват же старший, что тот так вырос и похорошел, что даже у бесчувственного Юнги сердце заходится, когда Чимин рядом ерошит свои мягкие на вид темно-русые волосы. Юнги знает точно, они мягкие. И от этого знания лучше не становится. Вот и что ему с этим делать? Продолжать страдать из-за непонимания самого себя? Чимина хочется всегда держать рядом с собой, чуть ли не за ручку за собой водить, хвастаться всем, что у него такой хороший донсен. И что это за внезапные желания целоваться, когда… когда Юнги даже не по мальчикам? Что это и что с этим нужно делать? Тренер снова орет: Джисон закинул мимо корзины. Ему снова хочется спать. В последнее время он засыпает с мыслями о теплой и большой кровати в чужой квартире, а просыпается с воспоминаниям о снах, в которых Чимин улыбался ему и приглашал на кофе. Черт, неужели он… В этот раз он попадает, заставляя тренера облегченно выдохнуть. Влюбился? Юнги шокировано смотрит на отскакивающий от пола мяч. Это так легко, он просто влюбился. Вот так просто позволил своей дружбе и большому уважению перерасти в симпатию, и это почему-то дает облегчение. Будто, это и есть тот ответ, который Юнги так долго искал. Нашел, только вот, что с ним теперь делать?

#

— Ты снова хандришь, — ставит диагноз доктор-Чонын и приглаживает его волосы на затылке. Чимин флегматично на нее смотрит. — Я ухожу в запой, пожалуй. Сокджин-хен говорил там хорошо. — Это тот, немного пришибнутый? — угадывает Чонын, заставляя его фыркнуть. — Идеальное его описание. Прости, у меня просто снова небольшие личные проблемы, — успокаивает ее Чимин, а сам непроизвольно скользит взглядом по стадиону и выискивает знакомую фигуру. Старший носится как угорелый, и Чимину становится страшно за завтрашнее состояние команды. Матч через два дня, тренер совсем их замучал. Чонын пытается выяснить, куда он смотрит, но проваливает это дело и сдается, качая головой. Может, та девушка из группы поддержки? Она слышала, там много симпатичных и подтянутых девиц, вот только Чимин не выглядит так, будто западает на девчонок из группы поддержки. Скорее, на какую-нибудь молодую практикантку с миловидным лицом и в очках в тонкой оправе. Чонын интересно, кто она и чем Чимина зацепила, но спрашивать не решается. Неприлично, да в личное лезть совершенно не хочется. Чимин собирается что-то сказать, но вместо этого останавливается и не сводит глаз с поля. Чонын смотрит туда же: игроки столкнулись при беге, и один теперь помогает другому подняться. Среди них есть тот суровый сонбэ, с которым Чимин часто переговаривался в университете. Чимин все время так о нем заботился, будто ничто другое не имеет смысла, и Чонын прошибает от неожиданной догадки. Мне очень сильно нравится один человек. Кто «она»? Совершенно точно не чувствует ничего в ответ. Это был эксперимент. Что ж, с паникой понимает она, сжимая пальцы на учебниках, не давая им упасть. А это на удивление имеет смысл.

#

Сообщение от Тэуна застает его на выходе из ванной после принятого душа. Чимин вытирает капли воды с шеи и хмуро смотрит в телефон, после чего откидывает его на тумбочку в прихожей. Кто он, чтобы идти туда? «19.27 от Taewoon-ssaem: Только что проходил мимо стадиона и видел того крутого сонбэ, с которым ты знаком Все уже разошлись, он один там тренируется Его работоспособность поражает, он занимается с самого утра, слышал, их даже от занятий отстранили на время подготовки» Чонгук с кухни кричит, что рамен готов и зовет поторопить свою задницу, а не то тот остынет и размокнет. Когда Чимин переходит порог, в окна ударяют капли дождя. Он стоит так с минуту и жалостливо смотрит на друга, который упрекает его в том, что он стал слишком медлительным. — Прошу, останови меня и скажи сесть на стул. — Сядь на стул? — неуверенно предлагает Чонгук, но уже поздно менять решение. Чимин сует руки в отглаженную на завтра рубашку и хватает зонт с подставки, пулей вылетая из квартиры. «19.28 от Taewoon-ssaem: Если честно, он выглядел очень уставшим»

#

Зонт не спасает, и дождь оставляет мокрые пятна на рукавах его рубашки, но Чимин уверенно идет. Правда, с каждым шагом его уверенность теряется и уже около стадиона практически исчезает. Он видит старшего, в обычных джинсах и серой футболке, сидящим под козырьком в обнимку с мячом, и что-то в нем щелкает. Юнги не в своей именной форме, значит, пришел сюда независимо от команды, чтобы снова тренироваться как сумасшедший. Отчего-то это заставляет чувствовать Чимина гордость. Он подходит еще ближе и складывает зонт, оказываясь под металлической крышей. Одежда Юнги сухая, значит под дождем он тренироваться не стал. — Будешь много тренироваться, умрешь прямо на матче. Юнги ухмыляется. — Может, и к лучшему. Наконец, мои однокурсники вздохнут спокойно, да и тренер перестанет беситься. Чимин тыкает в него зонтом, хотя все еще ощущает некую неловкость. Юнги сейчас выглядит очень задумчивым; он всегда так выглядел, когда думал над своим новым текстом или над тем, что сказал ему их учитель по литературе. Тот всегда хвалил его и пытался уговорить отдать свою жизнь именно литературе. Про себя Чимин горько хмыкает — кто знал, что все сложится вот так. — О чем задумался, хен? Ничего не ожидая в ответ, Чимин смотрит на пустующий в такое время стадион. Все студенты скорее всего уже разошлись по домам. Юнги тем временем хмыкает и заставляет своим ответом удивленно дернуться. — О тебе, — просто говорит он и скашивает глаза. В них — что-то странное, с чем старший еще ни разу на него не смотрел. Это новое пугает, но не отталкивает, и Чимин зачарованно смотрит в ответ. Дождь усиливается, продолжая усиленно бить тяжелыми каплями в крышу над их головами. Юнги поднимается с места и бросает мяч в сторону, тот отскакивает куда-то в сторону футбольного поля. — Удивлен? Чимин не может сейчас врать, и поэтому ведет плечом: — Немного. — Но этого стоило ожидать, ты же всегда тут, — обводит руками вокруг себя Юнги и снова смотрит на него. — Повсюду, и это начинает пугать. — Не думал, что так сильно надоедаю тебе, — тихо говорит Чимин, и старший смеется. — Что? — Ты не надоедаешь мне, Чимин. Меня не пугаешь ты, меня пугают мои чувства. А их стоит бояться, — уверяет Юнги, и младший не может ему не верить. Он только слушает все, что тот говорит, и пытается не закричать. — Я много думал в эти дни, и, считаю, тебе тоже стоит об этом знать. — О чем? Юнги подходит к нему и долго смотрит в глаза. Чимина уже начинает немного напрягать его постоянное бездействие, но тут Юнги внезапно говорит, заставляя его мучительно краснеть от смущения и шока одновременно. — Хочешь поцелуев под дождем? — Это же мокро и неудобно, хен… — Зато я хочу. Он берет зонт из его рук, откидывает в сторону, и тянет Чимина за собой прямо под холодные капли. Тот пытается протестовать, но все возражения как-то отходят на второй план, когда Юнги его целует, прижимаясь ладонями к щекам. Чимин хватается ослабевшими пальцами за его футболку, которая почти сразу же становится влажной от дождя, и пытается не застонать в голос. Ему остается только надеяться, что то, о чем он должен знать, Чимин понял правильно, потому что чужой язык намекает только на одно и… Юнги не мог снова просто использовать его? Что-то типа нового эксперимента? — Х-хен, — останавливает он старшего под недовольным взглядом, но Чимин уверенно решает разобраться со всем прямо сейчас, поэтому игнорирует чужое недовольство и смело спрашивает: — Это будет что-то значить? Юнги хмурится: — Пак Чимин, ты думаешь, что сейчас то самое время? — А когда же еще? Он вздыхает и гладит большим пальцем его влажную щеку. У Чимина от этого жеста внутри все просто горит. — Это уже значит. Поцелуи не заканчиваются также, как и дождь. Они насквозь промокли, и это не самое лучшее положение дел для Юнги, у которого игра через пару дней. Да и для Чимина, день рождения которого приближается с невероятной скоростью, болеть не кажется хорошей идеей, но кто их сейчас остановит. — Если выиграешь матч, не буду просить с тебя подарка, — зачем-то шепчет он, и не факт, что Юнги слышал это из-за оглушающих звуков дождя. Но тот слышал, и теперь смотрит на него лукаво. — Правда? А я собирался подарить тебе кое-что особенное… Чимин передумывает и снова целует куда-то в уголок губ, не удержавшись. К черту игру, к черту день рождения.

#

Недовольной женой Чонгук встречает его на пороге в десять вечера. — Убежал куда-то, не сказав не слова. Даже телефон с собой не взял, что с тобой такое, Пак Чимин? — сварливо болтает он, уперев руки в бока. Чимин стаскивает промокшие насквозь ботинки и поднимает голову, лучезарно улыбаясь. Чонгук растерянно хватается за косяк. — Чего такой счастливый? — Ничего не расскажу, пока не сваришь мне еще порцию рамена. — Ты вымогатель и просто ужасный человек. Я тебе, что, кухарка? Чимин снимает рубашку через голову и смотрит на отражение в зеркале, ловя на себе ошалелый взгляд счастливых глаз напротив. Возможно, он влюблен в этого человека слишком сильно, и это заставляет чувствовать невероятный прилив энергии. Он бы даже позанимался чем-то ценным, если бы на кухне его не ждал Чон Чонгук с серьезным допросом. Что ж, им предстоит долгий разговор.