Безнадежным снова нужна помощь

— Счастливые люди такие раздражающие. Эта фраза становится первым, что слышит Чимин в университете от Чонын, и это вводит его в кратковременный ступор. Конечно, он выглядит немного чересчур счастливым прямо сейчас, когда на его лице отражается вселенская радость, и его глаза сверкают любовью и прочим розовым дерьмом, но зачем же так начинать разговор. — И тебе доброе утро, Чонын-и. Сейчас… — он смотрит в телефон и поднимает на подругу взгляд. На ее лице — вся скорбь и уныние этого мира. — только двадцать минут девятого. Что такого могло случиться за это утро, что меня встречают такими лестными словами? Чонын вздыхает и садится на диван в холле, разваливаясь на двух местах и кидая свою хипстерскую сумку куда-то себе под ноги. Чимин садится рядом на оставшееся место и краем глаза замечает пришедшее в каток сообщение. Левый краешек губ сам по себе поднимается вверх. Девушка рядом стонет и трет лицо руками, после чего бьет себя по ладоням и невинно ругается. — Черт возьми, ненавижу извращенцев. Что ими движет? Зачем лезть ко мне под юбку своими грязными руками? — она жалостливо жмется к его боку и обессиленно укладывает голову на чиминово плечо. — У него на пальце было обручальное кольцо, зачем ему это делать? Старый педофил. Ему ничего не остается, кроме как успокаивающе гладить девчонку по волосам и приобнимать свободной рукой. Чимин на секунду отвлекается, все-таки читая пришедшее сообщение. «8.23 от Yoongi Min: Я умру от сердечного приступа если тренер еще раз встретит меня таким возгласом на тренировке» Всего лишь одна строчка заставляет его чувствовать себя влюбленным дураком. Он одним пальцем пытается набрать ответку, но не справляется с этим и разочарованно вздыхает. Чонын обращается на него внимание и щурит глаза в подозрении. В нем и правда что-то изменилось по сравнению со вчерашним днем. От грустного Пак Чимина с огромными мешками под глазами будто не осталось и следа. Зато теперь перед ее глазами мелькает чужой довольный и искрящийся взгляд, от которого сердце тревожно ноет. Здорово, наверное, получить ответ на свои чувства. А то, что Чимину ответили взаимностью, понятно и без слов. Да и чужое имя в катоке светится очень намекающе, как и чиминово лицо. «8.24 для Yoongi Min: Запасись таблетками от сердца, я не хочу терять тебя так быстро, хен» Чонын думает, что ничего отвратительнее он написать не мог, но тут он снова стучит пальцами по экрану, и девчонка еле сдерживает рвотные позывы. «8.24 для Yoongi Min: Ты должен умереть только после меня» Когда они идут в сторону аудитории, в которой будет их общая лекция, Чонын не выдерживает его счастливого вида и язвит: — Так с твоей безответной влюбленностью к четвертому номеру теперь покончено? Тетради, которые Чимин достал, чтобы вспомнить, о чем преподаватель болтал на прошлой лекции, разлетаются под его ногами. Пальцы слабеют и вместе с тетрадями выпадает и телефон, который такими темпами скоро перестанет функционировать и начнет доставлять Чимину проблемы. Его лицо краснеет мучительно быстро, краснеют даже уши, когда он в неверии поворачивается. Четвертый номер — номер Юнги в команде. — И… как давно ты знаешь? Чонын жмет плечами, хотя в душе веселится. — Ну, знаешь, ты довольно очевидный. Ты на него все время так смотришь, что одного взгляда хватит понять, но я тебя не обвиняю. Просто, сонбэ не в моем вкусе. — Мне, наверно, стоит радоваться… — Радоваться будешь, когда вперед посмотришь, — говорит Чонын, а сама обреченно вздыхает и сворачивает влево, хлопая парня по плечу. — Я пошла, займу тебе место. Чимин провожает ее взглядом, а затем все же смотрит вперед. Его сердце заходится быстрым темпом от одного только вида Юнги, который идет навстречу с ребятами из команды; внезапно хочется спрятаться ото всех, потому что чиминовы щеки снова теплеют. Юнги смотрит на него издалека, прищурив свои красивые глаза, и от этого становится жарко. Зачем он вообще написал последнее сообщение? У него помутнение рассудка. Он подходит ближе вместе с парнями и останавливается в нескольких шагах от Чимина, не двигаясь ближе. Ребята из команды недоуменно на него смотрят, и спрашиваю в чем дело, но Юнги машет им рукой и говорит его не ждать. Младший уже близок к еще одному сердечному приступу, когда Юнги улыбается, смотря на него, и его улыбка такая яркая и мягкая, что у Чимина сносит крышу. — Когда в следующий раз захочешь написать что-нибудь похожее, спрашивай разрешение у меня. Парни ржали надо мной, как гиены, когда я чуть не навернулся с лестницы. Тогда бы твое пожелание не сбылось, ты так не думаешь? На его лице красуется такая наглая улыбка, что хочется вдарить по ней кулаком, но Чимин держится и расслабленно улыбается. Кто он такой, чтобы об этом думать? Да и действительно, кто он такой? На этих мыслях Чимин заметно грустнеет. Они с Юнги ведь так ни в чем и не разобрались; какие у них теперь отношения? кто они друг для друга? что будет дальше? Эта неопределенность заставляет парня судорожно вздохнуть, и взгляд старшего меняется на заинтересованный. — Что такое? Его голос звучит так, будто ему небезразлично, и от этого у младшего щемит сердце. Ну какого хрена Юнги такой… внимательный? Если бы Чимину сказали, что он может быть таким после начала хоть каких-то отношений, то давно бы уже предложил их. Но неопределенность давит на его мозги, и Чимину хочется пойти и утопиться, поэтому он решает для себя, что пора. — Хен, — говорит он, а сам понимает, что уже поздно отказываться от своей идеи. Юнги ведет бровями, прося продолжать начатое, но запал младшего медленно идет на спад. Его хватает только на то, чтобы быстро промямлить: — Я скажу тебе кое-что после завтрашнего матча. Только не бей меня сильно… хорошо? Юнги смотрит удивленно и ничего не говорит, только кивает болванчиком и снова улыбается. Эта его улыбка заставляет губы младшего растянуться шире, из-за чего его лицо наверняка снова лучится счастьем, но ему уже все равно. Кому какая разницы почему они стоят тут сейчас и лыбятся, глядя друг другу в глаза, и выглядят при этом как парочка идиотов? Ну, вообще-то, сейчас довольно ранее время, и в университете очень мало студентов, лишь те, кто обычно приезжает заранее. Чимина почему-то очень заинтриговывает этот факт. Особенно, когда Юнги протягивает к нему руку, убирая ресничку с щеки, и некоторое время трогает его лицо своими тонкими пальцами. — Что ты делаешь? — Без понятия, — честно отвечает старший и пожимает плечами, подходя ближе, хотя куда уж там. Он тянется вперед, Чимин догадывается, для поцелуя, но вовремя себя останавливает и шокировано на него смотрит. — Я… должен идти на тренировку. Чимин разочарованно кивает, но Юнги не трогается с места, продолжая стоять также близко и рассматривать своими холодными глазами лицо напротив. Если бы младшему пару лет назад сказали, что Мин Юнги, любовь всей его жизни, когда-нибудь будет на него смотреть вот так, он бы ни за что не поверил и даже бы обиделся. Но вот он, перед ним, стоит и своим взглядом вынуждает влюбляться снова и снова. Чимин уже готов прямо сейчас сказать слова, сами просящиеся слететь с языка, но их прерывает окрик кого-то из команды. Юнги вздыхает и прикрывает глаза, проходя мимо. Он касается своей рукой чиминовой, и младший соврет, если скажет, что не умер пару раз от этого простейшего жеста. Он, может быть, и глупенький влюбленный недошкольник, но зато он счастлив. И этого не скрыть.

#

— Так как насчет формы черлидеров? — предлагает еще одну свою сумасшедшую идею Сухен, пока они направляются в сторону спортзала. Вокруг бегают толпы таких же как они студентов, готовых убить каждого на своем пути, чтобы занять выгодное место с отличным обзором. — У меня если что припасены, ну так, на всякий случай… — Слушай, меня пугают твои наклонности. Откуда у тебя вообще костюмы черлидеров, Сухен? — Все тебе расскажи. И нет у меня никаких наклонностей! Я просто предложил, чего ты сразу… Чимин закатывает глаза, но в душе весь трясется. Через несколько часов он признается Юнги в любви, которую хранил так долго, и никто не знает, как тот на это отреагирует. У них, конечно, вроде как все хорошо, но никакой определенности нет, и Чимин боится. Боится всю дорогу до зала, боится, пока они занимают свои места. Боится, когда разыгрывается первый мяч; даже когда их команда ведет в счете боится. И на последних секундах, когда мяч все-таки попадает в кольцо, а весь зал взрывается оглушительными криками и поздравлениями, он понимает, что бояться нечего. Поэтому уверенно спускается по ступеням, ловя взгляд старшего с поля. Юнги подходит к нему, в обнимку с мячом, ухмыляется так, как всегда делает, когда выигрывает, и, видимо, ждет от него сдержанного обещания. Чимин не тратит время впустую и, как только они становятся друг к другу на вытянутую руку, говорит: — Я люблю тебя.

#

— Ты что? — Давно, — отвечает Чимин на вопрос и улыбается, глядя в чужие шокированные глаза, — очень. Мимо пробегают болельщики, налетая на игроков и забирая их в дружные объятья, только вот к Юнги никто не подходит. Либо его аура настолько уж страшная, либо он выглядит таким шокированным и удивленным, что его все обходят стороной. Чимин спускается на еще одну ступеньку вниз. — Почему тебя это так удивило? Юнги моргает, мяч выпадает из его ослабевших рук и отскакивает в сторону. — Но… как же, — мямлит старший, неспособный отвести от Чимина взгляд. — Почему я? Я же… не такой уж и хороший парень. — Ты вообще не хороший парень, — шутит младший, а сам не может сдержать улыбки. Будь что будет. — И ты говоришь это теперь, когда мы столько раз целовались и обнимались? Так подло, Юнги-хен. — Нас могут услышать, — замечает тот, но только ради галочки. Он ступает ближе и берет Чимина за руку, начиная перебирать его пальцы своими. — Ты мне нравишься, Чиминни. Младший радостно кивает и прикрывает глаза. Он не ждет в ответ скорейшего признания в любви до гроба, конечно нет. Чимин знает, что люди не так устроены, и уж тем более Юнги. Для него даже «нравишься» звучит из уст старшего так хорошо, что хочется тут же зацеловать Юнги прямо у всех на глазах, но он сдерживается. — Знал бы ты, сколько раз я представлял, как смогу держать тебя за руку так легко, как сейчас. Юнги улыбается: — В живую это намного круче. — Безусловно.

#

— Экстренные новости! Пак Чимин стал мужиком! — орет Чонгук на всю квартиру и огребает с двух стороны: от Тэхена, который разговаривает с мамой по телефону, и от Чимина, своего лучшего друга, который сидит на полу с фингалом под глазом и еле сдерживает себя, чтобы не заматериться вслух. Чертов Чонгук и его острые локти, что ему теперь делать с назначенным на вечер свиданием?! Чтоб он провалился, этот Чон Чонгук.