Сталь и небо

* * * Горы были отменные – магия вокруг так и бурлила. Ветер привел их сюда, и ветер как всегда был прав. Совсем недавно клан драконов во главе с ним и Фиэлой обосновался в этих горах, пролетев одиннадцать дней почти без отдыха, но полная лишений дорога окупилась сполна – лучшего места для жизни и вообразить было невозможно. Удобное чередование скальных пиков и ровных плато, альпийские луга на многочисленных пологих южных склонах, изобилие разной горной дичи, легкоплавкий камень и подземная система горячих источников. Это был воистину рай для почти вымершего, вырождающегося племени, оказавшегося на попечении их двоих. Последних истинных драконов – его и Фиэлы. Остальные благодаря истощившейся магии их старого места обитания были лишены их преимуществ – возможности менять ипостась и частично разума. Они были как дети, огромные и опасные, глупые, своевольные и сложноуправляемые. Живущие скорее на инстинктах, но беззаветно преданные семье. Фиэле. Маэрану. Уже несколько веков не рождались истинные драконы, а последних оставшихся выкосила ледяная лихорадка, не пощадившая и их обычных сородичей. Казалось уже, что племя обречено на гибель. А здесь они получили надежду на возрождение. На новую жизнь. Однако потом, в один из похожих друг на друга замечательных дней... В мире что-то сдвинулось. Ветер приносит весть о больших переменах, ветер распространяет семя живого, чтобы оно проросло в новых землях, ветер развеивает прах мертвого над равниной и горами. Слушай ветер. Нюхай ветер. Если где-то происходит что-то нехорошее – ты почуешь это по едва уловимым нюансам, ноткам смерти и тлена в нем. Следуй за ветром. Когда он пахнет смертью – следуй за ним, и он уведет тебя дальше от нее. Когда были закончены работы по обустройству на новом месте, когда пещеры для всех членов клана были выжжены в скалах, тогда наконец у них появилось свободное время для осмотра окрестностей и знакомства с местными жителями. Они спустились к небольшому поселению прямо у подножия гор, которое заприметили уже давно. Естественно, в человеческом обличии, ведь в их краях считалось невежливым обращаться к людям будучи драконом. На опушке леса им встретилась компания дровосеков, и Фиэла как обычно вышла вперед их поприветствовать. Лучезарно улыбаясь, она протянула руки ладонями вверх и зажгла на них магические огоньки в знак уважения и добрых намерений. Она как никто умела понравиться людям, да и другим расам не меньше; расположить к себе всех, с кем контактировала. Невысокая, тонкая и изящная, с копной светлых волос и светящимися счастьем голубыми глазами – она не могла не нравиться. Ее любили все без исключений, и так было всегда. Но на этот раз мир сошел с ума. С криком: “Ведьма!” все четверо дровосеков бросились на Фиэлу, размахивая топорами, так что ни она сама, ни даже шедший позади Маэран не успели среагировать. И мир рухнул. Поляна утонула в крови этих людей, смывшей собой кровь последней истинной драконихи. Ее было уже не вернуть – в человеческом теле драконы так же уязвимы, как обычные люди. Но Маэран на этом не успокоился. Он призвал сородичей, которые пришли в такое же бешенство от того, что им пришлось увидеть. Ведь семья прежде всего, а Фиэла была ее главой. И они сожгли деревню, а всех, кто попытался сбежать от пожара – разорвали и съели. Он осознал, что наделал, только когда вокруг не осталось ни одного живого человека, только ОГОНЬ и КРОВЬ... ...Маэран вынырнул из кошмара. Нет, это было давно, с момента гибели его пары прошло уже двадцать лет, которые он провел лежа глубоко в пещерах, не показываясь на свет и никого к себе не подпуская. Чем занималось племя в его отсутствие – его совершенно не волновало. Без Фиэлы все потеряло смысл. Он не мог жить, и он не мог умереть – тело дракона выносливо и способно замедлять метаболизм на долгое время и впадать в спячку при отсутствии питания. Но и еда имелась в достатке – его драконы, его семья, не забывали своего предводителя и регулярно кормили его. Обратиться человеком тоже не было выходом – теряя сознание от слабости он рефлекторно возвращался в драконье тело, которое с рекордной скоростью регенерировало. А потом он все же решился и выполз на западное плато. Дул ветер, и этот ветер не пах ни жизнью, ни смертью, а только безумием. Он расправил крылья, за столько лет ставшие слабыми и неуправляемыми, и ступил с высоты в неизвестность. Сначала были горы, и он летел над горами, потом начался лес у их подножий, и он летел над лесом. А когда не смог больше летать – превратился и пошел дальше пешком. Он шел и шел, но конца этому лесу не было. В человеческом обличии он неспособен был прожить долго без еды и воды, поэтому его хватило всего на пять оборотов солнца. И когда он не смог сделать больше ни шагу, то понял, что достиг цели, но понял одновременно и то, что цель была ошибочной с самого начала. Он совсем не хотел умирать. Но было поздно… Холод сковал его тонкие и хрупкие человеческие кости, защищенные смехотворным слоем плоти и кожи. Он понимал, что умирает, а чтобы выжить, нужен был огонь. ОГОНЬ, разогревающий КРОВЬ... ...Маэран вынырнул из кошмара. Над ним маячило озабоченное лицо человека. Человека? Да какого черта?.. – Ненавижу людей! – попытался прорычать он, но вышло не очень убедительно и совсем не устрашающе. – Да-да, полностью с тобой согласен, – пробормотал человек и шлепнул мокрую тряпку ему на лоб. Когда Маэран очнулся снова, то смог получше разглядеть своего соседа и по иронии судьбы спасителя. Человек был среднего возраста, с проседью в темных волосах и прорезавшими лоб морщинами. Он жил один, никого больше не видно и не слышно было вокруг. И при этом он притащил в свой дом неизвестное существо, в горячке и под действием эмоций страдающее выбросами магии, не заметить которые было невозможно. Но он не боялся, не пытался убить, а напротив, помогал ему. Это был первый разумный человек после Фиэлы, с которым разговаривал Маэран. А разговаривали они много, ведь в лесу в десятках дней пути от ближайшего поселка заняться больше нечем. Маэран поведал о своем племени неразумных драконов, за которых он когда-то вместе с Фиэлой взял ответственность. Рассказал и о ней, хотя ему стоило огромных усилий остаться при этом в здравом рассудке и не спалить этот дом вместе с лесом. Эннолан признал за драконом полное право ненавидеть людей, но заметил, что люди бывают разные, взять хотя бы его, не имеющего ничего против мирных разумных драконов. А война, которая продолжается уже двадцать лет, совсем не способствует истреблению именно плохих людей. Наоборот – гибнут в ней в основном люди лучшие, а плохие скрываются в тылу. Тут Маэрана словно обухом по голове ударило. Фиэлы давно уже нет, он отлеживает бока под землей, а снаружи убивают друг друга люди и его драконы, скорее всего уже и не помнящие, за что они сражаются. Как только Маэран пришел в норму достаточно, чтобы дойти до зоны действия магии, он тут же собрался домой, чтобы прекратить бессмысленные убийства своих драконов. Убийства должны иметь смысл. Неожиданно Эннолан выразил желание пойти с ним, и дракон не раздумывая согласился. Он успел проникнуться доверием к новому знакомому и стал замечать, что в его присутствии не чувствует признаков подступающего безумия. Племя приняло неприкосновенность нового питомца Маэрана, они просто не обращали на него внимания. Но окончательно своим Эннолан стал тогда, когда после продолжительного пребывания в эпицентре источника магии провалялся несколько оборотов солнца в беспамятстве, а потом расправил крылья. Магия обнаружила новое свойство – при достаточно сильном воздействии она превращала людей в драконов. Причем не простых, а разумных и умеющих обращаться обратно в человека. Неслыханный доселе феномен, но полезный, такой полезный… Ему были нужны люди. Может, они и не получались настоящими Истинными, и все же это был шаг в сторону возрождения. Но глупые люди этого края ненавидели драконов и упрямо не желали в них превращаться. Они выбирали смерть, и снова, как в заколдованном круге, все заканчивалось обгоревшим или залитым кровью полем. Огнем или кровью... Нет, все это тоже было давно. Кажется, его снова накрыл приступ безумия, которые он предпочитал переживать в одиночестве в одной из своих подземных пещер. Кажется, за это время приходил Эннолан и что-то спрашивал, но он не уловил смысла. Кажется, с тех пор снаружи, предположительно к югу от гор, воет ураган, несущий смерть всему живому. Слушай ветер. Нюхай ветер. Следуй за ветром, когда он приносит плохие вести и пахнет смертью. А если хочешь вмешаться – следуй против ветра. ...Маэран вынырнул из кошмара. * * * – Найдите остальных! – рявкнул Найт, влетая в пещеры. – Закрытый совет! Хелл, в зал! Поймав сочувственный взгляд Сильвера, Джей проследовал за первым генералом в отсек, выполнявший роль зала советов, с окном и картой на стене. – Итак, – когда все были внутри и на вход в пещеру опустилась толстая шкура, заменяющая дверь, произнес Найт. – Сейчас Хелл поведает нам всем, что произошло на самом деле два года назад и о чем он думал, скрывая от нас правду. Такой спокойный ледяной тон первого генерала не предвещал ничего хорошего. Джей знал, что за этим может последовать взрыв. – Мы тебя внимательно слушаем, – сказал Эвер, единственный из всех устроившийся на стуле, опираясь локтями о столешницу. Джей решил осветить сначала более безопасную тему. – Тот дракон, которого я видел. Это был Эннолан. Мы спрятались за валуном, он заметил нас, но не понял, что нас двое… я так думал. Он предложил полететь с ним, чтобы стать драконом, пообещал магию… Наше положение было не очень удобным, но мы могли попытаться убить его, если бы разработали план. Но Мэд вместо этого пошел общаться с драконом. Я решил, что он поверил ему и бросил меня… Джей замолчал, растерянно подбирая слова. Говорить было нелегко, хотя и не так, как в прошлый раз, когда слова вообще застревали комом в горле. Теперь-то Джей знал правду. Теперь своими словами он рушил репутацию свою, а не другого, а это было гораздо проще. Помедлив, он продолжил: – Дракон специально сжег поле, и мои люди решили, что Мэд мертв. Я не говорил им этого, но и не разубеждал, потому что... Как я мог рассказать кому-то, что он… предатель? Джей перевел дух. Генералы молчали, обдумывая его слова. Все, кроме Эвера – тот спал, положив голову на сгиб локтя. Грэм мерил зал шагами, Тайм отрешенно уставился в потолок, Найт сидел, прикрыв глаза и сложив ладони перед лицом. – И по сравнению с предательством Мэда такие мелочи, как говорящие драконы, уже не стоят упоминания? – задал Винд риторический вопрос. – Если бы я начал говорить, то рано или поздно пришлось бы врать. А этого делать я уж точно не собирался. И потом, драконы уже давно не имеют первостепенной важности, война сейчас не с ними… Оправдываться было непривычно и неудобно, и Джей вздохнул и опустил глаза. Найт отнял руки от лица и выпрямился. – Позволь нам решать, что важно, а что нет! Все это время молчавший Лаки встал рядом с Джеем. – Приоритеты зависят от разных факторов. А если бы это был ваш друг? Найт вскинулся и отрицательно помотал головой. – Невозможно! Он не… – Он “да”, Дайс, – вклинился Винд. – Мэд же просто попытался спасти его. Успешно, между прочим. Думаешь, я не поступил бы так же? Джей с открытым ртом смотрел на него. Как он сходу понял то, чего сам Джей не смог понять за целых два года? Возможно, если бы он тогда все рассказал – то не считал бы своего друга предателем… да, генералы потому и генералы, что умеют думать и делать правильные выводы. А сам Джей и в капитаны-то попал по ошибке, если оказался таким идиотом. – И как бы тогда повел себя ты? Объявил бы его предателем? – продолжил Винд. Найт отвел глаза. – А ты? – обратился Винд к Грэму, присевшему на край стола рядом со спящим Эвером, словно отгораживая его от спорящих. Ответа можно было и не дожидаться. Винд повернулся к Тайму, единственному, на чей счет был не уверен. Не из-за преданности Тайма стране или отсутствия у него друзей, а просто потому, что прогнозировать его Винд не мог. – Это не худший вариант развития событий, – все-таки ушел от ответа Тайм. – Ничего страшного не произошло, да и война у нас сейчас действительно с эйденцами. – Да, – очнулся от раздумий Найт, и Джей понял: на этот раз пронесло. Лаки рядом с ним тоже расслабился и моментально включился в обсуждение: – Открыто нападать нецелесообразно. Я думаю, надо организовать вылазку небольшой группой. “И я все равно это сделаю, даже если вы будете против” – прочитал Джей невысказанное продолжение в глазах Лаки. Остальные, видимо, тоже прочитали. – Подойти к горе так, чтобы с нее вас не заметили… – скептически покачал головой Найт. – Тем более после прошлого раза. Они не могли не усилить наблюдение. – Ну, я бы и драконов со счетов списывать не стал, – вмешался Грэм. – Скользкие твари. – У нас есть маги, – напомнил Лаки. – Против Эйденцев они эффективны; драконы, надеюсь, тоже впечатлились и не полезут. – Ладно, – махнул рукой Найт. – Зовите магов, обсудим план. * * * Передовой отряд под покровом иллюзии быстро приближался к Ортену. Саламандры и маги во главе с Лаки должны были произвести разведку местоположения и количества врагов и передать информацию через артефакт основным силам, которые шли позади и насчитывали больше половины всей армии. В итоге бурного спора генералы сошлись на том, что нельзя рисковать и нападать сразу всеми силами, не имея представления ни о размере, ни о составе армии противника. Поэтому послали небольшой отряд в авангарде, а основную армию выпустили спустя полчаса после него. Лагерь располагался у подножия горы, защищенный с двух сторон лесом. Скрытый от посторонних глаз, но подобраться к нему, тем более под оптической и звуковой иллюзией, казалось легко. Пока идущие первыми не вляпались в сигнальную ловушку, которую то ли проглядели, то ли вообще неспособны были увидеть маги. Лес огласил оглушительный визг, без сомнения услышанный в расположенном уже совсем близко лагере. Оттуда раздались крики и звон оружия. Не более чем через полминуты эйденцы найдут их и окружат, и пытаться уйти не имело смысла. Как и сохранять иллюзию. Тем более, что у Рэнди имелись некоторые мысли насчет дальнейших действий, и раскрытие своих способностей сейчас могло им помешать. Он открыл рот, чтобы сказать это, но Лаки уже был рядом. Он сжал плечо мага и скомандовал: – Отключай! Рэнди облегченно кивнул и послушался. Их окружили быстро и слаженно, и Хармайниган не заставил себя ждать, пришел, причем на своих двоих. Выглядел он весьма неплохо для серьезно раненого неделю назад, разве что слегка бледный. Да и по Соулсену не сказать было, что он недавно поймал плечом стрелу. Глаза маршала остановились на Джее. – Так и знал, что сюда пожалует кто-то вроде вас, – он наклонил голову, рассматривая поочередно Сильвера, Лиера и Рэнди. – Ну, чего надо? – Чего нам может быть надо на нашей территории? – вступил в переговоры Лаки. – Разве что убрать с нее кого-то вроде вас. – Вы всерьез думаете, что у вас хватит на это сил? – рассмеялся Хармайниган. – Даже с магами вы слабее нас. – Нет. Отодвинув Лаки, вперед выступил Рэнди, а за ним его добровольная охрана, не отходящая ни на шаг – Реми и Курт. Молодой маг словно стал выше и взрослее, серьезнее. Он резко вскинул руки, и за спинами мгновенно взвилось пламя, высоко, выше деревьев, да такое, что сами эрийцы чуть было не поверили в его подлинность. Иллюзия была не только оптической – был слышен треск огня и попавших в него растений, и даже ощущался запах гари. Если бы они не знали способностей Рэнди, то точно поверили бы, что сзади разгорелся настоящий пожар. Эйденцы в страхе выпучили глаза. Лиер через плечо Джея потянулся к Сильверу и прошептал что-то ему на ухо, но Джей не обратил на это внимания, поглощенный зрелищем. – Вы ничего о нас не знаете. То, что вы видели там, – Рэнди мотнул головой в сторону Эйдена, – лишь малая часть наших возможностей. В него полетел огненный шар, выпущенный кем-то из разнервничавшихся эйденцев. Но Рэнди не сдвинулся с места, не попытался увернуться. Джей подался в его сторону, но Лиер схватил его за руку, удерживая; остальные Саламандры тоже было дернулись, но никто из них не успел бы, да и что они могли противопоставить магическому огню? Но Рэнди взмахнул рукой, спокойно поймал шар, а потом подбросил его в воздух несколько раз. – Ваше оружие бессильно. Мы способны научиться противостоять всему, что вы придумаете. Мы сильнее. Мы можем вас уничтожить, – он сжал руку в кулак, и шар погас. – Но мы милосердны и не хотим этого делать. Пока. Уходите. Джей не был так уверен, что стоило это делать. Эрийцы были милосердны, но не эйденцы. Зная их, можно было с точностью предсказать, что они будут пытаться напасть снова, и все может повториться. Он вопросительно посмотрел на Лаки, который был сейчас старшим по званию, но тот нахмурившись слушал Рэнди. – Уходите из этой страны, закройте границы и не появляйтесь по эту сторону! Не трогайте нас – и мы вас не тронем! – Мальчик, ты сбрендил! – высокомерно заявил пришедший в себя Хармайниган. – Вас слишком мало, чтобы выдавать такие заявления. А магов – вообще по пальцам пересчитать. Ты думаешь, мы не сможем перебить вас поодиночке? – Да с чего вы вообще взяли, что нас мало? – поморщился Сильвер. – Мы просто воевать не любим, хотя вам, видимо, этого не понять. – “Не любим” не значит “не будем”, – слышать такое от Кавери было неожиданно, но тем не менее ни малейшего колебания не было в его голосе. – И где они все? – насмешливо спросил Хармайниган. – Вас мало, какого бы высокого мнения вы о себе ни были. – Ошибаетесь, – Рэнди коварно усмехнулся. – Поднимитесь на гору и посмотрите на юг. И на запад тоже. Хармайниган недоверчиво глянул на него, а потом, обернувшись к горе, крикнул: – Дайберг! Поднимись, глянь! Только сейчас Джей заметил человека, который прятался выше, в густых кустах и, очевидно, наблюдал за ними сверху. Он вылез из одних кустов и скрылся в других, повыше. Через несколько минут человек спустился на расстояние слышимости и доложил: – Там армии… Огромные, по нескольку тысяч каждая, и это только то, что видно! Они идут сюда! Калиена наклонилась вперед и прошептала что-то на ухо Рэнди, стоящий рядом с ней Джей расслышал: “Мастер есть. Продолжай!” Если маршал и удивился, то хорошо это скрыл, в отличие от остальных эйденцев, на лицах которых отражался спектр эмоций. Хармайниган же только нахмурился. – А вы думали, что воюете с Восточным Регионом? – включился в игру Лаки, как всегда быстро подхвативший и развивший чужую идею. – Эри – огромная страна, с нами и Юг, и Запад, и Центр! Вы думали, они нас бросят и не придут на помощь? – Честно говоря, именно так мы и думали, до сих пор ведь это было так, – сказал маршал, и в его голосе проскользнули нотки сомнения, но он быстро собрался и продолжил в своей обычной манере: – Но и так сложилось весьма удачно. Почти все основные силы в сборе, как же упускать такой шанс? Убить всех! – скомандовал он, обнажая меч. Часть эйденцев последовала его примеру, часть зажгла огненные шары в руках, а некоторые сделали и одно и другое одновременно. Расстояние не позволяло стрелять из луков, да и с огнем следовало быть осторожнее, чтобы не поджечь своих, так что преимуществом врага можно было считать только численное. Джей, Лаки, Сэм и Даррен не ожидая нападения бросились обезоруживать ближайших к себе эйденцев. Курт и Реми так и остались рядом с Рэнди, считая его самым беззащитным из всех. Видимо, у эйденцев были какие-то щиты или артефакты против магии, потому что большая часть усилий магов оставалась бесплодными. Огонь их не брал, стрелы и другие летающие предметы не долетали, стихийная магия не действовала, и даже чистый поток почти не наносил урона. Но маги продолжали сражаться, раз за разом все же пробиваясь сквозь щиты. Калиена их недооценивала. Ее маги адаптировались очень быстро, гораздо быстрее, чем в свое время она сама. Здесь выживает сильнейший, и они поняли и приняли такой принцип мироустройства. Это радовало. Не то, что они сражались, а то, что они могли это делать в случае надобности. Сал и Лиер не показывали никаких эмоций, Кавери, еще не освоившийся в этом мире, закусив губу, довольно аккуратно раскидывал подобравшихся слишком близко врагов, Рэнди держал иллюзии, и на это уходили все его силы, но его охраняли Реми и Курт, не отходя ни на шаг. Калиена подумала и парой движений рук разорвала сердца двум нехорошо посматривающим на Лиера и Ройса эйденцам. Это был легкий и не оставляющий никаких следов способ магического убийства. С той же легкостью она могла бы перерезать им горло на расстоянии – это было зрелищно и хорошо срабатывало в Алсинхорне, но там она была одна… Улыбнувшись воспоминаниям, она развернулась и убила еще троих, которые пытались подобраться из-за спины. Сал метал огненные шары как настоящий эйденец, Лиер гасил те, которые летели в них, Кавери поднимал в воздух снаряжение врагов, выдергивая из их рук мечи и создавая хаос в их рядах. Он шепнул что-то Лиеру, и следующая порция направленных в них шаров вместо того, чтобы исчезнуть, развернулась и закружилась вихрем над врагами, а потом каждый полетел в своем направлении, целясь в головы эйденцев. – Элио так дома порядок наводил, – прокомментировала Калиена. Кавери бросил на нее странный взгляд, и она продолжила: – Что? Он рассказывал, когда нам уроки проводил. Так же, как и военная академия Дора, школа магии привлекала не занимающихся преподавательской деятельностью постоянно магов проводить занятия по своей специализации. В числе прочих в период учебы Калиены к урокам привлекался Элио Кавери, выдающийся механик того времени. И все же сражались они осторожно. “Мирные небоевые маги”, как окрестил их Морган, действительно старались не убивать сверх необходимого. А они могли бы, при желании и если бы не эти бездарные эйденские щиты. К примеру, Кавери мог уложить человек десять за секунду. Ему, в отличие от Лиера, не требовалось концентрироваться на каждой цели отдельно, достаточно было захватить ее краем зрения – и попадание обеспечено. Лиер… ну, он не был магистром, и за секунду успел бы убить одного-двух противников. Все-таки преобразование материи технически сложнее, чем швыряние предметами. Сал своим огнем мог поджечь сразу всю эйденскую армию, но сколько они будут гореть – Калиена предсказывать не бралась. Еще он мог убить, используя магию жизни, которую, как она знала, неплохо изучил в поисках лечения для Даниэля, но работы над психикой в их архивах описано было совсем мало, а о голосах в голове вообще ничего не попадалось. Она знала, ведь она проделала то же самое несколькими годами ранее. Был бы у нее доступ в библиотеку магистров – она бы точно что-то там нарыла, но в то время, когда Даниэль еще возвращался домой, ни она, ни Сал магистрами не были. Рэнди же своей чистой силой мог мгновенно уничтожить не только всех эйденцев, но заодно и эрийскую армию. Правда, он этого не умел, но потенциал позволял совершать воздействия такого масштаба. Сама же Калиена знала девять способов убийства и еще несколько приемов, косвенно приводящих к смерти, но безотказнее всего на эйденцев действовала все же магия жизни. Видимо, она была для них наименее чужеродна и щиты от нее не защищали. По крайней мере, к какой-то разновидности этой магии эйденцы имели способности. Хармайниган, судя по рассказам, сейчас должен был валяться в постели не в состоянии пошевелиться, вместо того, чтобы весьма бодро хромать вверх по склону. Калиена бросилась за ним. Сначала ей показалось, что он решил смыться от битвы, но это было бы нереально для того, за кем следят по меньшей мере трое генералов, все маги, да еще Морган, который как раз поднимался вслед за ним, легко отражая пролетающие в опасной близости шары самым коротким из своих мечей. Минуту спустя стало ясно, зачем маршалу было лезть наверх – он резко развернулся, рубанул по воздуху открытой ладонью, и припасенные за кустами камни, целая куча, взвились в воздух и понеслись вниз. – Ро-о-ойс! – взвизгула Калиена. Вообще, она не умела визжать, но тут простым криком было не обойтись, и чтобы находящийся в гуще сражения Кавери поднял голову, пришлось срочно научиться. Получилось неплохо – тот среагировал мгновенно и разметал камни в стороны. Но не все. Несколько штук все же попали по мишеням. В том числе и тот, что метил в Рэнди. Молодой маг беззвучно обмяк и завалился назад, Реми едва успел поймать его. Калиену охватил настоящий ужас. Главным их козырем сейчас была построенная Рэнди иллюзия приближающихся армий, и если она пропадет и Хармайниган поймет, что его обвели вокруг пальца, то грош цена и всем остальным их словам. С ее места горизонт не просматривался, и она с утроенными силами кинулась к маршалу, чтобы не дать ему оглядеться. – Убью, скотина! – крикнула она для большего эффекта. – Всегда к вашим услугам, мэм, – поклонился тот. В него прилетело несколько стрел, но он изящным жестом отмахнулся от них. Калиена материализовала в руке кинжал – на полноценный меч не хватало ни времени, ни сил, и попыталась всадить его в грудь врага, но тот увернулся, и она пролетела мимо. Взгляд упал на горизонт, и к своему великому удивлению она обнаружила там огромную толпу всадников. Понадеявшись, что маршал не обратил внимания на ее реакцию, она выбросила вперед руку и попыталась остановить его сердце, как проделала уже с десятком его соотечественников. Хармайниган и бровью не повел. В этот момент с другой стороны из-за кустов появился Морган и ринулся к маршалу со вполне очевидными намерениями. Раз магия не берет маршала, надо сразиться с ним на мечах. По крайней мере в этом они окажутся почти на равных. Скрестив мечи и выставив их перед собой, маршал поймал атаку Джея, а потом отвел их влево и вниз, но тот был готов к этому и просто развернулся, не теряя равновесия. Глядя на них, Калиена на несколько секунд выпала из реальности. Сражение этих двоих что-то смутно напоминало. Или кого-то. Или они напоминали друг друга. Даже не внешне – мало ли в Эри блондинов с падающей на глаза челкой… Таких хороших мечников – мало. Таких одинаковых – вообще не найдется не только в Эри, но и на всем континенте. Они двигались одинаково, зная наперед и предугадывая движения друг друга. Это не продолжилось долго – из-за кустов появился слегка потрепанный Лиер, а за ним хорошо потрепанный Найт. – Стоять! – рявкнул он. – Мы не договорили! Джей, закончив очередной выпад, отскочил назад, готовый продолжать, если маршал не захочет разговаривать. А тот, воспользовавшись заминкой, вскочил на валун и огляделся, оценивая положение своей армии. Видимо, увиденное его не удовлетворило. Действительно, изрядно поредевшие эйденские отряды оказались фактически загнанными в угол – сзади гора, слева передвижение затрудняла разлившаяся река, а спереди их теснили враги. – Дайберг! – крикнул маршал человеку, высунувшемуся из кустов на склоне ниже и в стороне от них. – Уходим! Тот скрылся, и через несколько минут раздалось хлопание крыльев, а потом из-за горы показалась стая крылатых… зверей? На первом из них восседал этот Дайберг и что-то кричал, размахивая руками. Они спикировали прямо в центр сражения, спровоцировав панику не только среди врагов, но и среди своих. Хармайниган повернулся к эрийцам. – Мы уходим, – с отвращением в голосе признал он. – Но не надейтесь, что на этом все закончится. – Предлагаю оставить нас в покое, – сказал Найт. – Мы на вас не нападаем и за ваши границы не лезем – и вы соблюдаете нейтралитет. Хармайниган немного подумал, наблюдая за тем, как остатки его армии седлают птицетигров и пытаются по пути забрать хоть что-нибудь уцелевшее из палаточного лагеря, чтобы не оставлять врагам. – Хорошо, – сказал наконец он. – Любое появление эрийцев в Эйдене будет сигналом к возобновлению военных действий. Это касается и той штуки, которую вы поставили в моем штабе. Я уничтожу ее. Вы думаете, что я идиот и не понимаю, что вы там сделали? Шум крыльев заглушил конец его фразы. Первые несколько отрядов летающей армии поднялись от подножия горы и устремилась на восток. Хармайниган с кривой улыбкой повернулся к Найту, рядом с которым уже стояли Винд, Сал и Кавери. – Вы все равно слабее нас, а сейчас я еще перебью ваше руководство! И снова поднял в воздух камни. Видимо, это был его любимый трюк, но против Кавери совершенно бессильный. Даже не успев набрать скорость, камни рухнули на землю, а некоторые с шипением испарились. Лиер тоже не стоял без дела. От очередной стаи взлетевших химер отделилась одна и спикировала к маршалу, обдав собравшуюся на горе группу потоком воздуха. Сидящий на ее спине Соулсен прокричал: – Ксандор, что ты творишь? Их слишком много, а ты тут один! – Это ты не соображаешь что творишь, Сет! Я же приказал убираться! Камни снова поднялись и полетели в эрийцев. Неужели он не понял, что толку от его действий не будет никакого? Нет, с беспокойством поняла Калиена, это было всего лишь отвлекающим маневром. Губы маршала шевелились, он что-то проговаривал на незнакомом языке. Джей тоже понял это и кинулся сквозь разделявшее их пространство, чтобы как и в прошлый раз перевести бой на мечи. – Стоять на месте! – зарычала Калиена, и он дернулся и повернулся, чтобы спросить, какого хрена, но этого мгновения ей хватило, чтобы вырваться вперед. За долю секунды в ее руке выросла цепь, по которой пробегали молнии, и она замахнулась, целясь так, чтобы цепь обвилась вокруг шеи Хармайнигана. Маршал не ожидал такого маневра, и попался бы, если бы не Соулсен. Благодаря своему положению сверху он смог выбросить меч так, чтобы цепь намоталась на него, защитив тем самым маршала. Молнии побежали вверх по мечу, а Калиена, в первый момент чуть не потерявшая равновесие, дернула цепь. Ее сил хватило бы, чтобы выдернуть Соулсена из седла, но за секунду до этого молнии добежали до его руки и видимо обожгли, потому что он вскрикнул и выпустил меч, и тот по инерции полетел прямо в Калиену. Она увернулась, бросив цепь, и отпрыгнула в сторону. - Все, мне надоело! - прошипела она и кинулась прямо на Хармайнигана, создав что-то в своей руке. Тот попытался метнуть в нее огненным шаром, но не успел - шар зашипел и испарился прямо у него в руках. Зато Калиена оказалась совсем близко, и маршал немедленно этим воспользовался. Он свистнул птицетигра, который уже несколько минут маячил на небольшом расстоянии, одновременно заворачивая руку Калиены за спину, второй рукой схватил ее за горло и втащил на химеру. Зверь взмыл в воздух. Все это произошло так быстро, что никто не успел среагировать, даже Джей, остановившийся ближе всех к ним и готовившийся в любой момент прийти на помощь Калиене. Он не успел, а в следующее мгновение удерживающий главу верховного суда Хармайниган и Соулсен оказались слишком высоко, чтобы достать с земли. Стрелять тоже было нельзя; маги пытались что-то наколдовать, но никакого результата их усилия не принесли. А еще через мгновение небо внезапно потемнело. Что-то огромное появилось из-за вершины горы и заслонило солнце. * * * Драконы, вылетевшие на север чуть раньше, чем первый отряд эрийцев достиг Ортена, не успели пролететь и половины дороги, когда впереди показалась быстро увеличивающаяся точка. Очень знакомая, серебристо-белая точка, заставившая дыхание сбиться, а сердце в панике ускорить сокращения. Эннолан, видимо, тоже не остался равнодушным, он беспокойно задергал хвостом и выдохнул струю дыма. Летящий навстречу дракон ответил тем же и пошел на снижение. – Что вы сделали? – сдвинув брови, ровным голосом спросил Маэран. Но никто не представлял, что могло скрываться за этим спокойствием. – Я прыгнул выше головы. Я сохранил нейтралитет с обеими сторонами, мы можем использовать тех из них, кого выберем… – Мы не должны зависеть от людей! – прогремел голос Маэрана, и трава на десяток метров вокруг него моментально обуглилась. – А тем более люди не должны знать, что мы от них зависим! – Больше не зависим! – возразил Эннолан. – Мы сгенерировали столько аккумуляторов, сколько позволил ресурс горы, а когда он восстановится – прилетим и сделаем еще! Поверь мне, этот источник стоил всего, что я сделал! Из кармана черного плаща он достал несколько круглых камней и протянул на ладони Маэрану. Тот взял их и взвесил в руке. Да, это были отличные аккумуляторы, пожалуй даже лучшие из всех, что он видел за последние лет четыреста. Имея пару штук в карманах можно было протянуть в полете часа три-четыре… Создавать такие артефакты было довольно легко, вот только подходящих мест для этого вблизи драконьих гор не было. Сами горы не годились – магия в них была рассредоточена на сотни километров вдоль всего хребта, а нужен был мощный точечный источник. На роль которого прекрасно подходил Ортен – Маэран знал об этом давно, вот только подобраться к нему не мог. Гору охраняли мелкие глупые существа, не имеющие понятия о настоящих ценностях, но пытающиеся ужалить всех, кто посягает на их вымышленные. Маэран посмеялся бы над глупостью людей, если бы она не мешала жить ему самому. – Неплохо, – наконец сказал он, и Эннолан облегченно выдохнул. Как оказалось, преждевременно – похвала относилось исключительно к самому артефакту. – Но эти твои союзы с людьми недопустимы. – Почему? Разве от этого не будет пользы? – Ты! – рыкнул Маэран. – За столько лет ты так и не понял сущность драконов! Мы – самые сильные существа в мире, и мы должны всегда отстаивать право называться такими! Пусть сейчас мы не можем их истребить, но давать повод считать себя равными нам? Исключено! – Май, Послушай… – Я тебя слышал. Возвращайтесь домой. Он сделал несколько решительных шагов в сторону от группы, раскинул крылья и взмыл в воздух. Мэд в первый момент дернулся было за ним, но быстро овладел собой. Какой смысл?.. – Упрямый мудак, – пробормотал Эннолан, смотря вслед удаляющемуся по небу дракону, и все девять его спутников были с ним на сто процентов согласны.