Сталь и небо

*** Серые тучи затянули небо. Похолодать еще не успело, но в воздухе явно витал дух осени, в точности отражая его настроение. Как и все подростки, он ненавидел школу, ненавидел то, что младше всех своих друзей и вынужден еще год протирать штаны за партой, за которой уже едва помещался. Теодор недавно перевез свои вещи в Академию, Кристиан закончил ее два года назад и жил в казармах, трое соседских мальчиков тоже учились на разных курсах. Джей остался один. Фрида, мать Теодора и Кристиана, приютившая потерявшего родителей Джея семь лет назад и воспитывающая его как собственного сына, в этом году решила не терять денег и сдать освободившуюся комнату какому-то студенту-медику. Джей тяжело вздохнул, облокотившись о перила крыльца и опустив голову на руки, чтобы не видеть низкие свинцовые тучи. Настроение и так было ниже плинтуса – ему предстоял длинный скучный год. Теодор обещал постараться забегать домой каждый день, и Джей был ему за это благодарен, но опыт младшего друга целой толпы бывших и нынешних курсантов подсказывал, что это практически невыполнимая задача. Калитка хлопнула, и Джей поднял голову. Мимо быстрым шагом прошагал высокий черноволосый парень в черной куртке-ленфордке с поднятым воротником и прямых черных штанах с рюкзаком через плечо. Поравнявшись с Джеем, он бросил “привет” и сразу скрылся в доме. Первый месяц он словно не замечал Джея – уходил рано утром, возвращался уже после ужина и, буркнув что-то в его представлении, видимо, приветственное находящимся в общем зале, поднимался в свою комнату. Джей тоже знакомиться и общаться желания не имел. К чему ему какой-то будущий докторишка? Он не знал о постояльце ничего, кроме имени. Его звали Ральф. Как-то вечером Джей сидел на подоконнике своего окна, выходящего на боковую сторону дома, и читал ужасно скучный учебник по естественным наукам. Вдруг его внимание привлек мелькнувший в сумерках огонек внизу. Присмотревшись, он понял, что это их постоялец стоит во дворе и курит. Джей не обратил на него внимания, но когда спустя полчаса бросил взгляд во двор – парень был все еще там. Он стоял на холоде в своей легкой куртке и прикуривал следующую (какую уже по счету?) сигарету. Когда еще через десять минут картина не изменилась, Джей не выдержал и спустился. – Ты простудишься, – заметил он, подойдя и встав рядом. Парень скосил на него глаза и ответил, выдохнув струю дыма: – Я в госпитале работаю. Там и вылечусь. – Работаешь? – удивился Джей. – Я думал, ты учишься. – Одно другому не мешает, – пожал плечами Ральф и снова замолчал. Устав ждать продолжения, Джей сказал: – Но это не повод доводить себя до температуры. – Это не повод. Повод – не это, – согласился медик и снова затянулся. Видя, что Джей не собирается уходить, он решил продолжить: – Эти тупицы из хирургического не желают понять, что ровно разрезанные раны зашивать проще, чем рваные и даже колотые! Работают по инструкции, написанной в позапрошлом столетии, а головой подумать не хотят, хотя даже идиот увидит в них нестыковки. Сколько подобных ран они зашивали в своей жизни, сидя тут в тылу? Может быть, я лучше знаю, как делать это с минимальными потерями, раз у меня опыта больше? – он уронил сигарету в грязь и с силой придавил подошвой. – Что? Джей молчал, но очень выразительно смотрел на него, только дурак не понял бы, что он не верит ни единому слову. – Конкретно в этом у меня больше, – кивнул Ральф. – Я между прочим в трех отрядах служил, в отличие от девяноста процентов наших врачей, которые из Дора не выезжали. – Хватит заливать, – не выдержал Джей. – В трех отрядах служили всего четыре человека, и ни один из них не ты! – А ты, значит, у нас знаток военной истории? – в первый раз заинтересованно посмотрел он на Джея. – Я читаю, – пожал плечами тот. – У меня друзья в Академии, беру у них книги. – Мм… – протянул Ральф. – Логично, что событий последних лет в этих книгах нет. – И в каких же отрядах ты служил? – насмешливо спросил Джей, так и не поверивший своему собеседнику. – Восставшие, Звери и Восьмерки, – попытался смутить его тот. Но Джея, знавшего наизусть не только кодовые названия отрядов, но и всех их командиров и старших офицеров, этим было не запутать. – У самого Ленфорда? – воскликнул он, ведь Восставшими из пепла называл себя пятый отряд. Раз этот парень утверждает что служил с кумиром всей молодежи Дора – не отвертится, Джей выпытает всю информацию о нем! – Да что вы все заладили со своим Ленфордом? – неожиданно взорвался Ральф. – Он, может, и идеальная машина для командования отрядом, но как человек ничего из себя не представляет! С ним невозможен никакой контакт! – А с тобой? – спросил вдруг Джей. – При том, как ты вел себя этот месяц, все местные заключили, что с тобой невозможен контакт. Может, дело в тебе, а не в Ленфорде? Несколько секунд Ральф удивленно пялился на него, а потом рассмеялся. – Черт, ты похож на Алекса, – пробормотал он и закашлялся. – Какого еще Алекса? – буркнул Джей, схватив парня за руку и таща в дом. Какой бы он ни был высокомерный и раздражающий, но не заслуживал того, чтобы слечь с горячкой. – Вибера, – ответил тот. – Слышал о таком? Вибер… Знакомая фамилия, точно где-то попадалась. В книгах? Нет, это был Кристиан, только-только поступивший в Академию и с восторгом пересказывающий все гуляющие там слухи. Впервые эту историю Джей услышал от него, а через пару лет прочитал и в хронике последних лет войны, добавленной в учебник истории. План Вибера-Эдисона, придуманный двумя курсантами, а потом тайно разрабатываемый командованием в течение трех месяцев. Алекс Вибер был одним из его авторов. А вторым был… Был Ральф Эдисон. Джей не смог сдержать изумленного вздоха и чуть не уронил чашку с травяным отваром, за которой забегал в кухню. * * * С того дня и началась их дружба. Каждый вечер, независимо от времени возвращения Ральфа домой, Джей заходил к нему пообщаться. Оказалось, что кроме учебы в медицинском училище и работы в госпитале санитаром по вечерам тот подрабатывал в лавке учеником счетовода. Джей знал, что Ральф не любит говорить об армии, но однажды не выдержал и спросил, очень уж ему было интересно: – Почему ты ушел оттуда? – Мне кажется, это не мое, – как ни в чем не бывало пожал плечами Ральф. – Махать мечами… Надоело. К тому же я и стреляю плоховато, и двуручник даже пять минут с трудом держу. Джей, в свои тринадцать спокойно выдерживавший разминку с учебным двуручным мечом восемь и даже десять минут, недоверчиво посмотрел на Эдисона. – Зато с парными неплохо управляюсь, – довольно объявил тот. Джей вздохнул с явной завистью. – Ну да, ты же любимый ученик самого… – он запнулся. – Ужаса Академии? – подсказал Ральф, иронично приподняв бровь. – На самом деле ему нравится это прозвище, будь уверен. – Это он тебе сказал? – Нет конечно! – рассмеялся тот. – Просто он специально делает так, чтобы все его боялись, а кличка – подтверждение того, что цели он достиг. – А научи меня! – попросил вдруг Джей. – Чему? Мечами махать? Или не бояться Тарра? – Мечами… То есть я, конечно, умею… – смутился Джей, ведь он правда тренировался с учебными, которые остались в доме еще со времен Кристиана, но никто систематически не обучал его. А тут подвернулся такой шанс… Ральф внимательно посмотрел на него, оценивая высокий рост, начавшие раздаваться плечи, мышцы рук и горящие решимостью голубые глаза. – Ладно, – в конце концов улыбнулся он. – Посмотрим, что ты там умеешь. *** Дор выглядел ужасно. Точнее, его южная часть, от разрушенных ворот и до потерявшей только часть крыши библиотеки. Вблизи это были в основном голые закопченные стены и обломки уцелевших дверей, окон и домашнего скарба, валяющиеся кучами то тут то там на дороге. Какие-то части города пострадали больше, какие-то меньше, были отдельные районы, оставшиеся почти нетронутыми – так говорили те, кто был здесь вчера. Вездесущие Осы, возвращаясь в лагерь, проехали через город и принесли неутешительные вести. То, что не сгорело, было разграблено группами бродяг, которые и раньше водились на территории Востока, а теперь почувствовали свободу, когда силы армии заметно сократились и сдвинулись на юг. Джей доехал с Чайками до базарной площади, где они разделились. Чайки должны были прочесать казармы, Академию и госпиталь, а Джей свернул к реке, пересек несколько сгоревших кварталов и попал на узкую улицу, где стоял дом его родителей. Несмотря на то, что много лет он в нем не жил – сначала его взяли к себе соседи, потом была Академия и казармы – дом все еще принадлежал ему, и несколько лет назад он решил вернуться туда. Поэтому все его вещи были там и прежде всего его волновало состояние этого дома. Мысль посетить Дор у него возникла из-за того, что фактически ему было нечего делать. Саламандр ему не возвращали, он все еще считался ответственным за магов, а маги и без него прекрасно знали свое дело, и охрана им в лагере не требовалась. Калиена и Хармайниган ушли еще вчера, они с Лиером сопровождали ее в Эйден, а потом проводили к Алсинхорнскому порталу. Джей совершенно не понимал эту женщину, и Лиер, вероятно, тоже. По-видимому, не они одни - ее вообще никто не способен был понять. Как в здравом уме могло прийти в голову бросить Эри в такой момент и тащиться за сотни миль только потому, что туда стремился ее враг, которого она еще вчера готова была убить? Или у нее снова был какой-то план? Но причем тут Алсинхорн? Остальные маги особо не удивились, они приняли ее уход как должное. Джей попытался выяснить у Сильвера, может они знают что-то, чего не знает он. Но Сильвер только вздохнул и посоветовал не пытаться понять. А Джей как раз и хотел понять, он всегда старался разобраться в причинах и следствиях. Размышляя об этом, он подъехал к своему дому, спешился и привязал лошадь. Повезло, что этот район, в отличие от тех, через которые он сюда добирался, был почти не тронут. Огонь его почти не задел, следов работы мародеров тоже видно не было, похоже, сюда они еще не добрались. Он подошел к дому и просунул руку между образующими ступеньки крыльца досками, где всегда хранил ключ. Ключа не было. Положив руку на рукоять меча, он толкнул дверь, на вид закрытую, и она поддалась. Стараясь не шуметь, Джей ступил внутрь. Общая комната после солнечного двора показалась темной, свет проникал в нее через единственное окно, у которого маячил силуэт. Знакомый силуэт, Джей моментально узнал его даже несмотря на то, что глаза еще не привыкли к темноте. Узнал и удивился. – Линн? Что ты здесь делаешь? – Тебя жду, естественно, – недовольно ответил тот. – Давно жду, между прочим, с самого утра. – А откуда ты знал, что я приду? – Рано или поздно ты бы пришел. Ну не соваться же мне в ваш лагерь, если я хочу встретиться лично с тобой, не поднимая шума. – Надо придумать какой-то способ для связи… – нахмурился Джей. – Надо, – согласился Мэд. Джей пришел за вещами, ему нужна была новая одежда взамен порванной за последние дни, а еще в доме хранилось кое-какое оружие и личные вещи, которые пригодились бы в лагере. Он не стал терять время, просто стоя и разглядывая Мэда, вместо этого он прошел во вторую комнату, снял с громоздившейся в углу пирамиды сундуков верхний и откинул крышку. В процессе в голову ему пришла мысль, которую он незамедлительно озвучил вставшему за его спиной Мэду: – Ты можешь прийти прямо в лагерь, только не с этой стороны. С юга у нас открытая дорога для связи с пещерами и поставщиков из Саарейна… Оттуда каждый день по несколько обозов заходят, и если ты присоединишься к какому-нибудь – на твое лицо никто внимания не обратит. Ты сможешь зайти с юга? – Мм… – задумался Мэд. – Да, не проблема. – Только не в таком виде. Я дам тебе плащ, – Джей по очереди вытаскивал из сундука предметы одежды и, рассмотрев, отправлял или обратно, или в приготовленную для вещей сумку. Порывшись в сундуке, он достал серый плащ, встряхнул его и протянул Мэду. – Вот, наденешь сверху, а то в этом ты очень заметный. Тот рассмеялся, принимая подарок, и Джей подумал, как ему этого не хватало. Он хотел бы вернуть все как было раньше, когда они могли делать все вместе – ходить по городу, ездить в патрули, радоваться победам. Он периодически задумывался, он не мог понять, как за несколько лет службы вместе Мэд стал для него таким же другом, как Лаки и восьмерки, а ныне семерки, с которыми он был знаком с Академии, или даже Эвер, начавший тренировать его еще раньше. С Мэдом они можно считать что познакомились только когда вдруг оказались в равном положении в одной команде, до того он периодически встречал рыжего бледного парня с холодным высокомерным взглядом, но общаться с ним не было никакого желания. Слишком другим он казался, непохожим на все окружение Джея. А потом… нет, он не перестал быть непохожим, но эта непохожесть их и сблизила, как бы странно это ни звучало. Оказалось интересно общаться с человеком, который мыслит по-другому. А работать… Сначала Джей решил, что у генералов случилось коллективное помутнение рассудка, когда они столкнули их на одной должности, но потом все как-то так само собой вошло в привычную колею, что Джей даже не успел поинтересоваться, какая муха их укусила. Мэд, подпрыгнув, сел на подоконник выходящего на задний двор окна и печально спросил: – Нас ненавидят еще больше, чем раньше, да? – Да, – подтвердил Джей. Увиливать или смягчать ответ он не посчитал нужным. Правда была именно такой – после того, что сделал белый дракон, одно упоминание их вида вызывало у эрийцев бурную реакцию. – Ясно, – Мэд опустил голову, размышляя. – Я только хочу, чтобы вы знали – мы тоже осуждаем действия Маэрана. Мы – это те, кто были людьми. О племени речь не идет, но остальные далеко не в восторге, хоть большинство и молчит. Я хочу, чтобы вы понимали, кто такой Маэран… – Я помню, ты говорил, что он ненормальный, – сказал Джей, когда Мэд замолк. – Да, это так. Он очень древний дракон, ему лет пятьсот, наверное… Он ненавидит людей, и мы должны думать так же. Нельзя иметь какие-либо дела с людьми, даже разговор с ними унижает достоинство всего нашего рода. – А то, что раньше вы сами были людьми? Это его достоинства не унижает? – Джею это показалось даже смешным. Мэд усмехнулся. – А вот тут есть обратная точка зрения. Высшие драконы, которые вроде как вымерли, из которых последний – сам Маэран, они же как раз такими и были. Все высшие драконы так же как мы могли превращаться. А племя – это те, с которыми была война, они человеческой формы не имеют, и интеллект у них соответствующий. – Погоди… Маэран – он что, тоже превращается в человека? Почему-то этот вопрос раньше не приходил ему в голову. Да и зачем – по сравнению с огромным смертоносным драконом Маэран-человек явно опасности не представлял. Мэд, тем не менее, поморщился и кивнул. – То есть, он может прийти сюда пешком и затеряться среди нас, если захочет? – Во-первых, он этого не сделает, потому что считает ниже своего достоинства. А во-вторых… – Мэд вздохнул и опустил глаза. – Теперь он может и прилететь. У него есть аккумуляторы магии, которые мы сделали на Ортене. Джей вопросительно приподнял бровь, и Мэд пояснил: – Мы же именно из-за этого заключили союз с эйденцами. Нужно было зарядить аккумуляторы. Это такие каменные шарики, в которые можно заключить магию. Драконы переселились сюда как раз перед той войной, и долетели они питаясь от этих шариков. Они заряжаются от сильного источника и сами становятся источниками. Слабыми, конечно, но на полет хватает. В тот раз он же долетел до вас, не пешком пришел. Джей сложил в рюкзак одежду, закинул туда запасную фляжку, набор ножей, средства гигиены, все какие нашел, и затянул на нем шнурок. – Ты тоже прилетел сюда на таком аккумуляторе? Мэд покачал головой: – Нет, их все забрал Маэран. У нас есть и другие способы перемещаться в долине. Мэд замолчал, полагая что подробности стоит сохранить в тайне, но Джей так внимательно смотрел на него, что пришлось пояснить: – Да в Санфилде всегда можно провожатого найти до любой точки. – В Санфилде? – удивился Джей. – Это же в стороне от наших маршрутов, ближе к Центру! – Вот именно! Там мы с вами не пересекаемся – это раз, меня в тех местах не знали раньше – это два, плюс там народ прогрессивнее, всех подозрительных личностей повесить не пытаются. – И часто вы так… путешествуете? – Редко. От Маэрана скрывать приходится. – Ну… Честно, я вообще не понимаю, – Джей присел на сундук, вертя в руках свой старый меч, которым пользовался до того, как получил мейзовский, – почему вы не уйдете? Почему продолжаете жить рядом с ним и подчиняться ему? Мэд отвернулся и уставился в окно. – Это люди свободны и могут путешествовать куда захотят. А мы драконы и вынуждены жить рядом с источником. А таких источников, достаточно мощных для этого, в пределах хоть какой-то доступности известно всего два. Наш, в горах, но он стремительно иссякает, и Ортен. – Почему вынуждены? – удивленно спросил Джей. – Что будет, если вы уйдете от источника? – Не сможем превращаться. А без этого мы не можем жить. Если долго находиться в одной форме – становится плохо. Поэтому постепенно мы будем терять силу, а потом умрем. Так говорят. – Кто говорит? – Эннолан. Он же один из нас, зачем ему врать? – Серьезно? – Джей от удивления чуть не выронил меч. – Он один из вас? Это же он вас вербует, он зачем-то вынуждает людей становиться драконами! Естественно, что он не хочет, чтобы драконы снова превратились в людей! А судя по всему, так и будет без этих ваших источников. Мэд сидел неподвижно, все так же смотря в окно, и Джей не видел его лица, но по напряженной позе и сжатой в кулак ладони понял, что до него дошло. – У меня нет аргументов, – наконец произнес Мэд, как раньше, соглашаясь с Морганом. – Возможно ты и прав, но проверять это прямо сейчас мы не будем. А Джей задумался, захотят ли драконы вообще это проверять. Тот, кто может летать – захочет ли он снова ходить по земле? Если бы он сам был драконом – пошел бы на это? Наверное, да. Свобода все-таки важнее. Но драконом он не был, поэтому судить с их точки зрения не мог. – По крайней мере вы не умрете, – пожал он плечами и вернул сундуки на место. Не хотят уходить – их право, но пусть хотя бы не ведутся на явный обман со стороны дракона с непонятной мотивацией. – Эннолан совсем не такой плохой, – задумчиво сказал Мэд. – Он всегда на нашей стороне, он может не подчиняться Маэрану, даже спорить с ним. Говорит, что ему за это ничего не будет, и это правда так. Вообще, я не помню, чтобы он когда-нибудь врал. Потому и склонен ему верить. Джей вдруг вспомнил слова Лиера про относительность понятия лжи. – Может, он и не врет. Может, он сам не знает правды, – сказал он и закинул рюкзак на плечо. Он задумался, не забыл ли что-нибудь, когда со стороны двора донеслись какие-то звуки, которых в пустом городе быть не могло. Что-то стукнуло, заржала лошадь, кто-то хрипло выругался. Скрипнула калитка. Прошуршали шаги нескольких человек. Мэд сориентировался первым. Он выхватил меч, который Джей все еще держал в руках, и бросился к выходу. Правильно, кто бы ни был во дворе, нельзя было дать им загнать себя в ловушку. А они могли бы, их было человек десять. Впереди стоял лысый коренастый мужик. Чуть более новая и целая, чем у остальных, одежда выдавала в нем главаря, а гадкая ухмылка не оставляла сомнений в цели их визита. Бандитские рожи остальных тоже абсолютно не воодушевляли. – О! Вот и хозяева! – обрадовался главарь и ткнул пальцем себе за спину. – Хороший конь, кстати. В деревнях за него много дадут. – Это армейский, – хмуро возразил Джей. – В деревнях его знают, поймут, что краденый. – А мы в западных, – цыкнул главарь, ничуть не расстроившись. – Главное товар иметь, а где толкнуть всегда найдется, – хохотнул тощий носатый тип, и остальные одобрительно загомонили. Главарь сплюнул и дал подзатыльник носатому: – Чего зеваете? Шевелитесь! – потом повернулся к Джею и Мэду: – Ведите, где тут самое ценное? Мэд поморщился, а Джей поправил рюкзак и крепче перехватил меч. – И сумку отдай! – носатый протянул руку, но Джей, само собой, его проигнорировал. – Мы ж вас все равно грохнем и ограбим, – удивился такой непонятливости главарь. Поняв, что жертвы и не думают подчиняться, он подал знак своим людям, чтобы те начали их окружать. Двое попытались зайти сзади, но Джей выставил меч, и они остановились на расстоянии. Мэд сделал то же самое, направив меч в сторону большого одноглазого мужика, которого считал наиболее угрожающим. Но все равно численное преимущество противника оставляло их без шансов. – Гляньте, это же драконья кожа! – носатый обошел Мэда сбоку, рассматривая его плащ. – Богатый, что ли? Небось, лорд какой-нибудь? Наши-то такое не носят. Фламберг в ближнем бою с толпой людей был неэффективен, оставались два меча у Джея и один некондиционный у Мэда. Даже идиоту понятно, что против десятерых шансов у них не было, к тому же у половины из них на плечах висели луки, хоть пока команды стрелять главарь не давал, но все могло измениться в любой момент. Оставалось… что? Договориться? Обмануть? Перехитрить? Тянуть время в надежде, что рядом окажется кто-то из своих? Да нет, исключено. Цель посланных сегодня в Дор групп находилась довольно далеко от района, где жил Джей. Положение реально казалось безвыходным. Джей отодвинул друга за спину и хотел обнажить и второй меч, но Мэд перехватил его руку и вцепился в нее так, что вырвать не получилось бы. – Джей, – каким-то странным голосом вдруг произнес он. В такой момент Морган не должен был бы обратить на это внимания – нельзя отвлекаться от врагов, которые могут в любой момент напасть. Но голос Мэда прозвучал слишком не соответственно ситуации. Как-то удивленно-обрадованно, словно он увидел призрак своего первого командира. Джей скосил взгляд на друга. Его глаза горели огнем азарта, знакомым Моргану по старым временам, когда они вместе занимались чем-то интересным. Мэд разжал пальцы, вытянул руку перед Джеем, словно закрывая его от банды, и прошептал: – Держись! Что-то произошло, замерший вокруг мир снова пришел в движение, лица бандитов продемонстрировали высшую степень изумления, большинство из них отшатнулись, а парочка даже кинулась прочь за ворота. Джей сначала потерял равновесие и чуть не рухнул, успев только выставить руки, но что-то помешало ему встретиться с землей, подхватило и подняло в воздух. Он инстинктивно вцепился в твердые выступы на огромном черном крыле. Бандиты в ужасе попятились к калитке, но несколько самых смелых выхватили арбалеты и прицелились. Дракон развернулся, выпуская в противников струю пламени. Джей понял, что он собирается делать, и быстро подтянулся на руках, переползая со скользкого крыла на спину, где можно было принять более устойчивую позу, надежно ухватившись за редкие шипы на позвоночнике. – Пригнись! – прорычал Мэд и взмахнул крыльями, отталкиваясь от земли. Джей послушался, потому что в этот момент около десятка стрел врезались в бок и крыло дракона и отскочили от плотной шкуры. Это ведь были обычные, а не тяжелые противодраконовые стрелы, такими можно нанести вред только если попасть точно в уязвимые точки, например в глаз. А для толстой шкуры, покрывающей девяносто девять процентов тела дракона, они не опаснее камней. Крыло загораживало Джея от стрел, но в то же время не давало нормального обзора, и он не смог увидеть, как бандиты, раскрыв рты, наблюдали за их удалением. *** – Линн! – воскликнул Джей, как только они приземлились и он смог спрыгнуть на твердую землю. – Как у тебя это получилось? Мэд, приняв человеческий облик и пытаясь отдышаться, сел прямо на землю и обхватил голову руками, взъерошив и так торчавшие в беспорядке волосы. – Это ты, – он поднял на Джея глаза, с интересом разглядывая его. – В тебе причина. Ты как маг, у тебя есть такой же источник, слабее и незаметнее, но есть! – Как это? Откуда источник, если никакой магии у меня нет?.. – пребывающий в замешательстве Джей тяжело опустился напротив и озвучил единственную появившуюся в голове мысль. – Я не знаю. Может быть, ты полукровка? Может, какие-нибудь твои предки были магами? – Нет… – машинально ответил Джей, вспомнив своих совершенно обыкновенных родителей, а потом подумал, что в действительности ничего о них не знает. Только то, что они переехали в Дор из Алсинхорна. А ведь там к магам относились гораздо спокойнее, они свободно жили среди людей, и кто-то из его бабушек или дедушек вполне мог оказаться магом. – А ты проверь, – предложил Мэд. – Архив не должен был сгореть, он в подвале. – Да я видел все документы о моей семье, там не было ничего о магии. Как ты себе это представляешь? – Хм… – Мэд задумался. – Тогда тебе нужно то, чего там нет. – Что? – Джей, ты тупишь, – поморщился Мэд. – Пойди к Тайму. Морган чуть с досадой не хлопнул себя по лбу, но удержался. Ну как можно было не подумать об этом? Если где-то и есть то, чего нет в архивах, то только у Тайма. – Я же говорил, что ты умнее, – сказал он, глядя в глаза Мэда, такие знакомые и смеющиеся. – Возвращайся, а. – Я не умнее, я просто соображаю быстрее, зато ты мыслишь глобальнее. Наверное, нас поэтому и назначили вместе. Он помолчал и добавил: – Насчет вернуться – я подумаю. Даже если не ставить эксперименты, проблема с источником все равно отпадает. *** За небольшой северной кухней находился совершенно ничем не примечательный овраг, заросший кустарником, куда никто никогда не ходил. Тайм задумчиво жевал кончик своей косы, видимо, не рассчитывая, что кто-то его здесь найдет. Когда ветка хрустнула под ногой Джея, он поднял взгляд и как ни в чем не бывало выплюнул волосы. – Эм… – Джей замялся, не зная как начать разговор. – Вопрос? – поднял бровь Тайм. – Угу, – подумав, Джей решил перенять его манеру общения. – Мои родители. Тайм совсем не удивился. – Фил и Джен Морган, прибыли в Дор с трехлетним сыном в пятнадцатом году войны с драконами, – он прикрыл глаза, цитируя какой-то одному ему известный документ. – До этого по нашим данным жили в Алсинхорне, еще раньше – в Эамосе. Не бедствовали, так как купили неплохой дом в Базарном. Фил устроился работать в госпиталь, где через три года получил должность старшего лекаря левого крыла. Джен занималась цветоводством и огородом на собственном участке за домом и впоследствии зарабатывала, поставляя провиант для казарм. В девятнадцатом году войны с драконами были убиты двумя неизвестными лицами на базарной площади одновременными ударами ножей в сердце. – А теперь правду. – А разве я сказал не правду? – обиделся Тайм. – Это записано в архивах документов, покопайся, подвалы не сгорели. Джей вздохнул. Архивы он просмотрел давным-давно, и не только гражданские, но и судебные. – Было ведь расследование. Я читал заключение, подписанное лично Аутом. Убийц застрелили на месте воины из патрульного отряда, но откуда они пришли и что здесь делали – никаких данных об этом нет. Тайм скосил на него глаза и снова механическим движением поймал кончик косы и засунул в рот. – Аут был профессионалом. Он вел расследование сам, и сам написал заключение. Чего тебе не хватает? – Вот именно, что он был профессионалом! То, что написано в том отчете – никак не может быть полной информацией. Не могло такое убийство – одновременно двоих, точными ударами в сердце – не вызвать хотя бы интереса к личностям убитых. Так кем они были? – Не знаю, – поморщился Тайм, как будто ему напомнили о его чуть ли не единственном промахе. – Я пытался проследить, откуда они родом, но след потерялся где-то на границе Запада с Алсинхорном. Это было спустя десять лет после их смерти, возможно, если бы Аут занялся этим вовремя... Он оценивающе посмотрел на Джея, подумал и продолжил: – Тем не менее ты прав, архивный отчет – это урезанная версия. Полной в письменном виде давно не существует. Но процитировать ее я могу, хотя она тебе очень не понравится. Поэтому подумай сейчас хорошо, хочешь ли ты это знать. – Конечно хочу, – воскликнул Джей. – Я за этим и пришел. – Я должен быть уверен, что ты адекватно это воспримешь, – Тайм снова пожевал свою косу. – Информация очень неожиданная. – Говорите, – выдохнул Джей, приготовившись. – Убийцы были высокими черноволосыми мужчинами, при себе имели оружие: кинжалы разной длины из зеленоватого сплава неизвестного происхождения, особые приметы: татуировки в виде крестов во всю спину у обоих. – Тайм приоткрыл один глаз и продолжил, сменив монотонную речь на обычную свою манеру: – Необычно, да? Эйс сказал, что такую хорошую работу никогда не видел, даже в Адарисе так не умеют. Три дня спустя на рассвете сосед убитых покинул Дор через Западные ворота. Его взяли там же по возвращении. Выяснилось, что за четыре года до этого он помог Филу выкопать яму за северными воротами, чтобы спрятать нечто важное, а после их смерти откопал это, думая, что оно имеет ценность. Но там были всего лишь два одинаковых глиняных медальона. Эти медальоны я потом нашел в личном хранилище Аута и перенес в пятый подвал архива, тот, который завалило в двенадцатом году. Там были имена. Тайм замолк, и Джей поторопил его: – Какие? Тот тяжело вздохнул и ответил, пристально глядя на собеседника: – Дженис Элария Морштайнер и Бенедикт Филлип Сэлл Хармайниган. Джей непонимающе уставился на Тайма, пытаясь сложить обрывки информации. Единственное, что он понял – из всех имен и фамилий ему знакомо только “Хармайниган”, но откуда оно у человека, пришедшего со стороны Алсинхорна, возможно, из Актари? Это типичная эйденская фамилия, и носит ее главный эйденский мерзавец. Который отправился в Актари с Калиеной. А она ведь назвала Джея актарийцем. Она могла знать? – Мор – ган, – раздельно произнес Тайм. – Бред, – помотал головой Джей, отказываясь верить, что и фамилия у него оказалась ненастоящей, составленной из двух других. – Как? – Интересно, – согласился Тайм и выудил из нагрудного кармана пачку сигарет. – Отдай своему другу. – А? Кому? – не понял Джей, а Тайм поднял глаза к небу, словно поражаясь его тупости, и продолжил: – Сходи к нему и попроси почитать ту книжку, которую он постоянно таскает в куртке. Ты же помнишь, что это? Джей растерянно кивнул, когда до него дошло, о ком говорил Тайм. – Дневник Мейза. Но причем тут… – он осекся, задумавшись. Мейз был человеком настолько погруженным в военные действия и далеким от городской жизни, что ему бы и в голову не пришло, но в то же время Мейз был близким другом Аута. Только с чего Тайм взял, что Мейз писал что-то о работе Аута, и конкретно о Морганах? – Там что-то есть. Что-то важное, – Тайм снова сунул в рот косу и задумался, уставившись в одну точку. – Тогда почему вы сами не попросили? – А я просил, – сфокусировался на нем Тайм и печально усмехнулся. – Он ответил, что желания Мейза для него закон, а Мейз завещал не показывать тетрадь никому, кроме одного человека. Я долго ломал голову, кто это может быть. – Я? – Ты, Морган, ты. Иди.