Не для печати

Честный и прямой ответ Криса не может не удивить. Для меня как журналиста настоящая удача разговорить такого закрытого человека как он, вывести его на откровение. Я поймал нужный настрой, расположил к себе героя, и теперь профессиональное чутье подсказывает мне — пора перейти к самой интригующей части нашего интервью. — Мне показалось, предыдущий вопрос заставил вас поволноваться. Воспоминания все еще свежи? — Нет, — Крис затягивается и медленно выпускает дым. — Я просто не привык говорить о подобных вещах. — Тогда мне стоит заранее извиниться за следующий вопрос, — обычно подобными слухами кормятся желтые газеты, но удержаться невозможно. — После этого между вами что-нибудь было? *** 2000 г. В кипящем мегаполисе жизнь не останавливалась ни на секунду. Дни с пугающей скоростью сменяли друг друга. Казалось, Крис только втянулся в учебу после возвращения из Питтсбурга, а уже пришла пора снова отправляться домой. Только на этот раз уже с Заком. Даже он не смог долго сопротивляться окутывающей магии Рождества. Короткие каникулы пошли на пользу. По крайней мере, вернувшись в Нью-Йорк, Зак пребывал явно в приподнятом настроении. Крису хотелось думать, что причиной радости друга было то, что тот наконец поговорил с матерью и вроде признался ей и был принят, но... Вероятней всего причина была куда проще — грандиозная новогодняя вечеринка. То есть обычно она была грандиозная! Но сейчас Криса жутко пугала перспектива устраивать у себя подобное мероприятие, принимать и развлекать гостей. Одно дело — организовать пятничную попойку и совсем другое — подарить людям настоящий праздник! За время в Нью-Йорке Крису с Заком удалось побывать на множестве вечеринок — хороших и плохих. Тридцать первое декабря прошлого года они встретили порознь в шумном душном клубе, потеряв друг друга и оставшись без закончившегося в баре шампанского. И в этот раз Куинто предложил перенести празднование домой и пригласить только самых близких друзей. Это означало, что в их маленькую квартиру втиснутся человек двадцать минимум! Крис как обычно пытался продумать все до мелочей, а Зак просто утверждал его идеи, отметая только самые глупые, вроде рождественских гимнов или игры в Тайного Санту. Пайн сбился со счета, сколько раз друг повторял ему «не стоит так париться». Он думал, что Куинто таким образом заботится и никак не мог ожидать удара в спину! Пайн не знал, когда эта женщина появилась в жизни Зака, и как он мог вообще это допустить. Ураган по имени Сара периодически врывался в их квартиру, чтобы унести с собой Куинто или закрыться с ним на кухне едва ли не на всю ночь. Тот по какой-то неведомой причине был абсолютно безоружен перед ней. Взбалмошная, грубоватая блондинка неопределенного возраста и рода занятий чем-то вдохновляла его, заслуживая взгляды, полные восхищения. Крис мог даже ревновать друга, если бы не обещал себе старательно игнорировать ее существование. А это было не так просто. Учитывая, что в день вечеринки Сара заявилась к ним с самого утра с твердым намерением «спасти это убожество». Крис так и не понял — была это ее инициатива или просьба Закари. По большому счету, это не имело значения. С молчаливого одобрения Куинто женщина в легкую обесценила все старания Пайна. А ведь он потратил столько времени и усилий, чтобы угодить всем. Всем, кроме чертовой Сары! Хотя уже очень скоро Крис понял, что без ее помощи все гости сбежали бы еще до полуночи. Пусть новый сценарий вечеринки мало походил на изначальную задумку, конечный результат ему понравился. Хотя Саре он в этом ни за что бы не признался! Было достаточно и того, что Зак засыпал ее благодарностями. Крис хотел даже обидеться на «предателя», так быстро переметнувшегося на другую сторону, словно забыв, как они вечерами напролет планировали этот праздник до мелочей, но дуться было некогда. Гости начали прибывать. Пайн все еще считал себя хозяином вечера и как бы ему не хотелось наконец выпить и расслабиться, он обещал себе продержаться до полуночи. Ну или до того момента как гости порядочно наберутся. Хотя некоторые справились с этой задачей еще до того как переступили порог квартиры. Крис даже забеспокоился. Такая концентрация пьяных людей на квадратный метр могла привести к серьезным неприятностям. Если за своих малочисленных одногруппников Пайн еще мог быть спокоен, то что ожидать от друзей Зака, не знал. Те часто выпивали и без причины, а уж в Новый год... За них было стыдно. Именно поэтому он и не хотел приглашать своих приятелей. Но Зак настоял. Крис так долго убеждал лучшего друга, что влился в студенческую компанию, что в канун праздника был вынужден в срочном порядке искать подходящие кандидатуры. Первым делом выбор, конечно, пал на извечного партнера по совместным проектам — Джона Чо. О его подвигах на различных вечеринках по универу ходили легенды. Он был душой компании... любой. Джон и еще пара одногруппников, пришедших с ним, были славными ребятами, но бесконечно далеким от богемной тусовки Закари. Хотя алкоголь и сама атмосфера праздника волшебным образом сблизили такие непохожие компании. Только Крис, нервничавший едва ли не весь вечер, подмечал мелкие, но неизбежные на любой вечеринке неприятности. Стычка парней — болельщиков разных команд, ссора расставшейся парочки или, например, пролитый на платье Ирис пунш. Пайн тут же кинулся к ней, извиняясь за неловких гостей и пытаясь вытереть испорченный наряд салфетками. Но девушка лишь отмахнулась и посоветовала расслабиться. Друзья Закари удивительно напоминали его самого. Видимо поэтому Крису и было так комфортно рядом с ними. Большинство ребят он знал уже пару лет, еще с первого курса Куинто, и без особого труда поддерживал разговор, смеялся и даже шутил сам. Даже с красавицей Ирис. Раньше о таком ему и мечтать было страшно. Но сейчас, стоя на крыше их дома и смотря на последние затухающие искры салюта, Пайн понимал, что самым большим его достижением за этот год стало не поступление в университет и даже не переезд в Нью-Йорк, а то, что он наконец повзрослел и начал мыслить себя в отрыве от Куинто. Хотя учитывая то, чем закончилась вечеринка, звучало это утверждение абсурдно. Ближе к утру гости начали расходиться. Большинство либо поехали по домам, либо рассеялись по ближайшим барам и клубам. Но нашлись и те, кто был уже не в состоянии куда-то идти. Крису веселья хватило с лихвой, и все, чего теперь хотелось — остаться наедине с собой, запершись в комнате. Благо его спальня оставалась островком спокойствия в противовес хаосу, творившемуся вокруг. — На моей кровати отрубился твой приятель с какими-то девицами, — когда Крис начал уже засыпать, в его комнату проскользнул Закари. Не дожидаясь приглашения, он упал поверх одеяла, заставив Криса отодвинуться к стене. Пайн не помнил, как провалился в сон, но когда открыл глаза в следующий раз, за окном уже рассвело. Мало кому могло понравиться алкогольное дыхание в паре сантиметров от лица и придавившее во сне тяжелое тело. Но вместо того, чтобы тут же попытаться выбраться из объятий Зака, Крис не пошевелился. Где-то в глубине души он понимал, что это странно — лежать тут и наслаждаться ощущение близости, ощущением чужого тела рядом. Но ему было слишком хорошо находиться в уютном тепле, тесно прижавшись к Закари... Крис опомнился, только когда почувствовал жар, зарождающийся где-то внизу живота. Вполне предсказуемая реакция напугала. Первым поровом было подскочить и пулей убраться из спальни. Но в этом случае Зак мог проснуться и заметить не такую уж и маленькую проблему. Кое-как, стараясь не разбудить друга, Крис попытался отодвинуться от него. Что было не так просто, учитывая немалый вес того и позу, в которой они проснулись. Только после нескольких минут «борьбы» Пайн с бешено колотящимся сердцем наконец смог позорно ретироваться в душ, оставив ничего не прозревающего Закари досматривать свой сон. Правда, ни холодные струи, ни минуты самоуничижения не помогли Пайну выбросить из головы случившееся. Видимо, требовалось время, чтобы рутина и более важные дела вытеснили всплывшие из подсознания желания. Но все осложнялось, тем что Закари не знал о проблеме и... продолжал быть собой. В их повседневной жизни ничего не изменилось. Они также ходили на учебу, сидели вечерами на кухне, рубились в приставку и выбирались в город, вот только Криса стало клинить на вещах, всю сознательную жизни казавшихся чем-то само собой разумеющимся. Закари дружески толкал его, ерошил волосы, обнимал, закидывал руку на плечо и притягивал к себе. Без задней мысли он мог шутливо чмокнуть Криса в щеку или сжать в медвежьих объятьях. Для него эти жесты были привычными, а Пайну теперь хотелось вывернуться, уйти от прикосновения, пересесть на другой конец дивана... Стоило им сократить дистанцию, как в голове всплывало утро, когда они лежали в одной постели в обнимку, и то, как странно он чувствовал себя при этом. Почти так же странно, как и раздевая друга, пришедшего домой вусмерть пьяным. Такое уже случалось раньше, и не раз. Перебрав на праздновании очередной премьеры или сданной сессии, Закари заявлялся домой, едва держась на ногах. Вот только до недавнего времени Крис не видел, а точнее не чувствовал никакого подтекста, стягивая с Куинто одежду и даже сопровождая его в душ. Ничего такого. А сейчас... Он вел себя будто школьница: отводил глаза и старался не смотреть на лучшего друга, в одном белье растянувшегося на кровати. Хорошо еще тот был достаточно пьян, чтобы не заметить покрасневшие щеки и подрагивающие руки. Такое случалось все чаще, и Крис понимал, что глупо списывать все на банальный недотрах. При этом и Зак не упрощал ситуацию. Да, Пайн согласился наложить ему повязку. Да, для того, чтобы перебинтовать растянутое сухожилие, пришлось опуститься на колени, но... За это стоило поблагодарить, а не сыпать пошловатыми комментариями. — Никогда не думал, что увижу тебя с такого ракурса, — усмехнулся Куинто, когда Крис, наконец закончив перевязку, поднял взгляд вверх. — Хорошо смотришься, — Зак, видимо, хотел запустить руку в волосы друга, но вовремя сообразил, что шутка вышла неудачной. Покраснев до кончиков ушей, Пайн даже не смог съязвить в ответ. Он, черт возьми, стоял перед Куинто на коленях, практически упираясь ему лицом в пах, и чувствовал, как тесно стало в джинсах! Собственное тело объявило ему войну. Ну или наоборот, пыталось дать понять — накопившейся сексуальной энергии нужен выход! Самым простым решением казалось найти себе девушку. Но разве с ней могло быть так легко и комфортно как с Заком? Проблема ведь заключалась не только в физических проявлениях. Крис был эмоционально привязан к Куинто. Он с трудом представлял, что кто-то другой может так волноваться или заботиться о нем. Это всегда была обязанность или привилегия, смотря с какой стороны посмотреть, лучшего друга. Закари приносил лекарства и заваривал чай, когда Крис слег на несколько дней, часами просиживал у его кровати, пытаясь развлечь. Пайну хотелось выразить благодарность, обнять, прижать к себе, но... Если раньше в этих жестах не было ничего кроме дружеской нежности, то теперь Крис догадывался, что попал по всем фронтам. С этим нужно было что-то делать. Он не помнил, когда в последний раз чувствовал в себе такую уверенность. Если вообще чувствовал. Вместо того, чтобы мучать себя и шарахаться от каждого прикосновения лучшего друга, он попытался найти выход. А если точнее — найти себе девушку. Именно таким радикальным способом Крис решил покончить с проблемой. Он понимал, что, узнай Закари о его плане, их дружбе придет конец. Но в отличие от него Пайн не знал себя так хорошо, не знал, чего и, главное, кого хочет. Для него было мучительно сложно существовать в таких условиях. Он даже не задумывался о том, что до этого момента его мало занимал поиск подружки. Главное, что сейчас Крис ощущал в ней потребность. В каком возрасте и при каких обстоятельствах это случилось было, по сути, не так важно. Потребовалось время и стопка классических романов, чтобы убедить себя в том, что девушка нужна ему не просто для физической разрядки. Она должна была стать не противоядием от влечения к Закари, а настоящей подругой, потеснившей того. Оставалось лишь найти ту самую. Вокруг Пайна было много девушек, но ни с кем из них он не мог сойтись. И вовсе не потому, что у него были завышенные стандарты или требования. Он мог набраться храбрости и пригласить на свидания одну из одногруппниц и знал, что скорей всего ему не откажут. Но, просчитывая ситуацию наперед, Крис понимал, что от этих отношений будет больше проблем, чем пользы. Совсем другое дело — подружки Зака. Пайну нравилось их чувство юмора, мировоззрение, то, как поразительно они похожи на Куинто: те же мысли, те же интонации... К тому же далеко не все из них были лесбиянками или «богемными дивами». Закари удивился, когда в ближайший уикенд Крис напросился на актерскую вечеринку вместе с ним. Пайн и сам от себя такого рвения не ожидал. Ему было не просто подойти к какой-нибудь девушке, пусть даже знакомой, и завязать разговор. Но в тот вечер он был преисполнен решимостью. Вспоминая Бо и их недоотношения, Крис несколько часов потратил на нелепые комплементы и пантомиму, которую язык не поворачивался назвать ухаживаниями... Пока не увидел скучающую в одиночестве Ирис. Пусть они разговаривали от силы пару раз, но она всегда нравилась Крису. Не безумно, нет. Просто нравилась. Красивая, интересная девушка, начинающая не то актриса, не то модель, на курс младше Закари. В такую легко влюбиться. Хотя ни о какой любви речи и не шло. — Привет, — глубоко вдохнув, Крис наконец решился заговорить. — Не хочешь... пройтись? Здесь слишком душно и... — Пройтись? — Ирис удивленно уставилась на него, будто пытаясь вспомнить. — Сейчас? — Мне показалось, тебе не очень весело — Пайн, конечно, не думал, что она тут же согласится, но надеялся, что хотя бы вспомнит. — Я Крис. Помнишь новый год, пунш, пролитый на платье? — Крис, сосед Зака? А, помню, — Ирис натянуто улыбнулась, и ситуация стала еще более неловкой. — Еще ведь рано. Хочешь уйти? — Меня Закари сюда притащил, — соврал Крис, кивнув на танцующего в центре зала друга. — Ну так что, пройдемся? Видимо, такие парни всем и нравились — решительные, инициативные, способные сделать первый шаг. Он был не из их числа, но, судя потому, что Ирис согласно кивнула, неплохо отыгрывал роль. Выйдя из бара, они отправились вниз по авеню. Пайн почти так это и представлял: ночная прогулка, уличная музыка, мягкий свет фонарей... Вот только в его мыслях они беззаботно болтали обо всем на свете, а на деле... Крис был слишком смущен, чтобы заговорить с Ирис наедине и даже не заметил, как та остановилась у какой-то китайской забегаловки. — Может там будет веселее? — она дернула его за рукав. — Я бы не отказалась от порции лапши. — Я тоже! — Пайн и сам планировал чуть позже пригласить девушку поужинать. Это больше походило на свидание. Вот только молча идти по улице, любуясь ночным городом, все-таки было куда проще, чем пытаться заполнить неловкую тишину, сидя напротив друг друга за столиком. Хотя, нужно отдать Ирис должное, она прекрасно справлялась с этой задачей. То ли девушка раскусила своего горе-кавалера, то ли просто радовалась свободным ушам. Учеба, Закари, скучная вечеринка, с которой они сбежали — Крис старательно поддерживал любую тему, отвечал на вопросы и пытался задавать собственные, чтобы создать видимость диалога. Может, в разговоре Ирис брала на себя чуть больше, но не потому, что хотела доминировать. Наоборот, всем своим поведением она давала Пайну понять, что ждет от него инициативы, хочет узнать, что же скрывалось за этим приглашением. — Сходим еще куда-нибудь? Не сейчас конечно... Но может на следующих выходных? — Только не вздумай приглашать меня в театр. Я им на учебе уже по горло сыта, окей? — Э-э-э... хорошо? — Пайн на секунду растерялся. — Тогда звони. Вот, — отыскав в сумочке ручку, она быстро написала на салфетке свой номер. Пока что это было самым большим достижением Криса. Но только пока. Они снова встретились на следующей неделе. Пайн, конечно, долго не мог решиться на звонок, ему казалось, что Ирис уже успела забыть о приглашении. Он злился на себя за то, что вовремя не сообразил завязать ни к чему не обязывающую смс-переписку. Все же это было бы вариантом лучше, чем абсолютное молчание. На их второе свидание Крис пригласил девушку в кино. Классический, но не самый умный ход. Им следовало узнавать друг друга, искать точки соприкосновения, а не пялиться больше двух часов в экран, чтобы потом обменяться парой скупых фраз. В конце концов, не каждый мог как Куинто изображать из себя критика и... Пайн старательно гнал мысли о Заке, пытаясь сосредоточить все внимание на своих зарождающихся отношениях. Крис прекрасно понимал, что не стоит питать ложные надежды и мечтать о том, чтобы Ирис стала для него эмоциональной отдушиной. Как бы мерзко это не звучало, он начал отношения, лишь надеясь на физическую разгрузку. Ему было стыдно перед девушкой за то, что он использовал ее как противоядие от «неправильных» чувств к лучшему другу. Появление которых чертовки напугало. Но теперь Крис думал, что взял ситуацию под контроль. Их отношения с Ирис развивались по стандартной схеме. Уже очень скоро одних только встреч на выходных стало недостаточно. Поборов свою неуверенность, он стал приглашать девушку на прогулки, под смешки соседок по квартире забирал ее и вел в парк или кафе. Но дальше первой базы они не заходили. Пока не заходили. Ведь не просто так Ирис тратила не только субботы, но и почти все свое свободное время на него? Однажды она сама пригласила Криса на вечеринку, тем самым подтвердив, что видит их парой и не стесняется его. Нужно сказать, это воодушевило Пайна. Он был так рад, что даже не сразу сообразил, что на этой же вечеринке обязательно будет Куинто. Тот таких мероприятий не пропускал. Крису не хотелось афишировать свои недоотношения перед другом. Он чувствовал, что поступает неправильно, что совсем недавно упрекал Зака в подобном, но пока что был не готов рассказать ему об Ирис. Хотя Куинто в последнее время что-то подозревал. Поэтому, вместо того чтобы веселиться со своей подружкой весь вечер, Пайн скользил по залу, стараясь не приближаться к барной стойке или танцполу, и все время высматривал проклятого Зака. Но девушка, кажется, не замечала странного поведения своего бойфренда. Заказав по пиву, она увлекла его за дальний столик. Какое-то время они просто болтали и смеялись, но стоило Крису едва захмелеть, как он потянулся к Ирис, устроив руку на ее коленях, а та, в свою очередь, подалась вперед и поцеловала. Впервые. Пайн растворился в ощущениях, ему хотелось, чтобы это мгновение длилось бесконечно долго. Только, увы, возвращение оказалось не из приятных. Услышав удивленный смешок, он открыл глаза и увидел за пару столиков от себя Зака. Тот вероломно влез в один из самых интимных моментов. Несколько долгих секунд они смотрели друг на друга. Но, к счастью, Закари хватило такта не лезть с расспросами или идиотскими комментариями прямо сейчас. Ирис ничего не заметила и продолжала наслаждаться вечеринкой, а вот Крис никак не мог выбросить друга из головы. Даже провожая девушку домой и целуя ее на прощание, он думал не о ней, а о Закари. Тот дожидался дома с допросом. Стоило Пайну переступить порог, как на него посыпались вопросы, главным из которых был: — Вы встречаетесь?! — Не знаю, — раздраженно бросил Крис. Ему не хотелось делиться переживаниями. Не сейчас. — В смысле не знаешь? С каких пор ты вообще сосешься с какими-то девицами в клубе? Ну-ка выкладывай! — Зак и не думал униматься. — С какими-то девицами? Я думал, вы с Ирис дружите, — Пайн знал, что позже будет жалеть, что отталкивает Куинто, но эмоциональная усталость брала свое. — И вообще, почему тебя это так удивляет? Будто это что-то ненормальное. — Я дружу с тобой, — буквально выплюнул Куинто. — Поэтому меня это и волнует. После Бо ты... Я думал... — Что я в монахи подался? Что не могу с кем-то встречаться? Что никто не захочет со мной... — Блять, я не это имел в виду, успокойся! — тот встряхнул друга за плечи. — Просто хочу, чтобы ты доверял мне. Как раньше. — Я не знаю. Я не... Давай не сейчас, — Крис не хотел усугублять ситуацию. Он и так вынес из этой короткой и эмоциональной перепалки больше, чем мог рассчитывать. Ведь теперь был уверен — Зак тоже ревнует. Может, даже еще сильнее, еще больнее, чем он сам. Как ни странно, именно это осознание охладило Криса. Они с Куинто будто поменялись местами. Теперь Пайн приходил за полночь или прогуливал пары, чтобы увидеться, в его случае, с девушкой. Ухаживания и поцелуи здорово помогали забыть о снедающем влечении к лучшему другу. Крис гордился, что наконец смог верно расставить приоритеты. В конце концов, Ирис могла дать ему куда больше, чем зацикленный на себе Закари. Общение с ним вне квартиры практически сошло на нет. Пусть друг и говорил, что все понимает и что не имеет ничего против Ирис, Крис чувствовал, что тот испытывает то же самое, что и он сам каких-то полгода назад. Дружеская или нет, ревность все равно опасна. Именно поэтому приводить Ирис домой было плохой идеей, а оставаться ночевать у нее... После того как они сблизились и начали доверять друг другу, Крису было не так просто перейти от эмоциональной близости к физической. Из-за отсутствия опыта он никак не мог унять волнение, накатывающее каждый раз, когда они оставались наедине. Но в то же время до этого Пайн никогда не задумывался, как важно молодому парню время от времени касаться кого-то, целовать... Когда возбуждение наконец пересилило страх, Крис пусть и не знал, куда девать руки, боялся сделать лишнее движение, но наконец чувствовал себя цельным. Ирис сделала для этого все. Лучшего партнера для первого раза он и пожелать не мог. Хотя после наступило вполне ожидаемое опустошение. Крис добился свой цели и теперь не знал, что делать дальше. Надеяться, что единичный секс поможет очистить голову и поставит мозги на место, казалось глупым. Но начало положено — это главное. Теперь можно было рискнуть и повысить ставки, отдав предпочтение именно отношениям. Не то чтобы раньше Крис собирался бросить Ирис, едва получив разрядку. Нет, на такое он был не способен. Как и на то, чтобы открыто предложить девушке встречаться. Они так и зависли где-то посередине. Встречаться несколько раз в неделю, гулять, ходить в кино, заниматься сексом... Все это оказалось очень легко. Не ссорясь из-за бытовых проблем, не обременяя друг друга какими-либо обязанностями, они казались для окружающих идеальной парой. Крису нравилось соответствовать этому мнению. Наверное, именно поэтому он и не смог отказаться от достаточно провокационного предложения Куинто. Двойное свидание. Настоящее испытание, не вызывающее ничего кроме волнения и нервного напряжения. Пайн не был уверен, выдержит ли целый вечер, сможет ли отыграть партию верного лучшего друга для Зака и бойфренда для Ирис. Разум до сих пор проигрывал позиции сердцу, когда дело касалось Куинто. К тому же все усложняло присутствие его бойфренда. До этого вечера Крис не был лично знаком с Мэттом и думал, что Зак преувеличивает, считая того едва ли не идеальным. Он не боялся конкуренции, но надеялся, что, оказавшись в незнакомой компании, парень стушуется и не станет отсвечивать. Но в итоге это сам Пайн весь ужин с преувеличенным интересом то пялился в меню, то рассматривал интерьер зала, пока остальные весело болтали. Мэтт умудрялся, беззаботно улыбаясь, поддерживать беседу, при том не забывая проявлять знаки внимания к Заку. На их заигрывания, прикосновения было тошно смотреть. В какой-то момент Крис едва ли не сбежал в уборную, чтобы перевести дух, но вопрос Мэтта заставил его остаться. — Ребят ну что вы как чужие! Откуда такое напряжение? Вы правда вместе или обманываете нас? — Они, — Закари смерил друга долгим взглядом, — не так долго встречаются. — Мы тоже и что? — парень обнял его и притянул к себе. — Как вы, кстати, познакомились? — На вечеринке, — даже такой банальный вопрос заставил Криса заволноваться. Ему совсем не хотелось откровенничать перед Куинто и его бойфрендом — И? — Мэтт и не думал униматься, будто не замечая кислой мины. — Как это началось? Как ты почувствовал, что это «оно»? — Да, Крис, — подхватил Закари, — как? Раз — и у тебя появилась девушка! Ирис же буквально возникла из неоткуда, — он мило улыбнулся ей. — Без обид, дорогая, но это и правда какая-то магия, — Пайн прекрасно понимал, на что намекает Закари, но никак не мог взять в толк, зачем тот идет на эти провокации. — Ну, мы виделись несколько раз, а потом... — Давай лучше я, — Ирис активно замахала руками, перебивая бойфренда, но Крис бы только рад передать ей инициативу и заткнуться. — Зак, ты ведь сам нас познакомил, давно... Кажется, на чьем-то дне рождении? Помнишь? Далее последовал чуть приукрашенный рассказ об их едва ли не судьбоносной встрече. Мэтт историей впечатлился, а вот Зак... Он понимал куда больше, и Крису оставалось только надеяться, что друг не раскрыл его истинных мотивов. Ведь не даром же он задавал все эти вопросы, вставлял двусмысленные комментарии... Куинто чуял неладное. Пайн боялся, что за вполне невинными вопросами последует неприкрытая провокация, но когда принесли блюда, все переключились на еду, а потом разговор перешел на новую тему. Три студента-актера болтали о чем-то близком и знакомом, а Крис... В последнее время он не особо внимательно следил за тем, что происходило в тусовке, да и знаток актерского ремесла из него был так себе. Все, что ему оставалось — это помалкивать, доедая остывшую пасту, и искоса наблюдать за Ирис, которая, кажется, напрочь забыла о бойфренде, и сладкой парочкой, неприлично счастливой для недели отношений. Пайн еще никогда не видел, чтобы Зак так открыто вел себя с парнями на публике и, кажется, догадывался о смысле этого манифеста. Догадки подтверждало и то, что стоило им двоим забраться в такси, как маска беззаботной радости слетела с Куинто, а под ней оказалось плохо скрываемое раздражение. За их столом, видимо, находился не один притворщик. Вот только чем именно был недоволен друг, Крис не знал. То ли двойное свидание не оправдало надежд Закари, то ли разочаровал его исход, когда еще до полуночи все выразили желание разъехаться по домам. — Почему ты не поехал с Ирис? — спросил Куинто, когда они уже поднялись в квартиру. — Мог бы проводить даму. Напроситься на продолжение вечера. — Если нужна была свободная квартира, мог и сказать, — буркнул Крис, стягивая туфли и проходя на кухню. — Я вообще-то о тебе беспокоюсь, — друг усмехнулся. — Она же все-таки твоя девушка и... — Ой, сам не лучше. Не надо меня учить. — Не сравнивай. Я ведь не говорил, что у нас с Мэттом все серьезно, — ловко парировал Зак. — У меня перед ним обязательств нет. — Как и у меня, — Крис чувствовал, что разговор заходит на опасную территорию. — Что и требовалось доказать. Ты только подтвердил то, что я видел в ресторане, — Закари налил себе колы и победно отсалютовал. — В смысле? — В смысле, чутье меня не подвело. У вас с Ирис все выглядело слишком идеально даже для гетеросексуальной пары... — Ну и? — Пайн сразу принял оборонительную позицию, понимая, что сейчас придется отражать сомнительные предположения Куинто. — Что бы ты не выдумывал, у нас все хорошо. — Мне-то не рассказывай, — тот закатил глаза. — Может в чьих-то глазах вы и выглядите счастливой, милой парой, такой, которой и хотите казаться, но... Я наблюдал весь вечер, и на вас, ребята, смотреть жалко. Ты ее даже не коснулся ни разу, не посмотрел... Если все это задумывалось лишь ради секса, то почему прямо не сказать? — Зак шагнул к Пайну. — Зачем выдавать обычный трах за что-то серьезное? — Какого хрена?! — Крис опешил от такого заявления. Куинто всегда воображал, что разбирается во всем, куда лучше его самого, но это уже переходило все допустимые границы. — Ты ведь ничего, блять, не знаешь! Той ночью он не мог заснуть. Сначала ворочался, вертелся в кровати, но к половине третьего бросил попытки. Задергивать шторы, запирать окно, пить теплое молоко было бесполезно. Не духота, не уличный шум, а роящиеся в голове мысли были виноваты в бессоннице. Крис был почти рад тому, что вместо непонятных чувств, по-прежнему сидящих глубоко внутри, его разрывали злость и обида. Какого черта Закари нужно было высказать все это ему в лицо? Кто вообще спрашивал его мнение? Мнение, которое с легкостью пошатнуло так тщательно выстроенную Пайном реальность. Как бы мерзко от этого не становилось на душе, но стоило признать, говоря об их отношениях с Ирис — отчасти Куинто прав. То, что это не любовь, о которой пишут в книгах, было понятно и раньше, но Крис рассчитывал пусть не на влюбленность, но на то, что искра превратится в огонь, и он начнет чувствовать сильнее, ярче, но... Отношения, начавшиеся с эгоистичного расчета, держались лишь страхе Пайна встретиться с настоящими чувствами. Секс не стал панацеей, наличие рядом прекрасной девушки не избавило от мыслей о лучшем друге. По большому счету, отношения с Ирис не дали Крису ничего из того, что ему и правда требовалось. Девушка не заслуживала всей этой фальши, игры в счастливую пару. Хотя она была далеко не дурой и наверняка понимала, что ничего серьезного не выйдет. Расставание спустя неделю не стало трагедией, а выглядело как вполне взрослое, разумное решение. Крис мог собой гордиться. Он честно сказал Ирис, что не видит будущего для их отношений. Девушка приняла это на удивление спокойно, будто все сама давно понимала. Никаких слез или оскорблений. Улыбнувшись, она лишь посетовала, что больше не найдет такого «хорошего мальчика», и предложила остаться друзьями. Соглашаясь, Пайн сомневался, что из этой идеи что-то выйдет. Годы опыта говорили о том, что другом он может быть лишь для Закари. Хотя в последнее время Крис не мог справиться даже с этой ролью. — Почему ты мне ничего не рассказал?! — шокированный Куинто влетел в кухню. — Когда это случилось? — Господи, что случилось? — Пайн уставился на взволнованного друга. Было трудно догадаться, что взбрело в голову Зака, особенно сейчас, когда они почти не делились друг с другом мыслями и переживаниями. — Про Ирис, конечно. Про то, что вы, блять, расстались! — А, — на нечто более внятное Криса не хватило. Если у него и были какие-то остаточные переживания по поводу расставания, то за полторы недели развеялись и они. А вот Зака этот факт, кажется, не на шутку взволновал. И откуда он только обо всем узнал? От самой Ирис или, может, от одной из ее подруг? Все-таки в тусовке слухи расползались быстро. — Мы расстались. — Это я уже понял. Почему ты мне об этом ничего не сказал? — пуще прежнего взвился Куинто. — Мне казалось, ты не был в восторге от наших отношений, так что... — Только не говори, что это из-за меня, — Зак округлил глаза. — Нет, вы, конечно, были странной парой, даже нелепой, но я и в мыслях... — Эй, не все в мире крутится вокруг тебя! — Пайн пихнул друга в бок. — Мы... просто не были готовы к серьезным отношениям... — Понимаю, — Закари смягчился и опустился рядом. — Даже когда кажется, что на отношения уже плевать, что остыл к человеку, расставаться все равно... тяжело. Тебе нужно было сразу мне все рассказать, а не держать в себе. Мы же все-таки друзья, — ободряюще улыбнувшись, он приобнял Криса за плечи, и от этой близости стало неловко. — Да все в нормально, серьезно, — тот попытался отстраниться. — Честно. — Брось, — если Куинто вбил себе что-то в голову, переубедить его было уже невозможно. — Тебе нужно развеяться, отвлечься. Как насчет бутылки виски и моей компании? Посидим как раньше. — Окей, — Крису ничего не оставалось, как сдаться. В этот вечер Пайн чувствовал себя жутко неловко, чего никогда раньше не случалось наедине с Заком. Да, в последние месяцы он опасался близкого взаимодействия с другом, потому что боялся сболтнуть лишнего или иным образом выдать свои истинные чувства. Но никогда не думал, что все дойдет до того, что они и пропустить стаканчик-другой не смогут. Хорошо еще Заку не требовалось его активное участие. Тот и сам неплохо справлялся, сначала сокрушаясь над расставанием с Ирис, а потом, выпив пару порций, переключившись на собственную персону. Крис мог бы обидеться, ведь вечер затевался как поминки его отношений, но дружеская поддержка требовалась самому Закари. Как выяснилось, если убрать игру на публику и секс, в его отношениях не оставалось практически ничего. И Зак, кажется, всерьез пережил насчет этого. — Если никто не рассчитывает на что-то серьезное, зачем вообще такие отношения? — он печально взглянул сквозь стакан. — Только не говори, что это противоречит всему, о чем я заявлял раньше. Сам знаю, — Закари забавно икнул. — Мои самые длительные отношения не протянули и пары месяцев. Все, что я наплел тогда, после ресторана... это же я сам себе, считай, выговаривал. Потому что... потому что, — его язык заплетался, — хочу встретить... ну, знаешь, кого-то своего. Но ведь так, наверное, не бывает, да? Вся эта чушь про особенных, вторых половин и прочую херню... — Я не совсем понимаю, к чему ты... — открыл было рот Крис, но друг заставил его замолчать. — Я ведь знаю Мэтта с первого курса, знаю, что он за человек. Он уж точно ни к чему похожему на отношения не готов и вряд ли когда-нибудь будет. Но я-то идиот, думал, что что-то выгорит. Еще и на тебя наехал. А сам-то не лучше. Такое же жалкое зрелище. Успокаивать друга, убеждать его в том, что ждать «своего» человека, упуская все вокруг — глупо, у Криса не было сил. Да и Закари уже успел столько выпить, что на утро навряд вспомнил бы этот глупый разговор. Хотя такой ли уж глупый? Пайн прекрасно понимал чувства друга и даже надеялся, что завтра тот образумится. Ведь они с Мэттом выглядели идеально парой в тот вечер, в ресторане. Но куда уж! Вместо того, чтобы на следующий день скинуть Крису смску в духе «Не жди. Останусь у Мэтта», Куинто заявился домой глубоко за полночь, еле держась на ногах. — Все кончено, — нарушая их дурацкие правила и не снимая обувь, он прямиком направился в свою комнату. — Этот мудак бросил меня. Бросил. Меня. Понимаешь? — Серьезно? — Крис знал, что его возглас прозвучал нелепо, но то, что Закари именно бросили... Такое случилось впервые. Обычно со своими горе-бойфрендами тот расходился легко и без драмы. — Ты уверен, что...? — Блять, конечно! Он меня послал, без всех этих «дело не в тебе», просто взял и вышвырнул! — Но разве ты сам не хотел расстаться? — Крис присел рядом на кровать. — Помнишь, вчера ты говорил, что Мэтт к отношениям не готов и все такое? — Но я еще надеялся, что все можно исправить. Даже предложил ему поработать над отношениями. Сам предложил, представляешь? Но ему это оказалось неинтересно. Мэтт сказал, что я пытаюсь прыгнуть выше головы, и что из меня партнер хреновый. Что только этот мудак о себе возомнил! — Зак постепенно начинал распаляться, и Крис чувствовал, что должен что-то предпринять. Должен помочь другу. Он не помнил, когда еще ему было так больно за Закари. Через все испытания, провалы в театре, проблемы с матерью и расставания тот проходил достаточно легко. Возможно, причина срыва крылась именно в этом. Зак впервые попытался приложить усилия, разрешить проблему, пока это еще возможно, а ему не пошли навстречу. И теперь видеть, насколько другу плохо, насколько тот не в себе... Пайн не мог просто сидеть рядом, зная, что он единственный человек, который сейчас может помочь. Крис и сам не понял, как эта идея пришла в голову, но, подчинившись сиюминутному порыву, он наклонился вперед и поцеловал Закари. Пусть едва коснулся губами, очень быстро и осторожно, но все-таки поцеловал. Сейчас этот поступок казался не просто уместным — необходимым, и Крис не собирался признаваться себе, что уже давно мечтал об этом на подсознательном уровне. — Что это было? — отстранившись, Куинто удивленно глянул на друга. — Когда-то ты точно так же пытался меня успокоить, — Пайн пожал плечами, делая вид, что поцелуй был чем-то само собой разумеющимся. Хотя внутри у него все клокотало. — Ну что, работает? — Так себе, — Куинто притянул его. — Я же говорил, — Крис усмехнулся, позволяя себе уткнуться Закари в плечо. Он был благодарен другу за то, что тот, кажется, не придал поцелую значения. Достаточно было и того, что Пайн сам не понимал, как относиться к произошедшему. Вопреки ожиданиям у него не появилось ощущения неправильности или стыда. Пришло время признать — Закари перестал быть для него только лучшим другом и стал кем-то большим, кем-то, для кого у Пайна не находилось определения. Открывшись самому себе, он наконец почувствовал облегчение и даже какую-то эйфорию. Но долго это не продлилось. Ведь Закари, всегда быстро отходивший после расставаний, в этот раз все никак не мог найти себе место или какого-нибудь парня ради утешения. Все лучше, чем каждый день надираться. Пара бокалов вина на выходных и виски среди недели не одно и то же. Сначала Крис не придавал этому особого значения, думая, что Заку нужно немного времени. Но уже очень скоро легкое беспокойство сменилась паникой. Он понимал, что должен что-то сделать и образумить друга. Вот только что? Каждую ночь Крис лежал в кровати, дожидаясь, когда же щелкнет дверной замок, и послышатся нетвердые шаги. Сколько бы не выпил, Куинто всегда возвращался домой и даже самостоятельно добирался до кровати, но Пайн все равно не мог заснуть, не убедившись, что все порядке. Он с легкостью предсказывал все действия Закари. Вот тот пытается стянуть пальто, сносит торшер, тихо матерится, стараясь не шуметь, крадется в ванную, проводит там пару минут и наконец, судя по скрипу, падает на кровать. Изо дня в день схема не менялась. Закари никогда не будил Криса, и поэтому, когда среди ночи рядом рухнуло тело, стало ясно — что-то не так. Может Куинто стало плохо? Или он просто перепутал спальни? Несмотря на то, что от друга несло алкоголем и потом, первой, стыдной мыслью Криса было не подавать виду, что проснулся, и провести ночь рядом с Закари. Это было низко и неуважительно по отношению к самому себе, но Пайн льнул к телу, пользуясь тем, что от выпитого друг ничего не соображал. Или только делал вид? — Я устал, сколько можно... — вместо того, чтобы тут же заснуть, Куинто, видимо, захотел поговорить. — Эй, Крис! — он больно тыкнул его в бок. — Ты же не спишь? — Уже нет, — пришлось все-таки подать признаки жизни и перевернуться на спину. — Помочь перебраться к тебе? — Мне это все уже надоело. Нет, серьезно! Мэтт или кто-то другой — разницы-то нет. Сначала все будет круто, мы будем трахаться и... — Так-так, достаточно — у Пайна не было никакого желания выслушивать все в сотый раз, подыгрывать этой ничего не стоящей драме. — Ты снова перебрал, и несёшь какой-то бред. — Мне легче, если выпью. Или поговорю с тобой, — Зак пьяно усмехнулся. — Только первое легче осуществить. — Легче? Не придумывай, я каждый день дома и всегда готов... — Крис попытался подобрать слово, — ну, сам понимаешь. — Всегда. Ты ведь один такой, знаешь? Это не... не пьяный бред. Я ведь искал, пробовал, но... все они не такие. Не могут со мной долго. Не выдерживают. Понятия не имею, — рука Куинто легла на пояс Крису, — как ты столько лет держишься рядом? — Сам не знаю, — едва ли смог выдохнуть Пайн. Вся эта ситуация, близость Закари... Для него этого было много, эмоции зашкаливали, а тут еще и прохладная ладонь друга скользнула по животу ниже, к резинке боксеров. — Зак, эй? — Лучше ничего не говори, — выдохнул Куинто, а уже в следующий момент его пальцы обвили член Криса. — Это плохая идея, оч... — Заткнись, — он уткнулся Пайну в шею и принялся медленно водить ладонью по стволу. Крис прекрасно понимал, что нужно оттолкнуть Закари, послать куда подальше, но... как же сложно было отказаться от этих прикосновений. Он даже толком не понимал, что испытывает. Накатившее возбуждение мешалось со стыдом. Это следовало прекратить пока не поздно, пока они окончательно не перешли черту, но прикосновения были такими правильными, такими необходимыми, что Крис не мог себя сдерживать, не мог не стонать в плечо Зака, зажмуривая глаза и проклиная себя. — Прости, — рука Куинто двигалась все быстрее и быстрее. Пайн еле сдерживался, чтобы не кончить, но... все закончилось так же неожиданно, как и началось. Он долго не мог отдышаться после оргазма и думать тоже, к счастью, не мог. Иначе бы понял, как глупо и жалко прозвучало извинение Зака, который больше не проронил ни слова, встал с кровати и вышел из спальни. Заснуть после произошедшего Крис, конечно, не смог. Несколько бессонных часов перед рассветом не помогли ему решить, как относиться к этому безумию. Радоваться толике близости, закрыв глаза на обстоятельства, или списать все на опьянение Зака? Ни один из вариантов не был идеальным. Перед тем как делать какие-то выводы сначала стоило поговорить с Куинто, как бы стыдно и неловко это ни было. Пайну надоело дрейфовать в неопределенности, и он ощущал в себе смелость напомнить другу обо всех обстоятельствах прошедшей ночи, если тот с похмелья вдруг запамятовал о случившемся. С утра он до последнего сидел на кухне, сжимая чашку с остывшим кофе, и все ждал, пока Закари выйдет из комнаты. Время шло, совсем скоро начиналась первая пара, а Куинто и не думал просыпаться. Меньше всего Крису хотелось оттягивать разговор до вечера. Он не представлял, как вынесет еще несколько часов в таком напряжении. Но выбора не оставалось. Вернувшись из университета, Пайн обнаружил пустую квартиру. В последнее время Зак редко появлялся дома раньше полуночи, так что в этом не было ничего удивительного, но он все равно решил, что друг намеренно его избегает. Когда глубокой ночью дверь в комнату скрипнула, и Куинто скользнул под одеяло, обнимая и обдавая алкогольным дыханием, стало понятно — выяснять отношения тот не намерен. Когда ладонь скользнула ниже, ныряя под резинку боксеров, Крису тоже стало не до разговоров. — Не нужно, — голос звучал слишком неуверенно, чтобы это походило на отказ. — Нам нужно поговорить. Обо всем этом. — Потом, — коротко бросил Закари, даже не думая останавливаться. Стоит ли говорить, что обещанное «потом» так и не наступило. Раз за разом Куинто заявлялся в чужую спальню среди ночи, и все повторялось по одному сценарию. Крис, так решительно настроенный днем, с тихими стонами сдавался. Прекратить это они оба были не в силах. Пайн ненавидел себя за малодушие. Из них двоих происходящее прекратить должен был именно он, ведь от Зака пользы ждать не приходилось. Потерявшись в бесконечном калейдоскопе баров, тот забросил учебу, подработку официанта, прослушивания. Конечно, Закари не надирался до беспамятства, но от него почти всегда пахло алкоголем, и Криса это пугало даже больше того, что происходило между ними по ночам. Ведь на самом деле, лежа в кровати, он ждал Зака, ждал, когда можно будет почувствовать его руки на себе и раствориться в ощущениях. Он уже потерял счет, сколько раз это повторялось, перестал продумывать различные варианты развития отношений и, главное, перестал ждать откровенного разговора. В нынешнем состоянии Зак все равно был на него не способен. У Криса сжималось сердце, когда он снова видел пьяно улыбающегося друга, едва переставляющего ноги. Но, к счастью, в окружении Закари нашлись люди беспокоящиеся о нем не меньше. Пайн всерьез считал, что все нью-йоркские «друзья» исчезнут при первых трудностях, и лишь он останется рядом, но... ошибся. Снедаемый возбуждением, Крис уже лежал в кровати в ожидании Куинто, когда после хлопка двери в коридоре вместо нетвердых шагов, послышалась ругань. — Только посмотри, до чего ты докатился! Пиздец просто! — Сару нельзя было спутать ни с кем. — Почему я тебя в ближайшую канаву не бросила? — Ты меня любишь, — усмехнулся Зак. — Отвали, от тебя несет! — судя по звукам, он попытался поцеловать девушку. — Так, давай раздевайся, и марш в душ. — Развевайся? В смысле? Ты больше не лесбиянка? Вслушиваясь в их перебранку, Крис пытался сообразить, как лучше поступить. Остаться в кровати и подождать, пока придет Куинто? Или выйти, чтобы помочь Саре? Впервые за последнее время он решил поступить разумно. — Вы чего расшумелись? — нагнав на себя сонный вид, Пайн выглянул в коридор и удивленно уставился на Зака, сидящего в одном ботинке, и нависающую над ним Сару, даже не снявшую куртку. — Ах вот ты где? Спокойно спишь, пока твой друг превращается в вот это? — Хватит, — подал голос Куинто, но не тут-то было... — Я тебе что сказала? Живо пошли в душ! А с тобой, — она ткнула пальцем в Криса, — мы еще поговорим. Перспектива получить нагоняй от Сары совсем не радовала. Он и без нее знал, что проиграл борьбу с депрессией друга, даже не попытавшись дать отпор. — Тебе на него вообще наплевать? — что и требовалось доказать. Отношения Пайна с подругой Куинто всегда были натянутыми, а этот разговор и вовсе грозил обернуться катастрофой. — Ты видел в кого он превратился? — Зак взрослый человек и... — Взрослый? Да вы оба застряли на уровне развития прыщавых старшеклассников! — И он в состоянии... — Он штаны с себя снять не в состоянии! — Сара всплеснула руками. — Твой лучший друг, с которым вы живете под одной крышей, гробил себя на протяжении месяца, а ты ничего так и не понял? Привычка формируется за 21 день. Зака нужно спасать. — Серьезно? У тебя степень по психологии, что ты в этом так уверена? Может его нужно просто оставить в покое? — конечно же, Крис имел ввиду «тебе нужно оставить его в покое. Уйди. Оставь нас наедине». — Зак сам из этого не выкарабкается, как ты не понимаешь!? — Сара ткнула Пайна в грудь. — Его все устраивает. Он думает, что выглядит круто, торча часами напролет в баре и клея мальчиков, но на самом деле это жалкое зрелище. Я пыталась его образумить, но, — на памяти Криса Сара впервые признавала свое поражение, — меня он не слушает. Ему должен помочь ты. — Каким образом? С чего ты взяла, что мои слова для него что-то значат? — Закари... Он, знаешь... многое мне рассказывал, — это могло означать что угодно, но Пайн догадывался, что именно хотела сказать девушка. — Зак скоро придет в норму, но... Один раз ты его уже чуть не проебал, так что... не допусти, чтобы это повторилось. Вы же, блять, друг для друга самые близкие люди! Крис не знал то же самое ли Сара сказала Заку, повторила ли пламенную речь, но факт оставался фактом — девушке удалось вправить тому мозги. По крайней мере, уже следующий вечер Куинто провел наедине со сценарием новой постановки, а не бутылкой вермута. Спустя пару дней Пайн мог уже уверенно сказать, что все наконец вернулось на круги своя. Закари не только не возвращался за полночь, еле держась на ногах, но и больше не ложился рядом, молчаливо обвивая руками. Крис и подумать не мог, что ему так отчаянно будет не хватать этих прикосновений. Он одергивал себя каждый раз, когда при взгляде на Куинто в голове всплывали постыдные мысли, повторяя, что дружба куда важнее обыкновенной похоти. Пайн готов был отказаться от прикосновений в обмен на простой разговор. Дежурные «доброе утро» или «пока» — вот и все, чем Куинто награждал друга. Тот никогда бы не подумал, что будет радоваться даже простому «как дела?», хоть как-то разбавляющему тишину. Зак ничего не пытался объяснить. Оно и понятно. Гордость, разбавленная с чувством стыда — адская смесь. А Крис... Сидя в комнате, он прокручивал в голове десятки вариантов развития их взаимоотношений: вернут ли они дружбу, останутся просто соседями или... Даже в самых смелых мечтах он не решался представить, что однажды Зак молча придет ночью. Но это случилось. Куинто едва ли хватило на две недели. — Нет, — Крис резко отпрянул, стоило тому только лечь рядом. — Не нужно. — Разве? — Закари придвинулся практически вплотную. — Мне казалось, у нас с этим все в порядке. — В порядке? — Пайн удивленно уставился на друга. — Ты в курсе, что это самая длинная фраза, которую я услышал от тебя за эти дни? — он хотел высказать все, благо Куинто наконец был трезв, но... Они лежали так близко, что все слова невольно преобразовывались в рваные вздохи, наполняющие комнату. — Хочешь поговорить об этом сейчас? — рука Зака накрыла его пах. — Я... — Пайн вздрогнул от прикосновения. — Хочу просто поговорить. — Я тоже, — Куинто заглянул ему в глаза. — Но не сейчас, — он навис сверху, придавив бедра Криса. — Сейчас все будет не так... как до этого. Оставалось только догадываться, что творилось у Закари в голове. Он казался одновременно сдержанным и нетерпеливым и уж точно отдавал отчет своим действиям. Это был уже не тот пьяный, разбитый парень, приходивший по ночам в поисках разрядки и, может, утешения. Он больше не утыкался Крису в шею, сдерживая стоны... Наоборот, смотрел прямо в глаза, ласкал шею и грудь. Крис не мог и представить, что может быть лучше, чем раньше, но сейчас между ними, пусть это звучало банально, действительно чувствовалась связь. Как бы не боялся этого Крис, но в этот раз Закари даже не ушел сразу после оргазма, а приведя их обоих в порядок, лег рядом. Без объятий, поцелуев или чего-то более пугающего. Просто остался. Хотя утром, открыв глаза, Пайн чуть не подумал, что все было сном, и Зак к нему не приходил, не ласкал его, не смотрел в глаза, не остался рядом... И только подушка, до сих пор хранившая тепло, доказывала, что все произошедшее оказалось реальностью. Реальностью, в которой Крису теперь нужно было как-то существовать. Он понимал, что не стоит себя обнадеживать и думать, что с этого момента их отношения изменят вектор. В голове Закари могло твориться что угодно. Выйдя на кухню, Крис с большой долей вероятности мог наткнуться на такую же стену молчания как и раньше. Можно было, конечно, остаться в уютной кровати, лелея воспоминания о прошлой ночи, и дождаться пока Куинто уйдет на учебу, но... ведь тот сам хотел поговорить? — Доброе утро, — Зак широко улыбнулся. Выглядел он, конечно, помято, но куда лучше, чем во все предыдущие дни. — Хочешь кофе? — Нет... — при виде беззаботного друга у Криса скрутило желудок. — Ты все еще хочешь... выяснять отношения? — Закари не составило труда считать его мысли. — Да, — от осознания, что все наконец решится, коленки подкашивались. — Пора. — Тогда я начну? — Крис кивнул. — Во-первых, мне нужно извиниться. — Зак, ты... — Не перебивай. Я знаю, что натворил много херни, и не только со своей жизнью. С твоей тоже. Я хотел видеть вокруг себя тот мир, который придумал, о котором мечтал. Переехал в Нью-Йорк, открылся, перестал чувствовать себя неудачником, но... Ты помнишь, во что превратилась моя жизнь на первом курсе? Что происходило, пока ты снова не оказался рядом? После расставания с Мэттом мне было так паршиво, а ты... Блять, серьезно, от того поцелуя у меня мозги закоротило, — Кинто усмехнулся. — Ты был рядом. Как всегда. Я знал, что могу рассчитывать на поддержку, что бы ни случилось и... Наверное, звучит по-идиотски, но в этот раз мне нужна была именно такая помощь. Пока в крови бурлил алкоголь, я даже толком не понимал, как это унизительно приходить по ночам и... делать то, что делал. Но... ты ведь и тут меня не оттолкнул. Почему? Потому что такой хороший друг или потому что...тебе это тоже было необходимо? Прошлой ночью все было взаправду, все было само собой разумеющимся. Я первый раз захотел прижаться к тебе не для того, чтобы стало легче, а потому что хотел... быть с тобой, — от этого признания сердце Криса едва не проломило грудную клетку. — Я знаю, что большинство таких историй заканчивается плохо, что не нужно портить дружбу трахом, но... Почему мы должны отказываться от того, что кажется таким правильным, таким нужным просто «потому что»? Мне хорошо с тобой, как никогда ни с кем другим. Любовь это или такая форма дружбы... по большому счету, плевать. Не всему нужно придумывать название, ведь так? Мозг Пайна с трудом обрабатывал поступающую информацию. Монолог Закари давал столько же ответов, сколько создавал и новых вопросов. Но главный из них был решен. На самом деле, они оба знали это уже давно. Что бы сейчас не предлагал Закари, какой бы смысл не крылся за его словами, Крис был согласен. *** — Нет конечно! — Крис давится дымом. — Мы дружили и... ничего больше, — он явно смущен, но не из-за бестактности и наглости, а скорее из-за собственной реакции. Мой неоднозначный вопрос застал его врасплох. — Но все эти слухи... - я чувствую, что стоит едва надавить, и вот оно — сенсационное заявление, но мистеру Пайну удается взять себя в руки. — Я понимаю, откуда они взялись. Камин-аут Закари наделал много шума. Быстро всплыло то, что мы близко общались и какое-то время вместе снимали квартиру. Но вы же понимаете, насколько низко спекулировать на теме ориентации и пытаться создать «сенсацию», копаясь в чужом белье? Никому не интересно, что два парня, один из которых гей, могли просто хорошо общаться без какого-либо подтекста. Все хотят горячих подробностей, а мы с Закари... Мы были лишь друзьями, как бы вам не хотелось иного.