Всего лишь писатель

В машину Антон так и не садится. Он извиняется перед водителем и смотрит на “Лууну”, ведь она - это то, что он искал уже дохуя лет. Блять, точно она должна стать его женой, а иначе никто. Сердце Шастуна бьётся то слишком медленно, то слишком быстро, потому что, если судить по внешнему виду и взгляду, девочка просто пиздец. Кровь бурлит, а писателю начинает казаться, что ГОР действует. Антону стыдно за свой взгляд, за свою улыбку, за всего себя. Он выглядит, словно маньяк, увидевший нужную жертву. Словно он её ждал долгие годы, но, если честно… блять, да, ждал, с детства он её ждал. Вот такую вот всю любовь, вот такую девушку. Хули, блять, здравствуй, с порога тебе на, романтику-на-хуе-по-бантику. А ещё Шасту стыдно за свой прикид. Он, дитя бетонной коробки, привык одеваться со вкусом, но вещи явно другого качества, а девчонка… Она явно не по лестничным площадкам бегает мусор выносить. Девчонка одета хорошо, дорого. И вся эта осанка, манеры, парфюмерия. Как богатая сучка. Однако, взгляд... У Даши печальный, грустный взгляд ярко-голубых глаз, она как-будто вот-вот заплачет, а бедному писателю хочется прижать её к себе и никогда-никогда не отдавать кому-либо. Старший тянет руку к волосам девчонки и заправляет ей прядь волос за уху. Они смотрят друг другу в глаза, и она хватается за его руку, в то время, как он понимает, что задержал ладонь в её волосах на слишком долгое время. Лууна, кажется, проиграла этому ебаному поэту. Что она говорила в понедельник? Что он никому не нужен? Ни-ху-я. Шашина, кажется, влюбилась. С первого взгляда, Даша, ну что за пиздец с тобой постоянно происходит? Ебанутая ты девочка-пиздец, Шашина, а не няша-милаша. - Вы чего? - пугается Чебанов, видя все эти до жути странные взгляды, что его охватывает пиздец какая паника. Лишь бы Даша не влюбилась в него, блять, нет, только не это! Дара, ты же сама в дерьме этого человека, Шастун чудом жив, куда ты лезешь? Не надо, Дар, отойди сейчас, иначе потом ему прилетит пуля в лоб, ты этого хочешь? А Даша не слышит. Лууна в каком-то своём, нет, их личном пространстве. Она улыбается в какой-то эйфории, что выглядит отвратительно для Вани, ведь он-то не чувствует того, что сейчас ощущают эти два идиота. Двухметровый тридцатилетний подросток (отъебитесь-от-меня-все-я-всего-лишь-писатель) и Девочка-Пиздец. Пиздец, который она принесёт всего лишь писателю, если сейчас не пойдёт, блять, в пизду. Певец не знает, за кого волнуется больше. Певец не знает, как предупредить об опасности Антона, но, вдохнув, он просто спрашивает: - Может, пойдём внутрь, раз наш писатель остался? - Да, - восхищенно произносит Шастун, а Чебанову хочется ему треснуть, ведь тот действительно дебил, чего бы не затирал полчаса назад. - Я Антон. - Я знаю, - улыбаясь, произносит Даша, а в голове у Антона только её улыбка. - Я Лууна. - Да какая ты Лууна, че ты ему затираешь, - закатил глаза блондин-младший, а девчонка не чувствует ничего, кроме счастья, ведь даже не спорит. - Дара она, Дашулька. - Красивое имя, - чуть ли не падает в обморок Антоша, на ватных ногах шагая к заведению обратно. - Ваше тоже, - Дашу мелко потряхивает. - Обращайся ко мне на ты. Они зашли в помещение и поспешили в комнату, из которой чуть ли не вылетел Шаст совсем недавно. Даша, как оказалось, тоже принимает, но не так уж много и не часто, а так, когда получится. Даша вообще идеальная. Красивая, умная, добрая, смешная, блять, все такие бабы всегда бесили Антона, а Даша совсем-совсем не бесит. Она кажется богиней, к которой страшно прикасаться - сломаешь. Шастун чувствует такое впервые и думает, что он ебанулся. И что это, наверное, последствия неправильного ГОРа. Невремя подействовал, так еще и пиздец принес. Но это не последствия, к сожалению, а самая настоящая влюбленность в даму, которую видит впервые, о которой знает теперь ебнутые мелочи, но не знает ничего основного: где живёт, с кем, как живёт, кем работает. Даша ему кажется богиней, а о богах ему ничего неизвестно, кроме того, что они внеземные. Внеорбитные, сука. Вот и девчонка, даже фамилию которой не знает, покорила его всего в один момент, ведь она какая-то действительно неземная. Антон думает про Оксану и понимает, что он наконец-то сдаст рукопись, а главную героиню обязательно назовет мягким и нежным, как и настоящая обладательница, “Лууна”. Он думает, что героиню сделает такой же легкой и прекрасной девушкой, как и младшая. А ещё Антон думает, точнее, вспоминает своё предчувствие. Чёрт, оно его никогда не подводило, вот и сейчас оказало помощь. Антон чувствовал себя, словно на страшном квесте, а потом появилась красавица, которую от испугался, будто бы она чудовище. Она просто действительно появилась очень неожиданно. Они будто бы были знакомы, и Антон ждал её откуда-то. Шастун не помнил её, но та девушка, с которой он бы точно прожил всю жизнь, однозначно была копией Дарьи. Это было очень странно. - О, кого я вижу! - усмехнулся Сережа, с самого начала заметив эти взгляды, начал вставать со своего места. - Поэту понравилась наша малышка, удивительно! Он засмеялся и похлопал растерявшегося писателя (а не поэта, еб вашу мать) по плечу. - Ты только смотри мне, аккуратно, понял? До свадьбы будешь обижать - мы с Чебаном глаз на жопу натянет и скажем, что это ты ловишь вдохновение! Никто так и не заметил сломанный взгляд Полины, которую чуть позже за плечи обнял Армян. Никто так и не заметил, а Полина так и не успела (не смогла) сказать такое нужное Антону “даже не смотри на нее, она того не стоит”. *** Они не выходили из комнаты, устроив маленькую тусовку с тихой музыкой, алкоголем (которую заботливо принесла Полина из зала), а также очередным закидом ГОРа. Это было весело и классно. И люди открылись совсем с другой стороны, что было просто пиздец странно. Он ведь не думал, что найдёт эту девушку, что он будет общаться с Ваней, который вчера пиздел, что Шастун скатился. Он не знал, кто такой Матвиенко, а Полина сейчас ему казалась не взрывным подростком, а мамочкой, хотя старшим из всех был именно блондин, что не чувствовалось совсем. Он на равных общался со всеми, хотя опыт у всех все-таки разный. Главное, как считал Антон, в этом мире - это остаться человеком и жить по правильному закону, а где написанному. Если тебе кто-то говорил в детстве “и что с этого вырастет”?, то вырасти может хороший человек. Если кто-то называет тебя шлюхой, то ты не становишься ей, а пытаешься дальше выжить. Если кто-то бросает тебя из-за зависимости, то этот человек - дерьмо, не способное помочь тебе вылезти из ямы. Если никто не верит в твою мечту стать певцом, то это не значит, что ты ублюдок с глупой мечтой. Во всех историях просто кто-то ублюдок, но не ты. Антон чётко понимал все истории, как и правильно понимал то, что люди, которые сейчас его окружают, стоя большего, чем вот такая вот жизнь-сука вместо всего хорошего. Он бы хотел увезти этих людей из города, чтобы где-то в другом месте они начали сначала. Все вместе бы. Полина бы обязательно стала бы сниматься в Реалити-шоу; Чебанов бы пошёл в проект “Голос”, чтобы стать более известным; а Матвиенко хотел бы открыть своё импровизированное шоу, ведь только юмор ему помогает не скатиться в дно; Антон бы обязательно попробовал бы вместе с Сережей. И все эти истории правда интересны и красивы, но Антону поистине интересна только одна. Нерасказанная. Нет, Даша сказала свою мечту - пойти и петь в любимой группе, но Даша, несмотря на еле-как сделанную улыбку и отмазки, не рассказала про свою проблему, отмахнувшись. А она у неё была, Антон ведь видел её глаза. Это было немного странно, но старший решил не обращать на это внимание. А потом Шаст заметил, что Дара сонно трет глаза. И влюбился в третий раз в неё. Блять, как же она это делала! Как ёбаная девочка-девочка! Со всем этим адским макияжем, который все равно не скрывает то, что она выглядит младше своих лет, с каблуками! Итак выглядит, как подросток, а глаза трет совсем как ребёнок! - Не хочу тебя смущать, но, может, поедем ко мне? - спрашивает у девушки он. Она смотрит на него, как на дебила. Антон вздыхает и закрывает глаза. Блять, да не педофил он! Совращать её он вообще не собирался так-то. Только не сегодня. Она ведь выглядит сломанной куклой. И безумной она тоже выглядит. Шастуну почему-то вспоминается Алиса в стране чудес. Писатель проводит ассоциацию дальше и понимает, что он тогда Шляпник. - Я не собираюсь тебя совращать. Я вижу, что ты хочешь спать, вот и предложил, - пожал плечами парень. - Я уж точно уже поеду, четыре утра так-то, а ты как хочешь. - Я с тобой, - немного подумав, отвечает Лууна. Они попрощались и ушли, а два парня и одна девушка ещё долго молчали, осмысливая все это. - Мы правильно делаем, что не говорим ему? - наконец-то нарушила молчание Полина. - Возможно, что нет, - Матвиенко отпил из рюмки. - Когда ты начал затирать, мол, будешь её обижать, я чуть не обоссался, - признался Ваня. - Она смертельно опасна для него. Как бы я вчера не гнобил писателя, но мне его жалко. - Да, Даша не девочка, а пиздец ходячий, - глубоко вздохнула Фаворская и положила голову на плечо Матвиенко. *** Утром, а, если быть точнее, днём Антон просыпается в объятиях ребёнка, от чего Шастун сначала пугается, а потом вспоминает, что это Даша. Даша без каблуков и макияжа - очень забавная Даша. Блондин понимает, что, наверное, он поспешил вот так просто ложиться с ней в постель. Он же даже не знает её возраст. Ей 17, а ему потом три года за совращение детей. Она вон какая яркая и светлая, сто процентов ребёнок. Но его смущают синяки на боках. Он боялся спрашивать у неё, но его жутко съедало то, что нифму кто-то обижает. Но парень откладывает свои мысли и аккуратно перекладывает голову девушки с груди на подушку, а сам встаёт и медленно плется на кухню. 13:34, три пропущенных от Оксаны, головные боли и ебаная жизнь. Ну, и очаровательная малая в постели, хотя это плюс. Шаст почему-то остро чувствует, что когда-нибудь именно она бросит его. Что просто уйдет и не вспомнит про него. А ещё Антон чувствует, что он конкретно так вляпался, а ещё в чем-то проебался, но не знает, в чем именно. Писатель анализирует поведение Полины, Серёжи и Вани. Эти трое явно что-то знают, а вот Антон совсем ничего не знает. Его даже пугает это немного. Свалившаяся на голову богиня и какие-то секреты, заебись. Если тебе бог даёт что-то хорошее, то потом или пиздец, или пиздец. Слышится звон телефона, и Антон быстро тянется к нему, лишь бы не разбудить блондинку. - Оксана, блин, - шипит он в трубку, но на другом конце провода раздаётся лишь насмешливое фырканье. - Шаст, я тебе вообще кто: литературный агент или мамочка? Ты когда-нибудь трубку возьмёшь? - начала возмущаться Фролова, но потом быстро перелетела на другую тему. - И да, к слову, совершенно не хочу лезть в твои дела, но та юная особа, с которой тебя видели под утро... Короче, будь осторожен, а т... До этого чистый звук пошёл искажениями, а Шастун не мог услышать ничего, что говорит Макарова.