Несказанные слова

Хагромо Кицуне торжествующим взглядом смотрела на собравшихся внизу екаев. Ведь она наконец смогла достичь своей мечты, осталось лишь совсем чуть-чуть. И она вновь сможет обнять своего драгоценного екая. - Я ждала этого мгновения тысячу лет. Повелевающий как аякаши, так и людьми. Владыка всех духов, прозванный Нуэ, наконец-то родился. Благодарю васс всех, что собрались здесб в этот знаменательный день. Собравшихся со всего Киото, а также проделавших столь далекий путь сюда из Эдо и Тооно с целью поздравить нас. Всех аякаши, благодарю от всего сердца за хлопоты, - ликующий рев голосов екаев Киото наполнил замок Нидзе, улыбка на лице их госпожи полностью отвечала их чувствам. - Давным-давно люди были окутаны тьмой, поэтому мы, создания тьмы всегда жили бок о бок с людьми, но люди не способны жить красиво. Рано или поздно их истинная уродливая сущность берет верх в их жалких душонках. Сотни и сотни лет, раз за разом они предавали тех, кто доверял им и любил их, - тьма стала окутывать ее. - Мы покроем этот мир черной, абсолютно черной, незапятнанной чистейшей тьмой, - тьма окутывающая Хагоромо Кицуне исчезла, одев ту в ее любимые черные одежды, - Такой же беспросветной, как эти черные волосы, черные глаза, и черная одежда, - своими черными, как обсидиан глазами она посмотрела на своих подданных, - Так встаньте на его защиту, слуги абсолютной тьмы. А Нура Рикуо смотрел на лисицу, она почти победила, но почти не значит победила. У них все еще есть шанс остановить ее саму и ее сына, нужно просто одолеть ее, а затем и ее сыночка, пока тот не принял свою завершенную форму. Нужно успеть, легко сказать, да сделать не так-то просто - все тело ныло от полученных им ран, хоть он и старался этого не признавать, у него еще будет время поныть. А сейчас наверх туда, где эта лиса, туда, где находятся ответ на интересующий его вопрос, что же случилось тогда, когда умер его отец. Он был уверен, что ответ ждет его там, то ради чего он и прибыл в Киото, и теперь он был всего в нескольких метрах от своей цели. - Юра, я наверх, а ты следом, - не дожидаясь ответа, он рванул наверх. - Подождите меня, Рикуо-сама, - Куротабо последовал за своим господином, оставив девочку-онмедзи позади. - Могли бы и подождать!!! – несся им в след обиженный крик, но эти двое не обратили на него внимания. - Рикуо-сама, прошу, подождите меня? – видя, что юный мастер вырвался вперед, Куротабо ускорился. А сам Рикуо даже не заметив, что оставил Куро позади, в стремление как можно достичь своей цели. - Почти добрался, еще чуть-чуть, - но тут у него на пути, словно из ниоткуда возникли ледяные колья, стеной встав у него на пути. - Что за черт? – не шибко интересуясь, откуда они возникли, он уже собирался перескочить через них, но раздавшийся голос пригвоздил его там, где и стоял. - Дальше не пройдешь? – не веря своим ушам юноша обернулся на голос. Все-таки слух его не подвел, да и как он мог подвести, если этот голос он так часто вспоминал по одиноким ночам, мечтая вновь его услышать. И вот его мечта сбылась, только вот смотрела она на него таким холодным взглядом, что от этого взгляда мороз бегал по коже. Рикуо сделал один неуверенный шаг по направлению к ней, а та наоборот шаг от него. - Цурара… - юноша удивленно остановился. Так они и стояли, просто смотря друг на друга, и ничего не предпринимая. Казалось, что время вокруг них просто застыло, и в этом застывшем пространстве они были одни. Сам Рикуо в этот момент позабыл о своей желанной цели, и теперь просто хотел обнять, стоящую напротив него девушку, обнять так крепко, как только это возможно и уже не отпускать. Но каждый раз, как делал шаг по направлению к ней, она лишь отступала дальше, и расстояние между ними ни чуть не сокращалось – оно оставалось прежним, как и ее взгляд. И этот ее холодный взгляд, обычно всегда теплых, веселых глаз теперь приводил его в замешательство. Но их мир был разрушен, когда в него ворвался тревожный крик Куро, стоящие друг напротив друга аякаси вздрогнули. - Рикуо-сама, берегитесь, - шквал оружий обрушился на Юки-Онну, но встретил на своем пути ледяную преграду. Преграда разбилась на множество кусков, но все же успешно выполнила свою задачу, а сам монах пораженно застыл на месте, увидев вблизи того, кого он принял за их него врага. - Юки-Онна, а ты, что здесь делаешь? - в его голосе были едва слышны нотки удивления, но он в отличие от своего господина легко справился с ним, - Рикуо-сама, нам надо спешить. - Да, ты прав, Куро! – хороший толчок в бок от Куро, помог Рикуо прийти в себя, и еще раз кинув на девушку взгляд, он снова устремился к вершине, - Поговорим потом, Цурара, сейчас я у меня есть более важные дела. - Ты не пройдешь, я не подпущу тебя к Хагоромо Кицуне-сама. Ни за что и никогда, никогда! – пальцы судорожно вцепились в ледяное копье, и девушка бросилась на перерез. - Что… - возникшая стена льда, блокировала им путь наверх, и теперь совсем не понимая, что происходит, они смотрели на Цурару, в том, что именно она создала эту преграду - не могло быть никаких сомнений. Из всех присутствующих рядом екаев, лишь она могла повелевать льдом. - Что? Что ты делаешь? – но этот вопрос так и остался без ответа, и все так же Цурара смотрела на них безразличным взглядом. Стиснув зубы, вцепившись изо всех сил в рукоять своего меча, Рикуо ждал ответа. И, вот, наконец, не выдержав этой игры в молчанку, он, сорвавшись с места одним рывком, подбежал к девушке, что бы схватить ее за руку, но неуловимым, грациозным движением та уклонилась от его рук. - Цурара… - Слишком много болтаешь, - своим ледяным дыханием, она без каких-либо колебаний заморозила парню глаза, схватившись за лицо, тот упал на колени, а девушка подошла в плотную. - Это конец, - она стояла над беспомощным Рикуо, и уже занесла копье для последнего удара, но почувствовала, что ее руки, да и все ее тело не слушается свою хозяйку. И этой заминки оказалось достаточно, что бы Куро, который до этого просто стоял в сторонке встал на защиту своего господина. - Не приближайся к Рикуо-сама! – на девушку снова обрушился шквал оружий, но та увернулась, отклонив атаку монаха своей ледяной стеной. - С вами все в порядке, Рикуо-сама?! - монах загородил собой своего господина, и выставил оружие, что бы не дать приблизится врагу. - Куро? – лед под воздействием страха Рикуо стал таять, и вот свободный от него, он смотрел в спину своего защитника. - Значит ты и правда предательница, - монах жестоким взглядом смотрел на Цурару, - Ты будешь иметь дело со мной - Как хочешь, Куротабо, - копье легко в руки более удобно. - Стой, Куро! – прозвучал приказ, тон с каким он был отдан, более чем ясно говорил, что отдавший приказ не потерпит неповиновения. - Рикуо-сама? – монах непонимающе смотрел на парня. Вцепившегося в рукав его одеяния. - Не вмешивайся я сам с ней разберусь. - Но… - Я сам! - Слушаюсь, - и монах послушно отошел в сторону, дав возможность своему господину сразится с предательницей. И вот теперь между Рикуо и Цурарой больше никого не было, их взгляды пересеклись. - Тепеь нам никто не помешает, Цурара. - Верно, теперь никто, - поднявшийся морозный ветер окружил их создавая барьер, который увидели все. - Цурара, ты уж постарайся, хорошо, - на лице Хагоромо Кицуне появилась улыбка, когда она увидела снежный столб. Теперь она могла быть спокойна, ее девочка на ее стороне, а ни на чей-то другой. У нее были опасения на этот счет, ведь в тот момент, когда она сказала, что им придется сражаться с кланом Нура, в желтых глазах появилось сомнение. И она даже думала стоит ли отпускать ее в бой, но Цурара так просила ее, что она не смогла отказать, - И будь цела. А между тем, Рикуо и Цурара находясь в центре барьера, просто смотрели друг на друга, не предпринимая ни малейшей попытки напасть. Волосы девушки свободные от своих пут привычно ниспадали ей на спину, и одета она была в свое белоснежное кимоно. Она специально оделась так для битвы с Рикуо, возможно если бы она выглядела так, как в особняке, то он и не узнал бы ее. - Так с чем ты там хотел разобраться, Нура-кун? – от звука ее голоса, он вздрогнул, некогда такой родной звук ее приятного голоса, теперь он был чужим, холодным. - Почему… Почему ты здесь? И сражаешься против нас, своих друзей? – желание знать ответы на эти вопросы сейчас заботило больше всего остального. - Все очень просто, или ты еще не понял что к чему? – усмешка была ответом на его вопросительный взгляд, - Тогда так уж быть просвещу тебя, раз ты сам додуматься не в состоянии. Так с чего бы мне начать, прям даже не знаю. С чего же? - Может с начала? - Подожди я сама решу, - Цурара сделала вид, что задумалась, - А точно! Тебя интересует, что я тут делаю – ответ прост, я здесь сражаюсь за желание своей госпожи. - Госпожи? – почему-то у Рикуо возникло чувство, что над ним издеваются. - Да, госпожи, моей госпожи – Хагоромо Кицуне-сама. Боже что за глупый у тебя вид, может мне объяснить по пальцам. Что ж объясню, с самого начала нашего знакомства я лгала тебе, твоему клану. Я прибыла в Укие с одной единственной целью шпионить за твоим кланом и докладывать обо всем, что я узнаю. И ты оказал мне просто огромную услугу в этом деле. - Услугу… - Да, приняв меня в свой клан, ты дал мне возможность без чьего-либо подозрения собирать нужную мне информацию. Ведь в Баканекоя я исчерпала все возможности. Я тут такая удача, а тот случай на Неджиреме, помог мне втереться тебе в доверие, определенно удача была на моей стороне. Впрочем, ты слишком доверчив. - Значит, ты просто использовала нас? - в то, что сказала Цурара, Рикуо не хотелось верить, но то, что сейчас происходило, говорило как раз о том, что она не лгала и говорила правду. - Да все верно. Ты, Вакана-сан, ребята я использовала вас всех ради своей цели. Это было очень весело обманывать вас. «Нет, нет, нет!!! Это просто не может быть правдой, скажи, что это не так Цурара. Ты ведь лжешь, не так ли? Неужели каждая твоя веселая улыбка, радостный взгляд, смех, и время проведенное со всеми нами – все это было обманом и ничего для тебя не значило?» - Значит, играла, - пальцы еще сильнее сжали рукоять меча, казалось, что она вот-вот сломается, - Неужели все то время, что ты провела с нами - для тебя ничего не значит? - все внутри Рикуо сжималось и разрывалось от боли. - Да это так, то время для меня ничего не значит ровным счетом. «Нет, это не так, то время было одним из моих самых счастливых, Рикуо. Быть рядом с тобой и другими, мне было так хорошо, тепло, уютно, смеяться вместе со всеми. Я хотела бы побыть с вами, как можно дольше» Цурара лгала, говоря все это, лгала себе, лгала ему, лгала всему миру. Но сейчас это было единственное, что она могла сделать, это было единственно правильным решением. Ведь она сама вызвалась сразиться с ним, это нужно было прежде всего ей самой, что бы наконец разобраться в себе. Она была уверена, что их новая встреча разом решит все противоречия в ее душе. И сейчас глядя в его красных глаз неверящий взор, она хотела заставить его возненавидеть себя, что бы все то о чем он говорил перестало иметь для него какое-то значение. Ранить, ранить его как можно больнее, вот то чего она хотела. И ей это удавалось, по его глазам она видела, что каждое произнесенное ею слово причиняет тому боль. «Прости за то, что причиняю тебе боль, но так будет лучше. Лучше для нас обоих, нам следует ненавидеть друг друга, ведь мы враги, а враги не должны иметь хоть каких-то теплых чувств друг к другу, разве ты со мной не согласен. Так что ненавидь меня так сильно как только это возможно». - И что ты теперь будешь делать, а Рикуо? - от его имени сорвавшегося с этих лживых уст юноша вздрогнул, его мечта о том, что бы она назвала его по имени исполнилась, но только вот не так как ему хотелось. Вместо радости – это принесло лишь еще один укол боли. - А ты как думаешь, лгунья, - произнесенные презрительным тоном эти слова в ответ ранили сердце девушки, которое и без этого уже болело, ведь все те слова, что должны были причинить боль Рикуо, ранили и ее саму. «Думаю, я это заслужила» - горько усмехнулась у себя в уме Цурара. - Думаю, пришла пора кончать с этим бессмысленным разговором, ты так не считаешь? -… - Молчание – знак согласия. Теперь давай сразимся, что бы выбраться отсюда тебе надо одолеть меня, лишь тогда этот барьер исчезнет. Так что пора начать наше сражение. «Не хочу с тобой драться, Цурара» - Ледяные копья, - отпрыгнув в сторону, Рикуо уклонился ото льда. Звяк Лезвие Ненекиримару столкнулось с ледяным копьем. «Это не правильно, мы не должны сражаться, Цурара». Но они продолжали сражаться, их орудия продолжали сталкиваться, высекая искры. - Почему не дерешься в полную силу! Я видела твое сражение с Кидомару! Или считаешь, что такая как я недостойна того, что бы ты сражался со мной в полную силу! – ее жутко раздражало, что с ней не сражаются, как с равной. Ей не нужна была жалость, ей более чем хватало того презрения, что она сама к себе сейчас чувствовала. «- Ты не права, Цурара. Не смотря на то, что нас предала, мы все же не хотим причинять тебе боли. - Так, что будем делать, Ночной? Мы не можем причинить ей боль. Но если промедлим, то Нуэ воскреснет! - Да, знаю я! Боюсь, нам ничего не остается. Придется врезать ей да посильнее, что бы она потеряла сознание. - Ты, прав. Это единственный выход. Действуй». - Что? – на этот раз копье прошло на сквозь Рикуо, но это было так словно там никого не было, совсем как тогда в его битве с Кидомару. Но удивиться она не успела, так как почувствовала, что ее схватили за запястье. - Вот ты и попалась, - рядом с ней из ниоткуда появился Рикуо, - А теперь тебе не мешало бы немного поспать. Так что ложись-ка ты баиньки. - Что… - но последовал сильный удар в живот, и она потеряла сознание. Рикуо бережно подхватил на руки обмякшее тело. «- А понежнее никак было? – недовольно откликнулся Дневной. - Ни как! По шее, что ли бить? И если сам такой умный, то сам бы и сделал! - Ладно, ладно. Только не сердись. Я надеюсь, что ей не было слишком уж больно. - Сейчас не об этом волноваться стоит. Главное жива!» Осторожно положив ее на доски, Рикуо осмотрелся, снежный ветряной барьер исчез, и путь наверх был свободен. - Оставайся тут, нам еще предстоит серьезный разговор, но он подождет до более подходящего времени, - сказав это, Рикуо снова устремился наверх, оставив Цурару позади, и уже не видя, что та с трудом, но приоткрыла свои глаза. *** «Ненавижу, ненавижу! Будь те вы все прокляты! Нурарихен, Кейкаин, будьте прокляты! Снова, вы снова встали у меня на пути! Мое желание, мое самое заветное желание! Неужели оно снова не исполнится, только не теперь не тогда, когда мне осталось совсем чуть-чуть! Я ведь так близка, еще немножко и я снова увижу Сеймея!» Опутанная заклинанием Хагуна, Хагоромо Кицуне могла едва двигаться, и просто держась за свою голову, которую разрывала невыносимая боль, смотрела на стоящего перед ней Нура Рикуо. Который готовился нанести удар своим мечом. - Нура-кун, бей скорее! – прокричала Юра. - И без тебя знаю! - Нет, Хагоромо Кицуне-сама! – расширившимися от ужаса глазами Кьекоцу смотрела, как наследник клана Нура собрался нанести ее госпоже смертельный удар, чувство беспомощности охватило ее. «Будь ты проклят, внук Нурарихена» Не отрывая своих прекрасных черных глаз, она смотрела на приближающееся с каждым мигом лезвие клинка, что стал причиной ее поражения четыреста лет назад. «Нет! Только не теперь!» Все в внутри нее кричало против такого поворота колеса судьбы. И вот когда оставалось всего ничего, на пути меча возникла преграда. Мелькнули иссиня-черные волосы и белое, как снег кимоно. - ЦУРАРА! – не веря своим глазам, она смотрела на возникшую из воздуха и принявшую на себя удар Юки-Онну. А сам Рикуо не отрываясь смотрел на бегущие по лезвию струйки крови, чьи капли срываясь и падая мерцали алым в свете луны.