Регион безнадёжности

Маленькая девочка дёргала маму за руку и очень громко что-то просила. Женщина игнорировала ребёнка, она вытянула свободную ладонь перед собой и, убедившись, что дождь закончился, сложила зонтик тёмно-зелёного цвета. Выглядела молодая мама неловко, но всё же смогла справиться с ним одной рукой. С другой стороны ребёнок вырывался уже так, что задевал проходящих мимо людей, пару раз матери даже посоветовали успокоить своё разгневанное чадо. Мать абсолютно невозмутимо кинула на девочку всего один взгляд, от которого та мгновенно затихла. Кейт заёрзала пытаясь разглядеть это волшебное выражение лица, но капли на стекле мешали, а когда она нашла идеальное место обзора, то мама и девочка уже испарились. Поток людей был похож на идеально отрепетированный марш. Они двигались в одном темпе, одинаково размахивали руками. Вот только двигались в разных направлениях, но даже это не выбивалось из системы и выглядело так организованно. Раньше Кейт не замечала этого. Раньше она и сама была частью этого молчаливого парада. — Куда дальше? — Припаркуйся где-нибудь. Я хочу прогуляться. — Уверена? — аккуратно узнал Хэппи. — Да. Я далеко не уйду, — девушка больше успокоила себя, чем Хогана. Забота. Да, ей это нравилось. Не по чье-то указке, не потому что так принято, а потому Хэппи по-настоящему искренне переживал за неё. Ему даже не нужен был для этого приказ Старка. Едва машина затормозила, Кейт выскочила на улицу. Быстро пересекла парковку какого-то ночного клуба, который сейчас пустовал и пошла вдоль магазинов. Рождество только через неделю, а вывески уже были украшены блёстками, гирляндами и совершенно уродливыми снеговиками. Кейт любила праздники. Не из-за веселья, подарков, а потому что в такие дни они собирались всей семьёй. В который раз слушали историю о том, как на свадьбу мамы и Кевина забыли привезти торт, а молодой священник так перенервничал, что слишком налёг на шампанское и начал путать имена жениха и невесты. Но в конце рассказа Джен и Кевин утверждали, что это был лучший день в их жизни. А близнецы добавляли в идиллию неловкости одним простым вопросом: «Кейти, почему ты не зовёшь его папой?», указывая на её отчима. И ответить Кейт ни разу не смогла. Он её воспитал, заботился о ней, он замечательный муж для её мамы и потрясающий отец. Кевин был ей другом больше, чем отцом. Про Старка и такого не скажешь. Он ни друг, ни отец. «Незнакомец, для которого я ошибка молодости». Девушку быстро подхватил поток людей и она уже двинулась, толкаемая телами в неизвестном направлении. Ей всегда нравилось это ощущение, словно причастность к чему-то единому целому. Нравилось. Сейчас лишь вызывало дискомфорт. Она больше не чувствовала себя частью этого водоворота, скорее заложницей. Машина пронеслась совсем рядом, водитель посигналил несколько раз старенькому такси, в итоге объехал и рванул дальше. Кейт дёрнулась, схватилась за больную руку. Девушка зажмурилась, остановилась, не обращая внимания на толчки плеч, в некоторых случаях сопровождающиеся громким шипением и пафосными показными вздохами. Уайт сорвалась с места, особо не церемонясь проталкивая себе путь локтями. Можно было вернуться в машину, но вместо этого девушка свернула в ближайший переулок, завертелась на месте и, убедившись, что она здесь одна, начала постепенно успокаиваться. Она впервые с момента взрыва вышла на улицу и, не смотря на эту маленькую истерику, посчитала, что хорошо справилась. Кейт прислонилась к кирпичной стене и сползла вниз. До неё доносились отголоски суеты, которая отражалась от стен тупика и отдавалась еле уловимым эхом. Девушка вздрогнула, когда телефон непривычно завибрировал. Она достала его из кармана, тяжело вздохнула и отправила вызов Мередит на голосовую почту. Уайт не могла объяснить самой себе почему избегала подругу, ведь та наверняка бы поддержала её. Может это была мнимая забота, за которой она пыталась скрыть появившееся ощущение синдрома жертвы. И в итоге всё её поведение начало превращаться в плохо отыгранный спектакль с целью привлечь внимание и получить жалость к себе. А ведь можно просто попросить. Но она этого не умела. Внимание девушки привлекло что-то необычное, яркое, что никак не сочеталось с серым и грязным переулком. Она тут же подскочила, обернулась и рассеянно закрутила головой, пытаясь рассмотреть что там на крыше. Ничего не было. Лишь на секунду Кейт увидела это в грязном отражении лужи прямо перед собой, но ей, видимо, показалось. Всего секунда. Она была так уверена. Но это ощущение, словно кто-то наблюдает, никуда не уходило и Уайт суетливо зашагала подальше от этого странного места. Телефон снова зазвонил. Девушка привычным движением сбросила вызов. Снова он. Кейт определяла время по звонкам Паркера, он пытался с ней поговорить каждый день в одно и тоже время. Это уже превратилось в ритуал. Он звонит — значит всё хорошо, она сбрасывает — значит в состоянии. Питер быстро стянул с себя маску, позволяя неспокойному ветру взъерошить волосы, подскочил и в одно мгновение оказался на другом конце крыши. Парень слегка свесился со здания, выискивая глазами знакомый силуэт. Она стояла посреди улицы, заставляя поток людей размыкать свои оковы и снова перетекать в единый организм прямо за спиной этой странной девушки, которая всё ещё рассматривала свой телефон так, словно тот был решением всех вселенских проблем. А потом быстро запихнула «решение» в карман и поспешила затеряться в толпе.