Не сломаться

POV Raven.

— О чём задумалась? — Ко мне подсаживается Финн. Наконец-то его лицо чистое, и он немного протрезвел. Не понимаю, почему он такой довольный, списываю это на выпитый им алкоголь и хорошее, в каком-то смысле, окончание драки. О чём я думаю? О ней. Прошёл уже час с той ситуации, даже больше будет, но я никак не могу перестать думать о Луне. Луна. Луна. Боже. Она просто влетела в драку, побила его из-за меня. Она выглядела такой горячей, величественной. И я была заворожена её действиями. Вспоминаю, что такими восхищёнными глазами я в детстве смотрела фильмы про крутых женщин, героев Marvel, в школе я также смотрела в телескоп, но ни на одного человека я не смотрела вот так вот вживую. Я была загипнотизирована ею. Её глаза полыхали силой и гневом, а волосы взлетали при каждом манёвре. И только, когда она взглянула на меня в её глазах проскочила забота. Я мало знаю об этом, но думаю, это была именно забота. — Ни о чём, просто устала. — Ты знаешь ту девушку? — С заинтересованной улыбкой спрашивает Коллинз. Ему плевать даже, о чём я думаю; спрашивает, чтобы спросить. Я хмуро смотрю на него, потому что я знаю, что значат эта улыбка и взгляд: похоть. — Нет, а ты? — Отпиваю холодной колы. Не напиваюсь, чтобы не забыть её. — Говорят, она на четвёртом курсе, новенькая. Факультет психологии. — Ммм. — Ну, от Финна есть польза, хотя бы сейчас. — Она, наверное, просто ураган в постели, Рэй. Просто она такая огненная стерва, понимаешь, о чём я? Моей ярости нет предела после услышанного. Я хочу ударить его и спросить, сказал ли он ей хотя бы «спасибо» за то, что она сделала, снова ударить и снова спросить, в кого он такой мерзкий, ударить и запретить даже думать о ней. Ударить в последний раз, чтобы он пожалел о мыслях, которые сейчас у него в голове. — Проваливай отсюда, Финн. — Что? — Ещё и удивляется. — Оставь меня одну. — Он встал и стоит. — Вон, иди, потанцуй. Вали уже. — Почти рычу на него и показательно откидываюсь на спинку кресла, прикрывая глаза. Он что-то проворчал и ушёл.       Я знаю, чего хочет Финн - заполучить её. Ещё один трофей в его коллекцию. Ещё одна жертва его игры, тешащей самолюбие. Но Луна не такая — оно сразу видно. Она совсем другая, не такая «простая», какой её видит Финн. Конечно, она очень горячая, но даже эта её черта настолько привлекательна и интересующая, что мне неприятно лишь от мысли, что Коллинз ставит её в один ряд со своими девушками-клише, которые ведутся на его внешность и большой чек. Она, наверное, умная. Без «наверное», она точно умная. Спокойная. Она разговаривала со мной так, будто её голос - колыбель, а я — та, кого она убаюкивает, и если она вдруг перейдёт грань, то я проснусь. Это смешно, и я даже усмехаюсь себе под нос, однако другого сравнения не могу найти. И эти её последние слова… Думаю, я их не забуду, даже если напьюсь ко всем чертям, как, например, Финн сегодня. Я хочу поблагодарить её ещё раз. Не знаю, сделать ей приятно. Например, отправить ей букет цветов. Почему нет? Пригласить куда-нибудь. Просто ещё раз найти повод поговорить с ней. Конечно, мы будем видеться здесь, не знаю, как по другим дням, но каждый понедельник — в спортзале. Я жду этого, как малыш Санту, но и боюсь. Потому что я — Рэйвен Рейес, наркодиллер, самая известная личность этого места, человек, о котором плетут разные сплетни, Рэйвен с какой-то пластмассовой свитой. Боже… я задумалась о… чём-то с девушкой, с которой едва знакома и виделась два раза. Это определённо плохо. Хотя кому я вру? Себе? Мне нравится. Но это вряд ли всё возможно.

***

Среда.       Заснула я у себя дома. Почти трезвая, с мыслями о себе, своей жизни и о Луне. Мои извилины будто превратились в буквы её имени, и я наслаждаюсь этим. Сон был прекрасным, и ровно в семь тридцать я выехала из дома на велосипеде. Давно такого не было. Чем больше я думаю о Луне, тем больше понимаю, с какими людьми я общаюсь. Она как будто, сама того не осознавая, сдёрнула шторки с моих век. Финн, Джаспер или Майа посмеялись бы надо мной, увидев на каком-то там велике. Конечно, Эхо, Джон — не такие возвышенные; Эхо всё чаще и чаще стала строить планы на своё будущее, да и наркотиками она изредка балуется, а торгует, просто потому что ей нужны деньги. Может, я знаю о ней больше хорошего и оправдываю её больше, потому что она всегда относится ко мне с уважением, так, будто я ей сестра. Не знаю, я очень ценю её. Джон же работает на двух работах, потому что его мать больна раком. Там нет шансов, он это знает, но не прекращает бороться. Я прекрасно понимаю его и всегда помогаю. Но не другим… Тем не нужны деньги, они просто привыкли быть со мной, иметь власть в кругу других студентов и хорошую наркоту в кармане. Это как в старшей школе: есть компашка богатых и влиятельных отморозков, которые делают, что хотят. Жаль только, я одна из таких. Я раньше тоже думала о мнении других, просто сейчас появилась Луна, и я делаю это чаще. И я не хочу быть в её глазах никем, кроме настоящей Рэйвен Рейес. Моя компания… и я… мы не плохие, просто… Я не такая, как они, но и без них не привыкла. Может, я слишком слаба, чтобы признать, что я одна из них? Или боюсь быть без них, потому что настолько свыклась с этим всем? Я устала. Устала думать. Забавно? Нет, на самом деле. Хочу, чтобы кто-то помог мне ответить на все вопросы в моей голове. Разгоняюсь, и ветер уносит всё. Сейчас я не смогла ответить на свои же вопросы, поэтому избавилась от них, но придёт время. Хотя когда оно придёт? Оно же уходит. Чёрт. Не люблю тупики. Быстрее. И мыслей нет. Я временно погружаюсь в идиллию, и всё быстрее кручу педали. Сегодня пар нет, поэтому я свободна.

***

Четверг.       Останавливаю машину перед потрёпанным двухэтажным домом. Эхо курит на лестницах и выглядит нервной. — Случилось что-то? Ты кажешься нервной. — Мы с Финном снова собачились… — Что он опять сказал? Я даже не спрашиваю, кто из них виноват, Коллинз всегда был против Эхо, она ему не полюбилась с первых дней. Во-первых, она не легла под него, а во-вторых, потому что она правильнее и человечнее. Простая логика. — Оказалось, что вчера Финн дрался с каким-то папенькиным сыночком. И тот требует извинений на публику или судебных разбирательств. Дело принципа короче… — Она протягивает мне сигарету, и я беру. — Неужели есть второй Финн… — Принимая огонь, ухмыляюсь я. — Странно, да? Но его можно понять: Коллинз чуть ли не изнасиловал его девушку. Говорят, она в плохом состоянии, в шоке или что-то типа того. — Господи, когда он стал таким уродом… — Брюнетка смотрит на меня взглядом, означающим что-то вроде: «Смеёшься? Он всегда был таким». Да, скорее всего. — И зачем только мы лезли в драку… — Я знаю, просто я испугалась, понимаешь? — Эхо поднимает извиняющиеся глаза, и я понимающе киваю: она всегда волнуется за нас, даже за такого как Коллинз. — Финн уже отказался, конечно же… Он хочет собрать левых свидетелей и свалить вину на ту девушку, ну, чтобы она сама разбиралась, если отец блондина куда-то обратится. Я слышала, когда он говорил это Майе, и он начал орать, что я подслушивала. Мой мозг перевернулся. Луна. Как он так может?.. Я смотрю на Эхо шокировано и пристально. Рука так и повисла в том положении, в котором я отправляла сигарету в рот. Я понимаю, что сдам себя с поличным, если сейчас же не прекращу на неё таращиться. Но с другой стороны, я не могу позволить случиться такому с Луной. Не знаю, просто не могу. А если я скажу Финну не делать этого, если сделаю это навязчиво, он может сделать на зло или просто догадаться о… О ней. — Больной придурок. — Слышу свой нехарактерно хриплый голос. — Я сказала, что он ведёт себя, как последний ублюдок. Он отмахнулся, сказал, что потом договориться с Луной. — Как всегда… — Выпуская пар в сторону, говорю я. — Да… — Сдерживает паузу. — Луна была впечатляющей, не правда? — Конечно. И я киваю, сдерживая улыбку, так, чтобы никаких других мыслей у подруги не зародилось. — Она так эпично выскочила к тебе. Мы даже не успели рта открыть… — Да, это было очень красиво.

***

— Эй, Рэй! Иди смотреть фотки. Как только мы заходим в дом, Монти зовёт меня к компьютеру, где уже стоят Финн, — кстати, настроение у него уже хорошее, — Джас, Джон и Майа. Они смеются и обсуждают. — Что там?.. Безынтересно разглядываю фото. Я вижу пьяных студентов; в основном все знакомые, но есть и новые лица. Ребята смеются буквально над каждой фотографией, комментируя их иногда и, правда, смешно, иногда слишком плоско. Меня привлекают фото Кларк и Лексы, на котором брюнетка немного наклонила голову к уху Гриффин и что-то шепчет ей с влюблённой улыбкой. Почему-то мне настолько нравится эта фотография, что я запоминаю её номер в папке и решаю отправить на свой телефон. Дальше идут и мои фото, я не удивлена, что их немало, ведь фоткала Эхо. Она любит это дело, и у неё отлично получается. Я отмечаю для себя ещё несколько файлов.       Парни говорят что-то о моей весёлости, о том, что я должно быть тайно что-то принимаю и развлекаюсь хорошенько, однако я уже их не слушаю. Два фото подряд заставили моё горло пересохнуть. Я и не сразу заметила его, попросила остановиться Монти и присмотрелась. На этом фото я на первом плане, с закрытыми глазами улыбаюсь и высовываю язык; забавно, но не это привлекло моё внимание. Сзади, в паре метрах, немного с боку от меня стоит Луна. И мне снова стало не по себе от её взгляда. Он бесконечно красивый. Я боюсь ошибиться, боюсь этого громкого слова, но он, кажется, восхищённый; взгляд с улыбкой и искрой. Взгляд незнакомый мне… Незнакомый. Но от следующего фото я смотрю теми же глазами: восхищёнными, детскими, жадными. Потому что её профиль чудесен, её осанка элегантна и внушающая, переходящая в идеальный изгиб красивых ягодиц, взгляд читает сквозь тебя, сквозь любого в толпе, она смотрит вдаль и держит бокал так, будто ей сказали, что он может сломаться от любого её лишнего прикосновения. И этот снимок самая лучшая работа Эхо, и я ей это говорю, пока парни о чём-то болтают на фоне. Но когда я выпадаю из пелены восхищения, я слышу голос Финна. — Она одета, как чёртова монашка, — все смеются, — но всё равно я бы её натянул. Он делает любимое движение тазом под свои слова, закусывая губу. И мне никогда не было настолько противно. Кажется, я чувствую тошноту, потом холодок и гневный жар секундами позже. Я буквально в мгновенье преодолеваю расстояние между нами и с шумом прибиваю его тело к стене, зажимая локтем горло. Он в шоке. Все в шоке, наверное. Мои глаза испепеляют его, я шумно дышу через нос, и даже мысли не допускаю о спокойствии. — Она спасла твой грязный трусливый зад. Она такая же девушка, как твоя мать, сестра, я или другие. — В глазах Финна удивление и злость. До моих дымящихся ушей доносится непоколебимый голос. — Она не объект, не продукт или вещь. Она — девушка. Ты обязан её уважать после того, что она сделала для тебя и для меня, если ты уважаешь меня, Коллинз. — Заканчивая, я с отвращением сбрасываю свою руку с его ворота. Все молчат. Только моё дыхание нарушает тишину в комнате. Поворачиваюсь ко всем и тихо, но властно повторяю: — Луна заступилась за меня. Да, я бы справилась сама, может, отделалась бы парой синяков, но, когда вы стояли в стороне и ждали, она помогла. И, чёрт возьми, хотите вы этого или нет, но в этом доме при мне, никто не будет оскорблять её честь, внешность или будь то стиль её одежды. Никто. Это ясно? Все кивают, я вижу, что они меня услышали и поняли. Но я на чеку. Я жду от Финна всего и больше. Он не любит, когда его при всех принижают. Он предал один раз, и я по глупости его простила, но ему ничего не стоит сделать это ещё раз. Тем более после моего такого поведения. — Все, кроме Эхо, забирайте свою долю и на сегодня свободны. — А что Эхо-то? — Фыркает Майа. — Эхо поможет мне убрать этот свинарник. — Вру я, и, кажется, убедительно, потому что ребята собираются. Эхо озадачена, но другие этого вряд ли замечают. Я сажусь на диван, устало потирая переносицу. Эхо садится рядом. — Я не собираюсь за ними убирать. — Подшучивает она, привлекая моё внимание. — Ты же знаешь — это отговорка. У меня просьба. — Она кивает с готовностью, заинтересованно. — Эхо, ты знаешь, что я тебе доверяю. — Снова кивает. Я тоже, задумчиво. — Я, конечно, может и погорячилась, но это нужно было. — Это было нужно уже давно, Рэй. Это связано с Луной? — Она как всегда спокойна и проницательна. — Да, с Луной. Мы обе знаем, что Финн не сделал никаких выводов, и он найдёт свидетелей точно, тем более он скрыл это от нас, значит — всё серьёзно… Мы не можем допустить этого. И мне нужно, чтобы мы узнали, кто это будет. — Я сделаю всё возможное, Рэйвен. — Обожаю её за это: никаких отговорок, вопросов, всегда «всё возможное». — Но у меня есть вопрос. — Она немного улыбается, а я сразу напрягаюсь. Хотя если даже она догадалась о Луне, думаю, и это она сохранит в секрете. — Кто будет реально убирать этот свинарник? О, Боже. Я облегчённо смеюсь; не смотря на всё это, я бы не смогла ответить на вопрос о Луне. Мне и самой ничего не понятно. — Это на мне. Я всё равно свободна. — Тогда я пойду, мне ещё надо фото отобрать для стенгазеты. — Она встаёт и идёт к ноутбуку. — О, Эхо, подожди, я скину себе парочку. — Хорошо, тогда я пока в душ. Эхо уходит. Я подключаю свой телефон к ноутбуку через USB-кабель и захожу в папку фотографий. Её фотография. Боже, она и правда прекрасна. Почему-то у меня мелькают в голове слова проклятого Коллинза об одежде. И я задумываюсь. Вчера было тепло. Погода лёгких маек, футболок, но на ней закрытая до последних пуговиц кремовая рубашка. Ни одного открытого места, начиная с запястий и заканчивая линией воротника. Шея закрыта волнистыми волосами. Отвлекаюсь на мысль о том, что хотела бы я в них зарыться носом и глубоко вдохнуть. Но тут же у меня появляется другая мысль. Когда мы впервые увиделись в спортзале, на ней опять же не было ни одного открытого места. Она не была просто в футболке или топе, сверху на ней была олимпийка, молния которой была застёгнута до самого конца. Это заставляет меня думать. Нет, она точно от этого не выглядит менее привлекательнее, даже наоборот. Такие как Коллинз, конечно, скажут, что она монашка, ему нужно видеть столько, сколько предельно возможно. Поэтому если бы Луна была в коротком открытом платьице, он бы и слова подобного не сказал об этом. Но я не Коллинз. И меня это увлекает ещё сильнее.

***

      Вчера я занялась своими делами, и, не смотря на то, что после вечеринки прошёл уже день, у всех всё ещё постапокалиптический вид. Чистой воды зомби. На моё удивление, профессора тоже выглядят не очень. Мне бы хотелось сейчас встретить Луну, может, я бы смогла пригласить её куда-нибудь. — Рэйвен! О! Влюблённая пара идёт на встречу. Я тоже иду и смеюсь над тем, что Кларк, кажется, ругает свою девушку, активно показывая на пирамиду учебников в её руке, а та закатывает большие зелёные глаза и качает головой. — Привет, девочки. Смотрю, вам нужны услуги семейного психолога? — Намекая на их ситуацию, шучу я. — Да. Доктор, мне так трудно с ней, она думает, что этих учебников слишком много и что они тяжёлые. — Страдальчески рассказывает Лекса. Теперь Кларк закатывает глаза, и я не сдерживаю смешка. — Так… — Я складываю руки на груди и подыгрываю. — А она говорит, что библиотеку закроют на два дня и ей нужны все эти учебники. Зачем? — Кларк, ваша проблема в том, что вы ущемляете отношения Лексы с учебниками. — Рейес, ты издеваешься надо мной? — Остынь, подруга. Я не думаю, что Лекса весь день будет таскаться с учебниками. — Лекса фыркает и говорит «конечно», а я снова вхожу в роль. — Я бы порекомендовала вам решать подобные вопросы сексом. Лекса смеётся, и Кларк тоже. — Как ты после вечеринки? — Внезапно спрашивает Лекса. — Мы не были там, успели увидеть только, как та девушка уложила его. А потом нам сказали, что блондин тебя ударил. Прости, что не была там. — Да пустяки, потом она всё равно его хорошенько помяла. — Она была быстрой. — Задумчиво говорит Кларк. — Изящной. В общем, она крута, Рэйвен. И сто процентов не просто так за тебя заступилась. — Кларк… — Я вздыхаю, потому что мне не по себе от её намёка. Хотя, я опять вру. А потом мне в голову приходит одна мысль, ради которой придётся приврать. Но оно того стоит; может, они видели её. — Я даже не смогла поблагодарить её, а ты намёки делаешь… — Серьёзно? — Одновременно реагируют они. — Она в библиотеке.  Боже, кажется, я чувствую, как моё тело искриться от радости. — Правда? — Да, — Отвечает Лекса, смотрит на свои часы на запястье. — Ещё пятнадцать минут есть, думаю, ты должна успеть. — Спасибо. Я быстро чмокаю их в щёки и убегаю. Я реально почти бегу в другую часть здания. Что я делаю… Что со мной происходит?

***

POV Luna.

      Я не спала почти всю ночь. Дешёвый алкоголь, разогретая адреналином кровь, тёплые мысли о Рэйвен — не давали мне сомкнуть глаз. Хорошо, что пары были отменены, и я смогла отдохнуть в течение дня. Я, конечно, думала о…э… Рэйвен, но чем больше думала, тем больше меня это смущало. Потому что такие тёплые мысли о почти незнакомке, как минимум для меня странно. Но всё же я решила поинтересоваться личностью Рэйвен Рейес. Интернета у меня пока не было; я решила, что, может быть, узнаю у кого-нибудь на парах. Всё-таки есть те, кто может рассказать немного, о ком не спроси. Оставалось лишь найти, приобщиться, а этого я как раз таки не люблю. Но был ещё один вариант — библиотека. Думаю, у них точно есть интернет и компьютеры. Не знаю, что я надеюсь найти, возможно, Instagram, страничку в Facebook, хотя бы что-нибудь. Мне интересно, почему она собиралась заступиться за Финна. Насколько я узнала, один из самых известных и гадких бабников этого места. Что их может связывать? Потому что, как я поняла, Рэйвен не такая, как он. Я не хочу в ней разочаровываться и боюсь, что если буду искать о ней что-то — могу ошибиться; слухи на то и есть слухи, каждый добавляет своё.       Я иду по коридору университета и, как и ожидалось, на меня оглядываются, меня обсуждают, и даже иногда показывают пальцем. Это не странно, учитывая, что никому не известная девушка заступилась, кажется, за самую известную девушку этого заведения. Мне это даже не доставляет дискомфорта, потому что я ни разу не пожалела о том, что сделала. Попади я в эту ситуацию хоть сотни раз, я раз за разом выбирала бы её. Не колеблясь. Захожу в большой зал, заставленный книгами, столами, диванчиками, компьютерными столами. Здороваюсь с библиотекарем. Прохожу около высоких стеллажей с книгами, и даже их вид доставляет мне удовольствие. Атмосфера завораживающая, учитывая вид, который открывается из больших панорамных окон: осень в свой величественном разгаре красок… Обожаю. Здесь почти нет людей, только две девушки и пару учителей. Кажется, это те самые девушки, с которыми танцевала Рэйвен, и они не всерьёз ругаются. Тёмненькая держит в руках стопку книг, и блондинка что-то активно ей говорит, как будто отчитывает. Она кажется немного импульсивной со стороны, а потом брюнетка целует её, и та. Мило. Я сажусь за компьютер. Тут так тихо и спокойно, что я слышу, как мой живот волнующе гудит. Странно. Я ввожу её имя в строку поиска. Рэйвен Рэйес. Грузит информацию. Несколько женщин, девушек, фейков, и внизу её страница. Нажимаю на ссылку и меня перекидывает на её Instagram. — Чёрт… Страница закрыта, нужно подписаться, чтобы видеть её фото. Ладно. Перехожу обратно, а потом — в Google картинки. Хоть что-то. Есть несколько её фото, с друзьями, некоторых я видела вчера, есть её фото в зале и одна фотография, на которой она ковыряется в машине в рабочем красном комбинезоне. Её руки немного испачканы в масле, ладно, не немного, масло даже на её загорелых плечах, пряди выбиты из высокого хвоста, а майка обтягивает её тело. Итог: она горячая. Но больше всего внимания привлекает её сияющая улыбка. Прекрасно убийственная. Слышу, что входной дверью кто-то хлопает, и, подняв взгляд, замечаю, что библиотекарша громко шикает на виновника. Так глупо, как будто от одного звука что-то изменится, тут даже людей почти нет. Я приглушённо слышу голос девушки, она, видимо, извиняется, потому что теперь женщина улыбается и рукой показывает в мою сторону. Наверное, кто-то пришёл за интернетом. Я не вижу девушку — она за стеллажами, но почему-то моё сердце разгоняется с каждым её быстрым шагом. Она на каблуках. Равномерно и быстро стучит ими по кафелю… — Луна? — Поднимаю взгляд и замираю. Рэйвен, запыхавшаяся, с растрёпанными волосами и с облегчённой улыбкой, стоит в метре от моего стола. И теперь я понимаю: кажется, моё сердце подстроилось под её. — Я… — Привет… Мы как-то смущённо уставились друг на друга. — Привет. — Хочешь сесть? — Я просто не придумала ничего дельнее этого. Она кивает, немного улыбается и, взяв стул, садится напротив меня. — Как ты себя чувствуешь? Я имею ввиду после… — Всё хорошо, меня несильно задело, бывало и хуже. — Она снова мягко поднимает уголки губ. И я замечаю, что на её верхней есть далеко не маленькая ранка. Снова злюсь. Но потом чувствую, как она несмело касается моей руки и, кажется, я переживаю сбой дыхания. — А ты как? — Рэйвен проводит пальцем по косточкам моей ладони. Они разбиты. И я их не мазала ничем. У пока меня нет аптечки. — Ты обработала их? — Нет, аптечка оказалась пустой, но… — Прочищаю горло — у меня маленький ком от её заботливого взгляда и прикосновений. — Я в порядке. Она смотрит внимательнее, глубже, и я тлею. — Подожди. — Рэйвен что-то ищет в своей сумке. — Вот, — она достаёт мазь, — мне всегда помогает. Я взяла для тебя, на всякий случай. Откручивает крышку и снова берёт мою руку. То, что она думала обо мне и взяла для меня мазь, уже заставляет меня покрыться мурашками. Но её нежные аккуратные прикосновения — это дрожь на моих ладонях. Она замечает — я вижу по её взгляду и, наверное, чтобы избежать моего смущения и своей неловкости, развивает диалог. — Мне сказали, ты на четвёртом курсе… — Да, психология. Я из Германии. — Ничего себе. Получается, ты здесь одна? — Да. — Может, я могу помочь тебе с чем-нибудь? Или показать тебе город, пригласить куда-нибудь? Её нежность заставляет меня задуматься. Она не выглядит, как позавчера: обычной, повседневной, боевой. Сейчас она другая: женственная, в классических укороченных брюках и чёрной блузке с воротником-стойкой, распущенными волосами. Она восхитительна. Не меньше позавчерашнего. Я не привыкла молчать, когда хочу спросить, и лучше спросить, чем мучиться догадками. — Почему ты делаешь это? Рэйвен смотрит и улыбается так, как будто я спрашиваю что-то очевидное, и эта улыбка самая открытая, которую я видела. — По той же причине, по которой ты вчера заступилась за меня. Я думаю о причине своего поступка. Или поступков. Почему я так ревностно защитила её? Потому что мне было невыносимо видеть, как он ударил её. Я хотела отплатить за её боль. Почему я так нежно коснулась её на прощание? Почему сказала эти слова? Потому что я хотела этого больше всего в тот момент. Потому что в её глазах был мир, в который я хотела погрузиться полностью. Это было потому, что передо мной стояла Рэйвен Рейес. Она смелая и очаровательная, и я понимаю, что не хочу упускать ни единого шанса. Потому лишь от мысли, что она может быть такой ещё с кем-то, меня пробивает ревность. — Я бы с радостью согласилась, но сегодня вечером ко мне приезжает техник, чтобы подключить интернет. — Ты уже заплатила? — Нет, только вызвала. Она закончила с рукой, но всё ещё держит мои пальцы своими. — Тогда отмени, а я приду и всё сделаю. — Я хмурюсь, потому что не понимаю, как она это сделает и откуда у неё есть всё нужное. — Расслабься, Луна, я разбираюсь в этом. И сделаю добросовестнее любого техника. — Я не хочу тебя напрягать.  Она по-доброму усмехается. — Мне в удовольствие. И это меньшее из того, чтобы я хотела и могла бы сделать для тебя. Я смотрю на неё большими глазами, и это чистой воды радость бьётся в моей груди. Пока я думаю об этом, она достаёт свой телефон и протягивает мне. — Запишешь мне адрес и свой номер? — Я принимаю, всё ещё не сказав ни слова. — Ко скольки мне приехать? — Как тебе удобно, я буду дома уже после шести. Я пишу в заметки свой номер и адрес квартиры и чувствую её взгляд. И я заметила, что, не смотря на её действия, уверенность, смелость, она волнуется, и это видно только по глазам. Хотя, может, мне кажется. Может, я просто принимаю желаемое за действительное, потому что я не хочу думать о том, что это не первый раз, когда она вот так заботливо и чарующе ведёт себя с девушкой. Возвращаю ей телефон. — Мне… — Почему-то мне неловко от её такого горячего взгляда. — Мне приготовить что-нибудь для тебя? — Нет, я сама кое-что принесу. У тебя есть аллергия на что-нибудь? Ну, чтобы я знала. Боже, это так вежливо, внимательно, что я не могу не улыбаться. — Нет, только я не ем баранье мясо. — Я это обязательно учту. Обещаю не разочаровывать. Мы смеёмся, и наши взгляды не хотят отпускать друг друга. Думаю, будь мы не одни, все бы заметили это. — Хорошо. Спасибо за… это. — Будь аккуратна, Луна. До вечера. Она в последний раз ласково улыбается мне и уходит. Я ещё немного сижу в ступоре. Позволяю себе любоваться видом уходящей Рэйвен. И этот вид заставляет желать. Смотрю на время: четыре минуты до первой пары, и начинаю собираться быстрее, чем когда-либо. И у Рэйвен идеальная задница… И я становлюсь другой.