Непотопляемая мадам или Второй шанс с последствиями

      Лежа на кровати в своей комнатушке в «Смеющейся крысе» я вертела в руках ваббаджек. Казалось бы, вот он, шанс вернуться домой. Вот только стоит ли он того? Куда ни кинь – всюду клин. Допустим, попрусь я сейчас на Высокий Хротгар к седобородым… Авось научусь чему-нибудь. Сколько на это времени уйдет? Да драконы уже все порушат нафиг. Окей, предположим, что не порушат. Вот, обученная кричать, иду против дракона, и что? Одно неверное движение, и все, я – горстка пепла. С учетом моей уклюжести это самый очевидный исход. Себя-то не спасу, а уж кого-то еще и подавно. На мир уж точно замахиваться не стоит. Так надо ли заморачиваться, или попробовать свалить из Скайрима еще куда? С другой стороны, вот убегу я в ….м-м-м… Сиродил. Кто сказал, что драконы не припрутся туда? Или в любую другую часть Тамриэля. Может, Скайримская провинция – лишь начало. Тогда вообще бежать бессмысленно. Подохнуть можно где угодно. Так чего тянуть!? По крайней мере можно попытаться совершить так называемый подвиг (и помереть покрасивше, ага). Если решу проблему, то, по словам Шеогората, вернусь в свой мир в свою квартиру за пару часов до самоубийства и, что немаловажно, сохранив память обо всем произошедшем. Мда, дилемма. А ведь еще и местные божки наблюдать, небось, будут за успехами своей протеже. И если стану бездействовать, не аукнется ли мне это? Внутренний голос, зараза, как собственный, так и шеогоратовский, упрямо молчал.       За классическими размышлениями на тему «что же все-таки делать» я не заметила, как задремала. А проснулась, когда солнце уже садилось. От того, что меня подбросило над кроватью. Снаружи послышался грохот и рев. Очень знакомый рев. А потом громкие вопли. На ватных ногах и с бешенно колотящимся сердцем я направилась к окну, которое, к счастью или нет, выходило на главную улицу. Только бы не дракон, все что угодно, кроме него – шептала я. Пусть это нападение братьев бури, или землятрясение, или пожар, лишь бы не дракон. Хотя что толку с тех причитаний, когда ответ был мне известен с самого начала.       В центре площади, поломав торговые палатки, раздробив огромными когтями камни мостовой, смахнув гигантскими крыльями кучу черепичной плитки с крыш восседал именно он. Нет, не Алдуин вовсе, но тоже огромадный ящер. Зеленоватая чешуя рептилии тускло поблескивала в лучах блеклого зимнего закатного солнца. Голову же чудовища венчала корона из рогов. Это было б даже забавно – принц-дракон, не будь так жутко. Он клацал пастью и порыкивал, пытался отбросить мельтешащих сошек-людей сильными лапами, и колотил по земле и стенам домов длинным хвостом с чем-то вроде плавника на конце, оставляя глубокие трещины в кладке. Люди же, вопя благим матом – было прекрасно слышно не смотря на закрытое окно – в тщетной надежде спрятаться в окрестных зданиях, пытались проскочить мимо зверюги. Наконец терпение твари, видимо, лопнуло: пасть разверзлась и вниз по улице прокатился крик, сметающий все на своем пути – людей и животных, тележки и ящики, сносящий вывески торговцев и белье с веревок на уровне второго-третьего этажей, вырывающий с корнем еще голые кустарники с тонкими веточками. Стекло в окне задребезжало и будто сама земля содрогнулась.       Издаваемый драконом звук я не смогла бы описать при всем желании. Такого я никогда раньше не слышала и не чувствовала. Уши заложило, в глазах потемнело, а голова, казалось, раздулась и вот-вот лопнет. Ноги перестали держать, и я изо всех сил цеплялась пальцами за подоконник, чтобы не рухнуть на пол. В голове верталась лишь одна мысль: если мне, находящейся сейчас под защитой стен, так плохо, то каково людям снаружи? Все стихло внезапно. Тело слушаться стало не сразу. В ушах все еще гудело, и я потрясла головой. Это не помогло, даже наоборот, меня качнуло в сторону так, что едва удалось удержаться на дрожащих ногах. Прильнув к стеклу, я оглядела улицу. А там, словно ураган какой прошелся. Всюду – обломки предметов, вывороченные растения, груды камней. В окнах домов, в сторону которых кричал дракон, выбило стекла. Но это было не столь страшно, сколь вид искореженных искалеченных человеческих тел, разбросанных чудовищной силой вдоль улицы и впечатанных в стены зданий, тел погребенных под кучей хлама, деревянных обломков и каменных осколков.       Дракон потоптался по площади, повертел головой, созерцая нанесенный урон, как вдруг резко повернулся в мою сторону. Я резво присела на корточки. Только это и спасло от участи стать хорошо прожаренным шашлыком из недодовакина. Стекляное оплавленное крошево брызнуло в разные стороны, дохнуло жаром и прямо над головой пронеслась струя пламени. Тварь довольно рыкнула.       Ноги разъехались, и я плюхнулась на задницу. Хорошо хоть не обделалась, а то бы совсем конфуз был. Из горла вырвался нервный смешок. Мама, роди меня обратно! Кто-нибудь заберите меня отсюда! Я не хочу быть здесь сейчас! Я не хочу вот так вот сдохнуть! Дьявол, как же страшно. Влага в очередной раз застила глаза, я тихонько заскулила. Да за что же мне это все, а? Пыльными руками я размазывала слезы по лицу. Минуту или две. А потом вновь раздался громоподобный рык.       Сначала я онемела. А затем вдруг накатила чистейшая ярость. Да что же, черт возьми, это такое, а? Как эта мерзкая ящерица-переросток смеет тут все крушить? Кто дал мертвому дракону такое право? Воскрес он, понимаешь ли! Вот дали вторую жизнь тебе, и летай на здоровье! Что ж ты, тварь, не выбираешь себе врагов соразмерно габаритам? Великанов и мамонтов? Так нет, тебе человечинки охота, мразь! Хрен тебе! Щаз ты у меня отлетаешься, – бормотала я, подползая на карачках к кровати, где лежал ваббаджек.       Вот только взяв посох в руки, я осознала, сколь, должно быть, смешно и нелепо это будет выглядеть: девчонка с деревяшкой против дракона. Весь боевой настрой стих, даже, скорее стух. Однако, отступать от принятого решения я была не намерена и по-пластунски поползла обратно к окну.       Дракон вполне себе спокойно, даже флегматично, если этот эпитет вообще применим к подобной твари, наблюдал за бегущими из казарм в его направлении вооруженными стражниками. Да черт возьми, если б он был человеком, я б решила, что он только что не зевает со скуки! Мол, и вот эти напуганные до полусмерти букашки, дрожь которых заметна даже через толстый слой брони, с какими-то забочистками, которыми ни одной чешуйки не пробить, решили вступить в бой со мной?! По крайней мере, будь я драконом, именно так бы и думала.       Если сейчас использую посох, то, возможно, ящер отвлечется от стражников, или, наоборот, спалит их к чертям собачьим. Как же правильно подгадать момент? Отвратное ощущение, когда знаешь, что как твое действие, так и бездействие может привести к плачевным последствиям. Есть ли вообще в подобной ситуации правильный выбор?! Когда стража подошла к дракону достаточно близко, мне почудилось, что он их сейчас сметет ту'умом. Пан, или пропал, решила я, и активировала посох. Произошедшее далее чуть не довело меня до инфаркта. Ваббаджек выплюнул в дракона несколько сосулек. Больших правда, скорее даже гигантских сосулек. Вот только они отскочили от бронированного бока, не нанеся ни капли повреждений. Что та дробина для слона. Бесполезная деревяшка, думала я, рыбкой ныряя под остатки подоконника, ибо отвлекающий маневр таки удался, и над головой вновь пронесся огонь, лишь по какой-то чрезавычайно счастливой случайности не поджигая окружающее пространство.       Все должно быть иначе! На тренировке под сомнительно чутким руководством Шеогората посох действовал не так! Он менял размеры объектов, превращал одно в другое, а то и вовсе развеивал по ветру, как тех консервированных болванчиков. Здесь же… Связано ли это с габаритами дракона? Может мощности не хватает? Или все же, то, что было в разуме Пеллагия – лишь шутка безумного даэдра?! «Нашла тоже, чьим словам верить!», – поддакнул внутренний голос.       Я глубоко вздохнула. Если заряд посоха не пробьет чешую, значит, нужно целиться туда, где точно нет защиты. Остаются глаза. Если получится, то смогу собой гордиться: попасть сосулькой в глаз дракону, это не хухры-мухры. Я медленно поднялась и несмело выглянула в окно, чтоб обозреть поле битвы. Посмотреть действительно было на что. Часть стражников, окружив ящера, опасливо тыкала его лапы и брюхо мечами, что его только раздражало. Дракон дрыгал ногами, бил по мостовой хвостом и глухо порыкивал. Кричать было не на кого, плеваться пламенем тоже – несколько лучников обосновалось внутри зданий на довольно большом расстоянии, и, как и я, высовывались из окон. Правда и стрелы, пущенные ими, не долетали до твари. Со стороны Синего дворца двигалась очередная процессия, весьма малочисленная. Судя по одежде, два мага и пара человек дворцовой охраны. Они шли осторожно и неспешно, близко к домам, чтобы иметь хотя бы призрачный шанс укрыться от ярости зверюги. Чем ближе они подходили, тем явственнее я видела почти прозрачный, слабо мерцающий в подступающих сумерках, голубоватый магический щит, удерживаемый одним из чародеев. Только вот хватит ли его мощности против драконьего крика? Собственно, ящер, кажется, подумал о том же. И земля вновь содрогнулась. Предпочитая оглохнуть, но не упасть, я, бросив ваббаджек, ухватилась за остатки оконной рамы, о чем, впрочем, сильно пожалела. В кожу ладоней тут же впились острые осколки стекла. Однако, эта боль помогла отвлечься от ощущений, вызванных атакой твари, полностью переключив внимание. Думая о том, что делать с кровоточащами ладонями – как о них позаботиться, не смотря на них, а то ведь или заблюю все, или вовсе отрублюсь, я практически не заметила, как рев прекратился и наступила тишина. Усилием воли отодвинув саднящую боль на второй план, я продолжила смотреть. В глазах немного рябило, но было сложно отрицать, что чудо таки произошло. Маги были живы и, кажется, даже невредимы. Да, они сидели на мостовой на задницах и дальше от ящера, чем были до того, но щит все еще мерцал. Группа людей спокойно поднялась на ноги и продолжила идти, точно зная, что какое-то время дракон не сможет повторить ту'ум. Я неосознанно улыбнулась и отлипла от проема.       Заляпывая холщовую сумку пятнами крови я спешно ковырялась в своих склянках, пытаясь скользкими ладонями на ощупь выудить заживляющий бальзам. Когда это удалось, из горла вырвался облегченный вздох. Рывок к бадейке с водой, чтобы хоть немного смыть с ладоней пыль и кровь, и матюги сквозь сжатые зубы – больно, черт побери. Вслепую я открыла баночку и, захватив пальцами немного мази, втерла в ладони. Щиплет, снова сильно щиплет. До слез. Хватит ныть, дура, – убеждаю себя, напомниная, что людям снаружи куда хреновей. И обратно топаю к окну, ощущая холодок вдоль позвоночника и покалывание в заживающих руках. Подхватив брошенный посох, снова возвращаюсь к просмотру средневекового триллера с эффектом полного погружения.       За время моего отсутствия мало что произошло, разве что дракон вконец взъярился. Щит над магами все так же мерцал, причем стояли они к ящеру весьма близко. Солдатня по-прежнему неорганизованно тыкала в зверя оружием. Дракон плевался огнем себе под ноги и бил хвостом по мостовой. Меня мучал только один вопрос: чего ж ты не взлетишь-то, а? Почему ты все еще здесь, когда очевидно, что всех человечков-букашек не передавишь? Тварь раздувала ноздри, словно принюхиваясь, и водила головой из стороны в сторону. Через мгновенье дракон вновь повернулся мордой ко мне. А я чуть не вскрикнула, поняв, что зверюга слепа – глаза чудовища были подернуты чуть переливавшейся темной пленкой. Никак работа магов.       Рука с ваббаджеком взлетела вверх, с губ сорвалась команда, и вот уже острая глыба льда летит в разверстую драконью пасть, готовую к очередному огненному плевку. Тело двигалось само, казалось, что это и не я вовсе делаю. Словно мною управляют, как марионеткой. Как в замедленной съемке я наблюдала за полетом сосульки, за тем, как она с чавканьем и хрустом врезалась в глотку дракона, за брызгами крови… Раздался полный боли рев. Рев смертельно раненого животного. А потом случилось невероятное. На чешуе дракона заплясали искорки пламени, постепенно окутывая всю немаленькую тушу. Бездымно и бесшумно тварь таяла в огне, будто истлевала. И затем меня окутала горячая волна, вливая чистую энергию в тело, даруя ощущение непередаваемой мощи, ввергая практически в экстаз. На мгновенье показалось, что я сама стала драконом и парю в небе, неспешно взмахивая кожистыми крыльями, и обозревая земные пейзажи с ужасающей высоты. Это длилось какие-то доли секунды, но было настолько удивительно или скорее восхитительно, что я пришла в себя далеко не сразу.       Очнувшись от некоего подобия транса я в панике заметалась по комнате. Стража, маги, да, черт возьми все, кто мог, видели, что произошло. И откуда был нанесен удар вычислить сложности не составит. Им не до этого, но все же, что если они придут сюда? Черт, черт, черт! Только не допросы-распросы-проверки! У меня колени до сих пор дрожат, и руки тоже, и волосы, наверняка, дыбом стоят, но и даэдра с ними. Просто не желаю никого видеть, ни с кем разговаривать и ни в чем сознаваться. Снова бежать, снова прятаться – как же я устала, но есть ли другие варианты? Удушающее чувство страха гнало меня прочь из этой комнатушки, из этой таверны и вообще из города.       Подхватив сумку я вынеслась в коридор и едва не кувыркнулась с лестницы, невесть как успев ухватиться за перила. Внизу слышался топот шагов. Не по мою ли душу? Затравленно поозиравшись по сторонам, я приметила приоткрытую дверь соседней комнаты и, ни секунды не раздумывая, нырнула туда. Пусто вроде, можно переждать. А если заглянет кто? Сундук, шкаф, тумбочка, кровать, окно. И где тут прятаться-то, а? Я покосилась в сторону шкафа – высокий, но узкий, и, наверняка, с полками. Потом глянула на кровать. Вроде подлезть под нее можно. С одной стороны обзор закрывает сундук, с другой – свесившееся покрывало. В носу засвербело в жутчайшем желании чихнуть. Черт, пыли-то сколько, здесь вообще полы когда-нибудь мыли? И я еще смеялась над Этьеном! Ему хоть распластываться на полу не пришлось! Кое-как протиснувшись наполовину, я наткнулась на преграду. Сначала локтем, а потом и голенью. На меня что-то зашипело, и по руке мазнуло чем-то пушистым. В полуоборочном состоянии я повернула голову и уставилась в два желто-зеленых фосфоресцирующих в темноте глаза с вертикальными зрачками. Мамочки!!!! В следующий момент мой лоб встретился с днищем кровати – попытка встать и бежать, куда глаза глядят, на этот раз оказалась куда более провальной, чем обычно.