Без причин

      Арсений открывает глаза и видит перед собой Антона, который забрал себе всё чёртово одеяло. Арсу холодно, но он сейчас думает не об этом — он вспоминает ту ночь в гостинице, когда ему так хотелось касаться Антона, а разум говорил, что это неправильно. Теперь ему так не кажется.       Часы на тумбе показывают начало десятого утра, Арсений быстро целует Антона в губы и встаёт с кровати. Долгожданная суббота и никакой работы!       Придя на кухню, Арс открывает забытый там с вечера ноутбук, находит какой-то плейлист и включает музыку, наполняя кухню звуками гитары и приятным голосом исполнителя.       Арсений привык к этой квартире — он точно знал, где располагается любая мелочь. Он знает, что кран нужно закрывать плотнее, знает, что йогурты Антон хранит только с правой стороны на второй полке холодильника, что пепельница всегда спрятана за телевизор, что из чашки Антона пить не стоит, что на завтрак еды часто нет, и что таких мелочей он не знает больше ни о ком на свете.       Попов не представляет, сколько Антон будет спать: кроме вчерашней травмы прибавляется недельная усталость от беспрерывной работы над проектом для крупной сети, который, к слову, так и не был закончен, и на этот счёт у Арсения очень плохое предчувствие, поэтому Антон героически вносил правки и засыпал. Арсу пришлось отнять ноут и уложить его спать. Уснули они практически сразу.       Пока Антон спит, Арсений наводит порядок на кухне, потому что он любит порядок. В его собственной квартире всегда стерильная чистота, поскольку так ему уютнее, однако Антон и его кучи вещей в гостиной, конечно, поспорили бы. Арс сдаётся — заваривает себе чашку кофе, садясь за ноут и листая новости, но от этого его отвлекает появившийся на пороге кухни ещё сонный Антон.       — Доброе утро, — потирая глаза, Антон садится на стул.       — Доброе, — улыбается Арсений, закрывая ноутбук. — Как спалось?       — Болит лицо.       — И выглядит так себе, — произносит Арс.       Антон забирает у Арсения чашку кофе и делает глоток. Морщится. Кофе ужасно горький и совсем холодный.       — Омерзительно, буэ, — Антон двигает чашку обратно и поднимается, чтобы включить чайник.       Арсений встаёт следом и подходит вплотную к Антону, зажатому между ним и столешницей.       — Завтракать будем? — Арсений ловит лицо Антона руками и аккуратно гладит по щеке большим пальцем.       — Ты хочешь сказать, что умеешь готовить?       — Это было бы слишком громким заявлением!       Антон смеётся и, оттолкнувшись от столешницы, почти падает на Арсения, мягко целуя в губы. Арсений надеется продолжить поцелуй, но Антон отстраняется и выходит из кухни.       — Закажи что-нибудь, — кидает напоследок он и, улыбаясь, идёт в сторону ванной.       — Понял-понял. Ты не любишь эксперименты, — смеётся Арсений и заходит на сайт с любимой доставкой.       — Какой план на день? — интересуется Антон, когда с завтраком покончено.       — Не знаю, — честно признаётся Арсений.       Он сидит в изголовье кровати, в то время как Антон лежит рядом с его коленями, свесив ноги на пол.       — У тебя есть планы?       Антон отрицательно качает головой. Арсений запускает руку в его волосы и гладит несколько раз по голове, а тот морщится, но улыбается.       — Предлагаю проваляться целый день в кровати, — говорит Антон, поворачиваясь к Арсу.       — Мы будем смотреть комедии и красить друг другу ногти? — Арсений улыбается.       — Почти, — говорит Антон, приподнимаясь так, чтобы ему было удобно дотянуться до Арса.       Они целуются совсем не жадно или по-особенному страстно, просто целуются. Арс как можно осторожнее гладит лицо Антона, а тот забирается холодными ладонями под его футболку, проводя руками по груди, и прикусывает губу Арса.       Арсений уже давно готов на всё, но Антон будто бы чего-то боится и не продолжает. Он отстраняется и несколько секунд смотрит на Арса, у которого на лице написано, что он и правда во всём уверен, но отчего-то Антону этого недостаточно, и он, улыбнувшись, вскакивает с кровати, чтобы принести ноутбук для просмотра фильма.       Они лежат весь вечер. Антон вдыхает знакомый аромат Арса и обещает себе обязательно спросить о бренде туалетной воды. Рядом с Арсением всегда хочется улыбаться, говорить ерунду, вызывая ответную улыбку. Хочется готовить завтраки, ходить в кино по ночам, планировать самые смелые и безумные путешествия и бесконечно любить. В такие моменты Антон чувствует себя до невозможности счастливым.       Арс гладит его по спине, и Антон обнимает крепче в ответ. Они смотрят какой-то очень сопливо-наивный фильм для девочек и периодически смеются, а когда на экране разворачивается целая драма с взаимными упреками главных героев, Арсений говорит:       — В детстве я думал, что любовь — это какая-то смертельная болезнь типа рака.       — Что? Ты серьёзно? — удивляется Антон и, чтобы видеть собеседника, приподнимается на локтях.       — Да-да. Я так думал. Когда соседская девочка призналась мне в любви, то я прибежал в слезах домой и рассказал маме о том, что Светочка умирает, — продолжает рассказ Арсений.       — Не может быть, — всё ещё удивляется Антон.       — Я ещё тогда сильно переживал о том, что в конечном итоге виноват именно я. Мама очень смеялась.       — Охотно верю, — соглашается Антон.       — Прекрати ржать! — возмущается Арс и легонько толкает Антона в плечо.       — Я не хочу, чтобы этот день закончился, — говорит Антон, когда наступает тишина.       — А ещё я мечтал изобрести машину времени, — вспоминает Арс, обнимая Антона.       — Это старомодно! — фыркает в ответ Антон, проходясь пальцами по рукам Арсения.       — Да и я не очень молод, как ты мог заметить.       — Действительно, всё время забываю, что ты уже старик, — смеётся Антон и тянется к губам Арса.       Фильм был успешно забыт — они заняты исключительно друг другом. Антон целует Арса и верит, что счастливее, чем сейчас, он не будет никогда. Ему хочется по-настоящему остаться в этих минутах, раствориться прямо в этих простынях, поэтому он отчаянно старается запомнить максимальное количество деталей: цвет постельного белья, запах Арса, погоду за окном и ощущение счастья.       Ближе к вечеру они заказывают пиццу и теперь ждут её с минуты на минуту. Раздаётся звонок, и Арс спешит открыть двери.       Но на его удивление за дверью оказывается не курьер с пиццей, а Серёжа. Серёжа, который его директор. Директор, блять!       — Серёжа?       — Арс?       Оба выпаливают это настолько синхронно, что выглядит комично. Арсений инстинктивно закрывает рукой шею, на которой начинают расцветать засосы.       Проходит минута, а они всё так же стоят на пороге.       — Арс, ну что так долго, очень хочется жрать! — кричит из спальни Антон.       — Я хочу это развидеть, — говорит Серёжа, вытягивая шею в сторону коридора.       Арсений уже прокручивает в голове картинку, как закрывает перед начальником дверь, говорит Антону, что кто-то ошибся квартирой, а потом быстро нагоняет Серёжу и закапывает его в цветнике перед подъездом. Потому что нельзя оставлять свидетелей.       Из спальни выруливает Антон, который находился в прекрасном настроении ровно до того момента, пока не увидел стоящего на пороге Матвиенко.       — Пиздец, — вырывается у Антона. Он молча становится рядом с Арсом.       — Может, хотя бы на порог пустите? — мнётся Серёжа.       Арсений с Антоном расступаются, пропуская директора в квартиру. Антон быстро закрывает за ним дверь.       — Зачем пожаловал? — Антон пытается включить всё своё обаяние и шарм, но слова, будто по взмаху волшебной палочки, пропадают из его головы.       — Так это, — Матвиенко чешет затылок, — ты же в пятницу забыл сдать охране ключи от офиса, а я хотел бы завтра поработать там спокойно с некоторыми ребятами.       — Точно! — Антон так бьёт себя по лбу, что Арс хочет поставить пять баллов за артистизм, а потом проверить, не поставил ли себе Антон шишку. — Я забыл. Прости!       И действительно: покидая офис перед выходными, Антон, чьи мысли были полностью заняты возможностью провести выходные с Арсом, совсем забыл про чёртовы ключи. Утром Серёжа написал ему, мол, не против, если я заеду за ними. Вот и заехал.       — Я вижу, у тебя тут дела поважнее, — Серёжа смотрит на Арса, который хочет провалиться чуть дальше, чем вглубь Земли. Такое вообще возможно? — Он же не за солью зашёл?       Антон хочет уже пойти в комнату и принести ключи Серёже, но не может бросить Арса.       — Ладно, — не выдерживает Матвиенко, — я думал, что мне всё это казалось. Но теперь… То есть… Вы вместе?       — Как видишь, — пожимает плечами Арсений.       — И давно?       Антон смотрит на Арсения, Арсений — на него.       — Кто-нибудь хочет чай? — спрашивает Антон, и Арсений задумывается о том, чем он заслужил такое солнце, как Антон.       На кухне все сидят с чаем и тишиной.       — Ты же не гомофоб? — спрашивает Антон, помешивая чай в чашке.       — Антон! — встревает Арсений.       — А я похож на него? — ошарашенно спрашивает Серёжа. — Если бы я им был, ты бы у меня так давно не работал.       Чтобы не сморозить очередную глупость, Антон медленно пьёт чай.       — Если это возможно, — Арсений деликатно прокашливается, — то мы бы хотели сохранить это всё между нами.       — Нет, такое ощущение, что вы меня за идиота держите. Конечно, побегу сейчас всем писать. Тем более, вы знаете баб в нашем коллективе — им только дай повод покукарекать. И всё-таки, как, кхм, давно у вас это продолжается?       — Недолго, — отвечает Арсений.       — Вообще недолго, — продолжает Антон.       — Даже не заметили, как получилось, — поддерживает Арсений.       — Безбашенные же мы, во-о-о-т, — Антон опускает взгляд в чашку.       Серёжа, размешав сахар в чашке, делает большой глоток.       — Только давайте без всех этих соплей, и так хватает сосущихся парочек в метро, блевать хочется дальше вагона.       — Мне кажется, что первым делом мы можем схлопотать от Виктора, — ехидничает Антон, а Арсений удивлённо смотрит на него. — Что? Он меня, кажется, по-особому не любит, а тут ещё такой повод подогнали.       — Вот только ты с ним не начинай войну, — искренне просит Серёжа в умоляющем жесте.       — Кто-то его так же невзлюбил? — Антон удивлённо поднимает бровь.       Матвиенко решает не отвечать на этот вопрос, а выпить так заботливо заваренный Антоном чай, который на нервах рассыпал больше половины, пока готовил.       Когда телефон Серёжи начинает разрываться от сообщений и звонков, тот вспоминает, зачем всё-таки приехал, и Антон бежит в комнату, чтобы принести начальнику связку ключей.       Проводив такси, на котором уехал Матвиенко, Арсений возвращается в квартиру и находит Антона, закутавшегося в одеяло, словно в кокон.       — И ты не будешь интересоваться, где же носит нашу пиццу? — Арсений садится рядом, поджав под себя ноги.       — Хуиццу! — Антон разматывается из кокона и двигается ближе к Арсению. — Я теперь думать ни о чем не могу, кроме как о визите Серёжи.       Арсений ложится на подушки, тянет Антона на себя.       — Ты доверяешь ему? — шепчет Арсений в висок Антона, устроившегося на груди Арса.       — Да, — просто говорит Антон. — И он действительно из тех, кому можно что-то доверить. И кто в беде не бросит.       — Уникальный человек, — улыбается Арсений.       Они лежат так некоторое время в полной тишине и темноте — стрелки медленно бегут к полуночи. Антон, обнимая Арса, засыпает.       Арсений всё ещё думает о Серёже, о том, какие последствия может нести этот визит. Как теперь Матвиенко будет вести себя на работе? Изменится ли что-нибудь?       Арс не показывает ужаса, который окутывает его после внезапного каминг-аута, потому что не хочет выглядеть неуверенно, и уж конечно он не намерен нервировать Антона. Он старается ничего не испортить и, чудом успокоив себя, игнорирует неприятное чувство тревоги.       Не в силах будить Антона, чтобы раздеться или натянуть одеяло, Арсений с ворохом мыслей в голове засыпает, обнимая его. И в целом, фиг с ней, с этой пиццей.

***

      В рабочие будни всегда очень сложно включиться после долгих и ленивых выходных. Антон по понятным причинам старается избегать Серёжу, да и других коллег, потому что устал слушать, что у него лицо синее, и прочий искромётный юмор. Только Паша уже раз двести что-то отчебучил, на парочку из шуток Арс даже улыбнулся, что Антон, конечно, посчитал предательством. Правда, после того, как Арсений дал ужасно скучный проект Паше, Антон перестал клеймить того предателем.       День шёл медленно — Антон успел поругаться с Алёной и решил, что нужно извиниться. Он заканчивал мыть руки, когда в туалет зашёл Виктор. Антону очень не нравилось находиться с ним в одном помещении.       — Что, приставал к нормальному мужику? — усмехнувшись, произнёс Виктор.       — Что? — Антон переспросил, хотя прекрасно слышал, что именно сказал этот ублюдок.       К счастью, повторять он не стал, потому что в уборную зашёл Дима, который сразу понял, что происходит что-то неладное.       Антон вышел и сразу на улицу, чтобы покурить. Что вообще от него хочет этот мудак? Он проверяет телефон и видит в Скайпе сообщение от Арса.       Арс:       у нас планёрка       Антон:       бегу-бегу       Арс:       я весь — нетерпение       Антон:       и зануда       Арс:       я твой начальник       Антон:       зануда-начальник. да, я так и сказал       Арсений:       давай быстрее       Следующие полтора часа Антон проводит в душной, прозрачной и закрытой переговорке.       К концу дня Антон матерится вслух и понимает, что его планшет сломался окончательно. По правилам неудачных неудач системный администратор — в отпуске, а без него заказать новый не выйдет. Но Антон вспоминает, что на складе точно должен быть старый.       Он встаёт и проходит мимо Арсения, который поднимает взгляд и улыбается так, что Антону очень хочется, как дома, подойти к нему ближе и провести рукой по шее. Но он уверен, что коллеги этого не оценят.       — Я на склад, — предупреждает он, заставляя Аннушку выронить пилочку для ногтей от удивления — Антон кого-то предупредил о своих планах. Вау.       — Хорошо, — Арс возвращается к ноутбуку.       Проходит несколько минут, Арсений поднимается со стула и выходит из кабинета. Он вообще уже плохо осознаёт смысл своих поступков, но сейчас он просто хочет Антона. Хочет найти Антона то есть. И это получается у него довольно быстро. На первом этаже находится небольшой склад, прямо за лифтами. Арс открывает дверь, но в помещении совершенная темнота, и где-то в глубине слышится шуршание и приглушённый мат Антона.       Арс осторожно заходит и запирает дверь, потому что решает разыграть Антона. Он осторожно крадётся и останавливается позади Шастуна, который увлечённо роется в коробке, освещая телефоном пространство. Арсений выбирает момент, резко подходит к Антону и крепко сжимает его руками, обнимая со спины. Антон, конечно же, дёргается и локтем попадает под рёбра Арсу.       — Блять… Антон, — шипит Арсений и сгибается.       — Ты идиот? — возмущённо спрашивает Антон, но всё-таки находит в темноте плечи Арса и успокаивающе гладит по ним.       — Реально больно! — продолжает сокрушаться Попов, а затем в свете фонарика, который остался на полу, замечает на себе сосредоточенный взгляд Антона.       Арсений прекращает наигранно убиваться от боли и теперь смотрит на Антона в ответ. Он ещё не привык к тому, что ему всё время хочется его целовать, хочется обнимать, трогать. Любить. И сейчас он протягивает руки вперед, обнимает Антона, а затем целует. На этом они должны были остановиться, но Шастун превращает практически целомудренный поцелуй в пошлый и развязный и в конец убивает тем, что тянет Арсения на себя, и они впечатываются в стену. Арс максимально близко — стоять так неудобно, поэтому он выставляет одну ногу вперед, Антон этим сразу же пользуется и разводит свои. Колено Арса упирается в его пах, и Антон продолжает целовать Арсения, кусая его губы.       У Арса срывает тормоза, он резко разворачивает Антона к себе спиной и обхватывает сзади. Арс задирает футболку, скользит ладонью по груди и кусает за шею, терпеть становится невозможно, и Антон шумно выдыхает, а затем издает первый протяжный стон.       — Тише, — шепчет Арс и сразу же опускает руку под резинку брюк и белья Антона.       Антон понимает примерно нихуя, потому что он может думать только о том, как Арс терзает его шею и скользит рукой в штанах. Он выдерживает три или четыре движения и громко стонет. Арс сжимает руку сильнее, а второй закрывает рот Антона, который не может сдерживаться и бесстыдно стонет в руку Арсения. Спустя минуту ладонь Арса становится влажной от дыхания Антона.       — Антон, тише, — прямо в ухо говорит Арс своим самым блядским шепотом, что, конечно, не помогало Антону найти самообладания.       Шастун поворачивает голову и целует Арсения нагло, рвано и абсолютно бесстыже. Арсений сильнее сжимает руку, проводя по члену несколько раз, и Антон выгибается, открывая рот, который Арс едва ли успевает снова зажать ладонью, когда Антон кончает. Шастун еле держится на ногах, поэтому Арсений снова разворачивает его к стене, поправляет на нём штаны и пытается игнорировать свой собственный стояк. Но это становится меньшей проблемой, потому что звук его телефона разбивает шумное дыхание Антона и тишину.       — Бля, — протягивает Арс, — это Матвиенко.       — Сбрось, — говорит Антон и расстёгивает ремень на джинсах Арса.       Арс не спорит и скидывает звонок. Как говорится, Серёжа — Серёжей, а минет от Антона он хочет больше.       Антон стягивает джинсы, проводит рукой по члену Арсения и сразу же, не особо церемонясь, берёт в рот так глубоко, как только может. Арс кусает кулак, чтобы не стонать на весь этаж.       Телефон снова звонит и Арсений случайно жмёт на приём. Антон останавливается, но не выпускает член изо рта.       — Да, привет, Серёж! — самым сосредоточенным образом говорит Арс. — Да, немного занят.       Антону кажется, что этот момент придуман для его маленькой ответной мести на глупый розыгрыш Арса, и он сжимает губы сильнее, проходясь от самого основания до головки.       Арс этого не ожидает, но зажмуривает глаза и вовремя кусает руку, конечно уже вообще не понимая, о чём с ним говорит Матвиенко: всё, на что его хватает, это на «угу». Через несколько секунд он скидывает звонок и теряет контроль. Арсений кладёт руку на затылок Антона и резкими толчками входит в его рот. Ему хватает пары движений, чтобы кончить с протяжным стоном, который он скрыть уже не пытается.       Они сидят в полной темноте и пытаются привести себя в порядок. Арс включает фонарик и направляет на Антона, поправляя на нём одежду. А затем осторожно вытирает большим пальцем его губы. Даже при таком освещении он видит, как Антон краснеет. Арс чётко понимает в этот момент, что хочет Антона по-настоящему, всего.       Для приличия они медлят ещё немного, прежде чем выйти. Арс старается оборвать любые попытки Антона приблизиться, потому что второго стояка он точно не хочет. Наконец они выходят и начинают хихикать, как два идиота. Хихиканье прерывается простым и обычным «ой», которое вырывается у Арса при виде разъярённого Серёжи.       Матвиенко понимает всё очень быстро. Они были такими помятыми, счастливыми, а Антон ещё и со свежим засосом, что Серёжа открывает и закрывает рот, пытаясь найти слова.       — Да вы совсем охуели, что ли? — спрашивает он и продолжает: — Там партнеры ждут, а вы всё проебали!       Арсений хочет извиниться и даже произносит что-то подобное, но замечает Антона, который, улыбаясь, старался спрятать засос. Арс залипает, как дебил, и Серёжа хлопает себя ладонью по лицу.       — Быстро на встречу! — кричит он.       Арсений кидает извинения, и они забегают в лифт с громким смехом, оставляя Матвиенко стоять с очень сложным лицом.       Позже Арсений понимает, что такая дикость с ним произошла впервые: он видит, что его влечение к Антону становится неконтролируемым. Господи! Они занимались сексом на складе! Арсений ужасается сам себе и одновременно улыбается. Влюбленные — конечно, очень странный народ.